Sand Covered Embarrassment/Покрытое песком смущение

По факту, это был идеальный летний день. Далеко распростриющиеся голубое небо без единого облачка, мягкий, белый песок под ногами, и эти тихие волные океана. Это был день, который ты хочешь провести на пляже. Но Гютаро прятался под зонтом, который он и принёс, намазанный кремом от загара и, нахмурившись, смотрел на солнце и другие похожие прелести вокруг себя. Слишком много людей, песок был везде, где только мог быть(он реально был везде), а из-за жары приходилось носить минимум одежды. Всё это ему не нравилось. И всё же, он сидел в этой солёной дыре, наверное, пятидесятый раз за всё лето. У этого было две причины. Первой был его надоедливый друг, сидевший рядом и выпячивавший свой идеально сложенный торс. А вторая... Ну, ею оказался жизнерадостный мальчик на посту спасателей. Тот, с кем у Гютаро настоящим прогрессом было возможностью здороваться по имени. Еще неделю назад, стоило парню только взглянуть в его сторону, тот краснел как ебанная школьница и убегал на дальную часть пляжа. Мальчик был милым, дружелюбным, добрым, с одними из самых нежных улыбок, что он когда-либо видел, и просто... Возможно, Гютаро немного влюбился. И если для остальных людей это было нормально, то для Гютаро это был сигнал к гибели. Обычно он реагировал примерно так: паниковал, убегал, избегал. Он никогда не признавался в своих чувствах - кто вообще хотел признания от него? Правильно, никто. И когда он это понял, он хотел сбежать с этого сраного пляжа и никогда сюда не возвращаться. К сожалению, существование Хакуджи никто не отменял. И его старания несколько мешали изначальному плану Гютаро. У симпатичного парня Камадо был коллега. Шумное, яркое, бравшее от жизни всё существо, известное как Ренгоку Кёджуро. Что угодно, что все знали в радиусе чуть больше километра, было из-за его громкого голоса. Как и Гютаро, Хакуджи это не нравилось. Но в отличии от Гютаро, Хакуджи хотел гоняться за своим объектом привязанности. И всё было бы просто прекрасно, если бы он не таскал его за собой каждый раз! Это затрудняло его попытки двигаться дальше и устроить себе вечеринку жалости. — Ты серьезно собираешься прятаться здесь весь день? - Хакуджи сидел на том же полотенце и грелся на солнце. — Скорее всего, - тут безопасно и безобидно, подумал Гютаро. — Ты, что, забыл о чём мы говорили? Он надеялся, что эту тему не поднимут. —... Нет. — Ну? И что ты тогда собираешься делать? — Блять, не дави на меня! И вообще, лучше о себе побеспокойся! — Я просто проверяю следуешь ли ты своим словам. Он знал, что пожалеет об этом. — Я попробую. Это значило «Я нихрена не сделаю». Казалось, что Хакуджи знал об этом, и он окинул друга подозрительным взглядом. Но это была его вина! Он согласился на это только чтобы прекратить нытье, он не думал, что он будет серьёзен.

***

В свое оправдание, он только проснулся, когда он спотыкаясь слез со своего футона и шёл к двери, ведь дверной звонок не давал ему поспать. Он был взъерошенным, когда рывком открыл дверь и щурился на уже хорошего выглядевшего Хакуджи. Парень всегда был ранней пташкой. — Сегодня тот самый день, - загадочная фраза вместо приветствия. —... Чего? - он не мог найти объяснения в своей голове. — Как я уже и сказал, это сегодня, - Гютаро не ответил. Хакуджи продолжил объяснения. - Сегодня мы позовём их на свидания. Как только слова дошли до его сонного сознания, он полностью проснулся от шока. — О чем ты, блять, говоришь? - одно только слово «свидание» выводило его из себя. Он уже несколько раз упоминал, что им надо как-то сблизиться с интересующими их людьми, но Гютаро просто издавал непонятные звуки. — Мы сидим там несколько недель. Сейчас это выглядит тупо. И к тому же... Никто из нас не будет действовать без стимула со стороны. Верно. Он никогда этого не сделал бы, если бы не был совершенно другим человеком. — Нам нужно замотивировать друг друга. — Почему ты просто не сделаешь это? - ничто не могло его остановить. — Потому! Нам обоим нравятся два коллеги, так что мы должны сделать это вместе. И... - Хакуджи прервался. — И? Тому лучше бы иметь хорошую причину. — И я хочу чтобы ты был счастлив. Так что пошли на пляж вместе со мной и пригласи его уже наконец-то. Гютаро почувствовал противоречия внутри себя. Его друг беспокоится о нем. И он пытается его поддерживать. Он бы ни за что не позвал на свидания того, кого знают как Камадо. Невозможно. Он хотел спрятаться в своем футоне и съесть жалкое мороженое. Но вместо этого... *** Гютаро вздохнул. Если бы он не хотел избежать попадания ёбанного песка во все отверстия, так же во всё, что у него было, он бы закопал себя в нем. Его притащили сюда, чтобы в случае чего, он смог оказать другу некоторую моральную поддержку. Он так-то не хотел следовать своим чувствам. Хакуджи выглядел напряжённым, нервным и немного взбудораженным. Словно предвкушал нечто приятное. — Ты собираешься его пригласить? - он наконец-то сказал это. Чем скорее Хакуджи сходит на свидание, тем быстрее он перестанет сюда ходить и мучать себя тем, чего у него нет. Боже, иногда он мог быть таким ненавистным самому себе. — Я работаю над этим, - Хакуджи продолжил рассматривать мужчину с огненными волосами на маленькой башне, смотрящего на море через бинокль. - Что на счет тебя? — Думаю. — О чем? Как выбраться из этого. — Что делать, - он так-то не врал. — По идее, это легко. Ну типо, всё, что нам нужно сделать - подойти и сказать: «Ты свободен сегодня вечером? Хочешь сходить поесть чего-нибудь?». — Ну тогда и сделай это. — Тебе тоже надо. — Ты первый влюбился. Ты первый и иди. — Может, нам нужно это сделать в одно и то же время? — Мы... Мы не можем так поступить! - это надо было сказать еще до того, как он придумал веское оправдание. — Почему? — П-потому что они должны работать! - это всё, что он мог придумать. — Это звучит как самые тупые отмазки, Таро. — Так что ж ты не идешь туда? Выражение лица Хакуджи изменилось только на секунду. — Как я и сказал! Я продумываю план подхода! Они оба смотрели вперед, и неловкое молчание заполнило всё пространство. Не смотря на всю самоуверенность, Хакуджи был очень стеснительным и нервным человеком. По крайней мере, с такими вещами точно. Никто не хотел делать первый шаг, тем более так быстро, каждый бы вернулся домой подавленным, а после Хакуджи снова бы затащил их сюда в другой день. Гютаро поплохело от одной этой идеи. Серьёзно, ему нужно отсюда выбираться. Но как? Он сел обратно, осматривая пляж в поисках какой-нибудь подсказки. Боль незамедлительно положила этому конец. Гютаро зашипел и одернул руку, оглядывая порез на нижней части ладони. Он мысленно сделал пометку «осматривать место, куда собираюсь положить свою руку», когда он снова окажется на пляже. — Блять. Он сверкнул глазами. Серьёзно, это как-то по-идиотски. Очевидно, что острые ракушки существуют, но почему одна из них была обязана существовать рядом с ним? — Что случилось? Он протянул свою окровавленную руку с обычным отсутствующим выражением лица. — Это... - Хакуджи запнулся. - Это прекрасно! Гютаро моргнул, смятение сменилось раздражением. — Каким образом это может быть прекрасным?! — Увидишь, - он быстро улыбнулся, прежде чем встать на ноги и убежать. Что он, блять, задумал? Гютаро смотрел на него с озадаченным выражением лица, а понимание пришло только тогда, когда он увидел, куда направляется Хакуджи. К зданию спасателей. Нет! Ты, ублюдок! Нет! Гютаро чувствовал как кровь отхлынула от его лица, когда он увидел, что Хакуджи остановил Камадо и начал с ним разговаривать. А потом он указал на полотенце. Когда эти обеспокоенные красные глаза встретились с его, он почувствовал, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Паника нарастала, и он был обречён. Когда камадо исчез в комнате, Хакуджи посмотрел в его сторону с улыбкой и поднятым большим пальцем вверх. Этот ублюдок. Гютаро просто одарил его самым острым взглядом, который у него был. Но когда Камадо вернулся с маленькой коробкой и начал спешить в его сторону, его лицо застыло. Он даже не мог установить зрительный контакт! Так что... Как он может справиться с этим?! — Шабана-сан! - Камадо, по факту, бежал. - Ты в порядке? — Я отлично себя чувствую! - ему пришлось это выдавить из себя, крепко прижимая к себе руку. — Сояма-сан сказал, что ты порезал свою ладонь! — Она небольшая. Все нормально, - я в большей опасности рядом с тобой! — Но если ты порезался о ракушку, ты мог занести инфекцию, - Камадо сел рядом с ним, так близко, что он мог чувствовать тепло его тела. - Позволь мне осмотреть, - он протянул свою руку. Нехотя, Гютаро согласился: это было логично. Камадо нежно сжал окровавленную руку в своей, поднося ближе, чтобы рассмотреть. Когда эти нежные, но мозолистые руки обхватили его, он почувствовал что сейчас упадет в обморок. Всё тело горело, а голова кружилась. Но Камадо был так настроен прочистить рану, что даже не заметил этого. С другой стороны, его смущение означало, что он не обратил так много внимания на ощущения от обеззараживающего средства на порезе. Его прикосновения были такими мягкими и теплыми даже с этими мозолями. Прикасались ли до этого к нему так заботливо? Это было просто оказание медицинской помощи и не значило ничего, конечно же не значило, но ведь он может насладиться этим, верно? Сейчас. Не будет ли это самым близким действием что он когда-либо получит? Он почти почувствовал разочарование когда это прикосновение исчезло. Но с этими бинтами вокруг его ладони, он знал, что это скоро закончится: может быть, он сможет убежать домой и оправиться от этого кошмара? — Ты в порядке, Шабана-сан? - Камадо пригляделся внимательнее. - Ты немного покраснел. Блять. — Со мной все хорошо! - как бы задушенно и ужасно это не звучало. — Точно? Не чувствуешь лихорадки? — Не... И потом это лицо придвинулось еще ближе. Да так, что лбы прижимались друг к другу. Слишком близко. Слишком, слишком близко. Блять, он мог чувствовать его запах! Он пах сосной и лимоном... Конечно. Но что более важно, так это то, что это выглядело так, будто он собирается...собирается... Внешне Гютаро ничего не делал, но внутренне он кричал. — Ты довольно-таки теплый, - этот лоб отодвинулся, заставляя его чувствовать пустоту. - Ты, случайно, не чувствуешь себя плохо? У тебя может быть небольшой тепловой удар. — Н-нет! Ничего подобного! - в конце концов, это просто чувства. — Хмм... - Камадо сощурился, глядя на него. - Ну, просто возьми это на всякий случай, - он протянул бутылку с холодной водой, взявшуюся из ниоткуда, - и найди меня если тебе станет хуже. — Я приду, - нет. Он взял бутылку. - Спасибо за помощь. — Всё путем! Это причина, по которой мы здесь, - и с солнечной улыбкой, Камадо встал на ноги. - Береги себя, Шабана-сан. — Ты тоже... Как только мальчик ушёл, он вздохнул. Конечно он просто делал свою работу. Он не заботился о нем на межличностном уровне (personal level). Просто пока это продолжалось, это было приятно. Он положил эту бутылку ко лбу и закрыл глаза: он наслаждался этим прохладным ощущением. Он услышал перемещение песка, когда Хакуджи наконец-то вернулся на свое место рядом с ним. Гютаро просто хмуро посмотрел на него. — Ну? — Что «ну»? Хакуджи выглядел обиженным. — Я просто оказал тебе услугу! — Что это за услуга такая?! — Я дал тебе возможность поговорить с ним! Ты серьезно не пригласил его куда-нибудь после всего? — Конечно же нет! Гютаро оглянулся чтобы убедиться, что Камадо их не услышит. Он вернулся к зданию - неудивительно - и с кем-то разговаривал и одаривал его радостной улыбкой. — Мы же сказали, что сделаем это, - Хакуджи звучал агрессивно. — Ну... Я не могу. — Почему нет? — Потому что... - он посмотрел на него. На мальчика, который обратил на кого-то другого свое озадаченное выражение лица, как он, конечно же, и сделал бы. - Потому. Теперь иди пригласи своего парня. —... Таро. Тебе лучше не делать того, что я думаю, ты сделал бы, - теперь он звучал раздражённым. — Что ты думаешь я сделаю? — Ты используешь свою тупую неуверенность в себе, чтобы отговорить себя от этого? Ты всегда так делаешь. — Каким образом это твоя проблема? - прошипел он в ответ, решив накинуться на того, вместо признания того, что это его проблема. — Ты мой друг и я беспокоюсь о тебе? Верно. Это был его лучший друг. Что за приятный укол вины в грудь. — Ты не пригласишь его. Но не будешь ли ты потом жалеть? — Это лучше, чем вызывать жалость. Я этого не хочу. — Не думаю, что такое случится, - Хакуджи звучал раздражающе самоуверенным. — По отношению к тебе, возможно. Почему бы тебе не побеспокоиться о себе? — Я работаю над этим! - Хакуджи закатил глаза. - Я...пойду и поговорю с ним прямо сейчас! - и он встал. Конечно же он не начал идти, просто стоял. — Ну так иди уже. — Вот и пойду! Гютаро наблюдал за тем, как он шел прямо к Ренгоку возле высокой смотровой башни. За эти недели он много раз подходил к нему, но сегодня он выглядел особенно решительным. Он точно получит это свидание. Гютаро просто отхлебнул воды из бутылки - да, поддерживать водный баланс было хорошей идеей. Он снова перевел взгляд на Камадо. Мальчик вернулся к зданию и разговаривал с парой детей. Для молодого парня он действительно довольно-таки сильно походил на мать, наверное из-за этого дети тянулись к нему. Он успокаивал их, когда они были напуганы. И как всегда, это доброе выражение лица по-настоящему трогало его. Как только Камадо отмахнулся от двух маленьких девочек, которые, судя по тому, что он видел отсюда, показывали ему некоторые формы ракушек, он резко повернулся, и они встретились взглядами. Гютаро почувствовал как его захлестывает ужас и он хотел встать и убежать. Однако Камадо, вместо того, чтобы показать отвращение или смущение, просто улыбнулся и помахал ему. Это... Это просто было нечестно. Но он коротко кивнул ему в ответ, после чего отвел взгляд. Это было тем, что он получил за свою достаточную глупость вот так пялиться. И только когда Хакуджи вернулся, он осмелился поднять глаза. — Ну и? - он может уже уйти? —... Я попробую еще раз позже. Значит, он тоже пошел на попятную. — Удачи. —... Он всё усложняет своим тупым...всем! — Да... - он мог понять это. — Это сложно, но мы сможешь сделать это. — Ты сможешь. Хакуджи одарил его тяжелым взглядом. — Ты тоже. — Ха. Нет. — Еще увидишь. Ему не понравилось как зловеще это прозвучало.

***

Гютаро держался в стороне, наблюдая за тем, как Хакуджи сначала настраивает себя, а потом отступает. Почти также, как и все лето. Сам Гютаро даже не смотрел на Камадо в этот момент. Никогда снова. Он будет сидеть и не высовывать под зонтом безопасности, пока они не уйдут. К сожалению, он выпил всю сраную воду, что дал ему Камадо... Выругавшись еще раз, он встал. — Собираешься пойти поговорить с ним? — Нет. В туалет. — Повесились. — Как и всегда. Гютаро проскользнул к кабинке туалета, к счастью, сейчас там было тихо. Он планировал всё сделать быстро и уже мыл руки к моменту, когда дверь открылась. — О, Шабана-сан! Что за чертовщина тут происходит? По крайней мере, он должен был быть благодарен за то, что Камадо не увидел его моментами ранее, когда он выглядел еще менее достойно. — Привет, - он пытался выглядеть максимально нормальным. — Как твоя рука? — Все хорошо. Спасибо. — Я рад! - он улыбнулся ему. - И тебе все еще жарко? — Сейчас получше, - хотя у него было чувство, что оно скоро вернётся. — Тогда скажи мне, если тебе станет плохо снова. — Ага, я скажу, - Гютаро знал, что лучшим выходом было бегство. - Мне лучше вернусь. — Конечно! Повеселись со своим другом. —Спасибо, - я не хочу. Гютаро схватился за дверную ручку и дернул ее вниз, наваливаясь плечом на дверь, которая оставалась плотно на своем месте. Он остановился, посмотрел на нее и попробовал снова. Никакого результата. Это выглядело так, будто дверь заперта. Ох, блять, нет. Хоть он и старался не паниковать, ситуация действительно заслуживала паники. Его не беспокоил сам факт того, что он застрял в туалете, это было просто незначительное неудобство. Его большо беспокоила компания. — Что-то не так? - Камадо быстро исчез и выглядывал из-за раковины. — Дверь... Я думаю, она закрыта. — Закрыта?! - Камадо подбежал и ему пришлось отойти. Когда он сам попробовал открыть дверь, на его лице показалась встревоженность. - Как это могло произойти? — Без понятия, - кто-то правда ненавидел его. — Камадо похлопал себя по карманам. — Эм... У тебя телефон с собой? Я оставил свои телефон и рацию в комнате. — Мой у моего друга... — Ах. Я думаю, нам остается только ждать прихода кого-нибудь. Хотя я думаю, что Кёджуро-сан быстро заметит, если я пропаду надолго. Хакуджи не стал бы слишком сильно беспокоиться. Но теперь до него дошло: ему придется ждать с человеком, которого он надеялся избегать. Это выглядело так, будто он могда добавить «нормальные функции тела» к списку вещей, что не нужно делать на пляже. — Мы хотя бы можем посидеть! - Камадо уселся на небольшой скамейке у стены, возможно, предназначенной для переодевания. — Да... - он сел рядом с ним. Ну, на расстоянии около метра. Для начала, у Гютаро не было особых навыков для общения, но с этой нервозностью... В конце-концов, он уставился в землю и возненавидел свою жизнь. — Эй! Он подпрыгнул, когда Камадо внезапно вскрикнул. — Да? - он посмотрел на такое же неловко выглядящее лицо. — Ты же старший брат Умэ-сан, да? Теперь это было сюрпризом. — Ага. Ты знаешь Умэ? - он точно влюблен в нее. Это встречалось везде, даже с учётом того, что у нее есть парень. Не говоря уже о том, что это просто типично, что человеку, который ему нравится, нравится его сестра. — Я один из друзей Геньи. Или возможно он не был. — Ох, это... Он хороший парень. — Ага. Они выглядят очень счастливыми вместе. — Согласен, - ему нравится видеть свою сестру счастливой. — Она сказала, что ты очень любишь растения. Умэ, за что?! Мило, что его сестра настолько сильно любит говорить о нем, но он не знал, что именно с этим человеком! — Да. Они довольно прекрасны, - менее надоедливый по сравнению с людьми. — Какие твои любимые? - и Камадо смотрел еще пристальнее, наклоняясь ближе. — Мне нравятся кактусы и всё такое, - и да, он знал, что его любовь к колючим растениям говорит о многом. — О, у меня есть один! — Правда? - он на мгновение удивился. — Мгм! - он энергично кивнул. - Он совсем маленький. И тонкий, с...я думаю красной или розовой штукой. Вверху он немного расплывчатый такой, - камадо жестом указал на фигуру. — Ты имеешь ввиду лунный кактус? — Да! - его улыбка стала шире. - Он живет у меня уже некоторое время! Хотя я не думаю что так тяжело поддерживать их жизнь. — У них есть другие проблемы. — Но у тебя их несколько, да? — Ага, немного, - на каждом подоконнике и целой книжной полке. — Я хотел спросить некоторые советы. Я бы хотел приобрести еще больше кактусов! — Есть много классных видов, так что... - было приятно, что они разделяют этот интерес, даже если это не помогает ему с избеганием Камадо. — Я только что осознал, что мы никогда не называли друг друга полных имён! - Камадо выглядел шокированным. - По-моему, Умэ-сан говорила, что ты... Гютаро-сан? Он впервые назвал его по имени. По. Имени. — Да, ты прав, - как он, блять, должен с этим справиться? — Тебя это не смущает? Я могу продолжить обращаться к тебе по фамилии. — Всё в норме, - он сказал это до того, как до него дошел весь смысл сказанного. - Можешь называть меня как хочешь. — Тогда можешь называть меня Танджиро. Ведь у нас есть общие друзья. Твою ж мать, у них даже есть общие друзья. Что ж, это усложняло задачу избегать его еще больше. — Ну только если ты согласен. — Я не возражаю! - Танджиро выглядел еще счастливее. - Я хотел поговорить с тобой побольше, так что всё к лучшему. — Серьёзно? - он не знал что с этим надо делать. — Ты довольно часто здесь бываешь. И к тому же... Что бы он там не хотел сказать, это было прервано щелчком двери и появившимся лицом Ренгоку. — Вот ты где! — О! Кёджуро-сан! - Танджиро встал. - Извините, дверь была закрыта! — Я уже понял это! Блять, этот пацан такой громкий. Гютаро хотел закрыть свои уши, но, возможно, это слишком очевидно. Но по крайней мере это значило, что он может сбежать, вернуться к солнечному свету. — Я не могу найти причину, по которой дверь оказалась заперта, потому приношу свои извинения, - воскликнул Кёджуро рядом с ним. — Не беспокойтесь об этом, - это не было так плохо, как могло быть. — Спасибо, что составил мне компанию, Гютаро-сан. — И тебе... - он наклонил голову. Получив еще одно сердцеостанавливающую улыбку, он смог сбежать. К подножию лестницы, где его ждал Хакуджи. Все встало на свои места, как только он увидел его. — Как всё прошло? — Ты!.. - он остановился. Он был так зол что не знал насколько огромным будет взрыв. — Ты бы не смог поговорить с ним без помощи, - он знал, что Хакуджи хотел как лучше, но это так же выводило его из себя. Гютаро собрался открыть рот. Но он услышал голос Кёджуро и понял, что тот идет сюда. И он увидел девушку, раздивающую полуалкогольный яркий напиток по бакам позади. — Эй. — Да? - девушка остановилась. — Не возражаешь если я возьму? - он указал на чашку. — Но я уже выпила большую часть. — Я не собираюсь это пить. — Таро? - в голосе Хакуджи звучало подозрение. По хорошим причинам. Когда девушка, слишком смущенная для отказа, передала ее, Гютаро немедленно вылил всю голубую субстанцию на голову Хакуджи. — Эй! В этом не было нужды, ты, уеби...! — Что тут происходит?! Хакуджи замер как только он осознал что происходит. — С Куджи случился питьевой инцидент, - ответил Гютаро, выкидывая чашку в бак. — Ох, дорогой! - Кёджуро наклонился ближе прежде чем Хакуджи успел возразить. - Давай я помогу тебе с этим! — П-поможешь?! И теперь была очередь Хакуджи заикаться и краснеть, когда Кёджуро достал маленькую упаковку салфеток и начал вытирать сладкую жидкость. — Если пойдешь со мной, я могу дать тебе и полотенце! — Спасибо... - Хакуджи бросил на него неодобрительный взгляд, а Гютаро смотрел на него, скрестив руки на груди и прищурив глаза. Если он не получить ничего после этого, то у него не будет никакой надежды.

***

Гютаро уже вернулся благополучно вернулся под зонт, когда Хакуджи вернулся и пристально смотрел на него поверх маленькой книжки, которую он вытащил. Не то что бы он действительно придал этому значение, но это помогло ему отвлечься. — Ладно, я понял, - он вздохнул, устраиваясь рядом с ним. - Это было подло. — Действительно подло. — Я просто хотел помочь... - у него хватило порядочности для виноватого вида. — Мне не нужна помощь. Я просто... - он остановился. Он не знал, что ему нужно. — Что там произошло? — Он дружит с парнем Умэ. И мы перешли на имена. — Ебать. Это прекрасно, да? — Разве? — Да. Гютаро отбросил книгу в сторону. — Куджи. Я не против быть друзьями, но... Я буду чувствовать себя еще более дерьмово, если не избавлюсь от этой сраной штуки сейчас. — Есть другой вариант. Ты можешь...признаться и попробовать начать встречаться с ним? Он бы не назвал это ответом. — Ладно. Если ты не хочешь, то может ты поможешь мне? — Разумеется, - он хочет, чтобы Хакуджи повезло. - О чём думаешь? — Я думаю... Я пойду и приглашу его. Но ты пойдешь со мной. — Хорошо. Но я не буду стоять столбом, - это было бы слишком похоже на то, что обычно делают люди в средней школе. — Я знаю! Я просто хочу немного моральной поддержки. — Я окажу ее. — Спасибо. Пошли, пока я снова не струсил. Кёджуро вернулся к зданию, разбираясь с какой-то витриной. Другой их коллега сидел на башне и следил за морем, когда Танджиро...нигде не было видно. Гютаро не был уверен в том, что должен чувствовать, поэтому ограничился облегчением. — Напомни мне не бежать. — Не беги, - Гютаро похлопал его по плечу. — Спасибо, - Хакуджи глубоку вдохнул, выдохнул и двинулся вперед. Гютаро просто прислонился к стене и наблюдал за пляжем. Он не собирался на это смотреть: он не настолько жесток. Давай, Куджи... Ты сможешь. Гютаро практически молился за него в этот момент. Мальчик не был таким неуверенным в себе, как он, и он был замечательным человеком; если кто и заслуживал счастья, так это он. — Гютаро-сан? Он застыл, медленно поворачиваясь к улыбающейся фигуре рядом с ним. — Тебе нужна какая-нибудь помощь? Учитывая, что он бездельничал возле домика спасателей, вопрос был справедливым. — Нет! Просто... Жду Куджи, - он указал головой на парня, который разговаривал с Кёджуро. — Я понял, - Танджиро кивнул. - В таком случае, не возражаешь, если я составлю тебе компанию? Он предлагает?! — Тебе не нужно, - он просто старался быть вежливым. - Я знаю, что ты работаешь. — Всё в норме! - Танджиро подошел ближе. - Я вовсе не возражаю. Это было настолько непостижимо, что в голове у него было пусто, а лицо, вероятно, было ужасным, когда он скривился и покраснел. Но мальчик стоял рядом с ним! По собственному желанию! — Ты очень часто приходишь сюда, Гютаро-сан, не так ли? — Да, время от времени, - каждый божий день. — Тебе нравится океан? — Он... Что ж, он расслабляет, - и вправду: ему нравилось бывать там зимой. В это время года поблизости никого не было. — Согласен! Хотя мне больше нравится когда здесь тише. Он повернул голову. — Мне тоже. Танджиро оживился. — Мне кажется, я видел тебя здесь зимой раньше. И он был удивлен еще больше. — Видел? Танджиро энергично кивнул. — Да! Я довольно часто прихожу сюда, обычно с кем-нибудь из моих младших братьев и сестер, но, по-моему, я видел тебя несколько раз. Так он действительно заметил его? — Надеюсь, я не делал чего-нибудь странного, - сказал он не подумав. — Это выглядело так, будто ты поднимаешь какие-то вещи. — Это... Я собирал морское стекло и ракушки и прочую херь для Умэ, - она часто просила. Танджиро сунул руки в карманы и протянул ему содержимое. А именно пару маленьких ракушек типа каури. — Я делаю то же самое для одной из своих сестёр, - он немного посмеялся. Ох, это действительно не помогало. — Мне кажется, что у нас есть некоторые схожести, да? — Похоже что да, - и это заставляло его нравиться ему еще больше. — Умэ-сан часто говорит, чо ты прекрасный старший брат, и я вижу почему. Он считал, что он хороший брат. Это было равносильно смерти. — Не думаю, что я прямо прекрасный, но... Спасибо, - он сглотнул. - У тебя есть много младший братьев и сестер, да? — Ага! — Кажется, ты тоже делаешь многое для них. — Я просто стараюсь изо всех сил, - он отвел глаза. - ... Ты... — Таро! Он подпрыгнул, когда Хакуджи направился обратно. — Куджи? Хакуджи замер, когда понял, с кем тот разговаривал. — Ты свободен? — Я... - он взглянул на Танджиро. — Увидимся позже, Гютаро-сан! В этот момент ему пришлось чуть ли не повторить попытку. Казалось, что он выглядел разочарованным. Но ведь этого не могло быть, верно? — Ты уверен? - спросил Хакуджи, как только они отошли. — Да, всё путем. Но а ты в порядке? Что случилось? — Не смог сделать это, - он вздохнул. - Он просто такой... Кёджуро! Понимаешь? — Да, - к этому моменту он многое сделал. — Пойду поплаваю и остужусь немного, - он вздохнул. — Я не собираюсь заходить в воду, но могу просто посидеть рядом. Хакуджи, как всегда, выглядел подтянутым, когда скользнул в воду, словно какой-нибудь мускулистый тюлень. И тогда Гьютаро просто опустил ноги по самую ватерлинию; да, было холодно, но в такую жару это казалось освежающим. Если не считать надоедливых, визжащих сорванцов поблизости, конечно. Он пытался игнорировать их, сосредотачиваясь на безумной скорости плавания Хакуджи. Он действительно выкладывался на полную, когда он сдерживал свою энергию. Он довольно тупой... Но, возможно, я тоже. Может быть, это была возможность попробовать что-то изменить? Ведь Танджиро, казалось, действительно хотел с ним поговорить, что было удивительно. — Это тот парень? - молодой человек указал на море, обращаясь больше к своим друзьям, находившимся поблизости, но его громкий голос привлек внимание нескольких человек вокруг. Гютаро вместе с друзьями молодого человека посмотрел на фигуру, медленно уходящую под воду. Ох, черт! Он огляделся в панике: он, конечно, умел плавать, но он не думал, что сможет вытащить своего тупого, тонущего друга на берег. Но, конечно же, это был пляж со спасателями. И вот Кёджуро уже спускался по пляжу, он бежал с доской в руке и скользил с ней по поверхности. Это... Гютаро все еще был обеспокоен, но понимал, что, скорее всего, все в порядке. Он наблюдал, как Кёджуро практически подплыл к нему, взвалил его на доску и потащил обратно к берегу так, что это выглядело почти без усилий. Это было впечатляюще обтекаемо. Как только Кёджуро помог выйти ему из воды, Гютаро проследовал за ним, смотря как его другу растирают спину, пока он откашливается водой. — Он в порядке, Кёджуро-сан? - Танджиро прибежал с аптечкой первой помощи. — Я думаю у него внезапно начались судороги. Хакуджи кивнул, кашляя. На самом деле это было неудивительно, учитывая его старания. — Ему нужно куда-нибудь идти? - тогда бы Гютаро пришлось звонить его отцу... Это было бы забавно, да? — Я попрошу кого-нибудь осмотреть его! - Танджиро достал телефон и начал набирать номер. Пока он разговаривал с кем-то на той стороне, Гютаро заметил, что Хакуджи оживился. — Осторожнее! Ты мог проглотить немного воды, - Кёджуро продолжил аккуратно растирать круги на его спине. Хакуджи посмотрел на Гютаро, стоявшего рядом с ним. — Ты в порядке, Куджи? - он был обеспокоен, хотя знал, что он получал поддержку. Но Хакуджи не ответил ему: вместо этого он посмотрел на Кёджуро. — К... Кё... - его голос звучал напряжённо после такого количества проглоченной соленой воды. — Будь осторожнее, пожалуйста! Ты жалкий ублюдок. — Они послали кого-то на осмотр! - объявил Танджиро. — Спасибо, Танджиро! — Кёджуро, - наконец-то сказал Хакуджи. — Что такое? У Хакуджи было немного ошарашенное выражение лица. —... Ты красивый... Воцарилась тишина, Кёджуро моргнул, Танджиро застыл, а Гютаро закрыл лицо руками. Это было уже слишком. Он еле-еле мог говорить. — Вау, спасибо, - он выглядел менее озадаченным, нежели остальные. — Пожалуйста, сходи со мной на свидание! - видимо, пребывание на волоске от смерти, оказало некоторое влияние. Ему отшибло мозги. — А...? — Свидание. Со мной. Пожалуйста. — Оу! - Кёджуро, кажется, понял. - Сначала нужно тебя осмотреть! Но это было бы замечательно! Твою мать, это сработало?! Хакуджи лишь ухмыльнулся Гютаро. — Таро! Я получил свидание! — Ага. Молодец, - всего лишь потребовалось чуть не утонуть. — А теперь, может, нам следует отвести тебя в медицинский кабинет? — Хорошо... - Хакуджи надулся. - Боже, ты прекрасен. Ох блять. — Спасибо снова! А теперь пойдём. Кеджуро помог ему встать на ноги и они пошли к зданию. Танджиро и Гютаро быстро переглянулись. — Твой друг в порядке? — Да. Просто у него тяжелый случай идиотизма, - хотя ему так же очень повезло. — Но для них это очень волнительно, верно? - Танджиро улыбнулся. — Ага... - его друг все еще был храбр в конце дня. Я не смог бы этого сделать. Ни разу за миллион ебанных лет. Он взглянул на Танджиро. Сам мальчик оглянулся в его сторону, одарив его легкой улыбкой. Что, конечно же, заставило его сердце подпрыгнуть. —... Эй. Что он собрался делать? Что за хуйню он собрался делать? — Да? Но если он начал, то надо закончить. — Ты... Может быть, ты хотел бы... — Что? - Танджиро, казалось, наклонился еще ближе. Он собрался с духом. — Может... Ты хочешь сходить на свидание тоже? - он выдавил это из себя, почти чувствуя тошноту. Покраснев, Танджиро приготовился к отказу. Да, он был напуган до смерти, но он пытался, не так ли? И, возможно, он не хотел слышать такой ответ, но, сказав это вслух, он почувствовал себя немного лучше. — Я не против! - конечно же, Танджиро опровергнул все его ожидания. — Серьёзно? - это было большим сюрпризом и он попросту не знал, что нужно делать дальше. — Конечно! - и хотя Танджиро все еще краснел, он улыбался так широко, что казалось, его лицо вот-вот расколется на части. — Со мной? - он почувствовал, что должен прояснить ситуацию. — Но ты вроде это и имел ввиду, да? — Да. — Тогда я определённо с удовольствием пошел бы! - Танджиро подошел ближе. Он действительно хотел пойти на свидание с ним. Так что... он действительно любил его в ответ? Это правда? — Моя смена заканчивается в четыре, так что... Если с твоим другом все будет хорошо, то может встретимся после нее? - Танджиро сцепил свои пальцы между собой. — Давай... - и он был уверен, что с Хакуджи все будет нормально. Этот ублюдок был живучим в конце-концов. — Я буду ждать с нетерпением! — Я тоже. Наблюдая, как мальчик убегает, помахивая рукой, он почти поплыл к медицинскому кабинету. Ему нужно было сказать Хакуджи, что он все-таки был прав: придурок был бы очень доволен этим.