Нарушить негласное правило Трансмигранта

В тот спокойный день в Императорском дворце, в саду за дворцом Жюльетт, трое молодых людей пили чай, разговаривая друг с другом.   — Зачем ты позвал нас сюда, принц Джесси? — спросила девушка-рыцарь в доспехах.   Мужчина с чёрными волосами, сидевший рядом с ней, сделал глоток кофе (который он предпочёл чаю) и приподнял бровь, показывая, что ему тоже любопытно. Джесси нечасто приглашал их, а некоторое время назад он и вовсе старался их избегать.   Джесси понимал, для чего он их пригласил, но его ладони вспотели от беспокойства, действительно ли признание в этом было бы хорошей идеей. Наконец он набрался храбрости и заговорил. "Сначала о главном, Бенджамин. Ганаэль. Пожалуйста, присаживайтесь, я хочу, чтобы вы оба тоже это услышали ". Дуэт постарше и помоложе расчистили место вокруг чайного столика в соответствии с предыдущим пожеланием Джесси. Они заняли свои места. В прошлом они бы отказались от такого приказа сидеть за столом принца Джесси, но после того, как их заставляли делать это снова и снова, они привыкли сидеть за столом своего господина во время трапезы или чаепития.   Джесси вздохнул, и все, кто смотрел на него (на его лицо было легко смотреть), немедленно обратили на это внимание. Наследный принц нахмурился, в то время как молодая леди Сарнез прошептала: "Не торопись, ты не обязан нам ничего рассказывать". Что вызвало сердитый взгляд упомянутого Принца. (Он знал, что если его вызвали по такому пустяку, то это должна быть очень важная информация. Это, и ещё, он не посмел бы никому рассказать, но он заботился о другом принце.) Ганаэль и Бенджамин хранили молчание, хотя на лицах у обоих было выражение беспокойства. Принц Джесси не раскрыл перед ними информацию, которую собирался сообщить, что заставило их забеспокоиться, что это было.   Джесси взял себя в руки и начал говорить. «Всё в порядке, леди Кристель. Я готов говорить». Он резко вдохнул. «[Я собираюсь использовать Божественного оракула, чтобы вы все знали, что я говорю правду.]» — начал он. Он бы пригласил и её преосвященство, кардинала Бутье, но она отклонила его приглашение, так как была слишком занята, и он беспокоился о последствиях того, в чём собирался признаться, хотя в этой истории он не был преступником. Лицо наследного принца тут же помрачнело, а юная рыцарь в замешательстве склонила голову набок. Ганаэль тоже был озадачен, а Бенджамин терпеливо ждал. «[Я хотел сказать всем вам, мои дорогие друзья… Дело в том, что я не из этого мира.] — Он закончил фразу и замолчал на мгновение, чтобы оценить реакцию всех присутствующих, особенно принца Седрика. Ему не хотелось этого говорить, но если сегодня всё закончится плохо, то из-за него.   «Что ты имеешь в виду?» — начал было потрясённый наследный принц, но его перебила ликующая Кристель, которая тут же поняла, что делает, и прикрыла рот рукой.   Джесси, нет, Йесо, сразу после этого снова заговорил, чтобы после этого не заподозрили Кристель. У Ганаэля и Бенджамина тоже, похоже, были вопросы, но Йесо снова заговорил, прежде чем они успели их задать.   «[Прошу прощения, я знаю, что вы все, должно быть, в замешательстве, особенно вы, ваше императорское высочество. Даже рассержены, потому что я знаю, что, должно быть, вам показалось, что я солгал о том, кто я такой.]» — заявил Йесо. Он снова оценил выражение лица Седрика. Как он и ожидал, наследный принц был в ярости, но не потянулся за Мечом Мудрости. Он скрестил руки на груди, а кофе, оставшись без присмотра, остыл. Йесо начал снова. «[Я лгал только о своём имени, а не о том, кем я был, и даже тогда я технически являюсь Джесси Венецианом. Так как это его тело. Я стал жертвой обмена телами и после этого очнулся в этом мире.]» — сказал он. «[Я всегда был самим собой рядом с вами, я не притворялся и ничего такого не делал. Я действительно считаю вас всех своими… Дорогими друзьями. Вот почему я хотел рассказать вам об этом сегодня.] — закончил он.   Все хотели что-то сказать, но наследный принц поднял руку, чтобы их заткнуть. Теперь была его очередь говорить, и, чёрт возьми, «Джесси» собирался ответить на его вопросы. Сначала он разозлился, потому что думал, что его обманули и что ему придётся казнить того, кто, как он думал, был ему небезразличен, и отправиться на войну, но теперь его гнев был направлен не столько на «Джесси», сколько на настоящего Джесси. Он прекрасно понимал, почему предполагаемый принц, сидящий напротив него за столом, всё это время держал это при себе, пока не почувствовал, что может им доверять, но даже если в этом поступке была логика, какая-то часть его всё равно болела по какой-то богом забытой причине. Ему ничего не хотелось, кроме как протянуть руку «принцу», сидящему напротив, но сейчас было не время. «Ты. Как тебя зовут на самом деле? Откуда ты родом? Ты вступил в сговор с настоящим принцем Джесси, когда занял его тело? Как ты вообще смог занять его тело?» — холодно проговорил он.   Джесси, нет, кто бы это ни был, глубоко вздохнул. «[Я думал, что вы спросите об этом, но прежде всего я хочу сказать, что не вступал в сговор с настоящим принцем Джесси. На самом деле… До того, как я попал сюда, в эту реальность .. Он был вымышленным персонажем из книги.]» Все тут же широко раскрыли глаза и потеряли дар речи, поэтому Йесо продолжил. «[Прежде чем я расскажу подробнее, я отвечу на другой ваш вопрос. Меня зовут… Чон Йесо . Йесо — моё имя, Чон — фамилия. В моей стране принято ставить фамилию перед именем. Теперь вернёмся к книге. Книга, о которой я говорю, называлась «вставьте название сюда». Это была книга, которой была одержима моя младшая сестра.]» Он грустно улыбнулся.   Все просто сидели и моргали. Наследный принц просто сидел с открытым ртом. Хотя он и произнёс это имя про себя, когда Кристель начала говорить. Никто его не услышал, но он подумал, что оно хорошо звучит. Оно было странно похоже на имя Джесси. По крайней мере, он знал, что его чувства были настоящими. Человек, сидевший напротив него, всегда был самим собой рядом с ним. Фальшивым было только тело. Однако по какой-то причине он почувствовал, как по спине пробежал холодок. Некое подобие дискомфорта. Он полностью проигнорировал то, что говорила Кристель.   "Что ж, приятно снова познакомиться с тобой, Йесо". Кристель вздрогнула. "Я не могу говорить за других, но мне очень приятно сознавать, что ты чувствуешь себя достаточно близкой ко мне, чтобы признаться во всём этом. Я уверена, что у тебя, должно быть, было тяжелое бремя, раз ты взвалил на свои плечи всю эту информацию в одиночку. Она грустно улыбнулась. Йесо не мог сказать это вслух, но он знал, что она говорит по собственному опыту.   "Приятно признаться, леди Кристель. Хотя, есть несколько вопросов его Королевского высочества, на которые я не смог ответить".Йесо грустно улыбнулся. Седрик, который был погружён в свои мысли, немедленно переключил внимание. Он снова был серьёзен.   Наследный принц подтолкнул его, чтобы он продолжил говорить. Йесо снова заговорил. «[Я не знаю, как я оказался в этом теле, но у меня есть несколько теорий… Я считаю, что камень Желаний был использован, чтобы переместить меня в это тело. Я уже говорил, что не крал его, и это была правда. Я переместился в это тело ночью после прибытия принца Джесси. Он сам мог загадать это желание. Это также означает, что мой Эфир, скорее всего, тоже был создан по камень Желаний.] — сказал он.   Затем заговорил Ганаэль. «Значит, мы с Бенджамином были единственными, кто встретил настоящего Принца. Ты, наш любимый Принц, проснулся в этом теле на следующее утро», — заявил Ганаэль.   "[Да, Ганаэль.] Йесо грустно улыбнулся. "[Что касается того, откуда я, я из совершенно другого мира. Там нет такого понятия, как Эфир, а страна, из которой я родом, называется Корея.] " - признался Йесо. Краем глаза он заметил, как Кристель резко вздохнула. У него было предчувствие, что после этого его оттащат в сторону.   Теперь Седрик выглядел просто… Грустным. «Зачем ты нам это рассказываешь… Йесо?» — в конце принц тихо прошептал его имя. Он явно всё ещё пытался к этому привыкнуть. «Ты собираешься уходить прямо сейчас?» — спросил он.   Йесо грустно улыбнулся. «[Нет. Если бы это было так, я бы молчал. Честно говоря, я всё ещё хочу вернуться домой… Но я хочу показать вам всем свой дом и себя настоящего. Я бы тоже хотел вернуться к вам. Я говорю вам всё это, потому что вы все стали для меня незаменимыми. Я не хочу, чтобы что-то случилось и вы все были в замешательстве, не понимая, почему «принц Джесси» ведёт себя не так, как раньше, или чтобы вы все впали в отчаяние, если я умру. Вы все — мои драгоценные друзья.]   Кристель улыбнулась, а Седрик задумчиво опустил взгляд. — Спасибо, что рассказал нам об этом, Йесо, — сказала она.   Седрик оторвался от своих мыслей. «Не могу поверить, что говорю это, но то, что было сказано сегодня, не должно просочиться и стать достоянием общественности. Даже моя мать не должна знать. Особенно никто в Священном Королевстве, иначе они могут отомстить, зная, что ты на самом деле не «ты». Это единственный способ защитить тебя, Йесо». Наследный принц выглядел особенно потрясённым. Казалось, что все его стены рухнули. В тот момент он был явно наиболее уязвим, он слегка вспотел.   — Наследный принц! — воскликнул Йесо. Он подумал, что Седрик впадает в эфирное состояние, и выпустил эфирный круг, чтобы влить в него эфир.   Седрик просто смотрел на него широко раскрытыми глазами, и все, кроме Йесо, понимали, что он думает: «Вот почему я тебя люблю».   — Я в порядке, — сказал он. — Значит, тебя тоже благословил Божественный предмет. Вот почему твой Эфир такой чистый и обширный. Я надеюсь, что твой Эфир перейдёт в твоё настоящее тело, — сказал Седрик. Однако он не стал говорить то, что собирался. «Потому что, если он связан с принцем Джесси, которому суждено умереть, это будет такой потерей». «Только ты нужен мне рядом». Это осталось недосказанным.   «[Есть ещё кое-что, о чём я должен вам рассказать. Это очевидно, но я должен это сказать. Я ничего не знаю о Священном Королевстве, я был только в Ристере с тех пор, как появился в этом мире.]» — признался он.   Наследный принц закатил глаза. "Это совершенно очевидно, тебе не кажется? Ты всегда говорил так, как будто был человеком Ристера. Теперь, когда я знаю, что ты даже не из этого мира, я подумываю о том, чтобы заставить тебя натурализоваться в конце концов. Сказал он.   Йесо неловко улыбнулся, по его щеке покатился холодный пот.   Чайная вечеринка была почти окончена. Все согласились по-прежнему обращаться к Йесо как к принцу Джесси, потому что, по их мнению, он был ИХ принцем Джесси. Он не солгал им ни в чём, кроме своего имени. Все разошлись по своим делам: у Бенджамина и Ганаэля была работа для принца Джес- нет, принца Йесо, а Седрику нужно было придумать план, как защитить своего возлюбленного, даже если эта информация просочится. Вскоре, когда солнце начало садиться, остались только Кристель и Йесо.   Она улыбнулась ему, и в лучах заходящего солнца её глаза засияли. — Можно мне поговорить с тобой, Йесо?       Кристель схватила его и повела на прогулку по Садам Жюльетт ещё до того, как солнце село. Он чувствовал, что она так поступит, но разговор, которого он ждал, заставил его занервничать.   — Здесь никого нет, но я хочу кое-что с тобой обсудить. То, что я не хочу, чтобы кто-то ещё знал. — Кристель собралась с духом. — Я не настоящая Кристель де Сарнез, — сказала она.   Йесо просто молча смотрел на неё. «Я знаю», — просто сказал он. «Ты была главной героиней романа, о котором я говорил», — сказал он.   Она сразу же побледнела от его слов. «...Что ты такое говоришь?» — спросила она.   «Леди Кристель, вы, кажется, всегда беспокоились о том, что настоящая Кристель однажды вернётся в своё тело. Я не думаю, что вам нужно беспокоиться. Этот мир создан вокруг вас и для вас, ведь вы — главная героиня, протагонист этого мира. Я не думаю, что настоящая Кристель вообще должна была существовать, вы всегда должны были занять её место». Не позволяй ей влиять на твой выбор и на то, чего ты хочешь в этой второй жизни. Йесо мягко улыбнулась женщине с розовыми волосами.   У Кристель наворачивались слёзы, и она тихо заплакала. «Я… не думаю, что понимаю, но спасибо тебе. Мне приятно знать, что есть кто-то, на кого я могу положиться и кто тоже путешествует по миру». Она обняла Йесо за плечи. Они постояли так некоторое время.   Успокоившись, Кристель посмотрела на Йесо. «Эй, Йесо?» — спросила она.   — Да, леди Кристель, — ответила Йесо.   — Йесо, а ты? Ты, кажется, беспокоишься о возвращении настоящего Джесси. Разве то, что ты сказала, не относится и к тебе самому? Что, если ты всегда должен был быть Джесси Венецианом? — спросила она.   Я нахмурился. «Что ж, вы уже были в оригинальном романе, леди Сарнез. А я нет. Первоначальный Джесси не был Трансмигатором, хотя, судя по слухам, он никогда не был Негодяем», — заявил Йесо.   «Может быть, это потому, что об этом никогда не упоминали, но, как бы то ни было, я рада, что встретила именно тебя, Йесо. Мне плевать на того другого Джесси, мне нужен только тот Джесси, который стоит передо мной». Она улыбнулась.   Йесо посмотрел на неё как олень, попавший в свет фар. «Я… Спасибо», — искренне ответил он.   «А теперь, пожалуйста, позвольте мне проводить вас обратно во дворец Джульетт. Как ваш напарник-рыцарь, я обязана позаботиться о том, чтобы с вами ничего не случилось, особенно сейчас, когда взошла луна». Она настаивала.   О. Она была права, луна действительно взошла, заметил Йесо.       С того дня, когда он признался друзьям, что он не из этого мира, что он не Джесси Венециан, прошло какое-то время. Он не ожидал многого, ведь у Кристель и Седрика были свои обязанности. Ганаэль и Бенджамин заботились о нём как никогда. Даже если они узнали, что он не был их подопечным, он всё равно оставался тем Джесси, которого они полюбили. Сегодня был особенный день, потому что впервые с тех пор, как он признался во всём, наследный принц прислал ему приглашение на чай. Ганаэль помог ему одеться, а Бенджамин занялся другими делами. «Сегодня вы выглядите очень эффектно, принц Джесси», — заметил Ганаэль. Было решено, что даже наедине люди, знавшие секрет Йесо, будут по-прежнему называть его Джесси. «Спасибо, Ганаэль», — улыбнулся Йесо.   — Конечно, принц Джесси. Позвольте мне проводить вас в Сад. — Ганаэль мягко улыбнулся.   «Хорошо». Йесо позволил ему это сделать, и они бок о бок направились в Сад. Пока они шли, мужчина внушительного телосложения с чёрными как смоль волосами сидел и ждал его за столом, заставленным всевозможными угощениями, очевидно, приготовленными специально для Джесси, поскольку никто другой не присоединился бы к двум принцам сегодня.   Наследный принц посмотрел на него. «...Ты опоздал», — просто сказал он. Йесо просто уставился на него в недоумении, потому что нет, он не опоздал, а наследный принц как раз пришёл раньше. Хотя для всех, кроме Йесо, было очевидно, что принц имел в виду. «Я ждал тебя и даже пришёл пораньше».   Йесо сел и одарил его своей фирменной мягкой улыбкой. «Прошу прощения, принц Седрик», — спокойно ответил он, зная, как вести себя с его королевским высочеством после стольких лет знакомства, когда принц-император был Сэйди. Он взглядом показал Ганаэлю, что тот может уйти, юноша заметил это и удалился.   Некоторое время они сидели молча, и Йесо начал пробовать принесённую ему выпечку. Его щёки раздулись, как у бурундука.   Седрик заметил это, и его глаза загорелись весельем, едва заметным для тех, кто его не знал.   Однако Йесо, который всегда был глух к большинству вещей, которые говорил Седрик, не заметил его веселья. «Что-то не так с моим лицом, Ваше Королевское Высочество?» — спросил он, неловко посмеиваясь над тем, что казалось ему пристальным взглядом.   Седрик подавил вздох, решив, что лучше сразу перейти к сути этой «чайной вечеринки». Он набрался смелости, чтобы заговорить, но старался не выдать нервозности, тщательно следя за своим внешним видом. Он был наследным принцем и не мог позволить себе проявить слабость даже перед человеком, которому собирался признаться. «Ты. Стань моим». — приказал он без лишних слов.   На лице Йесо появилась стереотипная шокированная улыбка. «Э-э-э?!» — воскликнул он, не верч, что понял это правильно.   Седрик резко встал и подошёл к Йесо, нежно взяв его за подбородок, чтобы прояснить ситуацию. «Я скажу тебе это только один раз, Йесо». Его имя слетело с губ Седрика тихо и мягко, едва заметно, когда наследный принц заговорил. «Я хочу, чтобы ты был моим». — сказал он. Он ожидал, что Йесо не поймёт, поэтому наклонился к нему.   — Э-э-э-э?! — Йесо был в шоке. Седрик прошептал ему на ухо, низким голосом спрашивая разрешения поцеловать его. Йесо покраснел как помидор, но всё равно кивнул.   Седрик коснулся его губ, нежно поглаживая лицо Блондина, прежде чем отстраниться. Он заговорил снова. «Значит, ты мой?» — спросил Седрик, уточняя, чтобы убедиться, что он ничего не перепутал. Он получил совет от своей крёстной, как действовать, и кардинал Бутье, зная своего крестника, прекрасно понимала, что ей нужно подчеркнуть важность согласия, а также прояснить статус отношений.   Есео просто кивнул.   Он встречался с главным героем, который в любом другом мире был бы мужчиной Кристель, но теперь Седрик принадлежал ему.