Уста твои глаголят истину

С мамой я уж не живу

С детства с рифмою дружу

Я люблю своих друзей

Как нормальненьких людей

      Утро. Я в кровати. Эта ночь была что-то!       Всю ночь я носилась от Мизуки по всему лесу, чтобы хоть как-то оторваться от преследования. Этот придурок использовал столько ножей, сюрикенов — это такие звёздочки из нержавейки, которыми почему-то пользуются поголовно все — и кунаев, что цена за них резко взлетела к небесам.       Он всё тараторил о моей бесполезности — ага ага, пусть скажет это моей медицинской аккредитации — и мечтательно заявлял о желании убить меня.       В конечном итоге меня спас Ирука — парень схватил его за шиворот уже когда Мизуки намеревался пустить меня на фарш.       Дальше я ничего не знаю.       Я просто смылась куда подальше, лишь бы они меня не трогали.       Оказалось, старик всё же заметил пропажу, и мне пришлось с повинной возвращать бумагу на место, лишь бы он не кичился своим титулом, пытаясь ткунь в него моим длинным непослушным носом.       Что что, а уклоняться от ответственности я могла.       И вот, я дома в кроватке.       Настенные часы уже трезвонили, что настало время просыпаться.       Ужас, как я вообще на это подписалась?       Сарделькой я скатилась на пол, едва ли не ударившись о прикроватную тумбу — на ней хранилась давно высушенная икебана — и уселась, поджав ноги.       Здесь в марте уже тепло и достаточно свежо, чтобы перестать ходить в тёплой одежде. По крайней мере я так решила, натягивая синие спортивки.       Вообще, я как-то начала серьёзно «тренировать своё тело», и с уверенностью могу сказать, что мои способности в несколько раз превосходят умения в прошлой жизни. Если не считать жульничество с чакрой, то я сейчас — это я в свои лучшие годы до того, как умерла.       Я не считаю сколько веса я поднимаю, сколько подтягиваюсь, но мне достаточно и того, что смогу перенести пациента с места на место.       Ведь я врач.       Ведь я давала клятву спасти каждого.       — «Трынь»       Это зазвонил будильник.       Сейчас нужно было ползти в академию на встречу.       С трудом оторвавшись от паркета, я стянула с себя пижаму. Это голубая майка и какие-то разляпистые брючки, которые достались по акции на рынке. Осталась я обнажённой, но не полностью…!       Моё мужское достоинство скрывали старинные семейники в цветочек.       Вместо пижамного костюма я заползла в худи грязного розового цвета, которое когда-то давно выцыганила у Сакуры. Под неё пришлось снова наматывать слои эластичного бинта — с некоторых пор я начала страдать частым растяжением мышц.       Поверх ткани бинта закрепила утяжелители. Где-то я слышала, что они позволяют усилить мышечный тонус, но что-то кроме растяжения я ничего так и не усилила.       Не понимаю, почему.       Действительно, не понимаю…!       Ноги тоже нужно было зафиксировать, потому что постоянные пешие прогулки сказывались и на моих ступнях, желающих только одного — долгосрочного отпуска в постели.       Непосредственно, поверх ткани я налепила ещё одни утяжелители.       От кого же мне пришёл слушок про такой способ тренировки?       Едва удалось оторваться от пола. Все мышцы итак оставались уставшими после столь бурной ночки, так и я не позволяла им отдохнуть.       Я закрепила два подсумка — такой маленький мешочек на бёдра — поверх чёрных брюк с отвисшими коленями. Налобный протектор, тот самый выдаваемый генинам, соответственно надела туда, куда он и приспособлен быть — на лоб, только прикрыла сверху волосами, кудрями торчащие в разные стороны.       Хотелось ещё чего-нибудь добавить в гардероб.       Особенно больше нечего.       Сумка с аптечкой в качестве запасного варианта через плечо и под грудь. Ну как те самые спортивные сумочки для телефона, чтобы было удобно бегать. Кажется, мой супруг купил одну такую под всеобщим натиском.       Как это называется?       Хайп.       Ну в общем, мне она не понравилась, и покупать такое желания особого не наблюдалось.       Интересно, что-то ещё помню, хотя столько лет прошло.       — «Трынь».       Пора выходить.       — Половина девятого. — вслух цитировала я, взглянув на часы.       Конечно, они показывали чуть больше времени, но привычка округлять время оставалась.       Когда-нибудь я от неё избавлюсь.       — «Щёлк».       Я была уже на лестничном пролёте: здесь мною когда были высажены заросли дикого винограда. Они разрослись и теперь представляли собой прекрасный полисадник.       Быстро сбежав по лестнице, я оказалась на одной из улиц, ведущих к центральной.       Если посмотреть на карту Конохи, то можно запросто заметить, что она своими крупными улочками напоминает лист. Такая небольшая отсылка к истоку создания страны.       На одной улице со мной есть парк, небольшой, парочка деревьев, окружённых скамьями из гранита. Там же находится и круглосуточный с довольно привлекательными ценами, который порой лучше, чем в забегаловках поближе к дому.       Больших отличительных особенностей я не находила — обычных закуток из общажной зоны для шиноби. Отсюда гораздо быстрее можно было добраться до академии или до резиденции хокаге, хотя и требовалось потратить минут пять своего времени на путешествие.       Я же шагала как обычный гражданский, накинув на голову капюшон, только по тому, что не хотела отвлекать на себя бедных продавцов, которые бояться даже смотреть на меня.       Хорошо хоть меня научили скрывать чакру. Иначе б сейчас собралась толпа кричать и плакать, что опять демон по их души пришёл.       Мне такого счастья не надо!       Пусть лучше я буду прятаться, чем опять они сойдут с ума от одного моего вида.       Соответственно, таким путём я добралась до академии. Ничего необычного, ничего не произошло. Меня ждали, чтобы сделать фотокарточку, после чего я бы отправилась на встречу с командой.       Исключение для меня. Почему? Потому что я так попросила из-за гневливых взглядов родителей, которые были готовы едва ли не сожрать меня с поторохами если я не так посмотрю на их чадо.       Ничего особенного я выдумывать не стала. Пришла в чём была, сфотографировалась в школьной фотобудке — я не знаю как она по-другому называется — и поплелась к хокаге. Фиг пойми зачем ему, чтобы я лично приносила фото… может, фетиш у него такой на детей в кабинете? Или лично на меня…       В результате, я сейчас сидела напротив уставшего взгляда хокаге, желающего только пойти домой и ничего не делать.       — Отличная фотография. — прокомментировал он, ещё раз крутанув её меж пальцев.       — И всё? Зачем я сюда тащился? У меня так-то встреча…— договорить я не успела.       Входная дверь распахнулась и в комнату влетел ребёнок в какой-то бескозырки. Он метнулся было к хокаге с криками: «на этот раз я одолею тебя», как запнулся о собственные ноги и повалился навзничь.       — Эй, это ты мне подножку поставил!       — Ещё чего. — конечно, я поняла чей это родственник.       — Ты хоть знаешь кто мой дед? — он подобрался ко мне и угрожающе шмыгнул носом.       — Да мне плевать, у меня свои дела есть. Иди в ниндзя поиграй.       — Господин хокаге, простите меня! — следом залетел и его… учитель?       Пока этот странный дядька тащил его на себя, не позволяя снова наброситься на окружающих с кулаками, я быстренько сбежала из резиденции. Не хотелось вообще с ними разговаривать, особенно с мелким.       Но между делом этот самый мелкий нагнал меня почти что у самой академии. Он попытался притвориться стеной, однако я его тут же схватила за шиворот, чтобы не мешал, и бросила несколько колкостей.       — Мне абсолютно на тебя насрать, понимаешь? — мальчишка кивнул. — Ты хочешь победить старика? Забудь. Даже я его победить не смогу, так что вытри сопли и иди тренироваться. Если я ещё раз увижу тебя рядом со мной, то кости тебе переломаю.       А вообще я не знаю почему так взъелась на него. Не он же виноват во всех моих грехах.       Таким образом, только к двенадцати я была в аудитории, где уже никого не осталось кроме Сакуры и… Саске.       — Ну здравствуй, — я отвесила поклон и отползла к первой попавшейся парте. — как дела?       — Привет, Наруто! — девочка расцвела, заметив, что я обратилась к ней. — Замечательно, как ты? Я слышала, что учителя Мизуки отправили в тюрьму.       Где она могла это узнать?       Я ей не рассказывала.       Нет, точно не говорила такого.       — Жив буду. Он знатно мне нервы вчера потрепал. — я развалилась на скамье как на кровати и благоговейно вздохнула. — А ты что расскажешь, Тоша?       Мальчишка вздрогнул от обращения и попытался отвести взгляд.       — Я в этом году пройду экзамен на чунина, и не называй меня так, придурок.       — Почему нет? Только я тебя так называю, пусть будет нашим «секретным паролем» на случай «секретной миссии». — заговорчески проговорила я.       Было так приятно увидеть его снова, как будто прошло столетие после нашей встречи.       — Ну это нелогично, — заметила Сакура. — надо хотя бы: когда Наруто придумал прозвище Саске, а когда Саске ему. Менять местами. Помнится, Саске, ты тоже как-то по-другому называл Наруто.       — Плакса. — он зарделся, тут же пряча глаза за чёлкой.       — Вот и отлично, контакты налажены, — я поднялась перпендикулярно парте. — тогда наш пароль будет таков: «Когда Наруто придумал прозвище для Саске — в качестве мести за своё, а когда Саске — когда Наруто упал и расплакался».       Я не стала вспоминать когда это было, но даже этого более чем достаточно, чтобы запутать врага.       Вообще не понимаю зачем именно это… разве что моё жгучее желание заставить его смущаться перед красавицей Сакурой.       Дальше разговор не зашёлся: идиот Учиха отвернулся к окну, совершенно не настроенный на разговор; Сакура ещё что-то лепетала о скорых совместных походах, но мне быстро наскучило её слушать. В конце концов, наше одиночество скрасил появившийся в дверях мужчина.       Видимо, он и есть тот самый наш джонин-наставник, который будет под руку нас водить до становления чунином.       Что ж, дядя как-то-там-тебя, уже в этом году ты избавишься от двоих самых надоедливых задниц в твоей жизни.       — Здравствуйте…? — как-то вопросительно протянула подруга.       — Х-м, первое впечатление… — мужчина дотронулся пальцами левой руки до подбородка и… наверное, улыбнулся. — Первое впечатление — вы мне не нравитесь.       Ещё бы мы тебе не нравились, дядя, сидим три осталопа… ладно, два, ничего не понимаем и ждём когда нам хоть что-нибудь скажут.       Не теряясь в разъяснениях, он потащил нас на соседний полисадник, раскинутый на крышах торговых центров. Они служили естественной защитой от солнца и позволяли не тратить деньги на очистку местного воздуха. И правда, здесь, как нигде более, оставалась свежая аура, под которую можно и задремать.       — Ладно, пожалуй, вам стоит представиться. — заговорил «наставник», развалившись на перилах.       Я уже не чувствовала к нему особенных порывов чувств, но его спокойствие располагало к себе.       — М-м, а что вы хотите знать? — задалась вопросом Харуно, качнувшись как если бы её кто толкнул.       На секунду мне и правда так показалось.       — Ну, там… что вам нравится, что не нравится, ваши мечты, увлечения и всё такое… — мужчина на секунду запнулся, из-за того, что я перебила его:       — Эй, сначала вы! Я даже имени вашего не знаю! На кой мне делиться личным с незнакомцами!       — О-о-о… я-то Хатаке Какаши… — и замолчал.       Если до этого мне казалось, что он говорил как по бумажке, пытаясь выжать из себя роль прилежного учителя, то теперь передо мной оказался живой человек.       Ну давай, говори!       — Что мне нравится, а что нет, я вам рассказывать не хочу. Мечты? Хм-м-м… ну, увлечений у меня много.       Соответственно, из всего, что мы могли бы узнать про него — нам досталось только его имя.       Спасибо.       — Ну, теперь ваша очередь…       — Я первый! — вскинула я руку и заказала ею.       Мне совершенно не нравится, когда они все ведут себя так, будто находятся в каком-то сериале. И если сначала сериал «подстраивался» под меня, то сейчас меня пытаются «подстроить» под сериал.       Иначе я просто никак не могу объяснить свои ощущения.       — Я Узумаки Наруто, и я хочу стать хокаге, чтобы реформировать систему образования в этой дыре!       Вот и всё. Наматывайте сопли на кулак и не трогайте мои желания.       — Что-то ещё?       — Ну-у, мне нравится рамен из Ичираку-рамен. Там отменно готовят. Не люблю, когда обманывают и недоговаривают, терпеть не могу фасоль и тушёный рис. На этом всё.       — Тогда теперь я! — воскликнула следом Сакура, улыбнувшись. — Я хочу стать таким шиноби, чтобы другие могли взять с меня пример. А ещё… я люблю… — она украдкой взглянула на Саске, но тут же спрятала глаза под чёлкой. — данго. Я люблю данго.       — Что ж… — наставник неоднозначно осмотрел последнего участника разговора.       — Я Учиха Саске. Мечт у меня нет, но есть цели: вернуть клану былую славу и отомстить за него.       И что, всё?       — А как же я?       — Хм-м, ещё убить одного человека.       Аж ноги заледенели. Боже мой, это что ж за страсти здесь такие происходят?!       — Достаточно. Завтра мы приступаем к выполнению заданий. Но сначала мы кое-чем займёмся вчетвером… — наставник выдержал паузу, когда все наши взгляды оказались на нём. — Тренировкой на выживание.       Я уж было начала возмущаться, но собралась и шикнула на остальных, чтобы и те молчали пока старшой говорит.       — Вашим противником стану я… но это не просто будет тренировка… — Хатаке рассмеялся.       Чтобы не начать возникать Я схватила подругу за руку, и та тоже последовала моему примеру, замолчав с приоткрытым ртом. Желание смазать джонину заставляло ёрзать на месте.       Терпи.       — Вам совсем не интересно?… Ну что ж, из двадцати семи выпускников… — это если что один класс из параллели, в которой как раз и обучаются генины. — только девять станут генинами. Остальные вернуться в академию. Это тренировка на самом деле сложный тест с отсевом более шестидесяти шести процентов.       Меня тряхнуло.       Да ладно, ты придуриваешься.       Даже если меня отсеют, то я просто получу полную аккредитацию медика и буду всю жизнь в госпиталях торчать.       Вы же этого для джинчурики не хотите?       — А вот и мандражка…! — довольно констатировал он.       Вот сволочь.       Я ведь его чакру совсем не чувствую, хотя сенсорикой занимаюсь почти что три года.       — Что за ерунда? Ещё скажите, что Саске, который ходит в генинах дольше, чем живёт, может отправиться в академию. — проговорила я, чувствуя ауру наставника.       Он разозлился.       — Тренировка будет проходить завтра на тренировочном поле. Принесите всё своё оружие. А, и лучше вам не завтракать, а то вас стошнит. — Какаши проигнорировал мои слова.       Значит, это заранее составленный сценарий. Так вот откуда у меня это чувство! Давайте ещё я там помру невзначай, и тут бац, кино окончено, а я спокойно еду домой к своему мужу.       — Детали узнаете из распечаток, и не опаздывать.       В конечном итоге мы остались втроём маленьким кружочком.       — Что будем делать? — спросила я, даже не посмотрев на бумагу.       — Тактика… — Сакура подозрительно покосилась на последнего участника нашей новенькой команды и сложила распечатку вдвое. — Я не думаю, что в одиночку мы в принципе можем нанести хоть какой-нибудь удар по наставнику.       — Саске, у тебя как там с гендзюцу? Мы можем на тебя рассчитывать завтра? — я толкнула его в плечо, заставляя вернуться в реальность.       — Я знаю достаточно высокоранговых техник стихии огня, можете использовать как хотите. Мне без разницы сдадите вы или провалитесь.       — Командным духом так и прёт.       — Не надо ссориться…! Ребята!       — Мы не ссоримся!

***

      Казалось бы, за день ничего особенного не произошло, но вспомнить есть что и даже посмеяться.       Уже развалившись на кровати, мне едва удалось стянуть утяжелители, которые в очередной раз оказались средством издевательства надо мной. Не знаю, когда я там как фанатик начала таскать я с ними то там то сям, наручи довольно крепко крепились на руки, что порой я забывала, что у меня на запястьях что-то есть.       За окном наступила темнота.       На подоконнике сушилась плёнка от фотоаппарата.       В телевизоре мелькали картинки недавно вышедшего на кассетах сериала.       Я с чашкой в руках валялась прямо на груде бумаг и совершенно не собиралась что-либо делать.       На завтра, как оказалось, надо много сил.       Откуда брать эти силы?       Из сна, конечно же.

***

      Сакура заползла домой уже под вечеро полностью вымотанная. Несмотря на все предостережения о диете и правильном питании, она тут же набросилась на тарелку с рыбной похлёбкой, вознамерившись полность её опустошить.       Сегодня не было ожесточённых тренировок и уж тем более попыток сделать себя хоть капельку лучше… но девушка отчего то сильно устала.       Не имея больше сил, она запрыгнула на диван и потянулась, изгоняя остатки желаниядобратьься до уютной постели на втором этаже. Уставшая, девчушка прикрыла глаза, вслушиваясь в окружающую обстановку.       Нежно-розовые ресницы дрогнули, и, ведомая исключительно своими желаниями, Харуно уснула.       Сон — это полезно.       Сон — это важно.

Я аж два дня, поспать смогу, если будете, будите к вечеру

Но нет, я вовсе не сова — овощ я

Ждёт кино, ждёт пивко, вдруг с работы три звонка

Я б ответила, но… я картошка, аха-ха

Цель моя: лежать два дня

Где там мой диван?