Под светом фонаря, под заметающей вьюгой

Анджело спешил поскорее прийти домой. На улице шёл снег, заметающий его, прилепаюший к одежде и не стряхивающийся. – Липкая хуета, – с явным раздражением снова водил рукой по одежде, пытаясь избавиться от злосчастного снега Анджело. Ветер, пусть и несильный, мешал идти. Холод и снежинки неприятно кололи щеки, заставляли морщиться. Комар чувствовал, как у его замерзали губы, нос, руки, пальцы на ногах и в принципе всё. – Я когда-нибудь просто, блять, заледенею, – вел плечами Анджело, пытаясь согреть руки дыханием. Снег под ногами мешал идти: обувь каждый раз зарывалась в снежный покров, поднимала его наверх и автоматически перемещала на штаны. – Ненавижу зиму, – он правда её терпеть не мог. Комар проходил по парку. Была практически ночь, возле света зажженных фонарей было отчетливо видно белые падающие хлопья. Под одним из таких фонарей он заметил своего знакомого Бастера, сидящего на скамейке и с легкой улыбкой наблюдающего за снегопадом. Анджело, заметив его, замер. Бастер в зимней одежде казался еще больше. Толстый зимний пуховик, огромные варежки, шапка с дурацким помпончиком и крупная, тяжёлая обувь. Казалось бы обычные зимние вещи обычного человека, но Бастер в них даже издалека был просто невероятных габаритов. Заметив на себе изучающий взгляд, механик повернул голову. Он поднял руку и начал ей махать: – О, Анджело! Привет! Купидон, как только понял, что его заметили, быстрыми шагами (которым мешал злосчастный снег) направился к Бастеру. Он подошёл к скамейке и, кое-как заставив замерзшие губы двигаться, поприветствовал своего друга: – Привет. Ты что тут в такой мороз делаешь? – М? А, ну я люблю зиму. Мне нравится как падают хлопья снега, кружатся и заметают все на своем пути. А еще ощущение вот этого покалывания на щеках такое приятное... Анджело несказанно удивился. Он сел на скамейку рядом с мужчиной. Для него было неожиданностью то, что существует в мире человек, который любит такое отвратительное время года. – А еще Новый год... Кстати, мы с Фэнгом запланировали имбирные печеньки завтра с утра приготовить, накануне праздника. Хочешь с нами? – Бастер улыбался красиво и мягко, нежно и поразительно по-доброму. – Хочу, – без раздумий ответил Анджело коротко и ясно, завороженно глядя в чужие глаза. – Тогда приходи ко мне где-то к **:**, будем ждать, – Бастер был очень рад тому, что Купидон согласился. У него засияли глаза, а улыбка стала еще ярче. Анджело кивнул и замерзшими руками уперся в лавочку, опустил взгляд на снег на земле и задумался о своем. – Ты бы хоть перчатки надел, отморозишь же руки, – механик начал говорить внезапно, Анджело вздрогнул и посмотрел на свои руки. Перчатки и варежки он всегда ненавидел. Шерстяной, синтетический, кожанный, да хоть какой покров раздражали его. Сразу хотелось убрать эту дрянь со своих рук. Бастер, не увидев ответной реакции, снял со своих рук красные варежки и протянул их комару. Тот завис. Уставился на протянутые варежки и не решался ни взять их, ни отказаться. Бастер вздохнул, взял Анджело за запястье и натянул на его руку варежку. Купидон от такого только сильнее ашалел, но вторую руку покорно протянул. Варежки ему были размеров так на сто больше. Они болтались на руках, терли руки мехом внутри, но почему-то не раздражали. Анджело удивился тому, что конкретно в этих варежках ему комфортно, в отличии от других. – "Надо будет потом спросить, где купил..." Тем не менее, смутившись, он снял одну из варежек, обратно протянул её хозяину и засунул руки только в одну. Бастер на это коротко и по-доброму посмеялся. – Помню как на прошлый Новый год Гром выбежал на улицу, и, заметив бегущих мимо детей, мгновенно закопался в снег. Мы долго над этим смеялись, – невзначай сказал Бастер, заметив, как из нападавшего снега формируется сугроб. Анджело уже хотел сказать, что не особо-то празднует Новый год, но глаз снова зацепился за механика. Купидон засмотрелся на красивый профиль, и вдруг понял, что Бастер и снег сочетаются просто идеально. Что снег, засыпаюший его с головы до ног, ему идет. И что красные от холода щеки ему идут. И что эти огромные зимние вещи его невероятно красят. Анджело промолчал. Сидя на скамейке под фонарным столбом, он понял, что кажется влюбился. А еще понял, что кажется зима не так уж и плоха.