Снятие напряжения

Люций в который раз пытался уговорить Сару на совместную печать и с каждым её отказом в груди поднималось раздражение. Моран далеко не глуп и способности эмпата ему никогда не были нужны, чтобы понять Сорель. Однако её упрямство по силе превосходило даже его, поэтому приходилось принимать отказ достойно. Из раза в раз, изо дня в день. Поэтому Люцию уже сложно было вспомнить, когда именно эта сумасшедшая, но воистину прекрасная идея пришла ему в голову. – Как насчёт боя на кинжалах, Сорель? Их ты сможешь удержать? Люций Моран славился своим умением выводить людей из себя, но он успел забыть, как Сара может реагировать на такое неприкрытое подначивание. Её ответ не заставил себя ждать. – Смогу ещё раз стать причиной, по которой твои волосы станут короче. Это было сказано с таким азартом и вызовом, что Люций не жалел даже об отбитой заднице после. Тем же вечером они выбрали место в лесу меж редких деревьев, где притаилась поляна, которая будто была создана для поединков. Люций отправил ворона проверить местность и на пару минут задумался о том, как он повлиял на Сару за эти годы. Раньше она бы его сдала вместе с этой затеей, ещё бы и связала в придачу. Моран соврет, если скажет, что ему тогда не понравилось лизнуть светлой руку. Это действо отлично вписалось в план по выведению Сары на эмоции, но тогда это было ещё без романтического подтекста. Многое он осознал, только когда они оказались на краю смерти в водной пещере. Люцию кажется, что это было так давно, будто прошла целая жизнь. Будто он всегда смотрел на Сару как на святую, а она на него как на единственное спасение. Возможно, так оно и есть. Кто знает, как бы сложилась жизнь Сары без его вмешательства и Люций действительно рад, что представлять не придётся. Пока Моран отвлёкся на размышления, Сара успела взять ветку и начертить круг на земле. Она придирчиво осмотрела свою работу, но не найдя изъянов, начала прикреплять к деревьям печати тишины. Идея для шутки родилась незамедлительно. – Боишься, что твоё признание поражения услышит кто-то из академии? Сара Сорель, а ты очень ответственно подходишь к своей репутации. – Люций Моран, хорошо смеётся тот, кто смеётся без последствий. А мы оба знаем, как хорошо ты умеешь привлекать ненужное внимание. – Что-то ты не жалуешься на ненужное внимание, когда я залезаю к тебе в комнату. Теневой див понял, что словесный поединок остался за ним, когда Сара закончила с печатями и, ничего не сказав, начала доставать клинки. Чувствуется Люцию, что о своих словах ещё успеет пожалеть. Он хоть и нравится Саре (что она уже почти не скрывает от Морана), но светлая в первую очередь опытный воин и задетая гордость не позволит ей драться в полсилы. Поэтому остаётся победить хитростью. Люций взвесил оружие в руке, отмечая лёгкость клинка. Всё-таки, по сравнению с мечом, особенно чужим, клинок почти ничего не весил и обращаться с ним нужно было иначе. Заметив нахмуренный лоб Сары, стало понятно, что и она начала думать о том же. Их большую часть жизни учили пользоваться мечом, привыкать к его тяжести и устанавливать связь. Сейчас же было ощущение, что они будут драться голыми руками и это добавляло сомнений. Однако теневой довольно быстро их отмёл, ведь это был единственный способ выпустить пар, чтобы они перестали злиться друг на друга. Когда начался их бой, Люций как обычно начал проверять нервы Сары на прочность и выводить из себя, шутливо уходя от столкновений и не начиная атаковать. Сорель же начинала потихоньку закипать. Он этого и ждал. Как только светлая начала атаковать яростнее, Люций начал приводить в действие свой хитрый план. Он отбивался как мог и в моменте даже успел приметить как Сара быстро приспособилась к неудобному для себя оружию. В этом была она вся – усердием и волей покоряла неизведанные вершины. Как же Морану это нравилось. Он понимал, что их запретные чувства уже не остановить и их не ждёт ничего хорошего, но сейчас он не мог от них отказаться, да и не хотел. Ведь только Сара понимала его как никто другой и это понимание было иным, не навязанным статусом, родством или долгой дружбой, а исходило из равенства. Равенства во всем – во взглядах на жизнь, ценностях и идеалах. Такого человека сложно найти, поэтому Люцию было ещё труднее не держаться за Сару. Эти мысли могли бы занимать его ещё долго, если бы не удар ниже колена, который заставил его потерять равновесие. Но помня свой план, Люций проворно утянул Сару за собой, что она даже не успела среагировать. Приземление было болезненным, но упавшее на него тело светлой вызвало в нем бурю эмоций, которую в последнее время он ощущал все чаще рядом с ней. Влечение было сильным, ведь было не только физическим, но и душевным, поэтому и сдерживать себя было все сложнее. Боль от падения сменилась приятной тяжестью лежащей на нем Сары. Она смотрела ему в глаза с эмоцией, которую он пока не мог понять. Ему хотелось пошутить, но это могло нарушить момент, о котором он уже мечтал какое-то время. Обычно смелый, он не мог решиться поцеловать светлую. Вдруг это всё ещё больше испортит? Люций поднял взгляд с губ Сары на глаза и смог прочитать её желание. В этот же миг они оба решили прыгнуть в пропасть и будь что будет. Даже светлая, которая понимала, что у них нет и шанса, проиграла эту битву со своим разумом и сдалась новому для себя чувству. Их первый поцелуй был скорее жадным, будто даже в нём нужен победитель. Но страсть, которая разгоралась в них, можно было потушить только так. Люций, придерживая затылок Сары одной рукой, а второй её талию, перевернулся, чтобы быть сверху. Сорель, кажется, даже не заметила смены положения, ведь все её мысли были заняты поцелуем. Это было приятно настолько, что даже в сравнение ничего на ум не приходило, но в то же время страшно. Слишком запретна была их связь. – О чем думаешь? - спросил Люций, когда им обоим перестало хватать воздуха и они решили перевести дух, лёжа в обнимку на земле. Прижимая Сару к себе, он боялся, что та будет возмущаться, но она, не сопротивляясь, прильнула к его груди. Рядом с ней, теневой не чувствовал боли от падения, только приятную тяжесть на груди. Для себя он уже давно решил, что, если придётся, будет сражаться со всем миром, только чтобы быть с ней рядом. За их общее будущее. Сорель пыталась отогнать липнущее беспокойство, но не могла, поэтому решила рассказать о нём Люцию. – О тебе, о нас. Как бы мы друг другу не нравились, этому не бывать. – Сара, ты всегда продумываешь всё наперёд, но в такие моменты нужно просто жить и уметь ими насладиться. Насладиться. Сара мало чем наслаждалась в этой жизни после смерти отца. Ей казалось, что другой человек не сможет заполнить эту пустоту. Возможно, Долорес смогла бы, будь у них больше времени. Но именно Люция Сара воспринимала как родственную душу. Они такие разные, но в то же время так похожи. Это было сложно объяснить, но светлая чувствовала незримую связь, которая заглушала доводы разума. Они оба уже приняли решение – дать этим чувствам шанс, несмотря ни на что и быть честными друг с другом до конца. На равных.