Г.А. Сикорский. Любовь к цыганке

Ах, Душою я не утешим И жизнь моя к верх дном перевернулась И как бес был одной цыганской девкой одержим Когда опять она вернулась Такого чуда не встречал я никогда Она была нечто божественной для меня всегда И гордяся, смотришь на еë дары Ох, как прекрасны еë чадры! А карие еë очи, тëмные как ночь Все мои мысли, кроме неë, растворились прочь Власы еë, светящиеся как сталь Утратить такую красоту аж сразу жаль Но сущность еë была для меня сквернá И тоннов цыганской гнустности и подлости от неë была просто огромная величина Идëт она такая вся, чедры откинув, тазом дефилируя Смотрит на меня, взором своим цыганским гипнотизируя И вот как змея, душа, меня своим телом зажимает И чары проклятия свои на меня насылает Своим ртом она как змея жалит мой язык И вырывает бедный дрожащий мой кадык И вместо него она вставила афедрон И голос мой теперь звучал как трамбон Мои ноги, скручиваясь, от боли стонали И теперь они у меня, напрочь, сгнивши, отпали Только руки и голова с мозгами у меня живые остались Затем она тело моë вскрывала когтями И грудь она мою полностью раздвинула И генератор тока электронный с мотором вместо сердца туда задвинула Потом всë тело у меня от электричества засветило И уши у меня тоже сгнили Чары этой грешной цыганки всë ей воплотили И вдруг в голове молодой цыганки что-то осенило: Эх, Поиграть бы на нëм малость И эту тварь нисколько не окутывала жалость И как сатана она бесконечно на мне играла, цыганские песни свои напевая Не зная ни конца ни края Ведь она была довольна, что я превратился для неë в трамбон Но, к счастью, это был для меня всего лишь сон На часах было часов пять И я с ужасом просыпаюсь опять И вдруг я из другой комнаты слышу детские крики Или может у меня всего лишь бзики? И дальше иду, стоит она громко смеявшись как сатана Горящими как у дьявола очами она светит И что-то на своëм языке цыганском бредит Еë взором я был намертво окован И мой мозг еë чарами был полностью парализован И взлядом своим она будто высасывала из меня душу И высушила всю моего тела тушу Но как только утро настало Всë это постепенно исчезало Как-будто и впрямь этого всего и не бывало И вот однажды позже днëм я вышел погулять И тут она такая идëт, смотрит на меня заманимающим взглядом опять Как бес, смотря на неë, я был неудержим И жизнь моя снова как прежде не оставалась И взором еë опять был одержим Ох, как она со своим кавалером новым тусовалась! Кавалер еë был тоже цыганского рода Там и начилась вся эта ода Захожу к ней в лужайку я такой И тут они оба сидят передо мной И здесь я с ней завёл разговоры Общалась она со мной умно и игриво С виду посмотришь, такое милое диво Умна, красива и игрива Говорила со мной как актрисса Но в душе была та ещë крыса И вдруг потом я ей в любви признался И с ней затем в засос целовался Она в моë тело вселилась и, всë, началось Ведь к этому всë таки оно же и шлось В конвульсиях я снова от неë бился И как дурак по лужайке носился И мучался я от боли и муки в своëм теле И нëс я бред, как будто был в хмеле И как очнулся, понял, что мне не избежать беды Ох, Получу я от еë кавалера звезды Кавалер за мной бегал по деревне всей А я убегал от него как можно быстрей И тут в таборе я уже останавился А там уже отец еë из табора явился То, что в цыганку влюбился я всë ему рассказал И он мне жениться на ней приказал Но жениться на ней я не хотел И я из-за этого очень скорбел И дети еë будут тоже гадить мне душу как сатана И будут гадкими и подлыми как и сама она Как будто для меня это было всю жизнь наказание Но и этому есть всё же своë оправдание И скажу раз и навсегда вам такой сказ: Никогда не влюбляйтесь в цыганку Иначе ваша жизнь пойдëт на изнанку Дружить вы с ней можете всегда Но не соблазняйтесь ей никогда Будь там хорошие ум, душа и к вам восприятие А потом неожиданно раз и проклятие