Бывает

— Вор! — рассерженный мужской голос эхом прокатился по оживлённой рыночной площади. — Держите вора! Толпа зевак с шумом загудела и принялась оглядываться по сторонам, заинтересованно ища потенциального воришку. Дави юрким зайцем петлял между торговых лавочек и зазевавшихся покупателей в надежде добежать до заветного укрытия. Но, к несчастью, сегодня у него оказался неудачный день, и за резким поворотом его настиг патрульный стражник. — Ишь, какой прыткий человечек! Куда это так несёшься? — Блюститель порядка из расы оборотней всегда оставался бдительным на службе. Он спешно покинул лекарскую лавку, где покупал волчью траву на приближающееся полнолуние, услышав призыв о помощи в поимке преступника. — Господин стражник, прошу вас, отпустите меня, — слёзно попросил Дави и изобразил несчастный вид, — Моя матушка совсем плоха, и я спешу дать ей лекарство. — Вор! — вновь громко раздалось за их спинами, и толпа расступилась, пропуская вперёд запыхавшегося молодого эльфа, — Вы поймали его! Наконец-то! — тяжело дыша, вымолвил преследователь и быстрым шагом подошёл к досадливо застонавшему Дави. — Я за тобой пять улиц бежал! А ну, верни, что украл! Стражник нахмурился и внимательно посмотрел на эльфа, по первому впечатлению тот, как и все представители его расы, оказался изящно красив, высок и явно из семьи высокородных аристократов. Его серый кафтан хоть и замялся от бега, но выглядел богато украшенным тесьмой и кружевом. Мысленно сопоставив внешний вид потрёпанной одежды беглеца и эльфа, от которого исходил тонкий аромат дорогого парфюма, стражник определился, кто из них господин, а значит, прав. — К вашим услугам, господин. — Почтительно склонив голову, стражник тряхнул Дави за шкирку, да так, что у того голова пошла кругом, и, не выпуская из крепкого захвата, развернул лицом к эльфу, — Что желаете сделать с преступником? Может, отрубить ему правую руку? — Что? — опешил эльф, — Я лишь хочу вернуть свою вещь. Мне не нужна чужая рука. — Он спешно начал «простукивать» ладошками по карманам на коротких и испачканных пылью бриджах Дави. — А ну убери свои хваталки! — дёрнулся всполошённый пленник, и сам не ожидая от себя такой наглости при обращении к аристократу. Но слова уже вылетели, и, будучи в панике, он не смог остановиться. — Я не вор! И ничего не крал! Не смейте меня лапать! — заголосил Дави решив прикинуться несчастной жертвой, и наблюдавшие за ними рыночные зеваки в очередной раз оживлённо зашумели. — Господин, — негромко начал стражник, — мы привлекаем слишком много внимания. Это может отразиться на вашей репутации. — Он кивнул в сторону лоточников и, перехватив поудобнее человека, попытался закрыть эльфа собственной широкой спиной от любопытных глаз. — Давайте отойдём в переулок, и там вы сможете спокойно разобраться. В мире, в котором сотни лет назад разразилась кровопролитная война между эльфами и людьми, существовали свои порядки: под пристальным вниманием у правящей расы эльфов проигравшие люди на долгие годы стали олицетворять население второго сорта. Они жили общинами в больших эльфийских городах и занимались тяжёлым трудом: выращивали и продавали овощи, фрукты, ткали и окрашивали ткани для пошива одежды, прислуживали в высокородных домах у местной знати в качестве слуг. Но не так давно Король эльфов решил изменить сложившиеся устои. Он издал указ, в котором людям разрешалось занимать более благородные профессии. Если человек был в силах оплатить учёбу у эльфийского мастера, то в дальнейшем он мог стать его подмастерьем, а позже сам заработать титул мастера, но без права набирать учеников. Будучи мастером, каждый желающий имел возможность подать заявку в министерство и получить службу при дворе. — Я никуда с вами не пойду! Помогите! — продолжил спектакль Дави, но стражник волоком потащил его за ближайший угол, а эльф последовал за ними следом. В безлюдном переулке Дави стало страшно. Он вмиг ощутил себя беспомощным и жалким человеком, чью судьбу могут решить здесь и сейчас. И единственное, что ему оставалось — это просить отпустить его живым. — Простите-простите, — жалостливо взмолился он и посмотрел на эльфа, — я всё понял, господин! Я отдам! Только не убивайте меня... — Я не собираюсь тебя убивать или калечить, — спокойно ответил эльф и протянул руку ладонью вверх. — Просто верни мне свёрток и можешь идти. Дави согласился и потянулся в потаённый кармашек, где прятал украденные трофеи. Тайник оказался ловко вшит под манжетом затёртой от времени пожелтевшей сорочки. Ткань неплотно прилегала к запястью и когда он потянул за уголок свёрнутого шёлкового платка, эльф испуганно вскрикнул:  — Осторожно! Только не прикасайся к тому, что внут...  Эльф ещё не успел договорить, как на ладонь Дави выскользнула из платка тонкая цепочка. Она засияла белым светом, а затем, распавшись на множество серебряных нитей, узким обручем застегнулась на шее неудачливого воришки, переливаясь витиеватым узором. — Что это такое? — недоумённо проговорил стражник, во все глаза разглядывая украшение на шее пойманного парнишки. Оборотень чутко уловил всплеск духовной энергии. — Это родовая магия? — О, Верховный!.. Что же ты наделал! — с ужасом простонал эльф и схватился за голову. Пока эльф и стражник приходили в себя, Дави быстро ощупал странный обруч и почувствовал необъяснимое возбуждение, задумчиво хмыкнул и надумал сбежать. Но как только он об этом подумал, то шею опалило болезненным жаром. Дави зашипел от боли и попытался расстегнуть злосчастное украшение. — Ничего не выйдет. — Эльф наконец-то успокоился и подошёл к паникующему и растерянному Дави, — Послушай меня, хорошо? — Он положил свою ладонь поверх металлического обруча. — Сейчас тебе страшно, но впредь ты должен меня слушаться. — Дави кивнул, ощущая, как боль и жар постепенно начали отступать, оставляя после себя неприятные отголоски. — Отныне даже не пытайся снять обруч или сбежать от меня, этим ты причинишь себе лишь вред. Но я обязательно тебе помогу. Моё имя Териус дель Арбер. Я потомок первородных эльфов, и это, — эльф указал пальцем на его шею, — рабский ошейник.

***

Все последующие слова для Дави слышались словно через плотные семена хлопчатника. Стражник что-то возмущенно причитал, а эльф взмахивал руками, стоя прямо перед опустившимся на землю Дави. — Господин, но рабство уже много лет запрещено! — Оборотень недовольно нахмурил густые брови и прямо посмотрел на эльфа. — Прошу вас снять ошейник, или мне придётся доложить об этом советнику Короля. — Я знаю! — нервно выдохнул Териус и крепко сжал пальцами ткань измятого кафтана. — Этот артефакт ещё со времён войны хранился в моей семье и достался мне в наследство от прадеда. Я как раз нёс его в гильдию магов, чтобы запечатать. Но кое-кто, — эльф укоризненно посмотрел на растерянного Дави, — вытащил его прямо из моего кармана! — Понимаю ваше недовольство, но, господин, освободите человека. — Стражник с лёгкостью поднял Дави с земли и поставил на ноги, придерживая за плечи. — Вы ведь понимаете, что нарушаете закон? — Если бы я мог его снять, то я бы уже это сделал! — раздраженно проговорил эльф и заправил выбившуюся светлую длинную прядь за остроконечное ухо. — Всё дело в том, что рабский ошейник — магический артефакт. Он был создан во время войны с людьми и специально настроен на покорность одной расы перед другой. Я не горжусь этим фактом, но мои предки использовали подобные приспособления и зачаровали этот экземпляр родовой кровью. — От этих слов Дави дёрнулся, вскинул голову и грозно посмотрел на Тери, мысленно он решил называть эльфа именно так, даже не пытаясь запомнить, а тем более выговорить сложное эльфийское имя. — Мне плевать, кто вы такой! Я вам не какой-то раб! Я свободный человек! — Обида и злость всколыхнулись в его душе, и он громко выкрикнул: — Что мы будем делать?! Снимите с меня эту дрянь, немедленно! — Горло вновь сдавило огненным кольцом, и Дави, держась за шею руками, начал судорожно хватать ртом воздух. — Тише, тише... — Тери взволновано приблизился и аккуратно положил ладонь поверх его пальцев. — Успокойся, ладно? Ты обещал меня слушаться. — Эльф провёл большим пальцем по узорам на обруче, и Дави смог сделать вдох. — Вот так, молодец, а теперь слушай внимательно. — Убрав руку, Териус серьезно посмотрел на измучившегося болью человека. — Мы снимем ошейник, я тебе обещаю и позабочусь о тебе, но придётся подождать. Для этого нам нужен ключ, который находится в моём родовом поместье. Мы отправимся туда, как только соберём вещи. Но ты должен всегда находиться рядом со мной, потому что сейчас между нами укрепляется духовная связь, понимаешь? — Дави нервно сглотнул и кивнул, опуская взгляд, его сбивали с толку новые будоражащие ощущения, когда Тери прикасался к нему и успокаивал. — Господин Териус дель Арбер,  — заговорил наблюдавший за развернувшейся сценой оборотень, — мне всё равно придётся доложить об этом инциденте советнику. Я постараюсь дать подробный отчёт о случившемся, чтобы вас не обвинили в умышленном нарушении закона. Но вы должны понимать, что чем скорее вы с этим разберётесь, тем лучше для вас. — Стражник оправил нагрудную защиту на широкой груди и посмотрел на притихшего Дави. — Маленький человечек, за то, что вы вор, вас следует судить. И, видимо, Великая Луна вас таким образом наказала. Надеюсь, что вы с господином дель Арбером подружитесь, а иначе я вам не завидую. Что ж, позвольте откланяться, сами понимаете, служба не ждёт. — Стражник хмыкнул, уважительно поклонился эльфу и, развернувшись, направился на выход из переулка. — Как тебя зовут? — спросил эльф, привлекая к себе внимание задумчивого человека, который, словно в трансе, провожал взглядом плечистую фигуру отдаляющегося оборотня. — Дави. — Ну что ж, Дави, не скажу, что рад знакомству при таких обстоятельствах, но выход у нас только один. — Тери попытался разгладить замявшуюся ткань кафтана, но понял, что всё без толку, и, устало вздохнув, проговорил: — Пойдём. Мой дом через три улицы, нам предстоит собраться в дальнюю дорогу. — Эльф плавно повернулся и зашагал по пыльной дороге, а Дави молча последовал за ним.

***

Большой дом эльфа стоял среди фруктовых деревьев, он выглядел благородным и старым, но не вызывал ощущения запущенности. Дави отметил, что за садом заботливо ухаживали, а внутренний двор был тщательно прибран. Зайдя внутрь, эльф направился вверх по лестнице, параллельно отдавая указания слугам, которые тайком поглядывали на неказистого гостя своего господина.  Просторные уютные комнаты, мимо которых проходил Дави, были изыскано обставлены деревянной мебелью. Высокие окна щедро дарили солнечный свет, и Дави засмотрелся на красивый паркетный пол с ореховым оттенком. Ему ещё никогда не доводилось бывать в таких роскошных домах.  Войдя в кабинет, Тери устроился за письменным столом и, видимо, принялся писать письма, отменяя назначенные встречи из-за внеплановой поездки. А Дави послушно прошёл вглубь комнаты и занял удобное кресло в углу.  Дави молча слушал скрип пишущего пера и вымучено улыбался, вспоминая свою жизнь до сегодняшнего инцидента с ошейником. Если бы ещё утром, когда он выходил из обветшалого убежища, где жил с такими же карманниками и бродяжками, как и он сам, ему сообщили, что он окажется в таком доме, то он бы громко рассмеялся.  Кроме себя, винить было некого, ну не Жаннет же виновата, что каждый раз, когда Дави оказывал ей знаки внимания, она лишь морщила милый носик в ответ. Вот Дави и решился преподнести ей подарок, случайно увидев, как эльф убирает дорогущий шёлковый платочек в карман. Тут уж у Дави не осталось сомнений, что именно послужит презентом для капризной Жаннет. Кто ж знал, что в свёрнутой ткани окажется древний артефакт, который теперь насмерть приклеился к его шее. Конечно, сам факт стать рабом колол острой иголкой по свободолюбивой гордости, но жизнь в нищете и постоянных бегствах выматывала и радовала не больше. На удивление Дави, Тери оказался неплохим эльфом, обещал позаботиться и, может быть, даже поможет с работой, когда всё закончится.  В дверь постучали и в кабинет вошла девушка, она держала в руках поднос с чаем и пирожными. Тери, не глядя на служанку, указал ей поставить угощения для гостя, а сам продолжил работу над письмами. Дави вдохнул аромат травяного чая и сделал жадный глоток. Он с восторгом откусывал пирожные и счастливо фыркал. Даже не заметив, как эльф украдкой наблюдал за ним и мило улыбался. — Рад, что угощения тебе понравились, — добродушно произнёс Тери, запечатывая конверт. — Я почти закончил. Слуги собирают мои вещи, а для тебя я приказал купить новую тёплую одежду. — Зачем мне тёплая одежда, Тери? — удивлённо отозвался Дави и отложил в сторону надкусанное пирожное. — Ах да, я ведь забыл тебе сказать, что поместье, куда мы направляемся, находится в горах. Сейчас ведь зима, и там всё засыпано снегом. И да, я не против, что ты решил так непочтительно сократить моё имя. — Снегом? Я раньше никогда не видел снег... Какой он? — Дави умышленно пропустил пункт на счёт имени и мысленно ухмыльнулся, что удалась хоть и маленькая, но такая приятная шалость. — Мокрый и холодный. — искренне и звонко рассмеялся Тери, и Дави поймал себя на том, что тоже радостно улыбается. — Сам всё увидишь и потрогаешь, думаю, тебе понравится. — Эльф умело сложил письма в небольшую стопочку и удовлетворённо кивнул.

***

Путь до родового поместья Тери и вправду оказался не близким. Взяв всё необходимое и добравшись до главной площади, где находился центральный портал, эльф пояснил, что через него они доберутся до ближайшего города у подножья горы.  Переход через портал Дави удивил, он то думал, что ощутит тошноту или головокружение, как рассказывали парни из убежища, но, похоже, те сами ничего не знали и только хвастались. На деле всё обернулось одним мгновением: вот они с Тери стоят возле городской руны, а через секунду уже по другую сторону.  Только погода вокруг резко сменилась: небо стало пасмурным, а непривычно холодный ветер поднимал с земли засохшие листья и норовил залезть под меховой воротник. Дави мысленно поблагодарил Тери за тёплую одежду, он сначала хотел сказать об этом вслух, но тот отвлёкся на подошедшего трактирщика, что предлагал комнаты для ночлега. По дороге в таверну Тери старался находиться рядом и рассказывал о незнакомых растениях и деревьях, он указывал на вершины видневшихся заснеженных гор и с восторгом вспоминал о детстве и юности, проведённых в родном гнезде. Дави узнал, когда они поднимались в общую комнату, что Тери совсем недавно успешно сдал королевские экзамены и для него уже подготовили место в министерском казначействе. Они сняли одну комнату на двоих с раздельными кроватями, а слуг поселили в дальнем конце коридора. О том, чтобы снять отдельные комнаты, разговора не шло.  Дави уже ощущал странный волнительный трепет, когда стоял слишком близко к эльфу. У него будто руки чесались, так хотелось прикоснуться к его гладкой коже или провести пальцами по светлым волосам. Он не понимал, что с ним происходит и откуда эти спонтанные желания. В один момент, когда они с Тери находились в комнате и ужинали, сидя за накрытым столом, Дави не выдержал. Он поднялся, подошёл к удивлённо замершему эльфу и схватил его за левое запястье, а второй рукой распустил атласную ленту, что удерживала волосы, и прошёлся по ним кончиками пальцев от затылка и до лопаток. — Прости... — спохватился Дави, осознавая, что сейчас произошло, — я сам не понимаю, как так получилось, я не смог себя контролировать! — Он дёрнулся, но Тери удержал, развернул к себе лицом и виновато посмотрел в глаза. — Мне кажется, я знаю, в чём дело... — Эльф отпустил Дави, отодвинул тарелки с незаконченным ужином, поднялся и отошёл к окну. Ненадолго задумавшись, он вновь заговорил: — Я боялся, что подобное может случиться, но не был уверен в этом наверняка. Видишь ли, рабский ошейник мог служить не только гарантией абсолютной покорности врага, но и определённым унижением. — Видя непонимание на лице Дави, Тери тяжело вздохнул. — Под унижениями я подразумеваю не только моральное, но ещё и физическое насилие. Рабы, которые носили ошейники, не могли сопротивляться сексуальному влечению. Если они противились воле хозяина, то обруч жестоко их наказывал за неповиновение. Но хуже всего становилось тогда, когда рабы желали хозяина, а тот не обращал на них внимания. — Ты хочешь сказать, что нам с тобой придётся... — Дави запнулся, не зная, как продолжить осознанную мысль. — Да, — твёрдо ответил Тери и серьёзно посмотрел на Дави, подходя ближе и кладя ладони ему на плечи. — Но это крайняя мера, до которой, я надеюсь, мы успеем снять с тебя ошейник. С каждым часом наша связь становится всё крепче, и она будет требовать подпитки. Физическое влечение нельзя игнорировать, иначе тебе станет невыносимо больно. Тери убрал руки и отошёл к своей кровати, присев на её край. Он сидел, задумчиво скручивая ленту на покрывале, держа спину идеально прямо, как и подобает истинному аристократу. Им обоим стоило всё обдумать, ведь они оказались в крайне щепетильной ситуации и понимали, что ошейник не оставил им никакого выбора.  Мог ли Дави сказать, что для него будет просто переспать с мужчиной? Скорее всего, нет. Ведь прежде он делил постель исключительно с женщинами. Да и опыта особо большого у него не имелось. В свои девятнадцать лет ему повезло охмурить лишь цветочницу Анри, но к ней только ленивый не наведывался по вечерам. Ещё вдова Доллес как-то пригласила его на чай, а потом сама набросилась с поцелуями и не отпускала из цепких объятий, командуя процессом от начала до конца. Он тогда еле сбежал от изголодавшейся женщины и зарёкся обходить её дом десятой дорогой. Вспомнилась также капризная Жаннет, и Дави сам мотнул головой, прогоняя воспоминания. И как только он мог думать, что она ему нравится? Жаннет разве что пользовалась его вниманием, без скромности принимала почти честно заработанные дары, а взамен максимум улыбалась и просила ещё. А сейчас, смотря на Тери, Дави не испытывал отвращения или злости, наоборот, внутри притаилось томительное ожидание, словно обещая, что он испытает лучшие и незабываемые эмоции. Но захочет ли Тери быть с ним по собственному желанию, а не из жалости? Этот вопрос пугал страшнее предстоящей гипотетической близости. И на него отчего-то страшно было узнать ответ. Дави нервно сглотнул и отвернулся от задумчивого эльфа, боясь выдать тому свои страхи. «И кто тут ещё жертва ошейника?» — хмыкнул Дави, понимая, что, как бы ему ни стало больно, но он не будет заставлять Тери переходить черту, если тот сам этого не захочет.

***

Сколько бы Дави ни уговаривал себя держаться и не распускать руки, но у него не получалось справиться с собой. Они уже ехали в утеплённом и крытом экипаже, поднимаясь по заснеженному горному серпантину, когда у Дави по венам начал растекаться огонь, концентрируясь на подушечках пальцев. Он терпел и молчал, но на очередной кочке подпрыгнул и взвыл, ощущая, как жар возбуждения перетекает вниз живота и скручивается там в огненный клубок.  — Дави! Что с тобой? — удивленно выкрикнул Тери, а потом внимательнее рассмотрел его раскрасневшиеся щёки и блестящие глаза. — Почему ты молчал? Глупый, иди сюда! — Дави ахнул, когда эльф с силой перетащил его к себе на колени с противоположной полки. — Всё, мой хороший, тише, тише... — Тери крепко его обнял и прижал к груди, ласково рисуя линии на спине через одежду. —  Нне.. Не помогает, Тери, пп..почему мне не становится лучше? — Дрожа всем телом, Дави сильнее прижимался к эльфу, словно пытаясь его поглотить, приклеить к себе и никогда не отпускать. Тери что-то быстро обдумал и обхватил ладонями его лицо. Он осторожно приблизился и прикоснулся губами к губам, мягко дотрагиваясь нежной обветренной кожи. Дави довольно застонал в ответ на ласки и сам подался вперёд, захватывая и слегка прикусывая столь желанные губы. Поцелуй быстро перетёк из кроткого и трепетного в страстное переплетение двух языков, которые не хотели уступать лидерство друг другу. Дави почувствовал, как Тери оглаживает и сжимает его бедра, как умелые пальцы исследуют изгибы спины и кружат вокруг поясницы. Сердце забилось эхом в ушах, и Дави больше не собирался сдерживаться, все посторонние мысли вылетели из головы. Он принялся расстёгивать мешающий плащ и стягивать его с плеч Тери. Продолжая жадный поцелуй, Дави вытаскивал непослушными пальцами мелкие пуговицы из тугих петель на эльфийской сорочке. И тут Тери перехватил его за запястья и отстранился. Они оба тяжело дышали, и Дави непонимающе смотрел на эльфа, он попытался вновь придвинуться и попробовать возобновить поцелуй, но Тери покачал головой. — Почему? Тебе не понравилось? — с ноткой испуга спросил Дави, опуская освободившиеся от захвата ладони на свои колени. — Не в этом дело..., — Тери отвел с сторону глаза, и Дави неосознанно напрягся, боясь услышать подтверждение своему тайному страху. — Просто пойми, это не твои желания, тобой манипулирует рабский ошейник, — тихо продолжил Тери, и Дави оцепенело пересел на своё место. — Это неправильно. — Я понял, Тери, можешь дальше не продолжать. Мне жаль, что тебе приходится проходить через подобное. — Дави отвернулся и прикрыл веки, чтобы скрыть покрасневшие глаза. Вот сейчас ему стало действительно больно, и даже обруч померк, затерявшись где-то в глубине разрываемых чувств. — Нет, ничего ты не понял, Дави. — Тери машинально застёгивал пуговицы и поправлял одежду. — Если мы не остановимся вовремя, то когда ошейник будет снят, я не хочу увидеть в твоих глазах ненависть по отношению ко мне. Ведь тогда твой разум будет чист, и ты в полной мере осознаешь, что действительно могло произойти. — Дави хотел было возразить и даже подался вперёд, чтобы ответить, но Тери перебил его, указывая на что-то в окне. — Мы почти приехали. Я отправил письмо перед выездом, поэтому нас уже ждут.

***

Поместье, где уже многие сотни лет проживала семья Тери, оказалось красивым и величественным строением. Из окна экипажа, Дави с нескрываемым восторгом и любопытством осматривал приближающиеся рельефные каменные стены, высокие башни с утопавшими в облаках острыми шпилями и широкий парадный вход с величественными и тяжелыми дверьми. На крыльце перед ступенями ожидал лакей в форменной ливрее, не обращая внимания на холод и начавший падать крупными хлопьями снег. Дави уже не мог дождаться, когда они остановятся, чтобы прикоснуться к удивительным снежным сугробам, которые манили своей белоснежной чистотой и пушистой мягкостью.   — Как закончим с приветствиями и основными делами, то мы с тобой обязательно прогуляемся и я покажу тебе сад на заднем дворе. Зимой он особенно красив. — Видя оживлённые и сверкающие глаза Дави, Тери с улыбкой погладил его по голове, укладывая непослушные тёмные волосы. — Пойдём, я представлю тебя семье. Возможно, Тери и не вкладывал особого значения в озвученную фразу, но Дави отчего-то очень захотелось, чтобы у него тоже появился дом и семья. Он всю жизнь провёл никому не нужным человеком, пытаясь выжить в одиноком и жестоком мире.  Тери ловко спустился из экипажа на землю и помог Дави выбраться наружу, вместе они поприветствовали подошедшего лакея и направились в уютное тепло поместья. В просторном вестибюле уже ожидали родители Тери, и, на удивление Дави, ими оказались двое мужчин, на не озвученный вопрос в глазах гостя хозяева понятливо улыбнулись и вежливо заговорили: — Добро пожаловать, Дави, мы родители Териуса,  Бертус и Ярвен дель Арбер. — Один из незнакомых эльфов-мужчин поочерёдно указал на себя и на супруга. — Мы рады приветствовать тебя в нашем доме. И нам жаль, что тебе пришлось ощутить силу артефакта на себе и пройти через подобное испытание. Как только вы отдохнёте и будете готовы, то магистр сможет вас принять, чтобы исправить это недоразумение. — Дави машинально потянулся к обручу на шее.  — Мне тоже приятно с вами познакомится... — Здравствуй, братец! — Дави запнулся и не договорил, потому что с боковой лестницы спустился ещёодин незнакомый эльф и нагло его перебил. Эльф надменно улыбался, явно чувствуя свое превосходство. — Нам с родителями на тебя судовое извещение пришло из королевского министерства. Говорят, что ты нарушил закон и завёл себе человеческого раба! Я сначала не поверил, подумал, ошибка, ведь как так, ты — самый добропорядочный и честный эльф, а тут запрещённые артефакты! Интересно, а я смогу ему приказывать? — Прекрати, Занарил, — одёрнул сына Бертус и строго на него посмотрел. — Ты никому и ничего приказывать не будешь! И это не вина твоего брата, ты это прекрасно знаешь. Нам подробно рассказали обо всём в другом полученном письме, которое написал оборотень — капитан патрульной стражи Товамар. Он, кстати, просил передать свои извинения, ведь благодаря этому прецеденту его повысили по службе. Так сказать, нажился на чужом несчастье и теперь его мучает совесть. — На данный факт Бертус лишь укоризненно покачал головой и приобнял супруга. — Отец, папа, спасибо, что так быстро смогли договориться с магистром. — Брата Тери сознательно игнорировал и предпочёл не вестись на его глупые провокации. — Мы с Дави устали с дороги, нам нужно переодеться. Мы спустимся к ужину. — Он взял Дави под локоть и, быстро поклонившись родителям, потянул своего человека вверх по ступеням. Дави, не сопротивляясь, послушно следовал за Тери в указанном направлении. Его вдруг осенило, что если стражник всё подробно описал в письме, то, значит, он и про воровство рассказал. Мгновенно побледнев, Дави ощутил ужасный стыд, не такое первое впечатление он хотел произвести на родителей Тери. Но, с другой стороны, почему он вообще беспокоится о том, что о нём подумают посторонние эльфы? Уже совсем скоро всё закончится, ошейник снимут, и он наконец-то будет свободен. Так отчего тогда на душе так гнусно и тяжело, что трудно дышать. — Это моя комната, располагайся. — Тери по-хозяйски открыл скрытую дверь в стене, что вела в гардеробную, и достал оттуда сменную одежду. — Я хочу освежиться. Как закончу, то покажу тебе, как пользоваться купальней, хорошо?  — Тери, а почему твои родители оба мужчины? — неожиданно даже для себя задал Дави совершенно не относящийся к теме вопрос. — Это единственное, что тебя удивило? — с улыбкой произнёс Тери и обнимая, прижался к Дави со спины. — Нет, конечно, не единственное... Но всё же? — Дави доверчиво откинулся назад, облокачиваясь на твёрдую и широкую грудь эльфа. Тери был выше на голову, поэтому, чуть склонившись, он нежно поцеловал Дави в висок. — Видимо ты плохо изучал расу эльфов, но мы с помощью особого ритуала можем зачать и выносить ребёнка. У оборотней, кстати, тоже есть мужчины, способные рожать, их называют омеги. Только люди рождаются у женщин. — И как вы определяете, кто будет вынашивать плод? — Разве это так важно? — Тери заглянул Дави в глаза через плечо, — Если есть взаимная любовь, то совсем неважно, кто из родителей возьмёт на себя эту роль. — Он потёрся щекой об щёку Дави и хмыкнул. — Надеюсь, я удовлетворил твоё любопытство, а то у нас не так много времени до ужина. А нам с тобой не мешает помыться. — Тери наиграно сморщил нос и рассмеялся. — Иди уже! — Дави шутливо пихнул Тери в бок и отстранился. — Я буду тебя ждать. Тери ушёл в дальние широкие двери, и Дави остался один. Он огляделся по сторонам и решил внимательнее осмотреть комнату, где на полках, в разных уголках хранились вещи Тери. Подойдя к стеклянному стеллажу, Дави увидел странные фигурки, которые были изображены в виде замысловатого транспорта. На гравировке внизу значилось: «Соревнования на санях I место», и таких статуэток оказалось три. Рядом стояли похожие, но поменьше и с другими цифрами. Мысленно поставив себе засечку, он решил позже спросить, что такое «сани» и как на них соревноваться.  Когда Дави уже осмотрел все фигурки и различные виды трофейных кинжалов, перебрал и прочитал корешки на всех стопкой сложенных на столе книгах, тогда вернулся Тери. Он отвёл Дави в купальню и провёл подробный инструктаж, к этому моменту слуги через специальную дверь, уже приготовили сменную одежду. Быстро вымывшись, Дави переоделся и привёл себя в порядок. Тери его ждал и с улыбкой взял за руку. За время путешествия тесный физический контакт стал привычным, и Дави даже нравилось подобное внимание и проявленная забота. Они вместе спустились в банкетный зал, где стоял длинный празднично накрытый стол в честь их приезда. Родители Тери приветливо улыбнулись их появлению, а его младший брат вызывающе посмотрел и отвернулся, всецело уделяя внимание запечённому картофелю. Ужин проходил тихо и по-семейному, Бертус и Ярвен постоянно ухаживали друг за другом. И Дави, глядя на их взаимоотношения, понял, что не испытывает чувства отвращения или брезгливости от того, что перед ним двое мужчин. Они выглядели настолько гармонично и едино, что казались слаженным механизмом. И только Занарил весь вечер провоцировал Тери, отпуская колкие шутки. Дави же он предпочёл не замечать, и это было взаимно.  Когда ужин приблизился к завершению, в зал вошёл слуга и, почтительно всем поклонившись, прошептал Ярвену что-то на ухо. Выслушав, он отпустил слугу и, поднявшись, внимательно посмотрел на Дави и Тери. — Ну что ж, магистр ждёт вас, —  Ярвен заметил, как невольно напрягся человек, а в глазах старшего сына промелькнула тень сомнения, но всё же решил промолчать. — Благодарю, пап. — Тери поднялся, а следом за ним и Дави. — Тогда мы не станем заставлять почтенного старца ждать. — Он внимательно посмотрел на Дави, словно ища в его глазах нужный для себя ответ, тихо вздохнул, привычно взял за руку и направился в сторону выхода.

***

Тяжелые двери с протяжным скрипом открылись, пропуская посетителей внутрь, а хрустальная люстра на потолке приветливо звякнула стеклянными рожками от пробежавшего сквозняка. Кабинет магистра располагался на самом верхнем этаже южной башни. Старый эльф любил комфорт и тепло, поэтому в помещении находилось много мягкой мебели.  Дави с интересом рассматривал сидящего в глубоком зелёном кресле мужчину в просторном белом облачении. Тот приветливым жестом пригласил гостей устроиться на удобном диване напротив.   — Здравствуй, Дави, я магистр Беморсий. Наслышан о тебе и ваших с Териусом приключениях. — Дави тихо поздоровался, и старец продолжил: — И вот что я хочу тебе сказать. На самом деле это удивительно, что артефакт проснулся после стольких лет и выбрал тебя. Обычно для его активации требуется, чтобы эльф самостоятельно надел его на шею выбранного человека. От услышанного Дави и Тери потеряли дар речи, они бестолково хлопали ресницами, пытаясь переварить информацию. — Почтенный магистр, но как же так? Разве такое возможно? — переспросил Тери недоумённо и придвинулся чуть ближе к Дави, словно ему нужна была молчаливая поддержка, чтобы принять этот факт. —  Возможно, Териус. — Беморсий откинулся на спинку кресла и печально вздохнул. — Когда-то давно наши предки создали этот артефакт для того, чтобы в любой точке мира суметь отыскать свою пару. Судьба бывает забавной, и не всегда эльфам предназначались эльфы. Эту вещь создали исключительно для людей. Но, к несчастью, во время войны нашлись те, кто посмел извратить священный артефакт, превратив его в рабский ошейник. — Магистр недовольно нахмурился и потянулся к стоящей рядом тумбочке, доставая из верхнего шкафчика прямоугольный футляр с красным камнем на крышке. — И несмотря на то, что обруч на шее Дави тоже подвергся изменениям, он всё равно остался верен себе, исполняя свою первоначальную функцию.  — Поэтому мне становилось больно? — неуверенно предположил Дави. — Да, обруч причинял тебе боль, потому что его так перенастроили, но всё, что ты испытывал, это являлось твоими собственными желаниями. Артефакт выбрал тебя в пару Териусу и разбудил те чувства, что были изначально заложены, но спали глубоко внутри.   — Это неважно, — неожиданно сказал Тери, и две пары глаз непонимающе на него посмотрели. Прочистив вмиг пересохшее горло, он постарался объясниться: — Из-за меня Дави столько намучился, и сейчас я хочу только одного — подарить ему свободу.  — Териус, — окликнул его магистр и осуждающе посмотрел, — а ты хоть раз спросил, чего хочет Дави? — Я... — Тери виновато опустил голову и закрыл лицо руками, его вид казался таким разбитым и несчастным, что Дави неосознанно потянулся к нему в желании обнять. — Дави, прости, скажи, чего именно ты хочешь? — Эльф поднял на него печальные глаза и постарался ободряюще улыбнуться. — Господин магистр, пожалуйста, снимите с меня ошейник. — Дави поднялся с дивана и подошёл к Беморсию. — Я верю вам, что все чувства принадлежали именно мне. Но я понимаю, что пока на мне эта вещь, то Тери никогда не сможет поверить в мою искренность. Магистр понятливо кивнул и открыл футляр, который всё это время продолжал держать в руке, достал из него длинную спицу и, прикоснувшись ею к обручу на шее Дави, что-то тихо зашептал. Обруч вновь засветился белым светом и рассыпался на множество серебряных нитей, собравшись воедино в длинную тонкую цепочку, что упала в подставленную ладонь Беморсия. Тот аккуратно убрал спицу с артефактом внутрь футляра и захлопнул крышку. — Ну вот и всё, ты свободен, Дави, и теперь сам волен выбирать, с кем провести свою жизнь. — Магистр хитро прищурился и посмотрел на притихшего Тери. — Если, конечно, ты уже не выбрал того, кто поселился в твоём сердце. — Спасибо вам, магистр, мы пойдём. — Дави поклонился старцу и развернулся в сторону Тери, протягивая ему руку и нежно улыбаясь. — Пошли, Териус, нам нужно серьёзно поговорить. — Эльф удивлённо распахнул глаза, ведь впервые услышал своё полное имя из уст Дави, и нерешительно улыбнулся, протягивая руку в ответ.

***

До комнаты Тери они шли молча, держась за руки и размышляя. Дави не хотел признаваться в своих чувствах в коридоре, поэтому решил подождать. А Тери, видимо, до сих пор не отошёл от того, что поведал ему старый магистр.  Всё, что произошло за последние дни, для Дави тоже оказалось чем-то нереальным и удивительным. Но он чётко понимал одно: он влюбился в этого нерешительного и вечно сомневающегося во всём эльфа ещё с того раза, когда впервые увидел возле рыночной площади. Дави только сейчас осознал, что не платок его тогда привлёк, а сам эльф. А после он стыдливо оправдывал свой поступок желанием угодить Жаннет. Ведь Тери казался таким прекрасным, недостижимым божеством, которое может пройти мимо и даже не обратит на такого, как Дави, внимания. Невысокого и немного худого от вечного недоедания человека, который в этом мире считался существом второго сорта. Как Дави мог рассчитывать на взаимность? Никак. Но он не из тех, кто будет стоять и смотреть, как судьба утекает сквозь пальцы. И, может, именно по этой причине Дави в тот момент решился украсть не только платок, но и внимание его хозяина. Закрыв за ними двери, Тери обернулся и притянул Дави к груди. Он уткнулся лицом ему в макушку и будто дышал им, продолжая крепко обнимать. Дави ласково прошёлся пальцами по его сильной спине и прикрыл веки, наслаждаясь уютным единением. — Дави, послушай, — Тери чуть отстранился и посмотрел ему в глаза, — я помню, что пообещал тебе свободу, но я не в силах тебя отпустить. — От волнения Тери принялся водить ладонями по его плечам и предплечьям. — Ты можешь считать меня эгоистом, но прошу! Не уходи и дай мне шанс понравиться тебе. Останься со мной!  — Глупый, конечно, я останусь. — Заметив, как выражение лица Тери из взволнованного становиться счастливым, Дави мысленно усмехнулся, и с невинным видом продолжил: — Ты ведь обещал показать мне ваш сад на заднем дворе! А ещё расскажи, что такое сани? Не уеду пока не узнаю! Тери вначале опешил, а потом громко расхохотался, обнимая смеющегося Дави и покачиваясь с ним из стороны в сторону, как слитые воедино две идеально подобранные детали одного механизма. — Люблю тебя, мой человек. — И я тебя, мой эльф.