Случайное знакомство за стенами редакции

Тим Когда между девушкой и работой выбираешь дело жизни, конечно, благоверная не стерпит твоей фатальной ошибки и с гордостью покинет дом. Ещё и Зуев прикопался со своим новым автором. Как его – Шифман?.. Вот тебе и псевдоним для нового короля русреала. Но всё это перестаёт иметь значение, когда я захожу в душный клуб и растворяюсь в вибрациях музыки, манящем запахе клюквенной настойки и всепоглощающей темноте. Около бара, совсем недалеко от меня, стоит, оперевшись на локти, статная фигура: в бордовом платье в пол, на небольших чёрных лаковых каблуках, тонкие руки скрывают обтягивающие рукава, тёмные волнистые волосы собраны в небрежный пучок так, что некоторые особо непослушные пряди выбиваются и вьются вокруг длинной шеи, греческий профиль добавлял аристократичности образу. Было заметно, что юной особе не была по душе эта возьня на танцполе, но других вариантов отвлечься она не нашла. Я робко пододвигаюсь ближе и предлагаю составить компанию:«Не хотите занять себя клюковкой?». На меня смотрят с удивлением. Возможно к аристократкам так прямо не обращаются, но шаг сделан, и время вспять не вернуть. Я с энтузиазмом киваю на стопку и пододвигаю рюмку прямо к утончённым пальцам. Девушка сначала крутит её пренебрежительно, а затем устремляет свой серьёзный взгляд на меня:«Вы что-то туда подсыпали?». Слишком эмоционально для себя отодвигаюсь назад и возмущаюсь:«Ну что Вы, девушка? Я просто предлагаю Вам разделить этот не примечательный вечер со мной. Я парень приличный, ерундой не занимаюсь.». Она недоверчиво просмотрела сначала на меня, затем на клюковку, бросила мне вызов одним взглядом и залпом опустошила настойку. «Я тоже сюда не шампанское пить пришла.», - услышал я сквозь назойливые басы. Во мне проснулся дух конкурента. Я предложил ещё две клюковки, дабы нас накрыло одинаково. А девушка оказалась стойкой и даже согласилась продолжить вечер у меня. Я вызвал такси, сел рядом с водителем, она – на пассажирское за мной. Во время поездки я тихонько поглядывал на неё в зеркало заднего вида и только тогда заметил удивительной красоты глаза. Машина остановилась рядом с моим подъездом, я помог даме выйти и проводил к себе домой. Дверь захлопнулась, и я словно с цепи сорвался: рука потянулась ласкать бедро. Незнакомка зарылась пальцами в мои волнистые волосы. Мне было хорошо. Я целовал её обкусанные губы и белоснежную шею. Сквозь возбуждающие вздохи я расслышал тихое:«Давай не здесь». Я отпрянул, взял спутницу за руку и провёл в спальню. Желание внутри стало нарастать, когда я вдохнул запах пудры, дуба и шёлка. Нехарактерная смесь ароматов запомнится мне надолго. Она встала спиной ко мне и повела плечом, намекав на сдавливающее движения платье. Я приблизился. Мой тяжёлый горячий выдох опалил её кожу, отчего та мигом покрылась россыпью мурашек. Я горел, я уже сгорал от напряжения. Молния платья всё больше открывала мне бархатную кожу, которую я целовал миллиметр за миллиметром. Я чувствовал её желанную дрожь. Я бережно положил спутницу на кровать. Как же она извивалась подо мной… Я коснулся колгот и помедлил. «Рви…», - тихо улыбнулась девушка. Я повиновался. Вдруг нотка трезвости ударила в голову, и я понял, что в клубе, вероятно, расслышал «Маша» вместо «Миша», когда незнакомка представилась. Но мне было так хорошо. Живот сводило истомой, мои руки гладили уже полюбившуюся за короткий промежуток времени шею, и я себя не остановил. Молодой человек взял инициативу на себя, нежными пальцами он притянул меня к себе и неумело поцеловал. Я улыбнулся ему в ответ. Бархатные пальцы играли с моими волосами, массировали кожу головы, отчего я весь плавился. Он повалил меня на кровать и мигом занял позицию надо мной. Его обкусанные губы оставили дорожку из поцелуев от шеи до живота. Не ожидав, что будет настолько приятно, я весь покрылся мурашками. Я притянул его богемной красоты лицо и поцеловал. Спустя какое-то время Миша уже лежал на моём левом плече и видел пятый сон, а мне не спалось ни капельки. То ли от моего каминг-аута самому себе, то ли от волны возбуждения, что лилась через край. Я никогда не чувствовал себя настолько желанным и полноценным, как сейчас. За окном светало. Я взял ноутбук и продолжил ознакомление с произведением Шифмана. Тут у меня в голове всё сложилось: Ми-ша, Ма-ша, красное платье в горошек, белые колготки. Возле меня лежал никто иной как Шифман собственной персоной.