Романтическая история Horizon Zero Dawn

Глава 4. Дорога зовет

Тирса вывела Элой и Ароя из прохладного, пахнущего благовониями полумрака Священной Горы в ясный дневной свет. У массивного входа их уже поджидали две другие матриархи – Лэнзра, чье лицо по привычке скривилось от неприязни, и Джезза, наблюдавшая за происходящим с холодным, расчетливым любопытством. – Они оба должны получить титул Искателей, – безапелляционно заявила Тирса, не давая Лэнзре даже открыть рот. – Что?! – мгновенно вспыхнула та, гневно сверкнув глазами. – Изгой уже достаточно осквернила наши древние традиции! И этот чужак... – Они оба отмечены Великой Матерью, – мягко, но непреклонно парировала Тирса. – Их пути теперь лежат за пределами наших земель. Таков закон для Искателей. Элой с недоумением посмотрела на Ароя. – Искатели? Что это значит? – Это те, кому дозволено покидать Священные земли племени, – ответил он, и в его голосе прозвучала до боли знакомая ей горькая нота. – Чтобы искать... что угодно. Истину, славу, смерть. Большинство из них не возвращается. – А Раст? – с надеждой спросила она, обращаясь к Тирсе. – Он тоже был Искателем? Тирса тяжело вздохнула и отвела взгляд. – Прошлое Раста останется с ним. Что касается его настоящего... мы похоронили его рядом с его домом. Посадили белые цветы, что цветут даже под снегом. Горечь утраты снова сжала горло Элой, перекрывая дыхание, но она лишь коротко кивнула, с трудом сдерживая подступающие слезы. – Спасибо. Резко развернувшись, она направилась к главным воротам селения. Ее шаги были твердыми и решительными. Арой без лишних слов последовал за ней, словно привязанный. – Я не буду искать ответы в одиночку, – уверенно заявил он, поравнявшись с ней. – Я пойду с тобой, хочешь ты того или нет. Элой хмыкнула, но спорить не стала. Честно говоря, его упрямство было ей странно приятно; впервые в жизни у нее появился надежный тыл. У самых ворот они столкнулись с молодым, взволнованным охотником по имени Тэп. Его измазанное сажей лицо озарилось искренней улыбкой при виде Элой. – Элой! Я слышал, ты вернулась! – он порывисто схватил ее руку и крепко пожал. – Я не забыл, как ты спасла меня, когда я сорвался со скалы в детстве. Твой... волшебный глаз показал тебе путь сквозь камни, и ты вытащила меня прямо из-под копыт разъяренного Бегуна. Элой смущенно кивнула, вспоминая тот давний случай. Она тогда только начинала осваивать Визор и едва понимала, как работают его проекции. – Но сейчас за воротами смертельно опасно, – улыбка сошла с лица Тэпа, уступив место тревоге. – Отряд наших воинов пустился в погоню за теми убийцами, но угодил в жестокую засаду. Немногие вернулись. Они говорят, что убийцы каким-то темным колдовством подчиняют себе машины! Теперь стаи этих подчиненных тварей рыщут совсем рядом с селением. Он поспешно добавил, что Реш, воин, известный своей упертой жесткостью, стал новым вождем после того, как прежняя предводительница, Сона, пропала без вести в том самом сражении. – Её дочь, Вала... – Тэп потупил покрасневший взгляд. – Она погибла на инициации. Имя доброй девочки, с которой она коротко, но тепло говорила в доме охотников, отозвалось в памяти Элой коротким, болезненным уколом. Поблагодарив Тэпа за предупреждение, она двинулась дальше, к самим воротам. На стене, громогласно отдавая приказы израненным стражам, стоял сам Реш. Элой, не долго думая, проворно взобралась по деревянной лестнице на стену. – Откройте ворота! – властно потребовала она. Реш обернулся, и его лицо моментально исказила гримаса брезгливого презрения. – С какой стати я должен слушаться всяких безродных изгоев? – Меня избрали Искателем, – холодно парировала Элой, глядя ему прямо в глаза. – Закон предков дает мне полное право уйти. – Закон? – зло фыркнул Реш. – Это из-за тебя, безродной девки, мы навлекли на себя гнев богини и проклятие! С тех пор как тебя впустили в селение, на нас обрушились все эти беды! Пока они ожесточенно препирались, с внешней стороны стены, из глубины ближайшей рощи, донесся нарастающий, неестественный гул. Он не был похож на привычный рык знакомых машин – это был мерзкий, царапающий слух металлический скрежет, смешанный с низкочастотной вибрацией, от которой неприятно закладывало уши. На опушке показалась высокая, громоздкая четырехногая фигура. Это был совершенно незнакомый Элой тип машины – Захватчик. Его длинный механический хвост изгибался, словно у ядовитого скорпиона, а странное устройство на массивной «голове» начало испускать пульсирующие красные волны. Один из стражников на стене истошно закричал, указывая дрожащим копьем в лес: – Демон! ТРЕВОГА! «Демон» резко задрал свою «голову», и широкая красная волна накрыла нескольких обычных Бегунов, мирно пасшихся неподалеку. Оптические сенсоры машин мгновенно вспыхнули агрессивным алым светом. Повинуясь чужой, зловещей воле, они яростно ринулись к воротам, на ходу ломая защитный частокол. – Они пробивают ворота! – в панике завопили стражи, пятясь назад. С оглушительным треском массивные деревянные створки не выдержали напора и рухнули внутрь. В образовавшийся пролом хлынули обезумевшие стальные звери. Элой и Арой, стоявшие у самого подножия стены, оказались на первой линии атаки. Они действовали мгновенно, с пугающей слаженностью. Элой, ловко отскакивая от копыт, выпускала одну бронебойную стрелу за другой, безошибочно целясь в уязвимые топливные элементы машин. Арой, двигаясь словно смазанная тень, смертоносным вихрем метался между ними. Его копье с хирургической точностью вонзалось в оптические сенсоры и уязвимые соединения шарнирных конечностей. Он надежно прикрывал ее спину, пока она на долю секунды замирала для перезарядки лука, а она метким выстрелом сбивала с ног Бегуна, готового протаранить его сбоку. Это был завораживающий, смертельный танец, интуитивно отточенный еще во время бойни на плато. Когда последний из подчиненных Бегунов с лязгом рухнул на землю, в разрушенном лагере воцарилась звенящая тишина, нарушаемая лишь шипением вытекающего охладителя. Элой и Арой замерли спиной к спине, их грудные клетки тяжело вздымались от учащенного дыхания. Их взгляды встретились на короткое мгновение, и в них читалось нечто куда большее, чем просто облегчение от выживания. Это было абсолютное доверие. Они стали невидимым щитом друг для друга, и этот щит только что с блеском выдержал свою первую проверку. В этот момент поверженное тело «Демона» издало последний, протяжный шипящий звук. С его искореженной «головы» с щелчком отстегнулось и откатилось прямо к ногам Ароя небольшое цилиндрическое устройство, все еще испускающее затухающий красный свет. Арой осторожно наклонился и поднял его. – Что это? – спросил он, протягивая горячую деталь Элой. Она немедленно активировала Визор. На сетчатке глаза привычно побежали строки анализа: «Устройство управления машинами. Генерирует импульс переопределения протоколов. Позволяет временно подчинять определенные модели машин. Совместимо с энергетической сигнатурой стандартного охотничьего копья Нора». – Оно может подчинять машины, – восторженно выдохнула Элой, глядя на Ароя расширенными от изумления глазами. – Прямо как тот «Демон». Временно, но... Не теряя ни секунды на раздумья, она достала из своего походного подсумка крепкую кожаную петлю и моток прочной металлической проволоки. Ловкими, привычными к работе с механизмами движениями она намертво примотала найденное устройство к древку своего копья. Теперь ее оружие обрело новую, поистине невероятную функцию. – Возле ворот, на самом выходе из земель Нора, пасется целое стадо Бегунов, – уверенно произнесла она, взвешивая в руке обновленное копье и проверяя его баланс. – Теперь у нас есть способ добраться до Меридиана гораздо быстрее. Арой коротко кивнул; его взгляд с нескрываемым одобрением скользнул по модифицированному оружию. Но мысли Элой уже устремились к другой, не менее важной задаче. – Но сначала нам жизненно необходимо найти Варла, – решительно заявила она. – Сына Соны. Если его мать пропала, сражаясь с этими... захватчиками, то он должен знать о них больше. И он заслуживает знать правду. С этими словами она посмотрела сквозь распахнутые, искореженные ворота. За ними лежал огромный, полный смертельных опасностей, но и долгожданных ответов мир. Ее путь был ясен. И впервые за всю свою долгую жизнь изгоя, она шагала по нему не в одиночестве.