Десять лет

      Стэн еле смог отработать два последних рабочих дня в году, хотя выглядел очень бодро и много улыбался. Коллеги с работы подметили изменения в настроении Марша и удивлялись его продуктивности. Пускай Стэнли и создавал такую видимость, на деле он едва смог закрыть все свои ипотечные договоры с клиентами, и в пятницу тридцатого числа планировал как следует расслабиться вместе с Кенни. МакКормик даже смог созвониться с их любимым баром и договориться о выступлении с одной песней. Марша явно на большее не хватит. — Что сыграем? — спрашивал Кенни, выходя из такси вместе с другом. Стэн мельком осмотрел чехол с гитарой за плечами и задумался, закрывая дверь в машину и подходя к Кенни. — Да я сам и не знаю, — протянул он. — Где парни? — Они уже в баре, ждут нас, — сверился по часам МакКормик, затем посмотрел в глаза спокойного и улыбчивого Марша. — Как насчёт «Сделали это»? — О-о, я уже почти забыл про эту песню, — заулыбался Стэн и закивал, заходя в бар.       Народу как всегда было полно, и парни еле протиснулись к барной стойке, где уже сидели два друга Кенни и пили пиво. Стэн заулыбался, приветствуя их по очереди, затем оглянулся в сторону бармена: как раз на смене был его любимый, и Марш без колебаний поздоровался с ним. — Ну, сначала бахнем для храбрости? — предложил Кенни, затем будто бы опомнился и заулыбался чуть шире. — Я Баттерса позвал, он тоже вот-вот должен приехать. — Ничего себе, он любит такие места? — удивился Стэн, заказывая стакан пива. МакКормик пожал плечами с улыбкой. — Понятия не имею, но он очень хотел услышать нас вживую, — Кенни последовал примеру друга, сразу сделав пару больших глотков. — Может Кайла позовём? — Чего?! — Стэн подавился, оглядываясь на МакКормика, который принял самый непричастный вид. — Не-е, не надо. — Хочешь играть ему лично? — шепнул Кенни Стэну на ухо с лёгким ехидством, вгоняя друга в краску. Тот раздражённо дернул плечом, поджав губы. — Что там насчёт Нового года? Он будет с нами? — Да, я пригласил Кайла, — Марш был рад сменившейся теме разговора. — Он освободится завтра к пяти, вроде как, и поедет ко мне, я ему оставил дубликат ключей от дома. Будем у меня или у Баттерса? — У Баттерса только с условием, что вы двое к утру съебётесь, — подмигнул ему Кенни, и Стэн раздражённо закатил глаза, ударяя МакКормика по плечу. — Ну, а что?! Слушать в соседней комнате нам вздумали? — Да съебём мы, не беспокойся, — вздохнул Марш, затем заулыбался и наклонился ближе к уху друга. — Раз уж вас двоих так смущают слушатели. — Меня не смущают, — с хитростью отозвался Кенни. — Лео смущается. А если он нервничает, то сильно зажимается, и тогда мне очень туго… — Да всё, заткнись! — возмутился Стэн, замахав руками, чтобы скрыть смущение. Кенни на это только рассмеялся, махнув рукой и переключая внимание на двух других друзей.       Стэн недовольно осмотрел МакКормика раздражённым взглядом, затем осмотрелся по сторонам. В баре оказалось душновато, да и неудивительно, всё-таки пятница, и предновогоднее настроение всё ещё витало в воздухе. Помещение украшено в Рождественском стиле, а некоторые из гостей даже надевали шапки Санты. Где-то в толпе Марш и вовсе различил небольшую компанию наряженных в эльфов взрослых мужиков, и это заставило его улыбнуться. Всё-таки его мать была права, мужчины — это большие дети. Но иначе было бы скучно, не так ли? Оглянувшись на своего приятеля за барной стойкой, Стэн рассмотрел его повнимательнее: чёрные волосы уложены с помощью геля назад, из-за чего отчётливо виднелись выбритые виски. Чуть смуглая кожа ярко контрастировала с небесно-голубого цвета глазами. Пирсинг на брови и носу выделяли мальчишку, но его внешний вид не смущал ни единого сурового бородатого мужика: абсолютно каждый относился к бармену, как к «своему парню». Вполне симпатичный, если так присмотреться…       Марш дёрнул головой, когда застал самого себя за тем, что нагло пялится на бармена. Он что, в самом деле стал так присматриваться к парням приблизительно своего возраста? С каких пор вообще его интересовала внешность и привлекательность других мужиков?! Никогда же такого не было! Это всё вина Кенни с его тупым Гриндером, и теперь Марш просто запутавшийся в себе человек. С другой стороны, если это проскальзывает само собой, то скорее всего уже сидело где-то глубоко внутри него всё это время. Ведь впервые он стал оценивать внешность Кайла ещё много лет назад! От осознания всего этого разболелась голова, и Стэн мрачно посмотрел на пиво в стакане. Если он в самом деле заинтересован в лучшем друге, тогда что теперь с этим делать?! — О-о! Лео, привет! — крикнул Кенни почти в самое ухо, отталкиваясь от плеча Стэна и уходя куда-то назад. Марш оглянулся и увидел Баттерса в повседневной одежде и с колпаком эльфа на голове. — Ты откуда взял это? — Понятия не имею, какой-то мужик около входа нацепил мне, — неловко улыбнулся Баттерс, касаясь рукой нового головного убора. Кенни засмеялся и коротко обнял его, явно не проявляя свои чувства при окружающих. Да и это явно было бы плохой идеей в баре, полном здоровых мужиков. — Всем привет! — Здорово! — все по очереди поприветствовали Баттерса, и Кенни стал активно вливать его в свою компанию. Стэн с улыбкой посмотрел на друзей, затем облокотился щекой о руку и достал телефон. Как раз в этот момент мобильный завибрировал, уведомляя о новом сообщении. «Я так устал сегодня, пиздец просто. Надеюсь завтра не навалят документов. Закрывать год тяжело» «Завтра расслабимся, не страшно» — ответил Стэн, затем осмотрелся по сторонам и едва заметно улыбнулся. Когда Кайл писал ему даже самую глупую ерунду, в груди становилось очень тепло. «Я бы сейчас напился, но завтра утром на работу ехать :(» «Надеюсь, ты разделаешься быстро, и мы скорее начнём отдыхать. Когда у тебя потом будет первый рабочий день?» «С третьего числа снова на работу. Напишу, как буду дома. Ты сам-то как?» «Пьём с Кенни и парнями, сейчас выступим с одной песней и по домам, скорее всего»       Стэн получил в ответ улыбчивый стикер и убрал телефон, оглядываясь по сторонам. Кенни уже допивал свой стакан и переговаривался с барменом, чтобы поскорее начать выступать. Стэнли уже и сам хотел спеть, текст прокручивался в голове снова и снова. По движению рук МакКормика Марш понял, что пора выходить, и как раз со сцены уходили предыдущие выступающие.       Стэнли испытывал мандраж перед каждым своим выступлением, поэтому, стоя на небольшой сцене и проверяя настройки гитары, он чуть подрагивал, а руки тряслись. Кенни тихо переговаривался с парнями, не глядя на них, затем пару раз провёл медиатором по струнам. Это было некой командой к началу, и для Стэна всё равно, что звонок для собаки Павлова. Мозг отключил все страхи буквально за секунду, он сосредоточил фокус внимания на себе и игре. Барабанщик начал партию, и парни подхватили ритм, играя на гитарах. Кенни мельком оглянулся на восхищённого Баттерса, который с нескрываемым восторгом смотрел на МакКормика, взявшись ладонью за футболку на груди. Стэн запел так же мощно и стремительно, как началась и музыка. — Нет времени упаковывать вещи, скорее собирайся, — распевал он в быстром темпе, не сбиваясь с игры на гитаре, и теперь большинство взглядов оказалось приковано к нему. А Марш никого не замечал, он лишь пел и получал абсолютное удовольствие от любимого дела.       Он хотел бы спеть так вот открыто в полную силу перед Кайлом, но боялся, что может сбиться, если хоть раз поймает взглядом его зелёные глаза. Стэн знал наверняка — песни ему понравятся, как и любое выступление, Брофловски никогда не скрывал своего интереса к песням лучшего друга, всегда поддерживал его в хобби и даже научился играть на гитаре. Всё ради одного Марша. — В наше лучшее время, живя быстрой жизнью. Думая, что мы слишком молоды, чтобы умереть. Мы не можем ждать других времён, чтобы увидеть яркий свет, увидеть всё это, — громко пропел Стэн, зажмурившись и заулыбавшись от удовольствия. Он растворился в музыке, в голосах людей и собственном пении. В собственных ощущениях окрыленной лёгкости, которая топила его кожу, словно воск пламенем. Музыка — та самая, лучшая отдушина, что позволяла забыть обо всех страхах и сомнениях.       Стэн допел последние строчки песни и, доиграв партию, наконец сфокусировал взгляд на публике, что взорвалась аплодисментами. Большинство присутствующих — постоянные клиенты, и многие наверняка знали, кто перед ними выступает. Марш широко заулыбался, коротко поклонившись всем с ладонью на груди и, оглянувшись на улыбчивого Кенни, покинул сцену. Все парни взмокли от активной игры на инструментах, особенно барабанщик, и теперь им было физически необходимо остыть. Баттерс подлетел к Кенни и, едва касаясь, посмотрел прямо в его лицо. — Вы всегда так классно выступаете?! Боже, это так круто, парни! Я теперь буду приходить на все ваши песни, когда запланируете новое выступление! — лепетал он, пока все убирали инструменты возле барной стойки и поглядывали в сторону двери на выход. Кенни оторвался от разговора с Лео в момент, когда заметил, что Марш не оставил гитару у бармена, а накинул себе на плечо в чехле. — Эй, ты куда торопишься? Я думал, что мы ещё все вместе выпьем, — озадаченно говорил МакКормик, но не отпускал мизинца Баттерса. Стэн заметил этот жест, затем перевёл взгляд на друга с лёгкой улыбкой. — Я сегодня немного устал, хочу домой уже. Вы развлекайтесь, завтра всё равно снова увидимся, — Марш вышел со всеми на улицу и, махнув друзьям рукой, поймал такси.       Стэн очень хотел поиграть наедине с собой. Выступление распалило вдохновение, и Марш ощутил непреодолимое желание попрактиковаться в одиночку. Минуя душ и всё остальное, он вошёл в свою спальню и подключил усилители, чтобы настроить свою гитару на нужный лад. Лёгкое движение медиатора по струнам сверху вниз, и тонкий слух Стэна уловил идеальный баланс. Гитара настроена точно так, как нужно. Посмотрев пустым взглядом прямо перед собой, он глубоко вздохнул и прикрыл глаза, наигрывая наощупь нужную мелодию. Он слишком хорошо её помнил, чтобы позволить себе не смотреть на струны и лады. — Я должен был знать, что эти стены рухнут. И мне не стоило оставлять свое сердце там под ударом… — Марш едва смог найти силы, чтобы спеть эти две проклятые строчки. Замер лишь на мгновение, затем силой заставил самого себя играть дальше, нахмурив брови. — Потому что когда дело запахло керосином, всё, что у нас было, пропало в огне.       На большее сил не хватило, Марш схватился ладонью за гриф и тяжко вздохнул, останавливая звук. Кенни очень любил эту песню, считая самой живой и натуральной из всех, что когда-то писал Стэн. И он прекрасно знал, что за посыл идёт между строк. Стэнли написал эту песню весной, через несколько месяцев после ссоры с Кайлом в десятом классе. Марш никогда не выступал с ней, потому что знал — не сможет. Он даже наедине с собой её боится петь. Боится вновь окунуться в ту депрессию, что накрыла с головой на долгие годы. Но теперь будто всё совершенно изменилось. Кайл вновь появился в его жизни и окрасил мир в яркие краски, позволяя смотреть на всё происходящее с позитивным настроем.       Стэн расслабленно улыбнулся, вспоминая лучшего друга, который всегда так искренен с ним. Только Кайл мог по-настоящему понять Марша, поддержать и дать полезный совет. Чувствовать его душевное состояние, в конце концов! Знал бы он, насколько Стэнли рад, что они вновь появились в жизнях друг друга.       Утро тридцать первого числа началось у Стэна аж в десять утра. За несколько часов он успел умыться, позавтракать и принять душ в неспешном темпе, позволяя себе насладиться выходных днём. Рабочие дни выдались тяжелыми в первую очередь из-за того, что несколько дней Марш не штудировал новости рынка, поэтому огромный объём информации пришлось восполнять разом. Около часу дня он сидел на балконе и слушал в наушниках очередные новости по работе, потягивая свежий кофе с лимоном и смакуя первую сигарету за день. Пару дней назад он подумал о том, чтобы купить одноразку, потому что Кайл каждый раз резко реагировал на пачку в руках Стэна, хотя и ничего не говорил. Маршу было достаточно посмотреть на лицо друга, чтобы прочитать все его мысли. Осмотревшись по сторонам с балкона, Стэнли последний раз затянулся и потушил окурок в пепельнице и закрыл её деревянной крышкой, после чего вернул я обратно в квартиру. Достав наушники из ушей, он задумчиво осмотрелся по сторонам и решил, что время позволяет немного поиграть на гитаре. Часы показывали половину второго, и Кайл должен был приехать на скоро. Стэн достал мобильный и быстро проверил активность Брофловски в интернете, убедился, что тот пока сильно занят, ведь не ответил на утреннее сообщение до сих пор. Убрав мобильный в карман шортов, Стэнли зашёл в свою спальню и довольно быстро подключил гитару к усилителю и взялся пальцами за медиатор. Теперь стоял вопрос: какую песню бы сыграть? Перебрав несколько вариантов в голове и параллельно наигрывая разные мотивы, Стэнли с улыбкой на губах наконец определился. — Отложи бутылку, тебе, наконец, есть что сказать, — пропел Марш с лёгкой улыбкой. О, как давно он не вспоминал об этом тексте!       Стэн написал эту песню в конце десятого класса, спустя несколько месяцев после разрыва с Венди. К тому времени она сменила уже двух парней и начинала общаться с кем-то третьим, а Марш за всем этим только молчаливо наблюдал и внутри себя радовался. Венди была классной и действительно интересной девчонкой, но особенной верностью не отличалась никогда. Текст слился в рифмы сам собой, и Стэнли даже не долго её писал. Куда дольше он составлял гитарные рифы, а соло-проигрыш и того больше двух месяцев. Кенни ему тогда активно помогал, сидя в амбаре со своей гитарой. Марш любил вспоминать те времена, но всё равно ничто не могло сравниться с их последним летом в компании Кайла. Лучший период жизни Стэна, но одновременно с тем очень печальный.       Кайл закончил с работой очень рано, поэтому на радостях даже не заходил в мессенджер, сразу же прыгая в свою Хонду и направляясь к дому Стэна. Настроение было просто превосходным, из приоткрытых окон доносился голос Эксла Роуза, и Кайл постукивал пальцами по рулю, поворачивая на нужную улицу. Припарковавшись рядом с домом друга, он посмотрел на себя в зеркало в машине, поправляя волосы, затем вздохнул и улыбнулся сам себе. Сегодня он проведёт всю ночь в компании Стэна и двух старых друзей. От подобных мыслей настроение стремительно неслось вверх, пока он поднимался к нужной квартире. Аккуратно открыв дверь, Кайл вошёл в квартиру и только собрался окликнуть друга, как услышал звуки игры на гитаре и голос Стэнли. Он притаился, осторожно запирая за собой дверь, и тихо прошёл к коридору, что вёл в спальню его друга. Песня резко оборвалась, и через пару мгновений послышалось шуршание постели, а сразу затем Стэн тяжело вздохнул, будто бы собираясь с мыслями. Лёгкое звучание струн наполнило спальню, и Кайл осторожно выглянул, замечая друга, который сидел на углу кровати и с закрытыми глазами начал петь. — Кажется, что пустота никогда не покинет мою жизнь, — начал петь Стэн со всеми чувствами, что сидели в нём. Кайл сосредоточился, впитывая каждое слово в попытках понять смысл. На секунду Брофловски задумался, кому мог быть посвящен подобный текст, и вначале в голове всплыл образ Венди, но сразу затем вспомнилось удивление Марша. Он оказался удивлён, когда Кайл сказал о Тестабургер, будто бы не понял, почему его песни должны быть посвящены ей. Значит ли это, что песня про кого-то другого? И есть ли вероятность, что она про Кайла? От проскользнувшей мысли по рукам Брофловски побежали мурашки, он едва нахмурился, пристально рассматривая Стэна. — Скажи мне, что ты не в порядке и хочешь вернуться домой, — запел он припев, и в голосе прослеживалась печаль. Кайл удивлённо вскинул брови. Этой песни он не слышал прежде, а значит, она была написана уже после их ссоры. И если она в самом деле была посвящена Кайлу, то Стэн скучал по нему всё это время? Все эти годы… Как бы Кайл хотел просто сейчас забить на всё и подойти к Маршу, схватить за обе щеки и крепко поцеловать, но вместо этого руки его затряслись лишь сильнее. Слова песни проникали глубоко в душу, оставляя свои следы, и Брофловски не смог сдержать улыбки. Стоять бы так в дверях всю жизнь, слушая любимый и родной голос, ни о чём не думать и просто наслаждаться моментом. — О, блять! Господи! — резко прервался Стэн, схватившись ладонью за грудь. Только сейчас он оглянулся в сторону и увидел в проходе задумчивое лицо друга. — Ты напугал меня! — Извини, я не хотел тебя прерывать, ты так хорошо играл, — засмеялся Кайл, подойдя ближе. — Я закончил раньше и забыл предупредить тебя. — Давно тут стоишь? — смущённо спросил он, оглядываясь на гитару. Брофловски мотнул головой, подходя к окну. — Не, вот к этой песне как раз и зашёл, — спокойно проговорил он, и Стэн уставился в его спину. Маршу было жутковато петь её именно при лучшем друге, ведь когда-то он написал её именно в мыслях о Кайле. Он надеялся, что Брофловски этого не понял, поэтому встал и убрал гитару на место. — Она мне понравилась, про кого-то конкретного? — Что? — растерялся Стэн, удивлённо поворачиваясь на улыбчивого Кайла. — Ну… Не знаю, может быть. Просто написал её. — Ты мне не играл её, — Брофловски повернулся лицом к Маршу, который нервно улыбался и бегал взглядом по бледному лицу друга. — Давно написал? — Да наверное в старших классах, как и почти все остальные, — Стэнли пожал плечами, затем решил перевести тему. — Кофе или чай? — О, нет, спасибо. Я на работе перекусил, — выставил ладонь Кайл, следуя за другом на кухню. Стэн на него бегло оглянулся через плечо и улыбнулся. — Я думал, что мы сейчас в магазин поедем. — Кенни с Баттерсом решили сами всё купить, а с нас только алкоголь и чем запить. А ты приехал раньше, поэтому можно в принципе и сейчас сгонять. На чьей поедем? — Мне без разницы, — честно признался Кайл, затем едва заметно улыбнулся и хмыкнул. — М-м? Что такое? — спросил Стэн, заглядывая в холодильник. Кайл на него мельком посмотрел, затем провёл ладонью по шее. — Да вспомнил, как раньше мы с тобой катались на твоём мустанге. Мне нравилось сидеть на пассажирском, я всегда закидывал конфеты в бардачок и убирал потом фантики из дверей. Ты никогда не следил за порядком в дверях. — О-о, — заулыбался Марш и повернулся к другу. — Честно говоря, там до сих пор вечный бардак. Я очень редко вспоминаю о фантиках и мусоре в дверях. Правда, теперь там чаще слюда от сигаретных пачек, а не фантики. — Фу, боже! Ну ты и свинья! — со смехом проговорил Кайл, и Стэн не смог сдержать улыбки, глядя в лицо Брофловски. Он всегда так мило морщил нос, когда смеялся. — Тогда поехали на моей. Как в старые добрые времена, — предложил Марш, и Кайл коротко кивнул с лёгким румянцем на щеках.       Стэн быстро переоделся в уличную одежду, пока Брофловски ждал его возле выхода. Было немного волнительно вновь оказаться вдвоём в той самой машине, с которой связано море воспоминаний, и Кайла чуть потряхивало, когда он открывал дверь и садился в салон. Стэн легко плюхнулся на водительское сидение и грузно вздохнул, как дед, что заставило Кайла улыбнуться. Он осмотрелся с пассажирского места, и воспоминания вихрем пронеслись в его голове. Кайл рефлекторно потянулся к бардачку, в котором валялось полно мусора и фантиков, и юноша брезгливо достал пару салфеток, к которым прилипли жвачки и что-то ещё. — Это что… Блять, Стэн, тут скоро новая жизнь появится! — возмущённо воскликнул Кайл, достав двумя пальцами недоеденный чизбургер. Стэн засмеялся, наблюдая, как тот вылезает из машины и начинает активно разбираться в двери. Там в самом деле лежала куча слюды из-под пачек от сигарет, даже смятые пустые Ньюпорт зеленого цвета. Он раздражённо взял несколько пустых пачек и недовольно посмотрел в синие глаза друга. — Это уже не моё, тут только Кенни сидел! — защищался Стэн, пока Кайл продолжал выгребать мусор отовсюду, где он обычно был ещё и прежде, когда парни были подростками. — Пускай своё барахло тогда сам вытаскивает, — бурчал Брофловски, унося мусор в сторону помойки. Стэн не переставал улыбаться. Давно так о его машине никто не заботился. Кайл вернулся и, усевшись в машину обратно, осмотрелся крайне придирчивым взглядом, останавливаясь на ароматизаторе. — Зато вонючку повесил. — Эй, это вишнёвая! — Точно, вишнёвое ты любишь больше всего, — улыбнулся Кайл, пристёгиваясь. Стэн на него мельком посмотрел, но решил промолчать, что раньше от самого Брофловски всегда пахло вишней из-за кондиционера для белья. Почему-то это вспомнилось именно сейчас.       Парни ехали до алкогольного магазина в районе Бойл-Хейтс, обсуждая по дороге всякую ерунду по работе. Стэну нравилось слушать Кайла, иногда поглядывая в его сторону. Казалось, им снова по шестнадцать, и они просто едут развеяться, пока жалуются друг другу на заваленную контрольную у препода по математике. Но в то время всё было будто бы и легче, и сложнее. Легче — потому что не было никаких обязательств, налогов и прочей взрослой ереси, но сложнее из-за внутренних конфликтов. В то время вряд ли хоть один из них точно знал, кем хочет быть в двадцать пять лет, где жить и с кем строить отношения. Хотя, с последним пунктом до сих пор есть определенные проблемы. Стэну уже двадцать шесть лет, а он до сих пор не знает, чего хочет от любовной стороны своей жизни. С кем провести отведённые ему годы. Размышления увели его глубоко внутрь, и юноша сильно задумался, уже не слушая Кайла. Кайла… Не просто так ведь судьба вновь свела их вместе спустя такое количество времени! — Кстати! — выбил из раздумий резкий голос Кайла. — Заедем на обратном пути в аптеку. — Зачем? — удивился Стэн, не сводя взгляда с дороги. Брофловски ухмыльнулся. — Нужно купить что-то от похмелья. У тебя явно дома ничего нет, поэтому надо купить с собой. А то утром будет очень тяжко, — объяснил он. — Я думал взять пиво на такой случай, — совершенно наивно без задней мысли сказал Марш, на что услышал смех. Кайл покачал головой с улыбкой на губах. — Прямая дорога к алкоголизму. Знаешь, сколько раз надо пить в год, чтобы считаться алкоголиком? — Сколько? — спросил Стэнли, в этот раз оглянувшись на друга. Брофловски сложил руки возле груди со скептичным взглядом. — Больше двадцати. Меньше — ты не алкоголик. — Господи, так я уж даже со стажем, — засмеялся Марш, паркуясь возле магазина. Брофловски подхватил его задор и тоже рассмеялся, выходя из машины.       Довольно быстро парни выбрали себе алкоголь на вечер и ночь, возвращаясь обратно в машину и направляясь в сторону дома. Стэн всё же прихватил несколько бутылок пива, но не от похмелья, а чтобы начать праздновать заранее. К тому же, они провели слишком много времени в громадной очереди, и времени уже было ближе к трём. Кайл заставил Стэна остановиться возле аптеки и довольно быстро вернулся с необходимыми лекарствами. Теперь оставалось лишь припарковать машину около дома и уехать к Баттерсу на такси. Парни ввалились в квартиру только с пивом, оставив остальное в багажнике мустанга. Пока Кайл запирал дверь, то услышал звук открывшейся бутылки пива. — Ты чего?! — удивился Кайл. Стэн сделал глоток и обернулся на изумлённого Брофловски, заглядывая в зелёные глаза. — Хочу настроиться. К тому же, мы будем повышать потом, так что всё нормально, — спокойно сказал Марш. Кайл закатил глаза, звучно поставив баночку с абсорбирующим лекарством на кухонный гарнитур. — Ладно. Но перед выездом выпьем вот это, чтобы не было плохо потом. — Как скажешь, мам.       Стэн заулыбался ещё шире, заметив раздражение в мимике друга, и на душе стало даже теплее. Кайл всегда о нём заботился по-особенному, и на душе становилось приятно. Более того, они вот-вот встретят Новый год вместе! И Стэн готов был поклясться собственной жизнью, что больше не позволит себе потерять этого человека вновь.