Рождественский подарок

Возвращаясь со службы в церкви вместе с Мисс Хадсон, заставившей всех пойти и мэри с Джоном, которые всегда рады прогуляться, Шерлок рассматривал улицы Лондона, украшенные к рождестве. Утро. Парочки чтящие старые традиции ходят в церковь и покупают небольшие подарочки с открытками к празднику. На улице не было и малейшего намека на снег, будто и не зима вовсе, а холодная осень. Праздничное настроение отсутствовало. В последнее время Шерлок только и думает об одном парне, которого давно не видел. Сколько бы он не искал пропавшего в один день Лиама, он так и не смог найти его, не единой зацепки, ничего, будто его и вовсе не существовало, только фото напоминало о том, что это не галлюцинации или сон, такой человек и вправду существует. Лиам не плод его воображения, а живой человек. Хадсон мило беседовала с Мэри о праздничном ужине, который они решили приготовить вместе, но Шерлока уже давно не интересуют такие диологи. Он витал где-то очень далеко. Даже когда его стали окликать, чтобы он вернулся, куда он вообще шел? Но он не слышал, он всё шел и шел. Шаг за шагом Холмс привел себя к озеру, а может речке, Шерлок не вникал, его интересовало другое. лишь ледяная вода смогла отрезвить его мысли, вокруг были деревья, кустарники и небольшой, одноэтажный домик на холме. Такой уютный с виду, но одинокий, вокруг не единого здания. Разве хозяину дома не будет одиноко жить в такой глуши? Шерлок, наверное, не смог бы жить здесь один, как бы красиво не было. Дом притягивал к себе, навивал какие-то далекие воспоминания, затерявшиеся в подсознании, хотелось подойти ближе и постучать, поинтересоваться, не одиноко ли владельцу? Но поддаваться этому навязчивому чувству не время, нужно возвращаться, уже темнеет и Миссис Хадсон будет читать очередную лекцию о его халатности, попросит перестать витать в облаках, вернуться уже в реальность, забыть о том, что мешает жить, но она не знает, не знает, что он никогда уже не сможет забыть его, забыть эти красные глаза, заигрывающие, манящие своей опасностью, он стал зависим от этого взгляда, как от наркотиков. Путь назад найти было не сложно, Холмс всё время шёл по прямой, странно что не врезался по пути не во что. Оказалось, что от города детектив ушел не далеко, от чего дом на холме, казался лишь страннее, он был, как будто не естественный, потому столь манящий для ума детектива: —что же это за дом такой? усмехнувшись подумал шерлок, теперь он был уверен, он вернется сюда и на удивление очень скоро. Шерлок успел как раз к рождественскому ужину, желания что-либо праздновать не было от слова совсем. Хадсон в красном свитере с олененком и Мэри в алой рубашке и салатовой юбке хлопотали на кухне, занося на стол главное блюдо праздника- запечённую индейку и конфеты с йоркширским пудингом. Раньше Шерлок бы стащил со стола конфет и хлопушки, запуская их в джона, чтобы разбавить атмосферу, а потом огребал бы от радостно смеющейся домовладелицы, выдающей ему веник. Но это было давно, больше у Шерлока не было смысла жить столь радостно, единственная причина его жизни заключалась в поиске, это изматывало. Измотало настолько, что он больше не мог смеяться, вести себя, как ребенок. Все в доме уже привыкли к изменению в Холмсе, он стал больше похож на своего брата, мрачный и закрытый в себе, всё время чем-то занятый. Все пытались узнать, что же случилось, почему он так изменился. Почему перед сном рассматривал единственную фотографию в рамке, парень на ней казался всем невероятно знакомым, но как бы не пытались они вспомнить, где его видели, все было без толку. Шерлок не ответил ни на один вопрос, больше никто не мучал его расспросами, все просто приняли это как есть, в надежде, что Шерлок отойдет и вернётся, но время шло и ничего не менялось. Лишь синяки под счастливыми ранее глазами ныне всё темнели и темнели, показывая усталость, на которое хозяин тела всё время забивал. Майкрофт пытался ему помочь и только его помощь принял шерлок, взяв с него клятву, что никому не расскажет. Так вместе они и искали пропавшего, дорогого сердцу младшего холмса, человека. Подарив всем небольшие подарки с открытками детектив попрощался и ушел. Что-то прямо сейчас тянуло его на улицу. Это чувство, так давно забытое, померкшее со временем среди других воспоминаний. То чувство дрожи и желания, возникающие при ЕГО приближении. Сумерки сгущались над праздничным Лондоном, прекрасным в главный праздник года, улицы украшены светящимися звездами. Уильям любит наблюдать с крыш зданий за веселящимися людьми. Такими спокойными, светящимися радостью, в этот день. Даже хорошо, что они не знают, кто яшкается среди них, ища новую жертву, дабы утолить свой голод. Такие масштабные праздники только в радость вампирам, на улицах кучи людей, сложно устоять. Кровь радостных, наслаждающихся праздником людей намного вкуснее. Мориарти ненавид пить людскую кровь. Изо дня в день он проклинал себя за свою сущность. Он терпел адские боли, когда голод достигал своего апогея. В такие дни он не мог нормально Мыслить , в глазах темнело, а чувствительность возрастала. Это было невыносимо, но что хуже, голод не пройдёт сам, пока может пить кровь животных, но надолго ли это? Мудрец говорил ему и по сей день продолжает убеждать, что голод достигнет такой точки, когда ты не сможешь ему противостоять, а звериная кровь более действовать не будет. Но Уильям был готов к такому раскладу событий, он вырвет своё сердце и превозмогая боль выбросит своё сердце, без которого не сможет нормально двигаться и будет ждать рассвета, что избавит его от страданий вечности. А сейчас, пока он может здраво мыслить, он будет оберегать город от вампиров, чтобы праздники были для них так же прекрасны, как и сейчас. Он избавит мир мир от всех вампиров, не следующих уставу и верящих, что останутся безнаказанными. Наивность погубит их. Как же не вовремя, где же кровь, в карманах пусто, точно, еле слышимый звук стекла ударяющегося об кровлю. Инстинкты вампира в голод достигают своего пика, что помогает им легко найти добычу, но Лиам использует их для другого, чтобы поймать колбочку и вытащить пробку. Ещё секунда и колба оказалась бы разбита вдребезги. Какая бы не была у Уильяма готовность покончить со своей жизнью, он хотел продолжать смотреть за размеренной городской жизнью. Хотел защищать комфорт граждан, оберегать их счастливые деньки. Видеть как они радуются и дарят друг-другу подарки. На празднично украшение улицы, приковывающие взгляд. Возможно, ему просто нравилось наблюдать за тем, что не сможет ныне сделать сам, как хотелось бы ему вернуться в прошлое, в те времена, когда он мог наслаждаться жизнь. С братьями, Шерлоком. Вряд ли второй ещё помнит его, люди быстро отпускают себе подобных, у них слишком коротка жизнь, чтобы беспокоиться и мучать себя существами, причиняющими боль и приносящими несчастья. -Что это? Такое знакомое чувство —кто это? Уильям пытался вспомнить кому же принадлежит этот запах, такой знакомый, близкий. Глаза распрзнулись, он понял. Понял! Зрачки лихорадочно искали обладателя этого запаха, ему нужно уходить, только не сейчас, нужно выпить кровь и уходить, назад, обратно в дом, одиноко стоящий на холме. Руки тряслись, колба выскользнула из трясущихся рук, Мориарти не смог её поймать, она разлетелась, разбившись об асфальт, а он полетел с крыши вслед за ней. — Нет! Только не это, не сейчас, нет, он не хочет, чтобы та ночь повторилась. Тогда он чуть не сошел с ума, его единственные члены семьи были убиты в тот день. Это было незадолго до Рождества. 20-е декабря. Он все еще помнит тот день, в мельчайших подробностях, сколько бы времени не пройдёт, он не забудет его. Его братьев убили у него на глазах, они умирали лежа на его руках. Он остался совершенно один и не знал что делать. Уильям знал, Льюис обычный человек, так почему же он родился этим дьявольским отродьем? Он сам навдек на семью беду, именно он во всём виноват, они спокойно готовились к Рождеству, украшали дом и подготавливали подарки, как окна разбились. Уильям не успел понять, что случилось, как вампиры сбежали. На улице шел дождь, прямо как в душе вампира, он не знал куда идёт, кому стучит. Ноги сами привели его к Шерлоку, а руки сами постучали и обняли открывшего. Он больше не мог стоять он упал на колени перед холмсом, его руки обвилист у него за спиной. Но даже сейчас жизнь не стала благосклоннее к нему, запах крови наполнил легкие, Шерли вышел с раненой после эксперимента плечом. Манящий запах заполнил легкие, хотелось укусить, впиться клыками в кожу. Отчего тошнило только сильнее, о чем он вообще думает? Гребаный вампир, зачем он вообще родился. На глазах стояли слёзы, он никогда не убьет человека, как остальные вампиры, не успел шерлок спросить, что де случилось, как Лиам вырвался из его объятий и оглянувшись на последок попрощался. Как же иронично, что Шерлока он встретил снова в голод, ещё и без возможности избавиться от жажды крови. Чужие руки обвились вокруг него мертвой хваткой. Он не знал что делать, Лиам считал, что шерлок давным-давно забыл его, но нет, прямо сейчас они оба смеялись, а по щекам Холмса скатывались слёзы, что он не мог больше сдерживать в себе. Сейчас Уильям был намного сильнее Шерлока, он легко мог выпутаться, но знал, если он это сделает, обязательно поранит. — ни за что. Ты знаешь сколько я тебя искал? Почему ты ушел. —Шерли, пожалуйста.- губы сжались в тонкую линию, тяжело втянув воздух Уильям продолжил- отпусти, я не смогу долго себя сдерживать —от чего? — я вампир, шерлок- Уильям больше не мог, скрывать это. Только так он сможет, уйти- и я сейчас на грани того, чтобы начать пить твою кровь. - так пей, пей сколько надо, хоть осуши полностью — Я не могу! Нет.. — Если ты не выпьешь кровь, набросишься ведь на других по дороге, так выпей моей крови так, чтобы мог управлять своим телом сам, а не твои инстинкты. Уильям не мог более сдерживать себя, инстинкты вампира внутри, как демоны нашепоытвали, укуси, давай. Губы оказались около плеча, но сомкнуться не могли, он не мог, просто не мог укусить. —кусай Одно слово подействовало на Уильяма, как спусковой крючок, в следующее мгновение его клыки вонзились в плоть. Человеческая кровь впервые, он выпил её. Он почувствовал себя лучше, прилив силы, он никогда не чувствовал себя так хорошо. Плохо, очень плохо, оторваться было сложно, кровь продолжала вливаться в него, сердце Холмса становилось слабее, он чувствовал это. Наконец-то оторвавшись он застыл. Он не знал что делать, да что он вообще мог сделать в такой ситуации? Но кажется у Шерлока были свои планы — пойдешь со мной? — ты сейчас серьезно хочешь с собой, вампира, что может убить тебя в любой момент? — да. Я пять лет непрерывно искал тебя и не собираюсь сейчас потерять. Не уходи снова.. В это рождество, желание что ежегодно загадывал шерлок наконец-то исполнилось. Он встретил того, кого по настоящему любит. Может, это и не такой плохой праздник, коим он его считал.