Вероятность без вероятности

Глава 1. Последний день На часах было девять вечера. В маленькой комнате, пропитанной уютом, Эмилия сидела за столом, сосредоточенно глядя в конспекты. Свет настольной лампы выделял тёплый оттенок её каштановых кудрей, которые небрежно падали на лицо, мешая обзору. Она машинально заправила прядь за ухо и продолжила читать, пробегая глазами мелкий текст. Рядом, на диване, сидела её старшая сестра, Катриан. Её волосы, чёрные как уголь в этом приглушённом освещении, на солнце казались бы мягко-коричневыми. Она что-то читала, изредка перебирая страницы. – Во сколько у тебя завтра начинаются пары? – вдруг спросила Эмилия, не отрываясь от текста. Катриан подняла взгляд, закрыв книгу пальцем. – В восемь утра. А у тебя? – В девять тридцать, – с лёгкой улыбкой ответила Эмилия. – Кажется, я сегодня побеждаю в гонке сна. – Удачливая! – фыркнула Катриан, снова углубляясь в чтение. Часы пробили десять вечера. Свет погас, сёстры легли спать. Но сон не шёл. – Помнишь, как мы спорили о концовке «Атаки Титанов»? – начала Эмилия, переворачиваясь на бок. – Помню. И я ведь оказалась права! – засмеялась Катриан. Смех был тихим, как будто боялся нарушить ночной покой. Они долго обсуждали свои любимые фандомы, делились шутками, пока усталость не накрыла их. --- На следующее утро Эмилия проснулась позже обычного. Комната была пустой: Катриан уже ушла на пары. Эмилия встала с кровати, потянулась и лениво отправилась собираться. В университете царила привычная суета: студенты обсуждали задания и делились новостями. Эмилия остановилась у кофейни, когда её окликнула сокурсница. – Эмиииии, ты видела новинку в меню? – Нет ещё. Но можем зайти вместе. Пара началась. Эмилия вяло записывала лекцию, чувствуя, как сон наваливается на неё. Она положила голову на парту, глядя в окно. – Мисс Эмилия, вы решили, что пара – это время для сна? – раздался строгий голос преподавателя. Эмилия вздрогнула, поспешно выпрямившись. – Простите, профессор... В аудитории раздались сдержанные смешки, но вскоре их прервал громкий взрыв. Пол задрожал, окна задребезжали. – Что это было? – кто-то крикнул из заднего ряда. Сработала пожарная сигнализация, оглушая пронзительным воем. Люди в панике ринулись к выходу, толкая друг друга. --- На улице толпа сгрудилась в хаосе. Люди кричали, звали друзей, раздавались всхлипы. Эмилия стояла, прижимая телефон к уху. Она пыталась дозвониться до Катриан, но ответной связи не было. – Где ты? – её голос дрожал. – Пожалуйста, ответь... Слёзы выступили на глазах. Не дождавшись ответа, Эмилия бросилась обратно, в охваченное пламенем здание. --- Внутри был пожар. Дым наполнял коридоры, огонь пожирал стены. Эмилия закрыла рот рукавом, кашляя. Она бегала по этажам, заглядывая в кабинеты, полные тел студентов. – Нет... нет... – она шептала, с ужасом глядя на безжизненные тела. Наконец, она увидела её. Катриан. Сестра сидела у стены, опершись на кнопку пожарной тревоги. Рана в её боку была глубокой, кровь стекала на обугленный пол. Лицо Катриан, покрытое ожогами, казалось неузнаваемым. Лишь её глаза – золотистые, такие родные – были слегка приоткрыты. Эмилия рухнула на колени, хватаясь за грудь, словно пытаясь вдохнуть, но воздух был густым и горьким. – Нет... это не ты... – она выдавила, всхлипывая. – Господи, прошу... не забирай её... Она обняла бездыханное тело сестры, крича от боли. Её слёзы стекали по лицу, падали на обугленные волосы Катриан. – Почему ты? Почему не я?! Если бы я могла всё изменить... Её тело дрожало, она теряла силы. Темнота постепенно накрывала её сознание, крики студентов доносившийся из улицы становились все тише и тише. Последнее, что она почувствовала, – это тепло руки Катриан, которой она успела дотронуться. Эмилия лежала на холодном полу, её глаза были полуоткрытые, слеза медленно, но верно стекла с бледных щёк, а волосы небрежно закрывали лицо. --- На следующее утро новостные каналы гудели. Сообщали о теракте в университете. Говорили, что одна из студенток спасла множество жизней, успев нажать на пожарную тревогу, но сама погибла. Её звали Катриан. Эмилия стала лишь одной из жертв этой трагедии, что привело лишь к началу настоящей трагедии.