Where’s my love?

— Ген, посчитай пожалуйста всё ли мы положили. — сказал Ксено, в последний раз проверяя костюмы. — Конечно, сейчас. — менталист развернулся лицом к доктору и заторможенно кивнул. — Можешь не притворяться, я знаю что ты чувствуешь, сам сейчас в такой же ситуации. — грустно улыбнулся ученый. — О чём вы? Я что-то не так сделал? — с волнением спросил Асагири. — Ты же любишь его, верно? — указал он пальцем на луковолосого парня, который что-то дописывал в соседней комнате, и продолжил: — я знаю этот взгляд и я уверен, что ты понимаешь о чём я. Ген несколько секунд стоял в ступоре, но потом тихо заговорил: — Я так боюсь за него. За всех. Но ничего сделать не смогу. — вздохнул болтолог и продолжил пересчитывать вещи со списка. — Поговори с ним. Ты должен сказать хоть что-то, Сенку нуждается в этом. Менталист с подозрением посмотрел на ученого и спросил: — А вы со Стэнли говорили? — Да, я высказал ему все свои переживания и он дал мне гарантию, что вернется. — натянуто улыбнулся Ксено. Оно никак не успокаивало, но услышать эти слова оказалось для Уингфилда действительно важно. — Я подумаю. До вылета осталось несколько часов. Всё были в каком-то взбудораженном состоянии. То ли радовались, то ли разрывались от переживаний, но Ген держал планку и пытался быть собранным. — Сенку, можно тебя на минуту? — неуверенно позвал болтолог. — Только быстро, менталист, нам скоро вылетать, а ещё кучу всего нужно сделать. — не отрываясь от работы над каким-то препаратом, сказал учёный. — Можно тебя обнять? — Ты же знаешь, что я не люблю прикос… — только сейчас Сенку увидел лицо настоящего Гена, без каких либо масок. Оно выражало невероятное беспокойство и даже чувство вины? Парень не знал, но решил, что менталисту сейчас очень нужны эти объятья: — Иди сюда. Ген осторожно подошёл и обнял Сенку за плечи, тот в ответ аккуратно положил руки ему на талию и ждал. От болтолога веяло комфортом и бесконечным чувством страха, но разрывать эти объятья, на удивление, не хотелось. — Пожалуйста, прошу тебя, пообещай, что вы вернетесь, что всё будет в порядке и с вами ничего не случиться. — тараторил Ген что было на уме. Это первый раз, когда менталист не выбирал выражения, а высказывал всё. Из глаз текли слёзы, но Асагири сейчас не до этого, он успеет пожалеть о своей слабости позже. В этот момент есть только он и Сенку. — Эй, тише, не плачь. — обеспокоено сказал ученый и начал успокаивающе гладить Гена по спине. — я обещаю, что мы вернемся, вы только дождитесь. Нет, ты дождись. — мягко сказал Ишигами и разорвал объятья. Ген напоследок натянуто улыбнулся и вытер слёзы. Он пообещал. А Сенку всегда сдерживает свои обещания.