Чем заняться вместо сна

Зима. Промозглая и холодная. Шоко работает уже, кажется, вторые сутки подряд. У нее на руках труп первогодки. Иэйри думала, что после Хайбары никто не умирал на первом курсе, поэтому и поднялся такой переполох. Девушка отошла от рабочего стола и прислонилась к стене. Усталый вздох пронёсся по тишине морга. Шоко стянула с рук перчатки, выбросила их и протёрла глаза. С документацией теперь ещё несколько часов возиться. Иэйри чувствовала как голова будто наливается свинцом. В душном помещении без окон и нормальных источников освещения было трудно долго заниматься кропотливой работой. Вдруг комнату залил свет из коридора. Кто-то открыл дверь, и Шоко повернула голову на характерный скрип металлической двери и звук шагов. В проёме показалась белобрысая лохматая макушка, а после и весь Сатору Годжо. Он прислонился плечом к косяку двери и жестом подозвал к себе Шоко. Девушка усмехнулась — кто ещё мог прийти к ней посреди ночи? — и подошла к Годжо. — Я принёс тебе кофе, — даже не поздоровавшись, констатировал Сатору, протягивая Иэйри картонный стаканчик. Шоко взяла его и кивнула вместо благодарности. Но пить не спешила. Ей нравилось просто какое-то время держать в руках теплый напиток и греть ладони. — Который сейчас час? — спросила девушка. Она потеряла счёт времени, пока работала без перерывов и даже не могла ориентироваться на солнце, ведь морг, как и полагается, находился в подвале. — Около пяти утра, — прикинул Годжо. — Почему не спишь? — Я только из командировки вернулся, — пожал плечами Сатору. Впрочем, по его заёбанному виду можно было догадаться. — Тогда тем более почему не пошёл сразу в кровать как обычно? — Увидел, что у тебя свет горит, решил зайти. Ну и кофе отдать. — Так ты сам его хотел выпить, но решил отдать мне? — догадалась девушка. Она склонила голову и оглядела Годжо. Парень лишь усмехнулся. Это была правда. — Это очень мило с твоей стороны, — улыбнулась Шоко и сделала небольшой глоток. Сатору, если честно, сам почти с ног валился, но от напитка всё равно отказался в пользу подруги. Всё-таки Годжо не особый ценитель кофе, он больше по энергетикам. Но сегодня что-то дёрнуло взять в автомате именно американо вместо газировки. Обычно парень вообще не пытается зарядится бодростью после командировок, а сразу идёт спать, но сейчас почему-то не хотелось. — Тебе ещё долго работать? — поинтересовался Сатору, всё ещё стоя на пороге. — Час, не меньше. Вскрытие я закончила, но теперь нужно все бумажки заполнить, — вздохнула Шоко и выпила залпом примерно половину стаканчика. — А что? — Можно я у тебя побуду? — Годжо не хотел идти в свою комнату, не хотел сидеть там один, не хотел думать о том, что его ученик погиб, пока он был в отъезде, не хотел представлять, как его будет отчитывать Яга, хотя они оба понимают, что Сатору ни в чем не виноват. А в морге спокойнее. Рядом с Иэйри спокойнее. — Без проблем, — пожала плечами девушка. Она привыкла к любым закидонам Сатору, перестала удивляться и соглашалась на всё, если это никому не вредило. — Почему не хочешь просто пойти спать? Мне-то работать надо, а ты вроде как своё отработал. — Не знаю. Предчувствие, что не надо мне сейчас ложиться. — Ладно. Лавочка в твоём распоряжении, — Шоко никогда не задавала лишних вопросов, и Годжо это радовало. Парень зашёл в помещение, разлёгся на голубой лавочке и уставился в грязно-серый потолок. — Как прошла командировка? — Всё отлично. Убил все проклятия и поехал домой. Кажется, перелёт занял дольше времени чем само задание. Бесит, — Сатору очень не нравилось летать куда-то на самолётах. С его ростом это было просто неудобно. — Знаешь, на севере Японии сильно холоднее, чем у нас в Токио. — Ага, — Шоко кивнула, уже на автомате ставя свою подпись на третьем или четвёртом листе. Годжо перевёл взгляд с потолка на Иэйри и заметил, что та мелко трясётся. Сатору поднялся на локтях, перешёл в сидячее положение, облокотившись спиной на стену, и окликнул девушку: — Шоко, тебе холодно? Ты дрожишь, — с лёгким оттенком волнения во всегда безразличном тоне голоса спросил Сатору. — М? Немного. Голова болит, будто пунцовая, — Иэйри откинулась на спинку стула и задрала голову к потоку, отрываясь от бумажек. Годжо упёрся локтями в колени и скрестил пальцы, насупился. — Переутомление? — Наверное, — девушка повела плечами и вернулась к работе. — Я могу чем-то помочь? — тихо проговорил Сатору, хотя и сам не был уверен, что способен сейчас на какой-либо труд. — Принеси ещё кофе, пожалуйста. — Окей, — парень встал и быстро вышел из помещения. Дойдя до автоматов на улице, он вставил купюру в приёмник и стал ждать. Пару раз Сатору передёрнуло от холода. Вскоре он вернулся в морг и поставил стакан на стол Шоко, а сам остался стоять рядом с ней. — Ужасная погода, — пожаловался Годжо. Иэйри никак не прокомментировала. Она не выходила на улицу со вчерашнего дня и ничего не могла сказать по этому поводу. — Болит что-нибудь? — не отвлекаясь от документов, вдруг спросила Шоко. — Нет, только усталость. Почему ты спрашиваешь? — Ты редко стоишь у меня над душой среди ночи. Обычно, так было, когда тебя нужно было подлечить, но ты не хотел говорить. Правда, последний раз такое было лет восемь назад, но я всё же решила уточнить. — А, да нет, всё нормально. Просто... — Не хочешь оставаться один? — опередила девушка, не дав Сатору договорить. — Согласна, мне с тобой тоже приятней возиться с этой волокитой. Какое-то время они стояли молча. Годжо пару раз провёл руками по плечам Иэйри, когда ему особенно бросалась в глаза её дрожь. — Я закончила, — объявила в один момент девушка и облегчённо выдохнула. — Пойдём прогуляемся, — предложил Сатору. — Пошли, — почему-то согласилась Шоко, хотя ночные вылазки на улицу вообще не её формат. Иэйри надела поверх врачебного халата лёгкое осеннее пальто. Годжо, уже побывавший на улице, неудовлетворённо покачал головой и накинул ей на плечи свою куртку. Шоко не сопротивлялась. А сам парень вышел в одной форме техникума, не особо пригодной к редким зимним морозам. Молодые люди медленно обошли территорию колледжа. На улице слякоть и подмёрзшие лужи, на которых так и норовишь поскользнуться. Никакой зимней романтики, только грязная серость. Каждый думал о своём и не спешил переговариваться. В какой-то момент пути Иэйри взялась за руку Сатору, будто, утопая, ищет в ней спасения. — У тебя такие холодные ладони, — удивился парень. — Кто бы говорил, — усмехнулась Шоко в ответ. — Они обычно теплее, — почему-то это заставило Сатору беспокоится. — Ну да, — согласилась девушка и замолчала, показывая, что не собирается продолжать этот разговор. Они дошли до подворотни с вендингами, такой знакомой, что аж передёргивает. Иэйри облокотилась о бетонную стену, а Годжо стал возится у автомата с кофе. — Держи, — Сатору протянул Шоко очередной стаканчик. — Нельзя пить столько кофе, — пробормотала девушка, но стакан взяла и снова начала отогревать об него руки. — Это не кофе, это горячий шоколад. Шоко понюхала напиток, и там правда оказался шоколад. Девушка никогда не думала, что Сатору может быть таким заботливым и внимательным. Себе же парень купил энергетик из соседнего автомата и осушил жестяную банку практически залпом. Желание упасть прямо здесь на землю и уснуть начало отступать. — Тебе же... Уже рассказали, что случилось? — Шоко почему-то было стыдно начинать этот разговор с Годжо, хотя он видел тело и даже не дёрнулся... Конечно, он уже знал. — Да. Поэтому я и пошёл к тебе, понимал, что ты будешь работать допоздна. Давай не будем сейчас об этом. Утром мне ещё много про это выговорят, а сейчас я просто хочу отдохнуть, проветриться. — Хорошо. — Иэйри кивнула и потянула парня за собой. Она хотела просто пройти ещё несколько кругов по территории, но не заметила замёрзшую лужу рядом с собой и поскользнулась на ней прямо как во второсортных комедиях. Годжо попытался было её поймать, но, видимо, настолько устал, что сам не удержал равновесие и шлёпнулся рядом. Оба рассмеялись то ли от нелепости ситуации, то ли от начинающейся истерики. — Не ушиблась? — спросил Сатору, подавив смешок. — Нет, спасибо за куртку. А ты? — Нет, спасибо бесконечности. Иэйри вновь расхохоталась. Годжо положил руку ей на плечо и пару раз ободряюще сжал его. Он хорошо мог отличить истерический смех от обычного, и сейчас смех Шоко был больше похож на первый. Они лежали посреди дорожки и смотрели на светлеющее понемногу небо. — Кстати, знаешь, какой сегодня день? — спросил Сатору после небольшой паузы. — Неа, — беззаботно ответила девушка. — Первое января. С Новым годом, Шоко, — парень сам только вспомнил. Их расписание было настолько забитым, что уже не только дни недели — месяцы начинаешь забывать. — С Новым годом, Сатору, — эхом повторила Иэйри. И правда. У них под Новый год всегда какое-то происшествие. О празднике даже не вспоминаешь. — Смотри! Снег пошёл! — вдруг радостно и довольно громко для ночной тишины воскликнул Годжо, увидев, как с неба начали лететь белые хлопья. Снег в этой части Японии — настоящая редкость. Сатору, кажется, видел его последний раз ещё ребенком, поэтому в душе пролетела мимолётная радость от такого простого явления. Шоко тоже заметила кружащиеся снежинки и заулыбалась. Так немного нужно уставшему человеку чтоб улыбнуться... — Так красиво, — тихо проговорила девушка, когда снег уже припорошил их обоих и продолжал опускаться на землю. Годжо кивнул. Они полежали ещё недолго, но парень всё же поднялся. Лежать на холодной земле в одной кофте стало слишком холодно. Сатору протянул руку Шоко и помог ей встать. Вместе они дошли до крыльца общежития и сели на деревянные доски, продолжая любоваться падающими снежными хлопьями. — Знаешь, это, наверное, новогоднее чудо, — улыбнулся Годжо и осторожно прильнул к плечу Шоко. — Да... Наверное... — согласилась Иэйри, не отрываясь от пейзажа. Она медленно поглаживала костяшки ладони Сатору и иногда заглядывала ему в глаза. — Раз уж всё так волшебно... Я хотел бы исполнить одну свою мечту, — Шоко как будто услышала нотки стыда в его голосе. Было так странно видеть его расслабленным, вроде, даже без масок, и просто обыкновенным человеком. — Что за мечта? — улыбнувшись, поинтересовалась Иэйри. Годжо сначала притянул её к себе, встал вместе с ней на ноги и только после этого ответил: — Всегда хотел поцеловаться с девушкой под падающим снегом. Сатору наклонился к Шоко и, увидев одобрение в ее глазах, нежно, хоть и не долго, поцеловал в губы, растворяясь в пылающих изнутри чувствах. Отстранившись, Иэйри рассмеялась. Они оба понимали, что историю с мечтой Годжо придумал только что. Шоко поняла, что Сатору очень странно показывает симпатию, но ей это нравится. Сатору понял, что всё сделал правильно. Парень обнял Иэйри за талию и провёл рукой по волосам. Шоко положила свои ладони на его плечи. Сатору одной рукой накрыл её ладонь на своём плече и с приятным удивлением ощутил, что её руки вновь тёплые. — Согрелась? — Да. Спасибо. Пойдём спать, — они оба рассмеялись. Самое время.