Моя нарядная ёлочка

Запястья перехвачены атласной лентой, струящейся по всему телу. Она берёт начало на лодыжках, крепко связывая их вместе, жадной коброй обхватывает ноги, сжимая кожу на бёдрах, обвивает грудь, ещё сильные выделяя соски, и заканчивается на кистях, что теперь неотделимы друг от друга. Давит, стягивает недостаточно, чтобы сделать больно, но этого точно хватит, чтобы обездвижить. Сынмин завязывает пышный бант поверх этого великолепия и сразу же отводит взгляд в сторону. ―Боже, Чонин, ну почему именно я?―его уши полыхают.―Хо тоже твой друг...У меня ещё и смена... Младший хитро щурит глаза, отчего ещё больше становится похож на лисицу. ―Ты же знаешь, я доверяю тебе. Спасибо, Минни. ―Да-да, я слишком хорошо тебя знаю, подлиза. Спасибо, что хоть трусы надел. Удачного вам,―парень на секунду замялся, – праздника. Случайно зацепив взглядом разложенные на простынях "игрушки", Сынмин ещё гуще краснеет и поскорее ретируется из комнаты, лишь бросив тихое: "С Наступающим". Чонин остался наедине с собой. Лента приятно холодила кожу, одновременно создавая ощущение скованности и возбуждения. Ясно ощущалось, как от волнения стучит сердце. Но он сам принял это решение. Подготовка такого подарка началась еще6в ноябре: Чонин постепенно растягивал себя, даже заранее купил игрушки и сексуальное бельё. Теперь Чонин был в центре этого маленького театра, и хоть ему было неловко, в глубине души он чувствовал, что именно так и должно быть. Четыре глухих удара костяшками пальцев о деревянный косяк заставили пульс ещё участиться, словно Чонин был преступником, которого вот-вот должны поймать. Бан Чан никогда не входил без стука даже в собственную спальню, но сейчас этот стук звучал как предупреждение. Отрицательного ответа не последовало, и механизм ручки перед открытием издал скрип. Несколько секунд, что понадобились для плавного открытия двери, показались неприлично долгими. ―Малыш?―взгляд Криса скользнул по комнате, и, наконец, наткнулся на Чонина.―Что здесь происходит..? ―Я... это...―начал было Ян, но не смог закончить фразу. Вместо этого просто сжал губы и попытался скрыть свои чувства за маской уверенности. Чан шагнул ближе, выражение его лица постепенно менялось от шока к чему-то нечитаемому, хищному. Он игриво приподнял одну бровь и наклонился вперед, словно пытаясь разглядеть детали этого завораживающего зрелища. ―Ты решил поэкспериментировать?―голос стал мягче, с легкой ноткой насмешки.―Это определенно выглядит весело. Чонин чувствовал, как лента, стягивающая его запястья, стала более ощутимой, как будто удав, впивающийся в свою жертву зубами, сдавливает его кольцами своего тела. Холодное липкое чувство мешало дышать. Вдруг чьи-то пальцы, обхватив его за подбородок, буквально заставляют поднять глаза. Ян поймал взгляд Бан Чана, и для него всё было кончено. Из бездонных омутов во все стороны летели искры. Чонин сам загнал себя в ловушку, и теперь будет растерзан, сожран. Казалось, сердце вот-вот пробьёт ребра и вылетит из груди. Все мысли о том, что Ян хотел бы скрыть, словно всплыли на поверхность. Он не мог отвести глаз от того, как его парень медленно приближается, словно ягуар, готовый к нападению. ―Ты не ответил на мой вопрос,―произнес Крис, голос стал низким и бархатистым. Ещё ближе, и его дыхание стало слышно, как будто весь мир вокруг замер. Он остановился в нескольких сантиметрах от Чонина. ―Хён, до Нового года ещё пара часов, но ты можешь взять свой подарок сейчас. Можно не только смотреть, – Ян вызывающе прикусил губу,―но и трогать,―сейчас ему больше всего хотелось ощутить мягкость губ Чана, но тот отстранился, впервые проявляя властность. Крис прищурился, его уста изогнулись в хитрой улыбке, его руки коснулись ленты, потянули за неё. Небольшое усилие, и вот Чонин летит лицом на душистую простынь. Он не мог сдержать дрожь, когда Крис наклонился над ним, его дыхание горячее и тяжёлое. ―Ты действительно готов ко всему этому?―в таком положении невозможно было увидеть, чем он занят, Ян мог лишь догадываться, в каком порядке его любимый перебирает заранее приготовленные игрушки. Сердце пропустило удар, когда Бан Чан издал стон изумления. ―Обещай, что остановишь меня, если я перегну,―эти слова звучали серьёзно и сдержанно. А продолжение следует только после тихого «Угу». Нечто прохладное и продолговатое опустилось на мягкую ягодицу, некоторое время скользило по нежной коже, словно пытаясь нацелиться, поднимается и...удар. Сначала лёгкий еле ощутимый, но с каждым разом всё сильнее. Каждое соприкосновение оставляло алый след на коже, и Чонин чувствовал, как собственное тело реагирует на это, он не мог сдержать стон. Крис постепенно терял контроль, и шлепки начинали сыпаться на ляжки и спину. ―Ты хорошо справляешься, – произнес Чан, его голос звучал где-то совсем рядом и одновременно далеко.―Мне нравится видеть тебя таким,―он снова начал хлестать его, но теперь добавил между ударами легкие поцелуи на спину и плечи всхлипывающего Яна. Это создавало невероятное сочетание боли и удовольствия, заставляя его тело трепетать от наслаждения, чувствуя, как внутри него бурлит желание большего. Но вдруг рука Чана замерла, так и не ударив снова. ―Прошу... Ещё...―едва слышно произнес Чонин, ощущая, как его голос дрожит от неутолимого желания. ―О... Нет, моя прелесть, кажется я достаточно украсил тебя,―руки ласково прошлись по замысловатым узорам.―Ты бы видел, какие милые снежинки оставляет эта плетка,―подхватив своего парня под живот, Чан легко перевернул его навзничь. На личике Чонина ещё виднелись дорожки слёз.―Я нашел ещё кое-что для моей ёлочки,―сказав это, Крис поднял перед лицом Яна соединённые цепочкой зажимы на соски с серебряными бубенцами. Салфетка, выуженная из прикроватного столика, стирает соленые капельки с лица, а затем скользит по груди младшего, подгатавливая к продолжению, а проворные пальцы Чана сжили один из бугорков.―Как тебе?―услышав в ответ лишь неразборчивое мычание, он надавил ещё сильнее. ―Ах! Чёрт, мне нравится, Чанни!―его спина непроизвольно прогнулась, шаркая по кровати, что принесло новую порцию сладкой боли. ―Другое дело, малыш. Ты знаешь, какой ты красивый сейчас?―произнес он, наклонившись, чтобы поцеловать Чонина в шею, оставляя едва различимые следы. До ушей младшего донёсся тихий скрип. Зажим открылся и, словно пиранья, вцепился в один из его сосков. Младший вскрикнул. Чан не спешил, дал время, чтобы Ян мог привыкнуть к новым ощущениям, но сам уже подрагивал от нетерпения. Секунды спокойствия кончились, и старший, успокаивающе обхватив худые плечи, нацепил второй зажим. — Ты в порядке? — тихо спросил Крис, внимательно наблюдая за реакцией. — Да, — на выдохе ответил Чонин, но его голос дрожал.―Я в пор...―цепочка, что теперь соединяла его груди, резко наткнулась, выбивая из горла то ли крик, то ли стон. Айен ощутил, как холодный металл впивается в его кожу, и его тело отреагировало на это мгновенно—адреналин заполнил каждую клетку. Боль была острая, но в ней также проскальзывало нечто другое—ощущение контроля. Потерявшись в собственных чувствах, Ян не заметил, как рука мучителя скользнула под бельё и что-то нацепила на его изнывающий член. Найдя в себе силы опустить взгляд, Чонин разглядел эрекционное кольцо, обхватывавшее пенис. Вид на собственный орган, угодивший в капкан, так будоражил Яна, что он почти моментально стыдливо отвернул голову, но вскоре властная рука заставила вновь направить взор в сторону подёргивающегося члена. ―Сладкий, разве тебе разрешали так своевольно отворачиваться, не дав мне насладиться твоим милым смущённым личиком?―этот чарующий голос полностью захватил разум младшего, эхом раздаваясь в голове. Парень мог бы провалиться в транс, если бы не очередная команда от Чана.―У моего маленького щеночка уже слюнки текут от желания. Так пусть он покажет, на что способен. Не успел Ян понять суть нового приказа, как в его рот, скользнув по губам, проникли два пальца. Они нахально двигались, играли с языком, пока Чонин на короткое время не взял инициативу в свои руки. Или в свои губы. Он начал жадно посасывать пальцы, звонко причмокивая. Буквально пытался насадиться головой на протянутую кисть, с каждым движением постанывая всё громче. Крис, не готовый к таким решительным действиям со стороны парня, оторопел. Как такое возможно? Его мышка сама ползёт в хищные когти. Но такая самоуверенность заводила лишь сильнее. Чан убрал от лица младшего свою руку, по которой теперь стекала слюна. ―А ты способный мальчик,―на лице мужчины появилась многозначительная улыбка, не сулящая ничего хорошего.―Теперь, если хочешь, чтобы всё прошло гладко, проделай всё то же самое с моей новой любимой игрушкой. Ян мог лишь испуганно наблюдать, как к лицу приближается крупный стеклянный мастурбатор, один конец которого имитирует головку, а второй увенчан стеклянной жёлтой звёздочкой. ―Ты же не хочешь остаться сегодня совсем без смазки?―Чонин понял намёк Криса и принялся посасывать и облизывать дилдо, стараясь сделать его как можно более влажным. Когда слюна начала стекать по подбородку парня, Чан вытащил игрушку изо рта младшего и поднёс к чужому, уже подготовленному анусу. Фаллос дразняще крутился около дырочки, но не спешил проникать внутрь, отчего Чонин выгнулся. ―Мой малыш такой нетерпеливый,―усмехнулся Бан Чан.―Ничего, скоро папочка наиграется,―рука потянулась к натянутой над грудью цепочке и задела её, вызвав острое ощущение, от которого Ян вскрикнул и ещё сильнее выгнул спину. Когда младший попривык к боли, а стоны стали тише, в его анус уткнулось что-то влажное и прохладное. Что-то длинное и стеклянное, со звёздочкой на одном конце. Чана заводил вид разжимающегося колечка, которое так желало принять в себя новую игрушку. Он то понемногу вводил, то вновь вытаскивал фаллос, заставляя Чонина ёрзать и умоляюще хныкать. Юношу словно пронзил электрический заряд, когда Крис свободной рукой начал играться с пультом от виброкольца, что всё ещё обхватывало член Яна. Он сжал простынь всё ещё связанными за спиной руками, а комната заполнилась стонами вперемешку с невнятными просьбами. ―Что, сладкий? Я не расслышал, ты больше не хочешь?―лукавая улыбка на лице Чана не сулила ничего хорошего. И вот он снова вытащил мастурбатор, Чонин не выдержал и взвыл. ―Ча-анни, я не м-могу больше… Вставь… Пож-жалуйста, войди… ―А ты выдержишь?―указательный палец вместе с игрушкой вошёл в разгорячённое нутро, Бан Чан хотел проверить, насколько хорошо растянулся его малыш. Убедившись, что тот готов, Крис полностью вставил дилдо в это хрупкое, чувствительное тельце.―Ну, как тебе? Ответом стал протяжный довольный стон и запрокинутая назад голова с раскрасневшимся лицом. Чонин продолжал ёрзать и то сжимать, то разжимать анус, пока по телу пробегали мурашки. Завораживающее зрелище. Чан отошёл, чтобы разглядеть каждую деталь, но вскоре понял, что нельзя наслаждаться чем-то в одиночку. Тогда мужчина отошёл в другой угол комнаты, где стояло ростовое зеркало на колёсиках. ―А теперь вставай,―очередной приказ был таким неожиданным, что Чонин смог лишь в очередной раз шумно выдохнуть и поднять вопросительный взгляд.―Малыш, ты плохо слышишь? На колени. От такого властного тона тело совсем обмякло, но Ян начал отталкиваться ногами в попытках лечь на живот, что привело к движению стеклянной игрушки внутри, вырвавшему рваный стон из парня. Айен посмотрел на Бан Чана, словно пытаясь без слов попросить о помощи, но встретил лишь ястребиный взгляд, блуждающий по растерзанному телу, словно ищущий на нём точку для следующего удара. Чонин чувствовал, будто если он немедленно не выполнит приказ, точно будет разорван, поэтому продолжил свои попытки. Наконец перевернувшись, он вскрикнул от боли, когда зажатые в тисках бусинки оказались прижаты телом к кровати. Это заставило упереться на плечо, приподняв грудь, чтобы затем оттолкнуться верхней половиной тела и, перенеся вес на ноги, вернуться в то же положение, в котором Чонин встречал своего парня. Но сейчас всё было не так, как в момент встречи. В отражении Айен видел свои промокшие локоны, прилипающие к зардевшемуся лицу, видел зажимы с бубенчиками, делавшие из Чонина не столько подарок, сколько ёлку, видел свой подрагивающий член, обвитый эрекционным кольцом, а сзади ощущал присутствие мастурбатора, который вот-вот должен был дотянуться до простаты. Парень мог лишь украдкой смотреть в зеркало, прямому зрительному контакту мешало собственное смущение, которое, однако, очень забавляло Криса. Бан Чан внимательно разглядывал своего маленького, каждый его жест, каждый поворот головы, словно планировал в будущем изобразить этот вечер на холсте. Наконец закончив изучать Яна, Крис снова отошёл от кровати. Всё это время на комоде соблазнительно стояла бутылка шампанского с двумя бокалами. В обычной ситуации Чан тут же наполнил бы оба бокала, протянув один из них своему парню, но сейчас он тут главный, а это значит, что пить можно хоть с горла. Мужчина открыл бутылку и позволил игристому напитку приятно обжечь горло, после чего продолжил наблюдать. Его взгляд, цепкий, плотоядный, всё блуждал по изящному телу, при этом не давая намёков на то, каким будет продолжение. Чонин перебирал в голове всё, что подготовил для этого вечера, пытаясь угадать, какая игрушка ждёт своей очереди. Но он совершенно не мог ожидать того, что Крис нальёт шампанское в один из бокалов и медленными шагами направится к Яну, резким движением выплеснув на него алкоголь. Жидкость стекала по стекала по спине, задерживалась в области ключиц, холодила грудь. Такой непредсказуемый Чанни моментально вскружил голову беззащитному мальчику, Чонин больше не мог сдерживать улыбку. А когда его хён принялся слизывать каждый липкий след, не забывая оставлять на коже влажные поцелуи, парень прикрыл глаза и подался навстречу уже таким родным губам. Под давлением старшего Чонин присел на свои голени и наткнулся на звёздочку, что, в отличие от всего дилдо, была снаружи. Это протолкнуло мастурбатор глубже, и Айен вскрикнул, отчего хищная улыбка сползла с лица Бан Чана, уступая место обеспокоенному взгляду, на что Ян ответил: «Чанни, прошу, убери это и войди уже в меня». Умоляющий взгляд Йени, сбивчивое дыхание, просьбы о большем и игрушки, развешанные по всему телу парня, не могли не заводить Чана. Он и сам уже долго думал, как бы перейти к самой вкусной части этого вечера. ―Малыш, когда ты так просишь, я просто не имею права отказать,―та самая ухмылка, скрывающая самые похотливый желания, вернулась. Крис достал из тумбочки пачку презервативов. ―Нет,―произнёс уставший, замученный голос.―Пожалуйста, это моя последняя просьба на сегодня. Давай обойдёмся без них. ―Ты уже о многом попросил сегодня, лисёнок,―строгость в голосе, казалось, не оставляла Чонину шанса, однако мужчина всё же смягчился.―Хотя, возможно, я уступлю тебе сейчас. Но ты должен отработать. И вот штаны властителя падают на пол. Вставший член натянул ткань трусов так, что Чонин не мог оторвать глаз, представляя, как мог бы хоть зубами стянуть бельё, только бы скорее принять его в себя. Крис толкает свою жертву, отчего та падает на бок. Ян наконец понимает задумку Чана и ложится на спину, приоткрыв рот. Мужчина залезает на кровать, становясь на колени у головы младшего, член опускается на влажные искусанные губы. Чонин проводит языком от уретры до уздечки, прежде чем взять в рот одну лишь головку. Чан не спешит толкаться заходить дальше, ожидая действий младшего. Ян посасывает головку, активно играя с ней языком. Судя по идеальной гладкости кожи, Крис тоже готовился к чему-то этим вечером. Заметив это, Айен хихикает, по члену проходит приятная вибрация, и мужчина больше не желает терпеть. Бан Чан двигает бёдрами, толкаясь глубже. Чонин покорно принимает любимого. Вскоре Чан замечает, что его малыш слишком расслаблен, поэтому после очередной короткой передышки решает перейти к играм. Ян видит, как во властной руке оказывается пульт, и глаза юноши округляются. Ещё секунда, и он тягуче стонет, чувствуя работу маленького моторчика вокруг собственного органа. По члену Криса вновь пробегает зудящая вибрация, когда он с небольшим усилием тянет цепочку, связывающую два ноющих соска. Когда мужчина всё же отстраняется, постепенно вынимая член, Ян, словно не желая чувствовать пустоту, тянется за ним, напоследок ещё раз обхватив губами головку. ―Умничка, лисёнок,―в ушах юноши стоял звон, но манящий голос выделялся из общего шума. Пенис мужчины, обильно смазанным слюной, дрогнул.―С тобой даже лубрикант не нужен. Бан Чан забрался на кровать, чтобы быть ближе к всё ещё пылающей попке, нависая над Чонином. Жгучее желание и вызывающий взгляд Яна не мешают мужчине неторопливо готовиться к проникновению. Он демонстративно несколько раз проводит рукой вдоль собственного ствола, наблюдая за голодным взглядом своего мальчика. Затем, ухватившись за сверкающую звёздочку, лениво выводит дилдо из стонущего тела. Ян извивается, стремясь показать Чану всё, чего желает старший, лишь бы тот перестал мешкать. Но Крис лишь склоняется над лицом младшего, так близко, что может разглядеть каждую ресничку. Он тяжело дышит в губы Чонина, снова обманывая его ожидание поцелуя, затем спускается к шее, к груди, к животу, лишь изредка задевая нежную кожу губами, но не давая своему малышу большего. Обжигая дыханием, проходится носом по волосяной дорожке, берущей начало у пупка, чтобы остановиться около самого главного. Всё тело Айена напряжено, но хуже всего сейчас приходится пленённому члену. Наконец Чан поднимает голову, чтобы встретиться с измученным взглядом юноши. Когда Чонин видит эту волчью ухмылку, он задерживает дыхание в ожидании худшего. На измученный член легла рука, медленно оттянула кожу вниз, так же неторопливо вернулась к головке. Тяжёлый, утробный стон вышел из жаркой плоти, после чего должна последовать передышка, но Чонин начал захлёбываться в своих стонах, ведь именно сейчас Бан Чан ворвался в него на всю длину. Чонин уже привык к вибрации у основания ствола, но, когда пальцы Чана легким движением пробежались вдоль члена, в конце нежно царапнув уретру, ноги парня лишь сильнее разъехались, а сам он толкнулся навстречу руке, которая тут же переместилась на его колено. Стоило Айену начать активнее хватать ртом воздух и самостоятельно насаживаться на чужой пенис, как Крис отстранился, оставив лишь головку в сжимающемся анусе. Вибрации вокруг члена уменьшились, и Чонин захныкал. ―Лисёнок, сейчас тебе нельзя,―эти слова теперь эхом раздались в голове Яна, который уже почти дошёл до заслуженной развязки. Айен с тяжёлым вздохом отвернул голову. Пока парень восстанавливал дыхание, Бан Чан, чтобы его малышу не было совсем обидно, целовал и покусывал кожу на чувствительных бёдрах, иногда даже проходился губами по члену, вызывая этим сдавленные стоны. Как только Крис вновь вошёл в разгорячённого парня, Чонин всё ещё связанными за спиной руками сжал простынь. Бан Чан совершал медленные толчки и дразняще водил рукой по члену Яна, отчего парень, казалось, хотел подняться, напрыгнуть на своего мучителя, но понимал, что не имеет права на это, отчего вертел головой в разные стороны и молил Чана скорее позволить обоим кончить. Мужчина нарочито громко стонал, зная, что это возбуждает Яна лишь сильнее, однако вскоре эти звуки сменились тяжёлым дыханием с рваными стонами, ведь Чан ускорил темп, вжимая младшего в постель. Приятное тепло вокруг члена, лязг бубенцов на сосках, что раздавался с каждым толчком, а главное, звенящие стоны Чонина сводили Чана с ума. Он решил больше не сдерживаться, и после нескольких мощных рывков семя заполнило Чонина. Крис, оставаясь внутри, обхватил член любимого у головки и начал беспощадно дразнить. Два лёгких движения вниз, одно резкое вверх―Йени толкается навстречу. Два лёгких движения вниз, одно резкое вверх―Йени кричит. Два лёгких движения вниз, одно резкое вверх―Йени захлёбывается в стоне. Но желанная рука вновь уходит. Из глаз брызнули слёзы, когда член мужчины тоже покинул его. Но ощущение пустоты было недолгим, ведь Чан вновь вставил в своего мальчика дилдо в награду за послушание. Вслед за этим Чонин почувствовал лёгкость в запястьях―Крис наконец развязал бант, сковывавший руки. Далее последовало освобождение сосков из болезненного плена, а также будто извиняющиеся за дискомфорт поцелуи, рассыпавшиеся по всей груди. Чанни смилостивился и даже включил вибратор, а его взгляд дал понять, что пытки кончились, Чонин может не сдерживаться. Айен обхватил плечи Криса и, прижимаясь, тёрся настрадавшимся за этот вечер членом о его живот. Ему потребовалось совсем немного времени, чтобы заляпать спермой и себя, и своего любимого зверя. Истощённый парень ловил звёзды перед глазами и пытался хотя бы дышать, а в это время заботливые руки уже сняли виброкольцо, а теперь вытирали его тело и мягко гладили растрёпанные волосы. Когда эти же руки подняли Чонина с кровати, он приоткрыл глаза, в которых читалось недоумение, и вскоре получил ответ на свой немой вопрос: ―У нас есть ещё два часика на сон, но не будем же мы спать на мокром. Я отнесу тебя на диван. ―Конечно, да… А что делать с…с тем, что ещё находится внутри меня? ―Оставь. Ёлочка не может обойтись без звёздочки.