Свадьба.

      Тяжёлый вздох.       Галстук неприятное сжимает горло, костюм будто душит. Все упорно целый день твердили, что сегодня самый счастливый день в его жизни. Но Влад не рад. Совсем. Отчаяние на грани злобы и слёз.       Замечая помятое состояние, женщина встаёт с места, ещё раз поздравляет сына и поправляет туго затянутый галстук. Влад сам натягивает улыбку на лицо, даже глазами улыбается, хоть и брови норовят жалостливо сдвинуться. Хочется как маленький ребёнок вцепиться в маму и чтобы отпросила с нежеланного мероприятия. Может и отпросила бы, но не когда это собственная свадьба.       Они встречались не так уж и долго, по крайней мере, по мнению Влада до свадьбы ещё далеко, но другие так не считают. Чувства как-то ослабели, а рутина убила слишком быстро, ясно давая понять - это не его человек. Девушка докучала свадьбой, родственники и знакомые только соглашались. Поверил, прогнулся под слова, что это станет новым этапом жизни и снова разожжёт былые чувства. Да вот наоборот только тоскливо и беспокойно на душе. Говорят волнуется.       Ехать никуда не хочется, как и видеть невесту. Лениво оглядывает светлое помещение и счастливых людей, заостряет внимание на женщине напротив, что смотрит сочувствующие, явно читая всю правду на уставшем лице. Спрашивает его первым, говорит чётко и тянет, будто действительно прося подумать, а не тупо ответить сухое «да». Мнётся, но, кажется, этой паузы никто не замечает, думая о своём. Запинаясь на полуслове, Калюка всё же думает чуть дольше, в голове большая табличка «да похуй!», а прожить ещё несколько лет в несчастливом браке, и Боже упаси - с ребёнком, не хочется совсем. Лучше уж сейчас прервать событие, чем через года два ебаться со всем этим. «Нет.» - действительно заставляет гостей распахнуть глаза от удивления.       — Что? — когда-то любимая девушка не понимает ничего от слова совсем — Ты шутишь?       — Нет, — как заевшую пластинку.       Хватает оба кольца, и более ничего не говоря, быстро уходит. За спиной срывается кто-то из родственников, женщина облегчённо выдыхает, что не заключили ещё один ненужный одной из сторон брак. Влад не слушает, широко топает, срывается на бег, вызывая такси. На карте находит случайный бар, планируя пробыть в нём до конца дня, или вечера, хотя бы.       Только в такси, уезжая подальше от криков и чужих беспокойств он чувствует себя по-настоящему свободным. **       После пятого стакана перед глазами немного плывёт, и тяжело выдыхая, Влад падает лбом об барную стойку. Компания рядом скрашивала его одиночество, даже выслушивая на уже пьяные головы все проблемы, связанные с браком и отношениями. И вывалив всё разом, тот наконец скинул тяжкий груз с плеч, хоть и на душе скребло сомнение. Перебирая кольца между пальцев, тот снова вздыхает, задирая голову к тёмному потолку. Краем глаза замечает парня лет двадцати, с который общался от силы минут десять, но делать особо нечего, да и тот сидит один, почему не достать?       Вскакивает с большого стула, тут же чуть не падая, звонко ударяясь челюстью. Новый знакомый тихо посмеиватся с шаткого состояния и неловких движений Калюки, что плюхается уже на мягкий диван, соприкасаясь бёдрами. Володя только с слабой улыбкой закатывает глаза, когда через плечо перекидывают руку.       — Семья не волнуется? — Вова заводит новый разговор первый, замечая входящий вызов.       Влад недовольно закатывает глаза, положив телефон экраном вниз. «Если скажут где я, они тут же прибегут.» - недовольно фыркает, прижимая за плечо ещё ближе.       — Это хорошо, если кто-то беспокоится.       — Они слишком навязчивы.       — Понимаю, — горько вздыхает, допивая шот. — Что будешь делать теперь?       — Радоваться! — радостно вскрикивает смазанное слово, ударяя по чужому плечу. Вова морщится.       Иванов не пытается переубедить пьяного в хлам человека, но всё же пытается разузнать, виной ли пару ситуаций и нетрезвое состояние, может волнение перед свадьбой или всё же эти отношения того не стоят. Разговор перетекает во что-то нейтральное, и парень уже не пытается даже слабо вырываться из чужих полуобъятий.       Старший заливается смехом от очередной шутки, и подуспокоившись, начинает копаться в карманах брюк. Вытаскивает золотые кольца, цепляя одно себе на палец, а второе новому знакомому на безымянный.       — Теперь ты моя женщина, — дыхание обжигает ухо, Вова сам не понимает, как от детской глупости красные пятна ползут по лицу.       Но на деле ударяет локтем в бок от новоиспечённого названия, что мужчина аж пополам почти складывается. «Ладно, парень.» - русый тяжело выдыхает, отпихивая пьяную тушу подальше от себя. Ожидаемо тянут обратно, приближаясь к лицу, пытаясь высмотреть в чужих глазах хотя бы намёк на согласие.       Володя сам хватает старшего за галстук, врезаясь в лицо. Удивление охватывает сознание на пару секунд, но тут же придя в себя, Влад прикрывает глаза, почти блаженно выдыхая. Он давно не ощущал себя настолько счастливым просто оттого, что сосётся с малознакомым парнем в неизвестном баре. Проскакивает мысль, что даже чужого языка мало, и резко отлипнув от мягких губ, тот сбивчиво лепечет в них: «Можно к тебе?»       — У тебя девушка, Влад.       — Я написал ей час назад, что мы расстаёмся, — продолжает надеяться на согласие, поглаживая талию. Задумавшись на несколько секунд, но младший всё же соглашается. **       Входная дверь громко хлопает, преграждая путь коридорному свету. Перед глазами темнота, только очертания чужой грудной клетки и видны. Резко наклоняясь, Калюка натыкается на шею, сначала проводя вдоль носом, только потом оставляя влажные следы, слабо кусая ключицу. Вова рвано вздыхает, задирает голову к потолку и на ощупь пытается найти выключатель, но Влад утаскивает того в комнату раньше, чем русый успевает хоть что-то понять.       Стягивая обувь и одежду на ходу, Вова направляет старшего в нужную комнату, чуть ли не спотыкаясь об кровать в темноте. Володя тихо шипит, верх быстро стягивают, вынуждая лечь спиной на кровать. Влад нависает сверху, рукой проводя по щеке: «Красивый...». Русый смущённо пищит, хотев слабо ударить мужчину, но руку перехватывают, сплетаясь пальцами. Влад нагло лыбится, когда понимает, что кольцо Володя так и не снял.       — Давай уже.       — У тебя смазка хоть есть? — хмыкает, постепенно привыкая к полной темноте в квартире.       Младший задирает голову, рыская под подушкой, трясущимися руками передавая небольшой тюбик Калюке. Щёлкая крышкой, тот выдавливает внушительное количество на пальцы, стягивая оставшийся низ с Володи. Русый зажимается только больше, сжимая свободной рукой чужие плечи, когда вводят первый палец. Утыкаясь в плечо Влада, Володя старается привыкнуть к, по ощущениям, мучительно долгой растяжке, пока темноволосый не вытаскивает пальцы, смазывая член лубрикантом.       — Давай, на выдохе, — одна ладонь всё ещё крепко сжимает другую, поглаживая большим пальцем.              Влад и сам толком не мог объяснить резкого порыва нежности и в общем желания переспать с малознакомым человека, но, кажется, просто разрыв сложных отношений и стресс сказался. Да и сам Вова за пару часов разговора на пьяную голову казался до невозможного милый и притягательным. Тянется к лицу напротив, целуя в лоб и обе щеки, вместе с этим медленно вводя член. Володя тихо шипит, грудная клетка тяжело вздымается, крепче цепляясь второй рукой за широкую спину, царапая короткими ногтями. Войдя до конца, Калюка начинается почти сразу двигаться, медленно и размеренно. Вова прерывисто дышит в шею, изредка срываясь на тихий скулёж и стоны. «Быстрее.» - всё же сбивчиво шепчет парень, и через несколько толчков его уже вбивали в кровать. Низко простонав, Влад успевает вытащить, кончая младшему на живот. Следом за ним и Вова, чувствуя себя невозможно жалко и одновременно ахуенно - он кончил даже без прикосновений.       Наконец отпуская чужую руку, Влад валится рядом. Давно он не чувствовал себя настолько хорошо. Правда какого мнения об этом сам Володя он понятия не имеет.       — Останусь на ночь? — бормочет в подушку, но медленно поднимающийся с постели Вова всё равно понимает чужую речь, согласно мыча.       — Да хоть на завтрак.