My only wish

- Пока, хён, - Чонвон ласково чмокнул Джея в губы, накидывая на плечо рюкзак. Одна нога уже была за порогом – он и так опаздывал на пары. – Мы же встретимся завтра? - Завтра вряд ли получится – у меня ужин с коллегами намечен, заодно и планы на следующий год обсудим, - чуть нахмурился Пак, - давай лучше проведем вместе вечер субботы. - Я бы и рад, но не смогу. Помнишь, я говорил тебе – участвую в благотворительной акции. Это с обеда до самого вечера, не уверен, что у меня останутся силы после. Признаться честно, Чонсон не помнил. Кажется, его парень упоминал что-то, нот вскользь, поэтому следовало уточнить: - Что за акция? И где проводится? - Собираем деньги на подарки для сирот. Они написали список желаний, а мы, как Санта или Дед Мороз, пытаемся исполнить. Проходит в ТЦ "Эверест". - Может, не стоит участвовать в таком? Больше похоже на развод, - скептично покачал головой Джей. Он не доверял всяким благотворительным организациям, потому что по крайней мере половина из них на самом деле отмывала деньги под предлогом помощи нуждающимся. - Это не так. Я уже не первый год в этом участвую, это организовывает наш универ, - стоял на своем Ян, - кто боится давать деньги – можно купить готовый подарок. А перед новым годом мы едем в приюты и лично их дарим, так что тут все прозрачно. Ни я, ни мои соратники не получим за это ни воны. - В тебе я не сомневаюсь, - пояснил Чонсон, - а вот в остальных... И мне не хочется, чтобы мой парень ходил по торговому центру и выпрашивал у прохожих деньги. Это как-то…стыдно. - Мне не стыдно, - Чонвон чуть прищурил глаза, смотря на старшего с недоверием. Он таких слов от Джея не ожидал, - я же не для себя прошу. А для детей. - Ну давай я дам тебе денег, а ты купишь эти подарки и не пойдешь, а? Не хочу, чтобы ты унижался, Вона. - Я не считаю это унижением, - младший был в корне не согласен. – И не надо разбрасываться деньгами, особенно если ты по-настоящему не хочешь помочь. Это должно быть от чистого сердца, хён. И я все равно пойду, я уже пообещал. Если тебе за меня стыдно, что ж, прости. – он усмехнулся как-то невесело и шагнул за дверь, спеша прочь. Даже не стал дожидаться лифта – не хотел слушать доводы Чонсона. Ему было обидно за себя, за детей и за коллег-волонтеров. Почему из-за лгунов и воров теперь ставятся под сомнения их добрые дела? Но еще больнее было оттого, что это сказал не кто-то малознакомый, а Чонсон – близкий человек. На прохожих Яну было в общем-то плевать – он уже не в первый раз участвовал в подобном и смирился с отказами, недоверием и грубостью. Но от Пака слышать такое оказалось больнее, чем он мог представить.

***

Сегодня его напарником-волонтером оказался Ким Сону – приятный парень с экономического на год младше. Это был его первый опыт участия в подобной акции, поэтому Сону смущался и сильно переживал. Чонвон же, имея определенный опыт, поделился парой советов и старался поддерживать напарника, показывая пример. На нем сегодня были забавные оленьи рожки и рождественский зеленый свитер, а на Сону – милая шапочка эльфа, красная кофта и полосатые штаны. - Я выгляжу как клоун, - Ким обреченно разглядывал свое отражение в зеркале, пока Чонвон запихивал свои вещи в шкафчик, - надо мной будут смеяться, и все станут проходить мимо и тыкать в меня пальцем. - А по мне ты выглядишь мило и хорошо, - пожал плечами Ян. - Тебе очень идет. И если будут проходить мимо, не расстраивайся и не принимай близко к сердцу. Люди бывают разные – не все хотят помогать другим, и это не значит, что они плохие, может, им просто не до этого. Давай, идем, нам пора. Они вышли из подсобного помещения и направились к ёлке, на которой висели игрушки с фотографиями детей и их пожеланиями. Чонвон собрался с духом и сразу же начал подходить к людям, предлагая стать Дедом Морозом для сирот и помочь. Также под елкой была книга для пожеланий, где можно было оставить послания для сирот. На фотографии детей Ян не слишком любил смотреть – у него сердце болело от осознания, что все они были лишены дома и родительского тепла. Подарки, которые они хотели получить, возможно являлись для них настоящим новогодним чудом, и Чонвон действительно хотел помочь хоть чем-то, скрасить унылые безрадостные дни. - Не проходите мимо! Станьте Дедом Морозом для сирот, посмотрите на нашу елку! Сону, который сначала стоял в сторонке, тоже потихоньку включился в работу. Он сперва стеснялся и мямлил, потому прохожие не обращали на него особого внимания. Чонвон подошел к нему, шепча на ухо: - Будь смелее и улыбайся. У тебя очень красивая улыбка – точно привлечет окружающих. У тебя все получится, Сону-я. Постепенно и правда дело пошло в гору – несколько человек заинтересовались елкой, одна пара даже пошла в магазин игрушек, чтобы купить мальчику по имени Хванун железную дорогу, которую он так хотел. Некоторые клали в ящичек купюры, были даже люди,которые хвалили волонтеров за их труд. От добрых слов у Чонвона теплело в груди. Но была и обратная сторона, отнюдь не такая радужная. На самом деле Чонвон понимал, почему мало желающих участвовать в подобном. Не все захотят сталкиваться с игнорированием или обвинениями. И ладно когда люди просто проходили мимо, некоторые еще и бросались обидными словами. Одна дама в норковой шубе прикрикнула на Сону, требуя уйти с дороги. Какой-то мужчина повысил голос на Чонвона, крича, что они мошенники, и парням даже пришлось вызвать охрану. Нередко люди просили отстать от них, заявляя что у них есть дела поважнее или свои дети, которым тоже нужно дарить подарки. Высокий молодой парень, подойдя к елке, завил: - Ничего себе у них запросы! Робот на радиоуправлении, лего, телескоп! Надо быть скромнее. - У них и так ничего нет, - мягко заметил Чонвон, - быть может, это их самая большая мечта и единственная радость. Незнакомец лишь хмыкнул и пошел дальше – Ян его не убедил. Но спорить Чонвон не спешил – он был здесь не ради того, чтобы кому-то что-то доказать, а прежде всего желал помочь. - Эй, все в порядке, - он подошел к Сону, который выглядел несчастным и усталым. Ему только что в очередной раз отказали в грубой форме, и у Кима просто опустились руки. – Ты хорошо справляешься. Если устал – отдохни немного, я побуду один. - Мне кажется, у меня ужасно получается, Чонвон, - по лицу напарника казалось, что он вот-вот разрыдается. – Почти никто не оставляет денег, не покупает подарки. Что я делаю не так? - Дело не в тебе, Сону, - Ян осторожно погладил его по плечу, успокаивая, - А в людях. Не ожидай от них слишком многого. Поверь, мы хорошо потрудились. У нас есть еще час. Я продолжу, а ты дай себе время на отдых, ладно? - Я схожу в туалет и вернусь, - шмыгнул носом Ким, тянясь в карман за салфеткой, - я ненадолго. Чонвон продолжил свое дело в одиночку. Он был более толстокожим, чем Сону, но и его можно было задеть. Просто он знал, на что шел, а напарник был не готов. Тут два варианта – либо Сону справится и продолжит с гордо поднятой головой, либо больше не придет. Пока что Ян склонялся ко второму. Последний час всегда тянулся дольше всего. Усталость ощущалась как физическая, так и моральная. У Чонвона уже побаливала спина, а натянуть на лицо улыбку становилось все тяжелее, но он раз за разом напоминал себе, ради чего он здесь. Сону тоже старался – на его улыбку велись в основном молодые девушки и пожилые аджуммы. Пускай сам Ким не считал, что у него хорошо получается, очевидно было, что это именно так. - Кажется, пора собираться, - заметил Чонвон, когда минутная стрелка часов закончила очередной круг. Давай все приберем. Они сделали фотоотчет для куратора, спрятали подарки в шкафчики, а ящик с деньгами в сейф. Сону с облегчением избавился от смешного костюма и шапки, от которой вспотел лоб. Чонвон переоделся и устало опустился на лавку – нужно было дать себе хотя бы минутку передохнуть. Ему еще предстоит поездка до дома в набитой маршрутке. На душе скребли кошки – после того разговора с Чонсоном они не общались. Пак не писал и не звонил, а Ян из последних сил сдерживался, чтобы не написать первым. Он очень скучал, тосковал даже, но все же считал, что старший не прав. В душе еще теплилась надежда, что Джей напишет, скажет, что ошибся и предложит встретиться. Разумеется, Чонвон его простит. Он не может держать зала на Чонсона, а все потому что чертовски сильно влюблен.

***

Джей с силой вцепляется пальцами в руль, глубоко вдыхая и выдыхая. Он сам не до конца отдает себе отчет в том, зачем приехал сюда. Убедиться, что Чонвон не врет? Пак и так это знает. Посмотреть на то, как его парень будет выпрашивать деньги у незнакомцев? Ну что за бред. И тем не менее он здесь и решает, что раз приехал, надо убедиться, хотя бы взглянуть одним глазком. Чонвон с оленьими рожками и его напарник – эльф находятся у эскалатора на первом этаже. Пак специально становится так, чтобы из-за витрин его не было видно, наблюдает. Его парень с улыбкой подходит к людям, терпя одну за другой неудачу, встречая бесконечные отказы. Но не унывает и никак не показывает виду. Чонсон думал, что ему будет стыдно смотреть на то, как побирается и унижается его парень, и это действительно так. Но еще он испытывает жалость. Некоторые люди отмахиваются и долетающие до него фразы звучат грубо. Разве Чонвон заслужил такого отношения? Джею за него по-настоящему обидно, но он все еще не понимает, почему Ян добровольно пошел на это. Пак стоит дольше, чем собирался. Видит, как Ян утешает своего напарника, после чего тот удаляется, оставляя Чонвона одного. Когда парень с рожками подходит к компании из трех девушек и заводит с ними разговор, отвлекаясь, Джей стремительно движется к елке и опускает в ящик несколько десятитысячных купюр. Быть может, Чонвон бы осудил его – Пак делает это ради него, не ради детей. Но хочется помочь хоть чем-то, и это способ Джея извиниться за свое поведение. Он садится за столик в кафе неподалеку, выбирая специально тот, с которого открывается вид на холл. Хорошо, что у Джея дальнозоркость, и он неплохо видит фигуры оленя и эльфа. Мужчина заказывает эспрессо, то и дело поглядывая на часы и надеясь, что в восемь волонтеры закончат. Так и оказывается – Чонвон и его напарник забирают подарки, уносят сейф и скрываются из виду. Джей встает со своего места, провожая их взглядом, боясь упустить. Быстро расплачивается, прикидывая, сколько времени им потребуется, чтобы переодеться. Ждет нетерпеливо, но Чонвон все не появляется. Чонсон не хотел звонить первым - дурацкое упрямство - но видимо придется. Он уже собирается выбрать знакомый контакт, как вдалеке видит фигурку закутанного в теплую горчичного цвета куртку Чонвона. Тот проходит мимо, либо не замечая Джея, либо намеренно игнорируя. Пак зовет его по имени – младший оборачивается, на лице написано неподдельное удивление. Судя по всему, не ожидал, что Чонсон окажется здесь. - Хён, что ты тут делаешь? - Приехал, чтобы забрать тебя, - решает не юлить, подходя ближе. – Мне не нравится, что мы поссорились, Вона. Давай забудем все. Поехали ко мне. Лицо младшего грустнеет, он, до этого встрепенувшийся при виде Пака, тухнет, будто перегоревшая свеча. - Я не хочу, хён. Если честно, я очень устал. У меня нет сил на секс. Прости. - Чонвон, не говори так, будто я всегда зову тебя к себе, чтобы потрахаться, - у Чонсона мерзкое ощущение в груди, будто на сердце камень. Ему действительно неприятно слышать такое из чужих уст. - А разве не так? – грустно усмехается младший, - да, сначала будет ужин или просмотр фильма, но мы всегда приходим к одному и тому же. Не пойми меня неправильно, хён, мне нравится наш секс, даже очень, но я устал. Так устал быть для тебя удобным! Я такой дурак, ведь с самого начала догадывался, что так все и будет, но все равно на что-то рассчитывал. Надеялся, что смогу заинтересовать тебя по-настоящему, понравиться тебе не только внешне, надеялся, что со временем ты меня полюбишь. Но очевидно, что я ошибся. Я не хочу расставаться, правда, - он смотрит на Джея с глазами, полными боли и решимости, - но и продолжать больше не могу. - С чего такие мысли, Чонвон? – искренно изумляется Пак. Ему и невдомек было, что Ян все это время переживал такое, что для него все было настолько серьезно, - ты мне интересен, даже очень. Если не хочешь, мы не будем заниматься сексом, это ведь не главное… - Правда? Но тогда скажи, хён, какая у меня тема курсовой? Как зовут моих родителей? Какая моя любимая еда? Да мой любимый цвет, в конце концов! Чонсон замирает, лихорадочно пытаясь вспомнить. Чонвон говорил что-то такое, это точно, он называл имена родителей. Из еды он любит рамен, но они часто вместе едят пасту, а цвет…Ян нередко носит черный. - Из еды тебе нравится итальянская кухня, любимый цвет - черный, родителей твоих зовут госпожа Союн и господин Дживон, а курсовая…точную тему не помню, но там что-то про здания, - он морщится, надеясь, что назвал правильно. Он же не мог ошибиться, так ведь? - Итальянскую кухню любишь ты, а я к ней отношусь нейтрально и ем, потому что мы ходили в твои любимые места. Мой любимый цвет – красный, хён. И да, я учусь на архитектурном, очевидно, что моя курсовая про здания, - он разочарованно качает головой, - А родителей моих зовут Чонхва и Джихо. Вот черт. Даже не близко. Как Чонсон мог так проебаться? Ладно не угадал с цветом, но запороть имена родителей... - Прости, детка. Мне правда все про тебя интересно. Давай просто поедем ко мне и поговорим обо всем, чём захочешь, ладно? - Не стоит, хён. Не пытайся спасти тонущий корабль – уже слишком поздно. Очевидно, что эти отношения важны только для одного из нас, ведь тебя все устраивало только до тех пор, когда я во всем слушал тебя и уступал. Когда я наконец решил сделать то, что по-настоящему важно для меня, то стал для тебя позором. Зачем ты вообще пришел? Чтобы увидеть, как я унижаюсь? - Чонвон, не говори так, - пробормотал Пак. Он не знал, как оправдаться, как исправить свой косяк. А самое главное – Ян ведь во многом был прав. И ему, Джею, противопоставить было нечего. - Не утруждайся, хён. Не стоило тратить на меня драгоценное время. Поезжай лучше домой, а то вдруг кто-то из коллег увидит тебя в компании попрошайки. Прощай, хён, - парень развернулся и широким шагом двинулся к выходу, на ходу натягивая капюшон и перчатки – на улице валил снег. - Не утрируй, Чонвон! – вдогонку ему крикнул Джей, - ты перегибаешь палку! Но Ян никак не отреагировал, даже не замедлил хода, и вот уже его фигура затерялась среди множества других спешащих домой людей. Они шли мимо Пака, замершего посреди коридора и растерянного. Что только что произошло? Неужели Чонвон его бросил? Нет, это не конец. Как бы ни было это неловко осознавать, Чонсон не думал о расставании. И признаться честно, даже если бы подумал, решил бы, что это он станет инициатором. Потому что Чонвон…действительно был удобен. Он нравился Джею, это правда, но именно младший часто был тем, кто идет на компромисс, кто подстраивается. Из них двоих Ян был более гибким, покладистым, что по мнению Чонсона было само собой разумеющимся, ведь Вон был младше на восемь лет. Джей же был успешен, состоятелен и занимал высокий пост – так с чего бы ему подстраиваться под какого-то студента? Ладно. Он обязательно подумает над словами Чонвона позже. От них ему стало неловко и даже стыдно, а такого Пак давно не испытывал. Это что-то порядком забытое и неприятное, и ему не нравилось ощущать себя так. Чонвон открыл ему глаза на некоторые вещи, а ведь Джей действительно считал себя хорошим партнером. Он уделял Чонвону достаточно внимания, дарил подарки, которые младший без особого восторга, но принимал, знал, что тому нравится в сексе. Пак был внимательным любовником, не эгоистичным, но оказалось, что быть внимательным любовником и внимательным партнером – не одно и то же. Чонвону хотелось близости не только физической, но и духовной, а этого Джей ему не давал. Спустя несколько месяцев отношений он продолжал держаться обособленно, так, будто Чонвон был временным увлечением. Так ли это было, или Ян стал для него кем-то более важным? Неужели Чонсон совершил большую ошибку, о которой непременно пожалеет? Он вспомнил первое знакомство с Чонвоном и историю развития их отношений – в одном из недавних бизнес-проектов Чонсон сотрудничал со своим близким другом Сонхуном, в компании которого стажировался Ян. Джей сразу приметил упорного и сообразительного стажера, который, кроме того, был крайне привлекательным и бросал на него заинтересованные взгляды, когда думал, что Пак не видит. Вниманием Чонсон был не обделен с юношества, но все же парень ему приглянулся, и особенно понравилось то, что Чонвон не выказывал симпатию открыто, а вел себя скромно и уважительно, не переступая черту. Сонхун также отзывался о нем как о трудолюбивом и и ответственном работнике, как о талантливом стажере и приятном в общении человеке. И Джей решил – а почему бы не попробовать? Он несколько месяцев как не был в отношениях, и настала пора начать что-то новое. Ему хотелось чтобы кто-то скрашивал унылые и одинокие вечера, а молодой и привлекательный Чонвон с достаточным количеством свободного времени и не слишком-то высокими запросами и большим опытом в отношениях подходил на эту роль. Чонсон пригласил его на свидание, чтобы присмотреться, и младший его не разочаровал, даже еще больше привлек – он умел слушать, умел задавать правильные вопросы, был неглуп, хорошо воспитан, прилично одет, с ним можно было поговорить на отвлеченные темы. Свидание за свиданием, и вот они уже оказались в статусе любовников и пары. Секс с Чонвоном пришелся Джею по вкусу – Яну может не хватало в чем-то опыта, но он восполнял это старанием и никогда не оставлял Чонсона неудовлетворенным. Всегда приезжал по первому зову или отменял дела, если Пак запланировал их встречи или совместное времяпровождение. В приоритете у Чонвона всегда был Джей. И это воспринималось как что-то обыденное, что-то само собой разумеющееся. Но призадумавшись, Пак понял, что так не у всех и не всегда. Был ли он сам готов пожертвовать своим временем ради Яна, отменить дела, чтобы встретиться, поехать на маршрутке на другой конец города, чтобы увидеться на несколько часов? Да, часто Джей заказывал Вону такси, периодически забирал на своем авто, но нередко Ян добирался и сам по пробкам или в ненастную погоду. Кому-то это могло показаться мелочью, но на самом деле являлось важным – Чонвон правда хотел просто увидеться, хотя мог лежать в теплой постели у себя дома, смотреть тот же сериал, только не в обнимку с Джеем, а в одиночку. Чонвон всегда слушал его с любопытством, интересовался планами, знал имена не только родителей Пака, но и близких друзей, коллег, хотя лично не был с ними знаком. Чонсон знал – Чонвон без труда смог бы назвать его любимое блюдо, вид спорта, любимый аромат туалетной воды, его размер обуви, да что угодно. Ян действительно узнал о нем так много, просто будучи рядом и проявляя внимательность. Он, хоть и был неопытным в отношениях, оказался намного лучшим партнером, чем Чонсон, и это больно било по самооценке. Заставляло задуматься, что надо что-то менять либо отношения прекращать. Джею стоило о многом подумать, и большинство из настигнувших его мыслей ему не нравилось. Но он был человеком взрослым, и хоть не любил ошибаться, умел признавать собственные оплошности. Потому решил не гнать лошадей, не торопить события, а дать себе время и все хорошенько обмозговать.

***

Рабочая предновогодняя неделя закрутила его дедлайнами, выполненными в крайне сжатые сроки заказами, незавершенными сделками и клиентами, с горящей жопой пытающимися успеть за три дня все то, что они копили целый год. Людей, откладывающих все на потом, оказалось немало, и Чонсон с утра до ночи пропадал на работе. Пак хотел написать Чонвону, правда. Он собирался сделать это несколько раз, но не знал, с чего начать. "Прости?" "Я виноват?" "Давай попробуем снова? Я исправлюсь, обещаю." Хотелось встретиться и поговорить с Яном лично, но у него совсем не было времени. Джей едва успел заехать в пункт доставки чтобы забрать подарки, которые он заказал для близких. Здесь был подарок и для Чонвона – айфон последней модели, который, вероятно младшему не был нужен. Призадумавшись, он вспомнил, что Ян пользовался самсунгом, а Джей купил "эппл", опираясь на собственные предпочтения. Вполне возможно, что Чонвон даже не был поклонником айфонов – Пак точно не знал. Наверное, стоило телефон вернуть и купить что-то более нужное, то, что Ян хочет получить. Только вот Джей абсолютно не знал, что именно. Привет У вас с Чонвоном все нормально? Сообщение от Сонхуна как гром среди белого дня. Джей впопыхах открывает чат – что такого случилось, если коллега догадался, что у них не все ладно?

Бывало и лучше

А с чего ты взял, что что-то случилось?

Да просто он всю неделю ходит как в воду опущенный Подумал, что в этом мог быть замешан ты

Мы поссорились. Сильно

Не знаю как попросить у него прощения

Так и знал, что нельзя доверять тебе моего стажера! Ты хорош в бизнесе, но плох в отношениях, Пак Чонсон Джей хмурится, собираясь напечатать опровержение, но понимает, что друг прав. Он и правда хреновый партнер. Особенно для такого хорошего парня, как Чонвон.

Ты прав. Он заслуживает лучшего

И что собираешься делать? Просто смиришься и уйдешь?

Я хочу помириться, но не знаю, как

Позвони ему? Или приедь. Подари что-нибудь хорошее, пообещай что сделаешь работу над ошибками и больше не напортачишь Думаю, для начала достаточно В том то и дело, что такие, как Чонвон, на подарки не велись. Но раз идея с айфоном прогорела, нужно было что-то купить, а вариантов не было.

Не знаешь, что он хотел бы на новый год?

Это ты - его парень, а не я, тебе должно быть виднее Но он недавно упоминал, что потерял наушник и все никак не купит новые Может это тебе поможет, неудачник Чонсон фыркает – друг не теряет любой возможности его задеть. Но сегодня он прав – Джей действительно будет лузером, если упустит такого человека, как Чонвон.

Ну у меня хотя бы есть парень

Спасибо за совет, одинокий волчара

Ну ты и токсичный, ужас И как я с тобой дружу?

Ну я тебя как-то терплю уже сколько? лет 20?

Да, мы уже как женатая пара со стажем

Фу, не дай Бог

Джей сворачивает диалог – теперь у него есть хотя бы идея для подарка, который действительно пригодится Чонвону. На сайте Пак находит качественные беспроводные наушники и доплачивает сверху за ускоренную доставку – перед новым годом все сроки увеличиваются из-за высокого спроса, а ему край как надо, чтобы подарок пришел в ближайшие дни. Сонхун прав – если Джей не проявит инициативу, их отношения с Яном сами собой не наладятся, как бы ни хотелось. В этот раз он должен сделать первый шаг и попросить прощения, а значит, надо приехать к Вону с подарком и искренними извинениями, благо адрес Чонсон знал.

***

Конец рабочей недели пролетел в отчаянных попытках все успеть и не сдохнуть на работе, закрывая долги. Пак возвращался домой без сил, просто падал на диван и лежал солдатимком, отрубая звук на телефоне и мечтая лишь о сне, теплом ужине и о том, чтобы его оставили в покое. Одиночеству он предпочел бы только общество Чонвона, но его рядом не было. Именно сейчас Чонсон осознал, что Ян был единственным человеком, который умудрялся не раздражать его, когда Джей был зол на весь мир. Чонвон очень хорошо чувствовал, когда стоит поговорить, а когда помолчать, когда оставить наедине с собой, а когда составить компанию. Очень жаль, что Джей оценил это лишь теперь, когда младшего рядом не было. За два дня до нового года сестра изъявила желание потаскать Чонсона по магазинам. Ей он не мог отказать, да и Кара лучше всех знала, какие подарки купить племянникам, потому Пак и согласился. По ее настоятельно просьбе они поехали в тот ТЦ, где состоялась их с Чоневоном последняя беседа. Джей лишь надеялся, что не встретит Яна там и сегодня – ему бы хотелось поговорить один на один, в более интимной обстановке, а не столкнуться в переполненном ТЦ. К счастью, возле елки, где на шарах были изображены фотографии сирот, никого не было. Да и самих шаров стало меньше – кажется, когда кто-то из детей получал подарок, игрушку снимали. Но несмотря на то, что до нового года оставалось не так много времени, на ели висело еще достаточное количество украшений. - Что это? – сестра заинтересовано подошла к дереву, разглядывая фотографии детей и их пожелания. - Тут проходит акция, я на прошлой неделе видел, - пояснил Чонсон, - Сбор средств и подарков для сирот. - Мы тоже должны обязательно что-то купить! – всплеснула руками Кара, - Вот только кому все это передать? Джей хотел ответить, что знает одного человека, но смолчал, вместо этого протянув: - Сегодня волонтеров нет. Может, у них выходной. Но если его сестра что-то захотела, то ее остановить было практически нереально. Кара решительным шагом направилась к стоящему неподалеку охраннику, чтобы выяснить, где найти волонтеров или координаторов благотворительного фонда. - Они обычно приходят к четырем и стоят тут до восьми, - пояснил мужчина. – Но там еще указаны номера телефонов, вы можете уточнить. - Спасибо за информацию. Было бы славно, если бы они действительно появились. В четыре мы еще будем здесь, а пока купим все, что нужно, и заодно зайдем в магазин игрушек. Я сфоткала несколько пожеланий, купим, если что-то приглянется. Я очень хочу порадовать деток, а ты, Чонсона? Пак что-то неразборчиво буркнул в ответ, обреченно шагая следом. Кара обожала шоппинг, а для него это было мучением. Они в этом были абсолютно разными. Страдания его продлились почти три часа, но зато увенчались успехом – были куплены подарки для племянников, для родителей, а для сирот они приобрели кукольный домик и красивую настольную игру. Джей вызвался оплатить сам, приятно удивив этим Кару. - Знаешь, раньше ты был таким сухарем. Прежний ты обязательно сказал бы, что все это бред и обман, но с годами изменился. Или это твои нынешние отношения на тебя так влияют? Неужели мой младший братик наконец-то влюбился? На это Пак ничего не ответил, только бросил в ее сторону недовольный взгляд. Сестра знала его слишком хорошо, но не знала одного – в благотворительности был замешан Чонвон, а значит, Джей не мог сказать ничего плохого. Он уже это сделал и теперь сожалел, но вернуть свои слова обратно не мог. Кара посмотрела на него многозначительно, будто уже сделала в своей прелестной голове какие-то выводы, и стремительно направилась к той самой елке, к которой так не хотел приближаться Чонсон: - Идем. Нужно передать подарки волонтерам. Надеюсь, они на месте. Чонсон нехотя поплелся следом в надежде, что сегодня не черед Чонвона собирать пожертвования. Подойдя ближе, он сперва увидел парня с оленьими рожками - им оказался тот же студент, что в прошлый раз был напарником Яна. Пак выдохнул с облегчением, но тут же чуть поодаль увидел знакомую фигуру, и его сердце замерло. На Чонвоне сегодня была эльфийская шапка и яркий кафтан. Но даже в этом несуразном костюме он умудрялся выглядеть хорошо. - Ты иди, я здесь постою, - прохрипел он, подталкивая сестру вперед. Та лишь посмеялась и выхватила у него пакеты с подарками для сирот. С расстояния в пятнадцать метров Пак слышал, как сестра мило беседовала с парнем, на котором были оленьи рожки. Он рассыпался в благодарностях, принимая подарки, а Кара в ответ указала на Чонсона и с хитринкой произнесла: - Вообще-то это вон тот господин все оплатил. Так что это его заслуга. - Вы такая милая пара! – радостно прощебетал студент, - Может, позовете его сюда, я мог бы сфотографировать вас у елки на память и отдать шарики, - он протянул Каре две игрушки с изображением деток, подарки которым они и купили. - Не надо, - покачала головой сестра, - оставьте их. Я не смогу на них смотреть, мне будет слишком грустно. - Как пожелаете. К ели Чонсон так и не подошел, оставшись в стороне, и Кара, пробурчав что-то о том, что ее брат-социофоб, решила сфотографироваться одна. Парень с рожками с удовольствием сделал несколько снимков, и пока они были заняты, к ним приблизился и Чонвон в своем ярком костюме. Джей лишь надеялся, что Ян на него не посмотрит, но взгляд Чонвона, провожающего Кару, наткнулся и на него. Хотелось провалиться под землю, и Пак лишь поторопил сестру, сетуя на то, что они и так слишком долго тут проторчали. В душе же неприятно скреблись кошки от тяжелого и печального взгляда темных глаз. Да, Чонсон стыдливо убегал, но что он должен был сделать? Подойти и начать выяснять отношения – Ян бы точно не был этому рад. В данной ситуации Джей был бессилен, хоть и понимал, что чем больше времени проходит с их ссоры, тем тяжелее будет просить прощения. Надо было делать это сразу, а не откладывать на потом, но что сделано, то сделано – потраченного времени не вернешь. Оставалось лишь надеяться на то, что Чонвон окажется мудрее и сможет его простить.

***

Чонвон очень устал. Конец года высосал все силы, но ссора с Джеем добила окончательно. И увидеть его сегодня, такого красивого и как обычно серьезного, в компании какой-то девушки оказалось…выше его сил.Чонвон же не железный, у него есть чувства. В конце концов, он всего лишь человек. Ян старался держаться до конца, но оставшиеся часы ощущались адом. Отказы сегодня резали острее, чем обычно, грубые слова пробирались под кожу, раня чувствительное нутро. Люди спешили по своим делам и не подбирали выражений, не думая о том, как сильно можно задеть всего лишь словом. Ян стоически выдержал все, но теперь, закрывшись в подсобном помещении, можно было дать слабину. Он открыл шкафчик, разблокировал телефон, и с заставки на него посмотрела их с Чонсоном совместная фотография. Чонвон был так счастлив тогда. Надо было ее давно удалить, но не поднималась рука. Теперь – точно. Сердце разрывалось от тоски по Джею. А он так быстро нашел Вону замену, и от этого было только обиднее. Чонвон редко плакал. Да он вообще не помнил, когда рыдал в последний раз, но сейчас слезы сами потекли прочь из глаз. Видимо, накопилось. Ян всхлипывал, уткнувшись лбом в дверцу шкафчика, упиваясь собственным горем. Почему влюбляться оказалось так болезненно? Он же так старался быть заботливым и внимательным, но в ответ получил лишь разочарование и боль. Почему Чонсон так быстро его забыл? Потому что не любил. Ответ был очевиден, лежал на поверхности. Просто Ян предпочитал притворяться слепцом и этого не замечать. - Чонвон? Что случилось? - обеспокоенный голос Сону вырвал его из пучины горя и безнадеги, а через секунду Ян почувствовал на талии нежное прикосновение рук. Ким прижался к нему всем телом, заключая в объятия, но вместо того, чтобы успокоиться, парень разрыдался пуще прежнего. – Ты сам меня учил не реагировать на их жестокие слова, - ворковал Сону, видимо решивший, что причина слез Яна – случайные прохожие и их бесконечные отказы. – Люди могут быть такими злыми и даже не осознавать этого. Они просто не были на нашем месте, им не понять. Они не стоят наших слез. К тому же, есть и хорошие люди, - Ким мягко развернул его лицом к себе, протягивая чистый платок, коих у него было в достатке, - взять ту милую пару, что принесла нам кукольный домик – до чего приятная девушка и мужчина с ней, он хоть и застеснялся, но самое-то главное – купил! Я сначала подумал, они муж с женой, но оказалось, он ее брат… Чонвон резко замер, пытаясь осмыслить услышанное. - Что ты сказал? – хрипло прошептал он, - Повтори, пожалуйста. - Да ладно, это все неважно, Чонвони. Я просто к тому, что не все люди грубые и жесткие. Есть еще надежда. Я конечно расстроен, что на елке еще достаточно игрушек осталось – не всем подарки принесли, но мы все равно сделали много. Я, если честно, нами очень горжусь. - Да, я тоже. Все, о чем сейчас мог думать Чонвон, так это о том, что Джей был с сестрой, не с новой девушкой. Он рассказывал Яну про старшую сестру, с которой они довольно близки, и если призадуматься, у них действительно были общие черты. Так получается, он зря слезы лил? Хотя если думать масштабно, это мало что меняло. Они все еще были в ссоре, и судя по всему, Пак не собирался ничего менять и делать шагов к примирению. А Чонвон…не знал как поступить. Обида глодала изнутри, но гордость и здравый смысл сдерживали от того, чтобы побежать к нему и закрыть глаза на все косяки. Может, он хотел от Чонсона слишком многого? Может, стоило довольствоваться тем, что есть, и не возмущаться? Голова у Яна пухла от бесконечных размышлений и терзаний о том, как правильно поступить. Все, что он знал – он окончательно запутался.

***

Салаты из магазина, суши из доставки и дорогой алкоголь – вот как встречают Новый год два богатых холостяка. Квартира у Сонхуна была не наряженная. От покупки елки он отказался, максимум, на что его хватило – повесить ярко-желтую гирлянду на кухонное окно. Она и являлась единственным напоминанием, что новый год подступает. За неимением другой компании решено было отпраздновать вдвоем. Если быть честным, Джей сам напросился в гости – так было легче игнорировать отсутствие Чонвона рядом. А Сонхуну было все равно – друг вообще праздник не жаловал и с удовольствием завалился бы спать в одиннадцать, проснувшись уже в следующем году. - Я привез шампанское, мандарины, красную икру и конфеты, - отчитался Чонсон, поочередно вытаскивая продукты из пакета. – Помощь нужна? Он отчаянно надеялся что друг скажет "нет", но тот привлек Джея к сервировке стола. С этим заданием он, к счастью, справился, и к девяти часам все уже было готово. Они сели за стол слишком рано, врубили какую-то новогоднюю трансляцию и завели разговор о работе, как будто больше поговорить и не о чем. Проф деформация, черт бы ее побрал. - Ты так и не помирился с Чонвоном? – неудивительно, что Хун вспомнил про своего стажера – тот мозолил ему глаза каждый будний день. - Я только вчера забрал его подарок из доставки. Да и вообще…ну что я ему скажу? - Например, "прости, я дурак"? Или "Не знаю, как ты полюбил такого придурка, но вот он я, пришел просить прощения"? Вариантов много на самом деле, - Сонхун пожал плечами, закидывая в рот очередной ролл. – Было бы желание. - Я не знаю, Хун. Может, ему без меня лучше? Может, он найдет кого-то более достойного? - А ты этого хочешь? Я не узнаю тебя, Пак Чонсон. Ты всегда был эгоистом. Не спорь, - он погрозил пальцем, видя что друг уже открыл рот, приготовившись опровергать, – это факт. И тут ты сидишь и что-то мямлишь. Если ты захочешь, то станешь самым лучшим для Чонвона. Главное - желание. Оно есть? - Есть. - Тогда объясни мне пожалуйста, дорогой друг, что ты здесь забыл? - В смысле? – нахмурился Пак, - Ты же сам сказал, что не против, если я приду. - Я-то не против – мне все равно праздновать не с кем, но в отличие от тебя, меня это не угнетает. Я с удовольствием лягу через час и просплю до полудня. А у тебя парень есть, с которым надо встретить Новый год. И косяки свои нужно успеть исправить в нынешнем году, понял ты, недалекий мой товарищ? Может Чонвон сейчас сидит дома и грустит или лакает шампанское в одиночку, а ты тут со мной прозябаешь. - Ты думаешь, надо поехать к нему? - Я не думаю, а знаю. Руки в ноги и вперед. Поразмыслив пару секунд, Чонсон понял, что друг прав – вину надо загладить как можно скорее, помириться и в новый год уже идти как пара, со спокойной душой и чистым сердцем. Почему он до этого сам не додумался? Прав Сонхун – Джей и правда тугодум. Пока не поссорился с Чонвоном даже не понял, как тот для него дорог на самом деле и как много делал для их отношений. А Джей просто удобно устроился и пользовался этим, периодически даря подарки и крохи внимания. Чонвон же никогда не жаловался, не выносил мозги, даже если ему было обидно. Но тем самым все же успел привязать к себе, влюбить, вот только Пак поздно это понял. - Ты прав. Я пойду, - Чонсон решительно поднялся из-за стола, глядя на часы – до нового года еще было время. – Прости, что вот так бросаю. - Не беда. Главное найди его и извинись. Ты должен все исправить. Джей принялся суматошно собираться и вызывать такси – цены были заоблачные, но сейчас это его мало волновало, главное успеть. До квартиры Чонвона было минут тридцать езды, и оставалось лишь надеяться, что Ян дома с семьей, а не где-нибудь у друзей. - На, возьмы шампанское и мандарины, - Сонхун протянул ему пакет, впихивая туда еще и сладости, - С пустыми руками в гости не ходят, особенно в Новый год. - Спасибо, - Чонсон торопливо накинул пальто и шарф, хватая вещи и телефон, - Ты думаешь, у меня есть шанс? Он простит меня? - На его месте я бы хорошенько подумал. Но Чонвон добрый – увидит твою жалобную моську и оттает. Чонсон усмехнулся, ловя ответную улыбку друга, хлопнул того по плечу и шагнул за дверь, к ожидающему его такси. Водитель всю дорогу травил байки про пьяных пассажиров, которых ему приходилось возить на новый год. Но Пак слушал вполуха. Все его мысли были о Чонвоне. Закинув телефон в сумку, он нашел еще и подарок для Чонвона – не наушники, а браслет, который он купил позавчера, пока таскался по ТЦ за сестрой. Просто увидел его на витрине – украшение казалось скромным, камни были некрупные, но сияли так ярко, что Пак не смог отвести глаз. Оно напомнило ему о Чонвоне, и Джей сразу же решил, что купит браслет для него. А если Ян не примет…что ж, оно так и останется лежать, потому что никому другому Чонсон его не подарит. Дороги были почти пусты – все нормальные люди уже сидели за столами дома или в гостях, на светофорах попадались в основном такси с такими же запоздалыми, как и он сам. Оставалось надеяться, что Чонвон его хотя бы не прогонит. Машина пролетала меж наряженных елок и сияющих огнями гирлянд, но Чонсон понимал – если он не помирится с Воном, его праздник не исправит уже ничто. Это было его единственное желание. Быстро поблагодарив таксиста, Пак чуть ли не бегом направился к нужному подъезду, вспоминая номер квартиры. Звонить в домофон не хотелось, но ему повезло – пока он топтался у двери, та распахнулась, и оттуда вывалилось трио шумных подростков. Чонсон проскользнул внутрь и решил пойти по лестнице – все равно не помнил этаж. В гостях у Яна он ни разу так и не побывал – только подвозил до дома, не заходя внутрь. И вот он, запыхавшийся, оказался у двери с заветным номером. Судя по доносящимся голосам, кто-то был дома, и Чонсон, пытаясь побороть волнение, протянул руку и нажал на кнопку звонка, замирая в ожидании. Дверь распахнулась сразу же, и в проеме показался мужчина средних лет – явно не Чонвон. Пак даже сначала подумал, что ошибся квартирой, но быстро сообразил, что хозяин квартиры – старший господин Ян. - Добрый вечер. Прошу прощения за вторжение без предупреждения, меня зовут Пак Чонсон, я – ... - Ах, Чонсон! – его перебил восторженный крик женщины, выглядывающей из-за спины мужа, - Чонвон так много рассказывал о тебе! Я так рада наконец познакомиться с тобой, пожалуйста, проходи! – Госпожа Ян чуть ли не силком затянула его внутрь, разглядывая и ярко улыбаясь. На ее щеках виднелись ямочки – вот от кого унаследовал их Чонвон. - Я тоже рад, госпожа Ян, - пробормотал немного растерявшийся Пак, - это большая честь для меня. - А Чонвони не предупредил, что ты зайдешь. Он собирается к друзьям. Вы наверное пойдете вместе, да? Джей растерялся, не зная, что ответить, переводя взгляд с улыбчивой мамы на более серьезного отца. - Мам, ты ему продохнуть не даешь. Пожалуйста, не мучай Джея, – сначала Чонсон услышал Чонвона, а потом уже увидел. Тот судя по всему вышел из комнаты, с трудом пряча удивление от появления незваного гостя. - Но мы же просто знакомимся! – всплеснула руками госпожа Ян, - А ты даже не предупредил, что твой друг придет. Я бы приготовила что-нибудь, что он любит. - Это я виноват, госпожа. Я пришел без приглашения. Простите… - Не стоит извиняться, дорогой. В этом доме тебе всегда рады. Но к сожалению, сейчас нам пора, - мама Чонвона увидела бесшумные сигналы от мужа, собирающегося на выход, - нельзя заставлять гостей ждать, а мы и так уже опаздываем. Повеселитесь как следует! - И вы! Счастливого Нового года! Дверь за родителями захлопнулась, и Чонсон остался наедине с хозяином квартиры и неловкой тишиной. Чонвон молча рассматривал его, как будто не видел очень давно. Как будто с их последней встречи Джей изменился. - Прости, что завалился вот так без приглашения, - пробормотал Пак. Эта идея уже не казалась ему такой гениальной, как час назад. – Если ты собирался к друзьям, то мне лучше уйти, а ты…обязательно хорошо отметь Новый год. - Никуда я не собирался, - почти шепотом ответил Чонвон, - сказал родителям, чтобы шли спокойно в гости и за меня не переживали. - Значит…я не помешал? – с плохо скрытой надеждой в голосе уточнил Пак. - Нет. Проходи, не стой на пороге. Чонсон так и сделал. Молча разулся-разделся, помыл руки, предварительно погладив маленькую собачонку, что при входе одарила его щедрой порцией ругательств, но теперь вроде как виляла хвостом – завитушкой. Прошел на кухню, молча усаживаясь напротив Чонвона и боясь посмотреть ему в глаза. А смотреть надо было. И извиниться тоже. - Я же продукты принес, - он резко вскочил с места, бросаясь обратно в прихожую к пакетам, стремясь разбавить повисшую неловкость. – Надеюсь, ты пьешь такое шампанское. Тут несколько видов на выбор. Чонвон лишь пробормотал "не стоило, но спасибо", принимая от гостя продукты. Ему плевать было на шампанское, но не плевать на причину появления Джея на пороге в новогоднюю ночь. - Скажи честно, зачем ты здесь? – глаза у Чонвона глубокие-глубокие, и заглянув в них, Чонсону казалось, что он тонет без возможности всплыть на поверхность. Он забыл как слова в предложения собирать, просто замер на одном месте, вспоминая, зачем вообще пришел. - Хотел встретить Новый год с тобой, - прохрипел он, перехватив ладонь младшего, который стоял так близко сейчас. Очень хотелось его обнять, прижать к себе, но Чонсон сдерживался – сначала надо было объясниться. Убедиться в том, что Чонвон его простил. – Спасибо, что впустил меня. - Я не мог поступить иначе, - Ян аккуратно вытянул руку из Чонсоновой хватки, что не могло не расстроить, - ты голодный? У нас есть салаты и закуски… - Давай поговорим, - перебил его Пак, понимая, что тянуть нет смысла. До Нового года оставалось полтора часа, а он не хотел тащить за собой ссору в следующий год. – Выслушай меня, пожалуйста. - Хорошо, - Чонвон покорно кивнул, садясь на табурет у стола и ожидая от Чонсона первого слова. Что ж, деваться было некуда. - Мне жаль, что мы поссорились. И жаль, что я оказался полным придурком и уделял тебе мало внимания. Я не заслужил такого парня как ты, Чонвон, - вздохнул Джей, присаживаясь напротив, чтобы оказаться с ним на одном уровне. – Но если ты все еще испытываешь ко мне что-то, то пожалуйста, дай мне еще один шанс. Обещаю, я приложу все усилия, чтобы исправиться. Я стану лучше. Ты уже делаешь меня лучше…Смотря на тебя там, в ТЦ, на то, что тебе пришлось выслушать ради помощи детям, я понял, что не смог бы так. Ты намного добрее и сильнее меня, а я просто трус и дурак. И то что ты делал – совсем не унизительно и не стыдно. Стыдно вести себя, как я. И я совсем не стесняюсь тебя, Чонвон. Да я всему миру хотел бы заявить, что ты мой парень! Если ты только мне позволишь. Чонвон долго молчал, опустив глаза и спрятав лицо, так что Пак даже не мог понять ничего по его выражению. Растроган ли Ян? Сердится? Грустит? Все еще не может забыть обиду? Секунды тянулись одна за одной, а младший так и не сказал ни слова. Становилось все страшнее и страшнее. - Пожалуйста, скажи хоть что-нибудь, - умоляюще пробормотал Джей, - скажи, что я дурак, что ты зол на меня, что ты ненавидишь ссориться. Только не молчи. - Ты дурак, Пак Чонсон, - прошелестел Чонвон еле слышно, - я так зол на тебя, ты не представляешь. Я ненавижу ссориться, потому что влюблен в тебя, а ты…своими словами разбил мне сердце. - Прости меня, Вона, мой хороший, - Джей не мог больше оставаться на расстоянии, а потому подошел к Чонвону, обхватывая его стройное тело и прижимая к себе так крепко, как это возможно, - я тоже влюблен в тебя, только чтобы осознать это, мне понадобилось время и страх потерять тебя. Не смотри так удивленно, - в Чонвоновых глазах виднелись слезы, но еще и шок, неверие, - это правда. Я дурак, но влюбленный в тебя дурак. Твой дурак. - Я ненавижу тебя, Пак Чонсон, - невнятно пробормотал младший, утыкаясь носом в солнечное сплетение, - но еще сильнее я люблю тебя. Кажется, я тебя давно простил. Только ждал и надеялся, что у тебя все же хватит ума извиниться. - К счастью, для меня еще не все потеряно, - усмехнулся Джей, у которого от сердца отлегло. Чонвон его простил и все еще любит, а значит, еще не поздно все исправить. – Иди ко мне. Он потянул младшего наверх, обхватывая его лицо так бережно, как никогда прежде. Поцеловал губы, по которым успел соскучиться за долгие дни разлуки. Ощутил мягкость кожи и чужую хватку на своих плечах – какое счастье, что Чонвон не собирался его отпускать. - Давай встретим Новый год вместе, хорошо? Этот и следующий, и так много, как только сможем. - Отличное желание, - прошептал Чонвон, улыбаясь сквозь слезы, - у мня было такое же. - Видишь, твой парень не совсем безнадежен, - усмехнулся Джей, - хоть одно твое желание смог исполнить. - Ты много моих желаний исполнил, хён. Те вопросы, что я задавал про цвет и еду – все это не так и важно, на самом деле. Я просто был расстроен и психанул… - Нет, неправда. Это очень важно, Чонвон, все что касается тебя – важно. Я пообещал что стану лучше, и клянусь, это не просто пустой звук. Я правда хочу знать о тебе все, каждую мелочь, что ты готов мне рассказать. Ты для меня важен. Не считай, что ты просто увлечение, потому что это уже дано не так. - Ты не представляешь, как сильно я это хотел услышать, - прошептал Чонвон, улыбаясь и демонстрируя свои ямочки. - Ты не представляешь, как я рад, что мы помирились, - Пак вновь клюнул его в губы, - я так соскучился, Вона. - Я сильнее. Они просидели в обнимку – Чонвон на коленях у Джея – почти до самой полуночи, то целуясь, то тихо переговариваясь. В душе наконец-то царил покой. - Надо наполнить бокалы и загадать желание, - Ян очнулся за несколько минут до боя курантов и торопливо соскочил с колен Чонсона, спеша откупорить бутылку, - к тому же, я тебя даже не накормил. С помощью Пака он шустро накрыл на стол и разлил игристое по бокалам. Чтобы не пропустить полночь, они включили большую плазму в зале, где президент уже читал заранее заготовленную речь. Джей посмотрел на своего парня – тот выглядел задумчивым, но таким родным и красивым в мягких отсветах огней гирлянды. Чонсон особо не прислушивался к речи политика и отвлекся от разглядывания лишь тогда, когда начался перезвон часов. Этот год подходил к своему логичному завершению, начинался новый. И Пак был рад, что встречает его бок о бок с любимым человеком. - Загадай желание, - прошептал Чонвон и зажмурился, что-то шепча одними губами. Джей на это лишь усмехнулся и лишь прикрыл глаза. Он ощущал себя абсолютно счастливым и мог пожелать лишь то, чтобы все оставалось так, как есть. На последний, двенадцатый бой они стукнулись бокалами, а после Чонсон затянул младшего в поцелуй, мягко приникнув к чужим немного вспухшим губам. Поцелуй продлился недолго, но так уж вышло, что начался он в прошлом году, а завершился в нынешнем. - Что ты загадал? – полюбопытствовал Пак, мягко гладя Чонвона по щеке. - Считай, что это уже исполнилось. Ты – мое единственное желание.