Незажженная сигарета

На фото, что выпало из вещей которые перебирал Шакал, был парень из Третьей. Взгляд будто в душу... Местная гадалка. По словам Табаки, его раньше так и звали Гадалка. Крестник Черепа, а потом, оказалось, и Слепого. Это, в принципе, объясняет то, почему тот к нам часто заходит. Сфинкс иногда его за собой в ванную уводил. О чем они там говорят, что нужно это делать за закрытой дверью? Другая странность: при виде него Македонский прямо расцветал и чуть ли не светится от счастья. Обычно не показывался так явно, а тут они обнимались. Историк его "Птенцом" называл. Почему? Мы же не в Третьей. -Я и говорю, что вашу белую ворону да в Вожаки Псовые. - С хрипотцой сказал Историк, после того, как чашку чая осушил. - Порядок наводить будет. -Иди ты! - Усмехается Черный. - Делать мне больше нехуй будто? -А что? Плечи пошире, голос погрубее и уже у них идеальный Вожак. Правда тогда псиной вонять будешь, но это не проблема. Почаще мойся. Сфинкс ухмыльнулся. -Птица седая права. Сбагрить тебя в Псарню, чтобы глаза не мозолил. Табаки взвизгнул и перекатился через мои ноги, по дороге перевернув пепельницу. -Мы обязаны поделится этой мыслью со Слепым, когда он явится! Лорд раздраженно что то на это пробормотал. Продолжил волосы чесать. -Почему они это так открыто обсуждают? - Осмелюсь вопрос задать неизвестно кому. -Шутят. В стайной такие дела не делались бы. - Меня взглядом серых глаз смерил. Губа верхняя его брезгливо дернулась. - Тем более при тебе. -Поч... -Цыц! Не позорься еще больше своими тупыми вопросами. Взгляд вновь на других перевожу, молча наблюдая. -Помпей щенок, которого оторвали от матери. Только и может, что лаять, но не кусаться. -Слишком громко он гавкает в последнее время. -Может быть и так. Только вряд ли хоть что-то сделает. Тем более против нашего Хозяина. -На Слепого замахнуться нужно мозгов не иметь! Это и ежу понятно! -Думает, что раз в плечах удался, так поможет это. Я по взгляду вижу, что Слепого за ребенка держит. Историк обнимает Македонского еще больше. Тот лицо ему в грудь прячет. -Не будем о грустном. -Вы, Птицы, только и умеете, что петь заупокойную. -Но-Но! Не только. Наутилуса тоже неплохо исполняю. - Прокашливается в кулак и говорит на распев. - Ты снимаешь вечернее платье, стоя лицом к стене и я вижу свежие шрамы на гладкой, как бархат, спине. Мне хочется плакать от боли или забыться во сне. Где твои крылья, которые так нравились мне? -Разголосился тут. - Хмыкает Черный. После книгу забирает из под Шакала и на свое место убредает. -Красиво же. - Тихо отзывается Македонский. -Не все у нас ценители прекрасного. - Ехидствует мой Крестный и продолжает фигуры на шахматной доске расставлять. -У нас пополнение. Фиалку развели. -Кто счастливый отец? -Дронт. -Поздравишь его от нас. Вдруг понимаю, что на меня в ответ смотрит пара зеленых глаз. В жизни от них еще больше не по себе... Взгляд поспешно отвожу. -Плохо ты крестника воспитал. Не знает, что так пристально смотреть неприлично. -Курильщик, блядь... -Ничего страшного. Только на других Птиц пусть так не засматривается. Они клюются. Особенно Вожак. -Он сразу проглатывает не жуя! - Заводится Табаки. - Нашего Курильщика так тем более. Костей не останется! -Не пугай его раньше времени. А то и носу будет боятся показать, когда Стервятник к вам заглянет в гости. -Ах, какие пугливые дети пошли! В наше безвременье такого не было. -Так и безвременье было другое. -Е-Хе-Хе. **** Курю, карандашом по бумаге водя. Черный рядом лежит полусонный. -Вы хорошо общаетесь. -М? -С Историком. -Вроде того. Он единственный, кто решил устроить перемирие после наших срачей. -Он странный... -Такой же как все Птицы. Из-за гаданий его так считаешь? -Нет. У него взгляд... -Будто в душу смотрит? -Ага... Как вы его терпите? -Так не смотри в них. Многие не смотрят. В остальным вполне себе хороший человек. -Не верится. -Просто его мало знаешь. Нормально поговорите, то поймешь. -А с ним можно нормально поговорить? Тот в ответ непереводимо хмыкает. -В любом случае заставлять не стану. Захочешь — сделаешь. Все равно эта Птица часто заходит погостить. Даже по ночам заваливается, если Слепой явится решит. -Слепой с ним общается? -Не должен что ли? - Вздыхает. - Нас очень многое связывает. Некоторых больше, чем кажется. С самого детства вместе как никак. -Я не могу представить, что Слепой с кем-то ведет задушевные беседы. Из него же и двух слов не вытянуть. -Под Хвойной у всех язык развязывается. -Ясно... -Не забивай голову. Что ты там черкаешь? Взгляд на бумагу опускаю. Нарисованный Историк с полуулыбкой на губах смотрел куда то в сторону, держа при себе Македонского, который в нем прятался, будто седая Птица последний шанс спастись от чего то страшного. Если верить тому, что Сфинкс говорил — от Призрака Волка. Но в Призраков тоже не сильно верил. -Не важно. -Уже секреты появились? -Нет. Не получается ничего. -Ладно. Поверю. Отвлекаемся на шум. Из ванной выпал Слепой. Его сразу пошел поднимать Горбач. -Да еб твою мать! Опять гербарий на себе притащил! -Легок на помине... -Ты разве еще не понял? - Поднял бровь Лорд. - Тут есть одна странная вещь: назовешь чью-то кличку и тот человек вскоре придет. -Ничего себе... Я не знал. -Слушай его больше! Только вот почти сразу из ванной вышел и Историк. В первые секунды о трость тот не опирался. Только как сделал пару шагов начал. Кажется, и правда работает... -Солнце, готовь сковороду. Мы с уловом. Горбач с интересом заглянул в бидон, который у Историка на согнутом локте был. -Большая какая. -Грибожуй! - Радостно отозвался Македонский. -Он самый. -Где Сфинкс? -В Кофейнике. Что-то срочное? -Нет. Бледный пробрался на общую кровать и завалился, себя за колени обняв. Птица отдала бидон Македонскому и уселась тоже на кровать. -Сигаретой не угостите? Лорд ему пачку протянул. Тот взял. -Благодарствую. Но так и не закурил. За ухо убрал. -Что-то спросить хочешь? -А? -Когда так смотрят только этого хотят. -Не трать на него нервы. -От чего же? Я легко могу утолить детское любопытство. На мгновение замираю. Опять ребенком назвал! Он пусть и старше остальных, но все равно странно такое. У меня к нему было слишком много вопросов. Какой именно задать? Если обидеться опасно будет. -Он не настолько кровожадный. - Тихо говорит Слепой. -Опять надумал, что его съем? -Да. Смехом заливается и голову в мою сторону поворачивает. Я сразу стараюсь взгляд отвести. -Не заставляй краснеть за тебя других. -Не злись на него, Дракон. Он пока ума не набрался, чтобы такие вещи понимать. Так что? -Почему ты седой? - Говорю первое, что пришло в голову. -Болячка взросления. - Коротко отвечает и отворачивается обратно. Кажется, все же не то сказал... Черный даже глаза приоткрыл, будто понял то же, что я. -Что?... -Не важно. Спи уже. **** -Что б вы сдохли, педики! -Все мы когда-то умрем. -Ты это раньше сделаешь, если еще хоть раз пасть откроешь и станешь гавкать на Птенцов. Иногда казалось, что Вожак у Птиц Историк. Тот командовать умел и легко подобное говорил тому, кто в размерах больше. На крик никогда не срывался, что страшнее эффект давало. Лучше б тоже орал. Помпей зло фыркнул, но его другие Псы оттащили, так что обошлось без драки. -Надо было ему врезать! - Заорал Табаки. Стервятник жестом показал Историку сесть. Тот это делает, хромая возвращаясь на свое место. -Невоспитанная Псина. - Возмущается кто то из Третьей. Вроде как Ангел того звать. - Держать себя в руках надо! -Нашел кому сказать. -Весь аппетит испортил... Македонский неясные жесты сделал. Птица седая рукой потянулась и его по волосам погладила. -Все в порядке. -Я испугаться успел. Он так налетел. Как на зло к этому балагану решил подключится Рыжий. -Вы чо творите?! Еще порежьте друг друга! Как то запоздало такое говорить. Долго думал. -Тихо сиди. - Процедил сквозь зубы Птичий Вожак. - Иначе тоже получишь. -Ударь меня, Папочка! -О Боже... Я стараюсь их переговоры не слушать. Какой же балаган иногда бывает. Ясно почему стол Фазаний стоит дальше, практически отдельно. Они бы получили первее остальных. Стоило о том подумать, как замечаю на себе взгляд Джина. Долгий и осуждающий. Он мне кроссовки красные, видимо, никогда не простит. Впрочем, черт с ним уже. Не Вожак больше. Только опять наябедничает разве что. Хорошо, что с ним не в одном классе. Жители Четвертой редко ходили на уроки. Постоянно разве что Горбач и Македонский. Остальные периодически. Сам скоро тоже поддамся такому. Иногда слишком не хотелось вставать по утрам. -Смотрит то как. - Вырвал меня из размышлений Горбач. - Будто тоже ударить готов. Тот уже явно собирался уходить. Пихал по карманам оставшиеся на тарелке куски хлеба. -Не удивительно. Я ж как заноса в одном месте был. -Вы совсем не ладили? -Ну... С Джином сложно общаться. Ничего, кроме успеваемости, его не интересует. -Ах, да... Фазаны. После поднялся с места. Стул задвинув за собой, ушел. Из за стола Псов опять послышались бурные обсуждения. -Лей больше. Че ты как украл? -Кто с утра пораньше кофе разбавляет спиртом? -Ну я. -Блядь? -Мать твоя блядь. А это Хвойная. -Пошел ты нахуй! -Сам пошел! -Заткнитесь! - Рявкнул их Вожак. - Заебали уже! -Ыт... Голову отворачиваю от греха подальше. Хватило уже. На Псов то и смотреть нельзя. Подумают, что "быканул". Быкующий Фазан? Фазан с рогами что ль? -Напомните ему, что не думать сюда явился, а завтракать. -Хер бы с ним. Не жрет нормально все равно. -Македонский пусть с ложки кормит. -Ест он. Бутерброды точно. И пшенку. Но больше кофе пьет. -А? -Ешь давай. Уже даже Птицы о том говорят. -Только одна. -Нам он сто лет не сдался. -Фазана и мы бы не вытерпели. -Хи-Хи-Хи. Стервятник молча смотрит, ничего не говоря. Кажется, его это веселит. Или просто я с утра не до конца проснулся. -Зато какой цветок бы из него вырос. -Давно хотели посадить лилии. Историк улыбается обворожительно. Если б не шутка про убить на удобрении, то подумать можно, что флиртует. Но это его манера общения со всеми быть вежливым и улыбаться. В принципе, ясно почему младшие его так любят. Он никого хуями не кроет, хотя наверняка бывали случаи, когда и такому человеку это хотелось. Взгляд в тарелку опускаю. Все же и правда есть начинаю, а то засмотрелся на происходящее вокруг. Ну, в Столовой редко так оживленно. Особенно с утра. **** -Ты правда думаешь, что все, что в Доме происходит, просто какая-то игра? Я взгляд поднимаю. Историк на меня внимательно смотрит. В зеленых глазах горел явный интерес. Сейчас они почему то не казались такими пугающими, какими то потусторонними. Обычные глаза. Лежал тот вальяжно, а лицо было расслабленным. Даже чуть отчужденным. -Вообще-то да. Это слишком на нее похожа. Вы придумали какие-то дурацкие правила. Назвали их Законом и по ним играете. -Будь одним из нас с самого начала, то явно так не думал. Бледнею невольно, представив такое. Тогда бы точно не выжил. Говорить что тут происходило, когда детьми еще те были, другие не очень хотели. Раз так, то ничего хорошего явно не было! -Стая это семья. Кажется, ты не стайный зверь. -Никакой я не зверь! Шею в плечи втягиваю, собственного голоса пугаясь. -Все люди звери. Какие уже другой вопрос. -Тоже будешь затирать про то, что Наружность зло? -Будто не так? Мы никому кроме друг друга не нужны с момента, как переступаем порог Дома. В Наружности жизни нет. -Пххх... Опять двадцать пять. Хотя то, что никому не нужны, не отрицал. Это слишком очевидно. -Тебе правда стая как семья? -Мне все обитатели Дома она. -Даже Помпей, с которым чуть ли не убиваете друг друга? И Фазаны. -Даже они. -Охренеть... Либо блаженный, либо не знаю чего за херня. Типа... Опасно таким добрым быть. Тобой пользоваться начнут. -Я просто умею прощать. Даже Волка простил, хотя другой на моем месте его бы послал давно. -Что с Волком было? Он ведь умер. -Сам виноват в этом. Его несколько раз предупреждали, но тот привык слушать только себя. За это и поплатился. Опять понимай как хочешь. Когда перестанут уже со мной загадками говорить?! -Придет момент, когда поймешь о чем речь. Пока что ты не принимаешь ничего. -Не собираюсь. Глупости это все. Птица седая многозначительно улыбается. Лицо его вдруг меняется. Черты заостряются, делая его и правда на птицу какую то хищную похожим. -Какой же все еще ребенок. Надо же. После того возвращается обратно к расслабленному виду слишком резко. Так будто все, что было, лишь игра моего воображения. Я спешу взгляд опустить обратно в книгу. Состайники почти сразу отвлекают от меня его. Видимо решили, что достаточно поговорил. Итак много чести. Жуткий все же тип. Интересно чем такой авторитет заслужил? Поди мозги есть, раз Слепой с ним советуется. -Хватит так громко думать. - Раздается тихий голос Вожака где то поблизости. -Что такое? -Я отправлю этого бывшего Фазана спать в коридор. Все, кто был в стайной, кроме Историка и Македонского посмеялись. После вернулись к тому чем занимались. Опять в шахматы играли. -Вы с ним слишком строги. -Детей только так и воспитывать. -Знаю я твои методы воспитания, старая Кошка. -Твоих детей же не трогаю. Чего взъелся? -Иначе бы уже без ушей остался. -Ха! -Солнце, подлей чая пожалуйста. Такой хороший вышел. -Облепиховый. -Чудо! Тихо вздыхаю. Да. Судя по тому, как общаются, и правда будто семья. Странная и состоящая из одних уродов. Чего уж? Сам урод. Потому и здесь теперь. В любом случае, даже этот Историк не сможет доказать, что Дом живой! Бред еще больший. Стараюсь сильно не думать, чтобы Слепой опять внимания не обратил.