Зимний лес

      Бизон смял в руке обрывок бинта и стиснул зубы, чтоб не выругаться. Олеська тихонько лежала на снегу, зажмурившись и закусив губу от боли. А перед ним стояли Физик и Кот, требовательно глядящие в глаза. И ой как это всё не нравилось это Борису! Ещё час назад операция по поимке опасного террориста шла вполне себе успешно, Тарасов уже даже позволил себе размечтаться об отдыхе. И как сглазил! Всё пошло кувырком: Ума «поймала» пулю, дружки их пленника шли по пятам, не отставая. К тому же, они видимо, решили, что проще и безопаснее убрать всех, включая своего товарища. Группа застряла в заснеженном лесу, посреди начинающейся метели и шансы выбраться, выполнив задание, стремились к нулю. В довершение картины, оборвалась связь с КТЦ.       Пока Бизон возился с Умой, Кот и Физик, пошушукавшись, подошли к нему поближе.       — Не знаю, что вы там надумали, но мне это уже не нравится, — едва взглянув на их решительные физиономии выдал Тарасов.       Его мнение не изменилось после краткого изложения Ионовым плана, но спорить он не стал. Васька с Серёгой наперебой доказывали, что ему надо брать в охапку Умку и преступника и выходить к месту эвакуации группы, пока они вдвоём будут отвлекать преследователей, уводить за собой по ложному следу, а Бизон скрипел зубами, но молчал, понимая, что правы. Так появится шанс завершить задание да и Уму дотащить до медиков, но ох как хотелось вопреки здравому смыслу поспорить! Уманова виновато молчала, не влезая в разговор, прекрасно осознавая, что для группы сейчас она обуза, и это было едва ли не хуже засевшей в теле пули, а зная взрывной характер Бориса и то, как часто он срывался именно на ней, подозревала, что и в этот раз получит по самое «не балуйся». Правда, Бизон удивил, заставив подумать, а действительно ли она ранена не слишком серьёзно. Мрачно согласившись с предложенным планом, он ни единого грубого слова не сказал ей, а на руки поднял так, будто боялся, что девушка рассыплется от любого неосторожного движения.       Долго не прощались, только Тарасов молча хлопнул рукой по плечу Физика и Кота, а те, кивнув, смотрели, как скрывается в снежной мгле Бизон, нёсший Уму и уводивший за собой пленника. Сами они подождали немного, пока преследователи подойдут поближе и только потом, не особо скрываясь, отстреливаясь на ходу, побежали в сторону, противоположную той, куда ушёл Борис. Они петляли по лесу, что те зайцы, то подпуская к себе врагов вплотную, то снова разрывая дистанцию, по возможности выбивая самых зарвавшихся. Но бесконечно бегать по заваленному снегом лесу даже тренированным бойцам было невозможно. Они то проваливались в снег по колено, то спотыкались о предательски скрытые всё тем же снегом ветки, стволы упавших деревьев. Кот видел, что Физик начинает отставать. Пока немного, не критично, но всё же. Впрочем, он и сам последний километр протянул на чистом упрямстве. Оглядывая уходящий вниз заросший ёлками овраг, Вася, тяжело хватая ртом морозный воздух, подумал, что там можно было бы сделать неплохую засаду. Вряд ли почуявшие вкус крови, загоняющие добычу преступники ожидают серьёзного сопротивления от убегающей группки, да и злы они от потерь.       Остановившись на склоне, он повернулся к показавшемуся наверху Сергею, но ничего не успел сказать. Словно на сьёмке с замедленным действием Кот увидел, как падает напарник, неловко вскинув руки и запрокинув голову, словно пытается что-то рассмотреть высоко в небе. Только потом услышал выстрелы и короткий вскрик, а Физик уже катился вниз, на дно оврага, оставляя за собой алеющий на снегу след. Вася кубарем скатился вслед за ним, убедился, что напарник жив и попытался поймать хоть одну из мечущихся в голове мыслей. Схватив горсть колкого снега, он одним движением протёр им лицо, ощущая, как царапают кожу холодные снежинки. Раздумывать было некогда. Враги были совсем рядом, а начинать бой вот так, с раненым на руках и с минимумом патронов, было самоубийством. Вскочив на ноги, Кот подхватил пытавшегося подняться Физика, вздёрнул его на ноги и потащил прочь, по оврагу, понимая, что пытаться выбраться наверх сейчас бесполезно.       Усиливающаяся метель яростно хлестала по лицам, забивая глаза колючим снегом. Дыхание вырывалось клубами пара, мгновенно растворяясь в белой мгле. Ионов, крепко стиснув зубы, волок за собой Сергея. Тот едва перебирал ногами, навалившись всем телом на друга.       — Держись, родной. Держись, — шептал непослушными губами, стараясь заглушить свист ветра в ушах и подступающую панику.       Они уже несколько часов уводили врагов за собой с начала этой гонки, но теперь лес, ещё недавно казавшийся спасением, превратился в ловушку. За каждым сугробом, за каждой поваленной сосной таилась опасность. Преследователи дышали в спину, а сил оставалось всего ничего, как и патронов. Вдобавок, усилилась метель. Нужно было выиграть время, затаиться. Хорошо хоть их следы в этой снежной круговерти терялись очень быстро. Кот остановился у огромной ели, чьи лапы густо свисали до самой земли. Он втащил Физика под её покров, стараясь хоть немного укрыть от ветра и снега.       — Здесь передохнём, — сказал больше себе, доставая из разгрузки аптечку. Руки дрожали от усталости и холода. Вася наспех вколол обезболивающее, наложил тугую повязку.       — Как ты? — спросил, всматриваясь в бледное лицо товарища. Серёга лишь слабо кивнул в ответ, попытавшись улыбнуться. Его трясло то ли от холода, то ли от потери крови, а может, от всего сразу, Физик и сам не понимал, но пытался хотя бы сделать вид, что всё не так плохо. Стараясь не издать ни звука и не обращать внимания на боль, он пошарил рукой в поисках оружия. Дотянувшись до висевшего на ремне автомата, спецназовец почувствовал себя гораздо спокойнее.              Кот понимал, что долго им здесь не продержаться. Нужно двигаться дальше, искать укрытие, которое даст им хоть какой-то шанс. Высунувшись из-под еловых лап, он огляделся вокруг. Впереди, сквозь пелену снега, виднелся темный силуэт чего-то похожего на строение. Это был риск, но, возможно, их единственный шанс.       — Я осмотрюсь. Продержись тут немного, — Ионов выбрался из-под ели и направился к чернеющему строению. Света видно не было, но это ничего не значило, так что подбирался он со всей осторожностью, которую мог себе позволить. Идти пришлось дальше, чем казалось сначала, а сам дом оказался то ли брошенной хижиной лесника, то ли, что вероятнее, охотничьим домиком. Внутри было пыльно, холодно и пусто, и всё же, это было именно то, что им нужно. Дав себе минуту отдышаться, Кот снова шагнул на улицу в метель, будто мстящую за этот короткий отдых, сбивая с ног ветром, швыряя в лицо колючие пригоршни снега. И всё бы ничего, но его собственных следов уже не было видно. Вася добрёл до елей и замер в растерянности. Под какой из них он спрятал Физика? Сквозь снежную мглу было не разглядеть ничего, а все следы замело. В тот момент у него что-то словно оборвалось внутри: он не помнил, где оставил друга. Заглянул под одну ель, другую… Ничего. Наплевав на всё, закричал, срывая голос:       — Физик! — ответа не получил, кроме насмешливого воя ветра. Он потерял раненого напарника. С трудом подавив желание попинать ближайшее дерево, Ионов принялся осматривать каждую подходящую ель. Их было не слишком много, но и не мало. Ему понадобилось время, чтобы всё же отыскать друга. Мыцик был без сознания. С трудом волоча за собой по снегу к укрытию напарника, Кот отчаянно надеялся, что их преследователи в такую метель тоже сделают привал. Другой надежды у него не было, потому что унести дальше Физика ему было не по силам сейчас, и они всё ещё оставались где-то неподалёку от места последнего столкновения с бандитами. Особенно, если учитывать, что он тащил раненого, а они шли налегке.       Хижина встретила их сумраком, запахом плесени, сыростью и толстым слоем пыли, которым была покрыта нехитрая обстановка: грубо сколоченный стол в углу, пара табуретов, широкая деревянная скамья, видимо, служившая когда-то кроватью, потому что на ней осталось полуистлевшее одеяло и подушка, и прилаженная печурка у одной из стен. Внутри было не теплее, чем на улице, но хотя бы не сбивал с ног ветер и не сыпал снег в лицо. Ионов оставил друга лежать у стены, с трудом разжав закоченевшие пальцы. Хотелось упасть на пол, наплевав на всё, и уснуть, давая отдых измученному телу, вот только расслабляться было рано. Нужно было тепло, иначе наступавшую ночь им не пережить.       Выходить из лачуги на улицу не хотелось, поэтому, в ход пошли старые табуретки и обломки каких-то то досок, что валялись неаккуратной кучкой в углу рядом с печкой. Видимо, их тоже когда-то использовали в качестве дров. Справившись с огнём, Вася вернулся к беспокойно задвигавшемуся напарнику. У него хватило сил перетащить поближе к печурке лавку, сбросить с неё всё, и устроить там Физика.       — Лежи. Переждём здесь ночь, а утром уйдём к реке, — деланно бодрым тоном проговорил Кот, окидывая быстрым взглядом напарника. В неровных отблесках огня видны были бисеринки пота на побледневшем лице, сухие губы… Нужен был врач, но где его взять посреди леса? Вот если выйти в городок выше по реке, там больница. Там надежда.       Мыцик сквозь наплывающий туман забытья осознавал насколько измотан друг и в какую непростую ситуацию они попали, но все силы уходили только на то, чтобы молча терпеть обжигающую боль, которая с малейшим движением грозила опрокинуть его в темноту.       — Отдохну и сам пойду, — с трудом выдавил он, наконец. Кот едва заметно улыбнулся такой попытке подбодрить. Им бы оставить кого на посту ночью, но Физик едва ли мог это сделать, а сам Ионов так вымотался, что с трудом держал глаза открытыми. Подбросив в печурку ещё дров, Вася придвинул стол к двери. Так себе препятствие, конечно, зато шум точно разбудит. Устроившись рядом с напарником так, чтобы прикрыть в случае нападения, он уснул почти мгновенно. Впрочем, и проснулся как от толчка, словно и не засыпал. В хижине царила темнота, только несколько прогоревших угольков ещё светились красным. Снаружи завывала метель, к ним никто не ломился, потребовалось несколько мгновений чтобы Ионов сообразил, что его разбудило. Физик. Его дыхание совсем сбилось, срываясь на короткие стоны. Поднявшись, Кот нахмурился. Конечно, у него был обширный опыт по части ранений, вот только чаще он сам был пациентом, а как быть здесь? Ни на одних курсах первой помощи не учили, что делать, если вы посреди леса зимой, а у напарника в спине пара пуль. Достав аптечку и надеясь, что хуже не будет, Вася вколол антибиотик и обезболивающее из аптечки Физика. Больше в ней ничего подходящего не оставалось, и он запихнул полупустой коробочек в глубокий карман маскхалата.       — Серёга, совсем хреново? — Вася впихнул в печь последние остававшиеся дрова, и, взглянув на друга, ляпнул первое пришедшее в голову. Мыцик не ответил, только чуть мотнул головой, пережидая пока схлынет волна боли. Помочь ему Кот ничем сейчас не мог, разве что принёс немного снега вместо воды. Остаток ночи он пролежал без сна.       Едва засветлело небо, Ионов выбрался наружу, убедился, что никого пока не видно, и вернулся к напарнику. Тот не жаловался, терпел молча, но Вася и сам видел, что ему худо.       — Уходим, — скорее самому себе скомандовал Кот. Он перехватил попытавшегося подняться друга и взвалил себе на спину.       — Сам могу, — Мыцик глухо застонал, но всё же попытался запротестовать.       — Надо будет — побежишь, а пока держись лучше, — отрезал Ионов, выходя на улицу и стараясь пристроить напарника поудобнее.       Кот не прошёл и половины расстояния до реки, когда стало ясно, что долго ему не продержаться. Метель утихла, но снега стало ещё больше, и с каждым шагом на то, чтобы выбраться из него уходило всё больше сил. Ноги и руки дрожали от напряжения, а спина ныла от нагрузки. Тем не менее, Ионов не позволил себе передышки, пока они не дотащились до речки. Как мог осторожнее опустил напарника в снег на берегу и сам рухнул рядом, хватая ртом морозный воздух. По разгорячённому телу тут же пробежал холодок, но на это внимания Кот не обратил. По льду будет легче передвигаться, в том, что лёд крепкий и выдержит их двоих, Ионов не сомневался. Морозы стояли не первую неделю.       — Серёга, жив? — повернулся к притихшему другу, проверяя как он. На удивление, Физик был в сознании, только лицо по цвету сливалось со снегом.       — Живее всех живых, — негромко выдавил он.       — Вот и молодец. Когда ещё покатаешься на моей спине, пользуйся случаем. Тут всего-то километров семь, — деланно бодрым и оптимистичным тоном проговорил Кот, снова поднимая напарника. Он и дыхание толком не успел перевести, но нужно было спешить. Пусть и не был Вася врачом, а понимал, что времени у раненого спецназовца оставалось не так уж много. Задержался немного только затем, чтобы вколоть в плечо ему обезболивающее уже из своей аптечки. Больше ничего подходящего у них не оставалось.       Он старался изо всех сил. Выкладывался на всю так, как ни на одних учениях или заданиях ещё не доводилось. Идти по льду правда оказалось немного легче, но тело подводило. Ноги налились свинцом, спина ломила от боли, дыхание напрочь сбилось, и всё же, Кот упрямо брёл вперёд. Время от времени он пытался связаться с КТЦ, должна же чёртова связь когда-то восстановиться! Когда в наушниках раздался голос Багиры, Ионов вскинул голову, словно ожидая её увидеть. Конечно же, никакой Кошкиной рядом с ними не было, но шансы их резко возросли.       — Кот! Ну наконец-то, что у вас? — в голосе слышалось явное облегчение. Наверняка тоже волновалась там, но Вася знал, что новости её вряд ли порадуют.       — Багира, Физик ранен, нужна срочная эвакуация. У нас на хвосте бандиты, боеприпасы на исходе. С Бизоном и Умой разделились, они ушли к точке эвакуации группы.       — Бизон дома. Сейчас отправлю за вами вертолёт. Продержитесь там, — Кот как наяву увидел встревоженный взгляд Кошкиной. Она сделает всё, что в её силах, чтобы их вытащить, оставалось только дождаться. А вот то, что с этим будут проблемы, Ионов осознал почти сразу, не без помощи прозвучавшей в непосредственной близости от них автоматной очереди.       — Да что ж такое-то, — в сердцах выпалил, падая на лёд вместе с Физиком. Тот вскрикнул, видимо, приземление вышло не самым мягким, но их преследователи оказались слишком близко, а они сами на льду как на ладони. Оскальзываясь и отчаянно работая ногами и свободной рукой, он переполз под берег, таща за собой Мыцика. Там было хоть какое-то укрытие от пуль. Патронов оставалось всего ничего, даже с учётом того, что было у Физика. Противники приближались пока осторожно, но их было слишком много для прямого боя, уйти с раненым на руках никакой возможности не представлялось: положат их как в тире, слишком открытая местность. Оставалось ждать вертолёт и надеяться, что он успеет вовремя. Ионов видел, как короткими перебежками приближались враги, растянувшись цепью, окружая. Ну что же, им ведь тоже некуда прятаться, а если подпустить кого-то поближе, то можно и оружием разжиться… Мысли прервал тихий голос напарника:       — Кот, — он потянул за рукав друга, не уверенный, что тот услышит.       — Физик, если ты со всякой чушью вроде «уходи, я прикрою», то я просто спишу это на бред. А в рожу получишь, когда тебя на ноги поставят, — Вася бросил быстрый взгляд на Сергея, стараясь не упускать из виду врагов. И как раз в этот момент один из них поднялся, став очень удобной мишенью. Прогремел выстрел, и на одного противника стало меньше. Мыцик на такую отповедь измученно улыбнулся сухими, потрескавшимися в кровь губами.       — Две гранаты. В подсумке, — он потянулся рукой достать, но тут же скривился от боли и замер, стараясь не отключиться.       — Ты полон сюрпризов. А патроны у тебя нигде не припрятаны часом? — Кот быстро нашарил гранаты. Подумав, одну он отложил рядом с собой. Физик проследил взглядом за ней, прекрасно понимая, на какой именно случай она приготовлена, и стиснул зубы, чтобы и правда не попросить Ионова уйти. У него одного были бы все шансы оторваться, дотянуть до прибытия помощи. Да даже «охоту» устроить, снова отступив в лес! Это же из-за него ему приходилось сидеть здесь. Но... Не оставит ведь. И он сам бы не оставил, поэтому и молчал. Несмотря на меткие выстрелы одиночными, патронов оставалось всё меньше, а противников всё равно было слишком много.       Что-то было не так. Вынырнув из своих размышлений, Физик напрягся, соображая. От боли мысли путались и он не сразу понял. Пули взрывали снег совсем рядом, а Кот в ответ не стрелял. Он ничком лежал за небольшим холмиком, покрытым снегом, зарывшись в снег лицом. Сначала высунулся один из бандитов, затем другой… Выстрелов всё не было.              — Кот? — холодея от дурного предчувствия, позвал Мыцик. И, когда не получил ответа, скрипя зубами, чтобы не кричать от боли, заставил себя повернуться на бок. Спину как огнём обожгло, волна боли прокатилась по позвоночнику, перехватывая дыхание, и заставляя корчиться в агонии. Кажется, осмелевшие противники уже без особой опаски поднялись и бежали к ним, Физику было не до них. Он дотянулся до Ионова, непослушной рукой, чтобы развернуть его, убедиться, что жив, и в этот момент Кот вскинулся, срезая очередью нападавших. Не всех, но на снегу осталось больше половины противников.       — Ну ты и… — Физик обмяк, хватая ртом воздух и изо всех сил стараясь справиться с болью. Живой. Напугал, чертяка. Впрочем, судя по всему, им обоим оставалось не так много времени. В ход пошла граната, значит, патронов больше не оставалось.       — Серёга, ещё не конец, — Ионов чуть криво улыбнулся, обернувшись. Друг не мог видеть зажатый в руке нож. В конце концов, Багира обещала вертолёт. Лететь сюда было не так уж и долго, даже с учётом согласования. Помощь должна успеть, ему просто надо выиграть ещё немного времени и всё. Хотя бы для Физика.       — Давай без глупостей, — Мыцик поднял голову, ловя отчаянный взгляд напарника. Что бы он там не придумал, это совершенно точно было сумасбродством. Перед глазами всё поплыло, картинка смазалась, и подняться не получалось, сколько ни силился. Тело отказывалось слушаться, будто на тот рывок ушли последние резервы. Уронив голову на снег, Физик закрыл глаза. Боль огненной осой кольнула в сердце, этого хватило, чтобы мир посерел и рассыпался на кусочки. Последней связной мыслью стало сожаление о том, что не попросил Кота уйти когда была возможность.       Ионову было не до разговоров, он уже сцепился с одним из уцелевших противников. На этот раз у него был только нож, но им он тоже владел вполне себе неплохо. Кот справился с одним, когда увидел, что к лежащему неподвижно Сергею подбегает другой. Не задумываясь, он метнул клинок. И пропустил тот момент, когда к нему самому подобрались бандиты. Если бы Ионов не был так измотан, всё пошло бы иначе, вот только он не смог справиться с несколькими противниками сразу. Мощный удар под колени, заломленные назад до хруста в суставах руки и череда ощутимых пинков ногами оказались ничего не значащим пустяком, когда сплёвывая на снег кровь Вася увидел, как один из бандитов пнул Физика и отошёл.       — Этот готов, — безразлично сообщил он остальным.       Слова, оказавшиеся больнее любого удара. Не смог, не успел. Зажмурившись на секунду, Кот вновь посмотрел в сторону, где лежал друг. Что ж, не успел спасти, так хотя бы отомстит. Его не обыскивали, и даже не держали уже, избивая втроём и не давая подняться. Звук летящего вертолёта он услышал не сразу. Кот к удивлению опешивших от неожиданности бандитов, сумел вырубить одного из них коротким ударом. На большее сил не хватило, да и не надо было. Пока они дрались, помощь, наконец, прибыла. Из вертолёта выпрыгнули Бизон и Батя. Оценив новый расклад, преступники оставили спецназовца. Кто-то бросился бежать, кто-то остался на месте, пытаясь отстреливаться. Практически синхронными выстрелами спецназовцы "успокоили" попытавшихся сопротивляться. Бизон рванулся за убегавшими, а Батя склонился над рухнувшим на землю Ионовым.       — Кот, ты как? — он торопливо осмотрел избитого Васю, пытаясь понять, серьёзно ли тот ранен, но тот только мотнул головой.       — Физик… там, — Ионов приподнялся, держась за ушибленные рёбра и махнул в сторону. Кажется, как минимум пару из них было сломано, но это его не волновало. Булатов побежал к Мыцику, убедившись, что Вася жив. Пока Кот, нетвёрдым шагом подходил к ним, Батя торопливо замахал руками в сторону вертолёта. Бизон, волочивший двоих оставшихся в живых бандитов, уже был рядом.       — Кот, быстро в вертолёт, и этих двоих проводи. Бизон, помоги Физика донести, его нужно срочно в госпиталь, — донёсся до него голос Бати. В госпиталь? Он жив? Физик жив?       Вскинувшись, Ионов застыл, боясь поверить в то, что услышал и в то же время желая этого больше всего сейчас. Хотел переспросить, но изо рта вырвался только нечленораздельный хрип. Наверное, выглядел он при этом не очень, потому что поравнявшийся с ним Бизон вместо того, чтобы выполнять приказ Бати, схватил его за плечо, будто боялся, что тот сейчас упадёт.       — Ты сам-то дойдёшь? Кот? Слышишь меня? Кот! — Тарасов нахмурился, вглядываясь в Ионова, с лица которого схлынули все краски. Этот момент выбрали для ещё одной попытки побега бандиты. Не удачно. Без особых терзаний Борис срезал обоих одной очередью. Ему хватило вида ребят, чтобы не мучиться от угрызений совести. Закинув руку Кота себе на плечо, он крепко перехватил его и повёл к вертолёту. Вася машинально передвигал подгибающиеся ноги, чувствуя, как наваливается безмерная усталость последних двух суток. В голове вертелось только «Физик жив», о чём он и известил Бизона ломающимся голосом. Правда, он сам себя почти не услышал, а Тарасов почему-то перехватил его покрепче и не дал самому забраться в вертолёт, а втащил внутрь сам, заставив лечь. Пока Кот втолковывал, что он в порядке, рядом на дне вертолёта оказался Мыцик. С посеревшим лицом, закрытыми глазами, но Батя сказал что он жив, Батя не мог ошибиться. На этом воспоминания обрывались.       — Скучаете? — в палату заглянул Тарасов в накинутом на плечи белом халате, а за ним ввалились и все остальные. Кот, сидящий на кровати усмехнулся. Синяки щедро украшали лицо и были самых разнообразных оттенков, из-под больничной рубашки виднелись бинты, крепко стягивающие сломанные рёбра, но выглядел он вполне себе бодро, и наверняка слинял бы из госпиталя, не будь там столь строгого контроля над пациентами. Физик лежал на соседней койке, читая какую-то научную литературу, до которой обычно просто руки не доходили. Всё ещё бледный, он тоже выглядел вполне себе неплохо. Пока все здоровались и отпускали дежурные шуточки, Сергей подметил внимательный взгляд Тарасова, цепким взглядом оглядевшего их обоих, и только потом заметно расслабившегося и расплывшегося в искренней улыбке.       — Научной работой занимаемся, — фыркнул Кот, кивнув в сторону Физика.