Плюсы чая

Чай это лучший напиток, что открыло человечество. День Со Джинсона начинался именно с него. С утра бодрящий черный чай с терпким вкусом и он заряжен на работу целый день, и это намного полезнее, чем та же кружка кофе. Также он заварил особый зеленый, перелив его в термос. Прекрасный аромат окружал его дома. С профессиональной улыбкой и приподнятым настроением он поехал в студию. Хоть съемки уже закончились, оставались еще дела с постпродакшном. Как менеджер братьев Хан это не его работа следить за просмотрами в премьеру или рассчитывать выручку, но внутри гложило не знать первых результатов своих подопечных. И у него есть сердце. В офисах студии была невозможная толкучка. Все впопыхах настраивали на главных экранах и показывали стремительные увеличивающиеся числа. У работников на глазах слезы, они поздравляли друг друга, обнимали. В свободном уголке, наблюдая за этим счастьем, стояла Кан Соен. К ней и подошел Со Джинсон, подружившись за время работы под руководством режиссера Сун Хендже. — Доброе утро! — она бодро с ним поздоровалась. — Как вы? — Доброе утро, отлично, — он обвел офис взглядом. — Вижу, все уже празднуют? — Верно, — в ее руках зазвонил телефон с напоминанием. — Для них сегодня будет устроен ужин. Ресторан уже забронирован и персонал подготовлен. Мне нужно будет вместе с Мистером Суном отправится на вечер, а вы… — Я тоже поеду вместе с актерами на званный вечер в честь премьеры, — облегченная улыбка появилась на его лице. — Думаю, и мы сможем отдохнуть. Не думаю, что случится какой-нибудь инцидент.

***

Инцидент случился. Со Джинсон не успел переговорить с охраной, как услышал чей-то крик и возглас толпы. — Ты чертов старикан!.. Он подошел ближе, чтобы увидеть, как Хан Юхен, еле сдерживаемый Хан Юджином, рвался поднять руку на Сун Хендже. Затворы камер щелкали, объективы с репортерами уже во всю оповещали на каналы. — Кусок дерьма, блять… В этот момент с его лица сошла вся краска. Ему хотелось верить, что это только галлюцинация. Хан Юхен спокойный ребенок, что всегда слушал своего хена, и никогда не поднимал шума, не устраивал скандалов. Сейчас он будто с цепи сорвался и бушевал не хуже пожара. Со Джинсон быстрее подбежал к актерам, схватив и охранников, и с помощью них удалось оттащить подальше Юхена в незаметный уголок. Взглядом остановил Хан Юджина, оставив с Сун Хендже, чтобы те обратили внимание толпы на себя и дали ей успокоиться. — Что ты творишь, Хан Юхен?! — он прошипел как можно тише, даже если их сейчас не видели. — Ты понимаешь где ты находишься! Теперь младший Хан отпустил голову и выслушивал короткую лекцию о поведении на публике. По нему и пронзительным взглядам, направленные на режиссера, было видно, как он точно все еще держал какую-то обиду. — Что вообще произошло? — Со Джинсон массировал виски, в голове по пунктам уже расписаны заголовки статей. — Почему ты так набросился на Мистера Суна? Что он сделал? — Он все время с Хеном! — но его не впечатленный взгляд сдул напор претензий. — Он все время что-то шепчет, а Хен от этого замрет и такой напряженный остается… Этот старый кусок дерьма точно что-то замышляет против Хена… — Юхен! — Джинсон даже неосознанно повысил голос, огляделся, проверив никто ли не смотрел, и вернулся к актеру. — Ты… Ты же знаешь, Юджин никогда не даст себя в обиду и точно сможет оставить обидчиков ни с чем. — Наконец настроение другого просветлело. — И если бы что-то случилось, то он не стал бы терпеть. И предупредил бы тебя и меня. Хорошо? — Хорошо… — Молодец, — он похлопал его по плечу и подвел к двери в зал. — А теперь иди. Хан Юхен кивнул и подбежал к Юджину. Они о чем-то переговаривались, но в шуме толпы ничего нельзя было разобрать. Некоторые журналисты начали задавать вопросы, но братья их аккуратно обходили. Теперь они зашли на подиум, где началась фотосессия. После выходки Юхена Со Джинсон мог только горестно вздыхать. Он уже представлял кучу писем с жалобами, что ему придется разобрать, и это не говоря уже на затраты утихомиривание слухов. Пронырливые журналисты найдут инсайдерскую информацию о первом варианте сценария, где тот был в главной роли, но затем его сменили, точно станет вишенкой в первых блогах новостей. Он обошел зал, войдя во внутреннюю часть с фуршетом и присел на свободный стул. На столе разложены тарелки с многочисленными закусками, в середине стояла огромная ваза с экзотическими цветами, покрытые капельками росы. Погруженный в свое горе он и не заметил, как к нему тихо подошла Кан Соен. Она ободряюще ему улыбнулась и протянула чашку чая. От него так и веяло травянистым ароматом со сладкими нотками меда. — Ромашковый чай, — она поставила чашку с блюдцем на стол, — это поможет расслабиться. — Благодарю, — кивнув, он пододвинул к себе чай. Со Джинсон кинул взгляд на братьев Хан и как сейчас их фотографировали перед интервью. Сзади маячил Сун Хендже, как режиссер, и все пытался выцепить старшего, но тот совершенно не обращал внимания. С тяжелым выдохом он порылся в своем пиджаке, выудив маленький бутылек, в котором плескалась желто-коричневая жидкость. Все еще рядом сидящая Кан Соен с интересом наблюдала за его действиями. В ее глазах так и читались вопросы. — Что это, Мистер Со? — она все-таки спросила, когда он убрал бутылек обратно во внутренний карман. — Успокоительное, — сказал без больших объяснений и поднес чашку к носу, прикрыв глаза. К терпкому запаху зелени теперь добавился аромат груши. Кан Соен понимала, что это совсем другого рода лекарство, но ничего не сказала. В ее глазах к нему было видно понимание и поддержка. Быть менеджером актеров не самая легкая работа. Сделав глоток, по телу Джинсона понеслось тепло и напряженные нервы за весь день наконец хоть немного отпустили. «Как минимум, за Юхеном точно приглядит Юджин», — он мыслил позитивно, стараясь привести себя в порядок. Хоть он работал у двоих, но в помощь у него всегда был старший Хан, что точно нашел бы управу на своего донсена. — «Убрать маленький инцидент в начале будет проще простого…» — Ооо! Безумные крики были слышны со стороны процессии актеров. Репортеры и журналисты, как помешанные, начали кричать вопросы, звуки затвора камер не прекращались. — О нет… — теперь и возглас Кан Соен. Со Джинсон еле перевел взгляд обратно на подиум. Там стоял Сун Хендже, император кино, на руках с Хан Юджином, новоявленной звездой с успешной главной ролью. В его голове уже проскочили тысячи мыслей о заголовках статей, что не утихнут в ближайшие недели, если не месяцы. — Что же делать… — Кан Соен бормотала вопросы, а затем перешла на номера, скорее всего популярнейших издательств. — М-мистер Со?.. Он вернулся обратно к столу, где стояла его чашка со все еще теплым чаем. Затем беспощадно слил его в вазу в центре стола и, снова вытащив свой бутылек, полностью вылил его в чашку. Набрав побольше воздуха в легкие, он выпил все содержимое. На его лице ни один мускул не дрогнул. К черту чай, с его работой, нужно что-то покрепче.