Секреты, которыми мы делимся

Дверь тихо щелкает, когда Хенджин входит в их квартиру, оставляя за собой шум внешнего мира. Слабый гул уличного движения и городской жизни исчезает, когда он поворачивает замок. Он все еще в своем шелковом костюме для выступления от Versace, который облегает его так, что его поклонники упали бы в обморок, но прямо сейчас этот наряд кажется ему тяжелым, удушающим. Рубашка расстегнута ровно настолько, чтобы обнажить ключицы, на которых остались капли пота от жара на сцене. Его плечи опускаются, когда он бросает спортивную сумку на пол. Он выглядит измотанным, подводка слегка размазалась в уголках глаз, волосы, которые он часами укладывал и расчесывал, растрепались. Прежде чем Хёнджин успевает сделать ещё шаг, в дверях гостиной появляется Феликс. Он в спортивных штанах и толстовке с капюшоном, которая настолько велика, что скрывает его целиком, а его светлые волосы взъерошены, как будто он только что проснулся. В его глазах теплота, а на губах появляется мягкая улыбка, когда он смотрит на своего мужа. “ Эй ” - бормочет Феликс низким и нежным голосом. Хёнджин сначала не отвечает. Вместо этого он делает глубокий прерывистый вдох и, спотыкаясь, идёт вперёд, словно держался всю ночь и теперь наконец-то может расслабиться. Феликс без колебаний выходит в коридор и широко распахивает руки для объятий. Как только Хёнджин подходит к нему, он падает в объятия Феликса. Он прижимается лицом к шее, вдыхая его запах, словно это первый глоток воздуха за несколько часов. Феликс крепко обнимает его, одной рукой проводя по влажным волосам Хёнджина. "Ты поздно вернулся"— тихо говорит Феликс, его слова сопровождаются тиканьем часов на кухне. — "Как прошло шоу?" Хёнджин прижимается к нему, и звук приглушается плотной тканью толстовки Феликса. — "Громко" — бормочет он охрипшим от пения голосом. — "Утомительно. Слишком много камер. Слишком много людей." Губы Феликса изгибаются в слабой улыбке, когда он наклоняет голову и слегка прижимается щекой к волосам Хёнджина. Он знает, как сильно Хёнджин любит выступать, но он также знает, какой ценой это даётся: постоянные крики, мигающие огни, ожидания. "Но ты же справился. Не так ли?" — мягко спрашивает Феликс, убирая пряди тёмных волос с раскрасневшегося лица Хёнджина, чтобы лучше его видеть. Хенджин поднимает взгляд, и Феликс замечает боль в его глазах, изнеможение, облегчение и что-то еще невысказанное, как хрупкую частичку себя, которую он показывает только здесь, в тишине их дома. Хенджин без особого энтузиазма пожимает плечами, хотя уголки его губ приподнимаются. “Наверное”- бормочет он.- “Я скучал по тебе” Феликс тихо смеётся, слегка касаясь пальцами щеки Хёнджина. — "Тебя не было шесть часов." "Это слишком долго, целых шесть часов."-Хёнджин снова закрывает глаза, прижимаясь ближе, словно пытаясь полностью раствориться в Феликсе. - "Теперь я останусь здесь навсегда. Всё отменяю. Больше никаких концертов. Больше никакой модельной карьеры. Только ты." Феликс фыркает, пытаясь изобразить раздражение, но улыбка на его лице выдаёт его. —"Конечно, ты суперзвезда. Ты так говоришь сейчас, но как только позвонит Versace, ты вылетишь за дверь через десять секунд." Хёнджин стонет, и этот звук эхом отдаётся в его груди. — "Я ненавижу тебя за то, что ты прав." "Нет, не надо." - Феликс нежно целует Хёнджина в висок. —"Давай снимем с тебя этот костюм. От тебя пахнет потом и стадионом, полным кричащих людей." Хёнджин бормочет что-то невнятное, но не сопротивляется, когда Феликс отстраняется, берет его за руку и ведет по коридору. Квартира маленькая, но уютная, на стенах висят фотографии — маленькие снимки их совместной жизни: размытые фотографии, на которых они вдвоем смеются, "откровенные" снимки Феликса с мукой на лице на кухне, тихое селфи Хёнджина, сидящего на полу и настраивающего гитару. Это место кажется обжитым, безопасным, как будто это мир, отделенный от хаоса снаружи. Когда они добираются до спальни, Феликс слегка дёргает Хёнджина за пиджак. — "Руки вверх" — дразнит он, словно разговаривает с ребёнком. Хёнджин закатывает глаза, но подчиняется, позволяя Феликсу помочь ему снять пиджак и расстегнуть рубашку. Его движения медленные, почти неуклюжие от усталости. Как только Хёнджин избавляется от дизайнерских доспехов, Феликс достаёт из комода старую мягкую футболку, свою собственную, великоватую и изношенную от многочисленных стирок. “Вот" - говорит Феликс, помогая ему натянуть её . Хёнджин глубоко вздыхает, когда мягкая ткань касается его кожи. -"Это лучшее, что я когда-либо носил" — бормочет он. Феликс ухмыляется, усаживая его на край кровати. —"Ты каждый раз так говоришь." Хёнджин не отвечает; его глаза уже наполовину закрыты, а тело слегка покачивается от усталости. Феликс наклоняется к нему, расшнуровывает ботинки Хёнджина и снимает их один за другим. Закончив, он встаёт и кладёт руки по обе стороны от лица Хёнджина, нежно проводя большими пальцами по его щекам. "Ложись" — шепчет Феликс. — "Я принесу тебе воды." Хёнджин не спорит. Он вытягивается на кровати с тихим стоном, зарываясь лицом в подушку, пока Феликс идёт на кухню. Когда Феликс возвращается со стаканом воды, Хёнджин уже почти спит, его дыхание медленное и ровное. Феликс ставит стакан на тумбочку и ложится рядом с ним, стараясь не потревожить. Хёнджин слегка шевелится, переворачивается на бок и находит руку Феликса под одеялом. Он сплетает их пальцы, его хватка слабая, но тёплая. "Ты здесь" — бормочет Хёнджин, уже наполовину проснувшись. "Конечно" — мягко отвечает Феликс, проводя большим пальцем по костяшкам пальцев Хёнджина. И вот так просто внешний мир больше не имеет значения.

***

Слабый солнечный свет пробивается сквозь шторы, отбрасывая золотистые блики на пол спальни. В квартире тихо, если не считать размеренного ритма мягкого дыхания. Хёнджин просыпается первым, лениво обнимая Феликса за талию и прижимаясь лицом к спине Феликса. Хёнджин тихо стонет и прижимается к Феликсу, как кошка, ищущая тепла. "Феликс" — бормочет Хёнджин сонным голосом. Феликс отвечает не сразу. Он не спит, но ему нравится просто лежать и смотреть, как солнечный свет скользит по потолку. — "М-м?" — наконец мычит он нежным, но дразнящим голосом. "Ты уже встал" — скулит Хёнджин, крепче сжимая её в объятиях. — "Не уходи пока." Феликс усмехается и переворачивается так, чтобы оказаться лицом к Хёнджину. Хёнджин медленно моргает, его веки всё ещё опущены, а обручальное кольцо блестит в свете лампы, когда он поднимает руку, чтобы потереть лицо. Феликс замечает блеск и мягко улыбается. — "Уже утро, суперзвезда. Некоторым из нас нужно в университет." Хёнджин драматично стонет. — "Ты любишь университет больше, чем меня." Феликс фыркает. — "Ты такой приставучий по утрам." - Он высвобождается из хватки Хёнджина, не обращая внимания на бормотание певца, и свешивает ноги с кровати. Деревянный пол холодит ступни, но он не возражает. "Знаешь, что хуже универа?" — продолжает Феликс, доставая из комода чистую толстовку. —"Целый день слушать, как Джисон хвастается моим братом." Это привлекает внимание Хёнджина. Он приподнимается на локтях, его тёмные волосы беспорядочно рассыпались по лицу —"Минхо всё ещё невыносимый?" Феликс ухмыляется, роясь на полке в поисках учебника. -"Всегда. Джисон не может перестать о нём говорить. И Минхо такой же, он ведёт себя так, будто он победитель" Хёнджин ухмыляется, забавляясь. - "Честно говоря, Минхо, вероятно, и есть приз. У твоего брата королевские замашки" Феликс смеётся и бросает подушку в Хёнджина, который едва успевает увернуться. —"Не дай Минхо услышать, как ты это говоришь; его эго уже не знает границ." Разговор меняется, когда Феликс упоминает свои занятия и своих друзей, Сынмина и Чонина, двух студентов, с которыми он сблизился в последнее время.- “Сынмин такой умник”- с усмешкой говорит Феликс, убирая тетрадь в сумку.- “А Чонин - ребенок. Он всегда просит помочь с домашним заданием” Хёнджин слегка прищуривается. — "Похоже, они тебе очень нравятся." Феликс на мгновение замирает, а затем поворачивается и смотрит на него, приподняв брови. — "Хёнджин, ты ревнуешь?" "Нет" — быстро отвечает Хёнджин, хотя на его губах появляется едва заметная улыбка. — "С чего бы мне ревновать?" Феликс ухмыляется, прислонившись к дверному косяку. — "Ты. О боже, ты точно. Хёнджин, Сынмин и Чонин — друзья." Хёнджин усмехается, натягивая одеяло на себя, как кокон. — "Неважно. Ты сказал, что Сынмин умник, это, по сути, моя работа." Феликс расхохотался, качая головой. — "Не могу в это поверить." - Он перекидывает сумку через плечо и подходит к кровати. Хёнджин всё ещё дулся, его глаза были сонными, но сузились в притворном негодовании. " Ты такой драматичный"— мягко говорит Феликс, опускаясь на корточки рядом с ним. — "Я люблю только тебя, большой идиот." Хёнджин фыркает, но его обиженное выражение лица слегка смягчается. — "Хорошо." Феликс наклоняется вперёд, прижимается губами ко лбу Хёнджина, а затем быстро чмокает его в губы. Хёнджин тает от этого, его глаза закрываются, словно он снова может заснуть. Губы Феликса дёргаются от веселья, когда он отстраняется. "Сегодня надень что-нибудь удобное" — бормочет Феликс, сжимая руку Хёнджина. — "Не надевай слишком много колец. Ты поранишься, когда будешь работать." Глаза Хёнджина приоткрываются, и на смену обиженному выражению лица приходит озорной блеск. Он поднимает левую руку и шевелит пальцами, на одном из которых, на бледной коже слабо поблескивает гладкое чёрное обручальное кольцо. —"А это останется." Феликс улыбается, поднимая руку, чтобы показать своё кольцо в тон, из белого золота, с таким же изящным изгибом кристаллов. — "Всегда." Хёнджин удовлетворённо вздыхает, наблюдая, как Феликс застёгивает молнию на его сумке. —"Знаешь, люди всё ещё спрашивают о моём кольце" — бормочет он. Феликс с любопытством замолкает.- “И что ты им говоришь?" Хёнджин пожимает плечами, на его губах играет ленивая улыбка. —"Что мне нравится носить кольца. Я говорю, что у каждого кольца есть свой палец. А когда они спрашивают, почему я всегда ношу это кольцо… "— Он смотрит на Феликса мягким взглядом. —"Я говорю, что это не их дело." Феликсу становится тепло на душе, и он возвращается, чтобы ещё раз быстро поцеловать Хёнджина в волосы. —"Хороший ответ." “Я знаю”. Феликс закатывает глаза и тихо смеётся. — "Увидимся позже, суперзвезда. Не скучай без меня." Хёнджин стонет, вытягиваясь на кровати, как морская звезда. — "Я постараюсь выжить. Но возвращайся скорее. Я приготовлю ужин." Феликс фыркает, уже направляясь к двери. — "Нет, не приготошь." Хёнджин не спорит, просто улыбается и зарывается обратно в одеяло. — "Я люблю тебя!" Феликс останавливается у двери и с любовью смотрит на него. —"Я тоже тебя люблю." С этими словами дверь за Феликсом захлопывается, и Хёнджин остаётся один в тихой квартире. Утреннее солнце продолжает освещать пол, отражаясь от его обручального кольца, когда он рассеянно проводит по нему большим пальцем, продолжая улыбаться.

***

Феликс входит в кампус, и свежий утренний воздух щекочет его щёки, пока он поправляет лямку сумки на плече. Его светлые волосы блестят на солнце, а толстовка настолько велика, что почти полностью скрывает его, добавляя ему мальчишеского очарования. Ему не требуется много времени, чтобы заметить Джисона, который прислонился к кирпичной стене возле кофейного автомата и что-то просматривал в телефоне. Как только Феликс подходит ближе, Джисон поднимает взгляд и ухмыляется. —"Доброе утро, замужний мужчина." Лицо Феликса тут же озаряется такой широкой улыбкой, что она могла бы соперничать с солнцем. Сначала его улыбка мягкая, но быстро становится заразительной, распространяясь от губ к глазам, словно он не может её сдержать. "О боже мой" — говорит Джисон, вздыхая и выпрямляясь. — "Вы вместе семь лет, из них три в браке, и ты всё ещё выглядишь как влюблённая школьница.Это неловко, Феликс." Феликс хихикает, не в силах скрыть, как розовеют его щёки. — "Он идеален. Кажется, я могу опять его полюбить." Джисон закатывает глаза так сильно, что удивительно, как они не выпадают из его головы. —"Ты буквально замужем. Конечно, ты его любишь. В этом-то и смысл." Но Феликс не перестаёт надоедать. Он прижимает руки к сердцу в преувеличенно страстном жесте, наклоняясь к Джисону. — "О, но Джисон, он такой красивый, такой талантливый, такой…" "Прекрати" — стонет Джисон, поднимая руку, чтобы заставить его замолчать. — "Если я услышу ещё хоть слово о том, какой Хёнджин замечательный, я начну брать с тебя деньги за терапию." Феликс смеётся и слегка хлопает Джисона по плечу. —"Ладно, ладно, я остановлюсь. Пока что." По пути на следующую пару они замечают Сынмина и Чонина, сидящих на скамейке у фонтана. Сынмин с неизменно нейтральным выражением лица потягивает кофе, а Чонин оживлённо рассказывает историю, размахивая руками. "Эй, ботаники!"— кричит Джисон, подзывая их. Сынмин приподнимает бровь, когда они приближаются. —"Если мы ботаники, то кто тогда вы?" "Ещё больший ботаники" — с ухмылкой шутит Чонин, и Сынмин ударяет его кулаком в ответ. Феликс усмехается и садится рядом с Чонином, а Джисон плюхается на скамейку рядом с Сынмином. Они вчетвером непринужденно болтают о занятиях, преподавателях и групповом проекте, которым руководит Сынмин. Затем, когда смех стихает, Джисон, который всегда готов поддеть кого-нибудь, наклоняется вперёд с озорной ухмылкой. — "Итак, я слышал, что твой муж…" Едва слова срываются с его губ, как Феликс бросает на него острый взгляд. — "Джисон!" — шипит он, но дело уже сделано. Чонин и Сынмин замирают, широко раскрыв глаза, и пытаются осознать услышанное. "Муж?" — переспрашивает Чонин, моргая и глядя на Феликса так, будто у него выросла вторая голова. — "Ты замужем?" Сынмин выглядит не менее шокированным, хотя его лицо более невозмутимо. Он наклоняет голову, оглядывая Феликса. — "Ты? Замужем? Мы говорим о законном браке или ты замужем за своей кошкой?" Феликс стонет, проводя рукой по лицу. - "Да, я замужем. Официально. На реальном человеке. Спасибо за доверие, Сынмин" "Подожди, подожди" — говорит Чонин, поднимая руки, словно останавливая разговор. —"С каких это пор? И как мы этого не знали?!" Феликс пожимает плечами, пытаясь сохранять спокойствие, несмотря на панику, бушующую в его груди. —"Это было давно. Я просто нечасто об этом говорю." Чонин выглядит так, будто вот-вот взорвётся. - "Ты не можешь просто не говорить об этом! Кто этот счастливчик?" Феликс колеблется, оглядываясь на Джисона в поисках поддержки, но Джисон не помогает. Он слишком занят тем, что прячет ухмылку за рукой, явно наслаждаясь затруднительным положением Феликса. "Это… секрет," — наконец говорит Феликс лёгким, но уклончивым тоном. Сынмин фыркает, делая ещё один глоток кофе. — "Секрет? Что, ты замужем за Хван Хёнджином или что-то в этом роде? Почему это должно быть секретом?" Джисон заметно давится, быстро превращая свой смех в фальшивый кашель. Феликс же выглядит так, будто его ударила молния. Его глаза расширяются, и на долю секунды на его лице мелькает паника. Сынмин не замечает. Он слишком занят, ухмыляясь собственной шутке. — "А если серьёзно" — продолжает он, ничего не замечая. — "Кто выходит замуж, а потом никому не говорит? Если только ты что-то скрываешь" Чонин хмурится, глядя на Феликса. — "Погоди, почему ты так странно выглядишь? Он прав? Ты действительно замужем за…" "Нет!"— слишком громко выпаливает Феликс. Он откашливается, пытаясь взять себя в руки. —"Нет, конечно, нет. Это нелепо." Джисон, не в силах сдержаться, фыркает от смеха. Он прикрывает его кашлем, за что получает сердитый взгляд от Феликса. Сынмин прищуривается, явно сомневаясь. — "Ты ведёшь себя подозрительно, Ли Феликс. Я тебе не доверяю." Чонин переводит взгляд с Феликса на Джисона, и его любопытство только усиливается. — "Ну же, просто скажите нам. Мы не будем осуждать! Кто это?" Феликс вздыхает, заставляя себя улыбнуться. -"Ребята, я люблю вас обоих, но вы ничего от меня не добьётесь. А теперь, пожалуйста, можем мы поговорить о чём-нибудь другом?" Сынмин пожимает плечами, откидываясь на спинку скамейки. —"Хорошо. Но это ещё не конец. Я разберусь с этим." Феликс снова стонет, закрыв лицо руками, а Джисон хлопает его по спине, явно наслаждаясь каждой секундой его страданий.

***

Внедорожник останавливается, и шум снаружи усиливается. Даже через закрытые окна Хёнджин слышит крики толпы. Он слегка ёрзает на сиденье, инстинктивно касаясь пальцами левой руки. Знакомое кольцо плотно прилегает к коже, оставаясь незамеченным большинством, но для него это постоянный груз. Крис оборачивается с переднего сиденья, и на его спокойном лице мелькает едва заметная тревога. — "Ты в порядке, Хёнджин?" "Да" — автоматически отвечает Хёнджин, поправляя пиджак. Он смотрит на своё отражение в окне машины: острые скулы, идеально уложенные волосы, глаза, сияющие, как у отполированной звезды. Он выглядит так, как и должен выглядеть в этой роли. "Просто немного страшно, понимаешь?" — добавляет он скорее для себя, чем для кого-то ещё. Чанбин глупо смеётся, что каждый раз удивляет Хёнджина. - "У тебя получится, Джинни. Та же компания, другой день" Дверь открывается, и Хенджин выходит в хаос. Крики раздаются немедленно, обрушиваясь на него, как волны. “ХЕНДЖИН! ХЕНДЖИН!” Он поднимает руку, чтобы помахать, его движения неторопливы и расчётливы. Его губы изгибаются в мягкой улыбке, когда камеры начинают быстро щёлкать. Толпа скандирует его имя, размахивая плакатами и фотографиями, их энергия заряжает. Пока он идёт к месту проведения мероприятия, его мысли невольно возвращаются к Феликсу. "Феликс бы это возненавидел"— думает Хёнджин, и его улыбка на мгновение гаснет. — "Он бы сказал, что здесь слишком шумно, слишком многолюдно. Он бы сидел в углу в наушниках, притворяясь, что его здесь нет." От этого мысленного образа у него сжимается грудь, и под слоями обаяния и фальши зарождается тихая боль. Крис и Чанбин идут рядом с ним, пока они пробираются сквозь толпу. Шум постепенно стихает, когда они входят в роскошный зал, где проходит мероприятие. Хёнджина встречают элегантные разговоры, звон бокалов с шампанским и сияние люстр, отбрасывающих блики на всё вокруг. Он с привычной лёгкостью перемещается по залу, обмениваясь улыбками и кивками со знакомыми. "Хёнджин!"— голос Клаудии привлекает его внимание, когда она подходит к нему в эффектном платье. — "Дорогой, ты, как всегда, ослепительн!" "Клаудия"— мягко отвечает Хёнджин, наклоняясь для воздушных поцелуев, которые приняты в этом мире. — "Костюм, как обычно— гениальное изобретение вашей команды." Они начинают разговор, но Хёнджин чувствует, что его внимание рассеивается. Он кивает в нужные моменты, улыбается, когда это уместно, но его мысли блуждают. Феликс уже должен быть в квартире, наверное, свернулся калачиком с ноутбуком и наушниками, работая над проектом или просматривая какое-нибудь видео на YouTube. Хёнджин представляет его в одной из его толстовок с капюшоном, которые велики Феликсу, и он рассеянно жуёт что-то сладкое. Он, наверное, смотрит какое-нибудь игровое шоу, надеюсь, то, в котором участвую я. Клаудия указывает на группу неподалёку, и Хёнджин возвращается к разговору. Он оглядывает толпу, вежливо кивает и слегка улыбается, когда Клаудия представляет его кому-то новому. Вечер продолжается, и Хёнджин обнаруживает, что стоит у бара с бокалом газированной воды в руке. В зале царит смех и болтовня, но всё это кажется далёким, как будто смотришь фильм с приглушённым звуком. Он делает медленный глоток, скользя взглядом по комнате. Куда бы он ни посмотрел, везде он видит роскошь, украшения, платья от кутюр, элегантные костюмы. Это мир, который он покорил, но который всё равно кажется ему пустым. {Феликс назвал бы это «приторным»} Думает Хёнджин, и на его губах появляется едва заметная улыбка. Он бы закатил глаза при виде нарядов, а потом отвлекся на еду. Его улыбка слегка угасает, когда он видит своё отражение в зеркале за барной стойкой. Конечно, он безупречен, воплощение изысканности и очарования. Но это не по-настоящему. Настоящий Хёнджин — это тот, кто пробирается на кухню Феликса, чтобы попробовать, что тот готовит. Тот, кто сидит, скрестив ноги, на полу их крошечной квартиры и смеётся до колик, потому что Феликсу удалось сжечь попкорн в микроволновке. На мгновение ему кажется, что тяжесть тайны больше, чем вес сверкающей воды в его руке. Но потом он вспоминает лицо Феликса, то, как его веснушки смеются, когда он улыбается, то, как он всегда говорит: «Ты не должен давать миру ничего, чего не хочешь отдавать сам». Хёнджин на мгновение крепче сжимает стакан. Он должен им звезду, отполированную версию, в которую они влюбились. Но Феликс? Феликс получает его целиком. Когда мероприятие подходит к концу, Хёнджин направляется к выходу. Толпа снаружи всё ещё там, и, как только он появляется в поле зрения, его приветствуют радостными возгласами. “ХЕНДЖИН! МЫ ЛЮБИМ ТЕБЯ!” Он снова машет рукой, это действие настолько укоренилось в нём, что кажется автоматическим. Но его мысли где-то в другом месте. Он уже представляет, как войдёт сегодня вечером в квартиру, а Феликс посмотрит на него с дивана с той тёплой, дразнящей улыбкой, которая затмевает всё остальное. Дверь внедорожника захлопывается за ним, приглушая шум толпы. Он выдыхает, проводя рукой по волосам. “Домой? "- Спрашивает Крис с переднего сиденья. Хёнджин кивает. —"Да. Пойдём домой." Когда машина отъезжает, на кольце на его пальце отражается слабый свет уличных фонарей. Хёнджин рассеянно крутит его, мысленно уже находясь далеко отсюда и представляя, как Феликс лежит на диване, свернувшись калачиком, и ждёт его.

***

Хёнджин входит в квартиру, и тяжесть вечера наконец-то спадает, когда его встречает знакомый запах ванильных свечей Феликса. Из гостиной доносится приглушённый гул голосов. Он снимает обувь и, завернув за угол, видит Феликса, растянувшегося на диване и положившего голову на подушку. Минхо и Джисон сидят на другом диване и увлечённо разговаривают. "Наконец-то"— выдыхает Хёнджин, и его губы растягиваются в искренней улыбке. Феликс поднимает взгляд, и его лицо мгновенно озаряется. — "Ты дома." Хёнджин без колебаний подходит к Феликсу, наклоняется, обхватывает его лицо ладонями и дарит долгий, нежный поцелуй. Феликс на мгновение растворяется в нём, прежде чем Минхо нарочито громко откашливается, разрушая момент. "Снимите комнату!" — восклицает Минхо, бросая в их сторону подушку. Джисон стонет, театрально прикрывая глаза. — "Мы буквально здесь!" Хёнджин отстраняется, его ухмылка становится ещё шире, когда щёки Феликса краснеют. — "Вы оба просто завидуете." " Ревнуешь к своему PDA?" - Минхо фыркает. —"Вряд ли." Хёнджин усмехается и выпрямляется, стряхивая невидимые пылинки со своего блестящего пиджака. — "Дай мне секунду. Мне нужно переодеться." — Он указывает на свой нарядный костюм и остатки макияжа на лице. Феликс отмахивается от него. - "Иди помойся. Ты весь в блестках" "Хорошо" — шутит Хёнджин, подмигивая и направляясь в спальню. Когда он появляется снова через пятнадцать минут, его преображение завершено: без макияжа, с влажными после быстрого душа волосами и в любимой уютной пижаме. Феликс сел на диване, освободив место для Хёнджина. Вместо этого Хёнджин плюхается прямо на колени Феликсу и слегка обнимает его за плечи. Феликс стонет, его руки автоматически ложатся на бока Хёнджина. - "Хён, там буквально целый диван" "Так удобнее" — отвечает Хёнджин, уткнувшись носом в шею Феликса. "Так тебе будет удобнее" — бормочет Феликс, но не отталкивает его. "Итак" — говорит Хёнджин, его голос приглушён капюшоном толстовки Феликса. — "Как прошёл твой день?" Феликс откидывается на спинку дивана и выдыхает. - "Всё было хорошо, пока Джисон случайно не сказал Сынмину и Чонину, что я замужем" Хенджин поднимает голову, приподнимая бровь.- “Что?” Джисон, сидящий на другом диване, замирает с бокалом в руке. — "Я сказал, что сожалею!" Феликс бросает взгляд на Джисона, прежде чем продолжить. —"А потом Сынмин, из всех людей, говорит: «Ты что, женат на Хван Хёнджин или что-то в этом роде?» Как будто это была какая-то случайная шутка. И он был прав." Хёнджин заливается смехом, прислонившись лбом к плечу Феликса и сотрясаясь от веселья. Феликс надувает губы. -"Это не смешно! Как он вообще догадался? Я что, как-то странно себя веду?" Хёнджин поднимает голову и вытирает глаза. -"Может быть, он просто почувствовал величие по ассоциации" Джисон стонет. - "Пожалуйста, перестань шутить. Я всё ещё не оправился от паники, когда чуть не выдал вас двоих" "Ты сделал это ради меня," — поправляет Феликс, многозначительно глядя на Джисона. “Подробности” - бормочет Джисон, прячась за Минхо. "Итак, Хёнджин" — перебивает Минхо, его тон пропитан наигранной беспечностью. — "Как прошло грандиозное мероприятие?" Хёнджин откидывается на грудь Феликса, и выражение его лица становится раздражённым. — "Скучно. Одни и те же люди, одни и те же речи. И какая-то случайная девушка не переставала со мной флиртовать." Рука Феликса, которая лениво играла с волосами Хёнджин, замирает. — "Кто с тобой флиртовал?" "Не знаю" — отвечает Хёнджин, глядя на Феликса. —"Какая-то девушка по имени… какая-то? Я не помню её имени, но она была очень надоедливой." Феликс подозрительно прищуривает глаза.- “Насколько надоедливой?" “Чрезвычайно”- невозмутимо отвечает Хенджин. Минхо закатывает глаза. —"Вы двое странные. Почему вы оба так ревнуете, если вы буквально в браке?" Хенджин и Феликс обмениваются взглядами, прежде чем пожать плечами в унисон. “Привычка” - говорит Феликс. “Весело”- добавляет Хенджин, озорно улыбаясь. Джисон со стоном прислоняется к Минхо.-"Не могу поверить, что мне приходится это видеть" Минхо похлопывает его по плечу. -"Добро пожаловать в мою жизнь. Ты привыкнешь"

***

Дверь за Минхо и Джисоном закрывается, оставляя квартиру в мирной тишине. Хёнджин выдыхает и потягивается, позволяя спокойствию окутать его. Феликс, как всегда практичный, встаёт и начинает убирать остатки закусок с кофейного столика. —"Ты голоден?" — спрашивает он, глядя на Хёнджина. "Для тебя — да" — отвечает Хёнджин, и его губы растягиваются в глупой улыбке. Феликс усмехается, качая головой. — "Я что-нибудь приготовлю." Хёнджин смотрит, как Феликс исчезает на кухне, слегка покачивая капюшоном при каждом шаге. На мгновение Хёнджин задумывается о том, чтобы предложить помощь, но желание понаблюдать за работой Феликса слишком велико. Он подходит к столу и подпирает подбородок рукой, пока Феликс достаёт ингредиенты из холодильника. Мягкий звон сковородок и тихий стук ножа наполняют воздух, пока Феликс напевает себе под нос, полностью погрузившись в работу. Его волосы падают на глаза, и он откидывает их назад тыльной стороной ладони, а его веснушки блестят в тёплом свете кухни. Хёнджин не произносит ни слова, слишком очарованный открывшимся ему зрелищем. Феликс выглядит таким непринуждённо красивым, таким естественным, что у него перехватывает дыхание. "Что?" — наконец спрашивает Феликс, оглядываясь через плечо. Его щёки уже начинают краснеть под взглядом Хёнджина. "Ты великолепен" — просто говорит Хёнджин низким и дразнящим голосом. Уши Феликса краснеют. Он отворачивается к разделочной доске и бормочет-"Хватит пялиться" "Я ничего не могу с собой поделать" — говорит Хёнджин, отталкиваясь от стойки и подходя ближе. —"Ты слишком отвлекаешь." Феликс замирает, держа нож в воздухе, и бросает на него взволнованный взгляд. — "Хёнджин, я пытаюсь готовить. Ты меня поранишь." Хёнджин ухмыляется, прислоняясь к краю стола так близко, что вторгается в личное пространство Феликса. —"Осторожнее. Не хотелось бы, чтобы эти руки пострадали. Они идеальны." Феликс стонет, краснея ещё сильнее. — "Хёнджин, я уже твой. Тебе не нужно так сильно флиртовать." Хёнджин наклоняет голову, и его улыбка становится более нежной. —"О, но мне нравится, когда ты краснеешь." Феликс на мгновение замирает, разрываясь между раздражением и смущением. — "Ты злой"— бормочет он едва слышно. Хёнджин протягивает руку, чтобы нежно заправить прядь волос за ухо Феликса, его пальцы касаются тёплой кожи его щеки. —"Тебе это нравится." Феликс фыркает, пристально глядя на лежащие перед ним овощи. —"Если ты будешь меня отвлекать, ужин займёт больше времени." "Не торопись" — бормочет Хёнджин, наклоняясь ровно настолько, чтобы коснуться губами виска Феликса, прежде чем вернуться на своё место за стойкой. Он наблюдает, как Феликс пытается взять себя в руки, и на его губах появляется лёгкая самодовольная улыбка. " Я больше никогда не буду готовить для тебя" — бормочет Феликс, но уголки его губ выдают едва заметную улыбку. "Мы оба знаем, что это не так" — отвечает Хёнджин, подперев подбородок рукой и продолжая любоваться им. Феликс не отвечает, слишком занятый борьбой с улыбкой, которая вот-вот вырвется наружу. Но румянец на его щеках не сходит, и Хёнджин считает это победой.

***

Хёнджин ел с улыбкой на лице, время от времени крадя из тарелки Феликса, к большому раздражению Феликса. Сейчас они сидят бок о бок на диване, и комнату освещает экран телевизора. Феликс прижался к Хёнджин, их ноги удобно переплетены, пока они смотрят документальный фильм о природе. Хёнджин собирается прокомментировать, что голос рассказчика может усыпить кого угодно, но тут на кофейном столике вибрирует телефон Феликса. Феликс садится и смотрит на экран. — "Это мой профессор" — говорит он, удивлённо нахмурив брови. Хёнджин кивает, позволяя ему ответить на звонок, и берёт пульт, чтобы поставить фильм на паузу. Феликс уходит на кухню, чтобы поговорить наедине, его голос приглушённый, но в нём чувствуется нервная энергия. Хёнджин не собирался подслушивать, но ему трудно не уловить обрывки фраз :"Правда? ... Да, я бы с удовольствием! ... Боже мой, спасибо вам огромное!" Когда Феликс наконец возвращается, его щёки раскраснелись, а глаза сверкают от едва сдерживаемого волнения. "Что тебя так обрадовало?"— спрашивает Хёнджин, откладывая пульт и полностью сосредотачиваясь на Феликсе. Феликс присаживается на край дивана, сжимая руки в кулаки, словно пытаясь сдержать свою энергию. — "Ладно, значит, ты знаешь, как я работал над этим проектом для занятий? Над коллекцией, которую я разрабатывал?" Хёнджин кивает. — "Конечно. Ты вложил в него всю душу." "Ну"— продолжает Феликс, практически подпрыгивая от нетерпения, —" один из моих преподавателей отправил его в JYP Fashion, не сказав мне, и они... выбрали меня. Они хотят, чтобы я создавал для них дизайн!" Хёнджин моргает, обдумывая слова, а затем на его лице появляется широкая улыбка. — "Феликс, это невероятно!" Феликс быстро кивает, его переполняет волнение. -"Я не могу в это поверить. JYP Fashion — огромная компания! Это одна из крупнейших модельных компаний в мире! И им действительно понравилась моя работа!" Хёнджин протягивает руку и притягивает Феликса к себе. — "Конечно, им понравилось. Ты потрясающий. Я говорю тебе это уже много лет." Феликс отстраняется ровно настолько, чтобы посмотреть на него, и на его лице по-прежнему написано недоверие. —"Ты так думаешь?" "Я знаю это"— твёрдо говорит Хёнджин, обхватив лицо Феликса ладонями. —" Ты всегда был талантлив, но теперь весь мир тоже сможет это увидеть." Губы Феликса растягиваются в мягкой, застенчивой улыбке, и он прижимается лбом ко лбу Хёнджина. —"Я до сих пор не могу в это поверить." "Что ж, поверь в это" — говорит Хёнджин, целуя Феликса в нос. —"И даже не думай преуменьшать это. Ты будешь невероятным, и им повезло, что ты у них есть." Феликс тихо смеется, звук легкий и счастливый.- “Спасибо”. Хёнджин улыбается и снова притягивает его к себе. —"Только не забывай обо мне, когда будешь создавать наряды для всех супермоделей мира, хорошо?" Феликс фыркает, хлопая его по плечу. — "Как будто я когда-нибудь смогу." В тот момент все остальное не имело значения. Феликс уставился на Хёнджина с широкой улыбкой на лице. Хёнджин удивился, как ему так повезло в жизни. Он протянул руку, схватил Феликса за руку и усадил к себе на колени. Они смотрели друг на друга, Хёнджин крепко держал Феликса за талию, чтобы тот не упал, а глаза Феликса сверкали. "Я люблю тебя" — первым сказал Феликс, поднимая руки, чтобы убрать волосы с лица Хёнджина. "Я тоже тебя люблю" — прошептал Хёнджин, опуская взгляд на губы Феликса, изогнутые в форме сердечка. Его губы слегка приоткрылись, и он, не теряя времени, прижался к ним своими. Феликс провёл руками по его волосам, а Хёнджин провёл руками по телу Феликса, иногда притягивая его ближе. Хёнджин оторвался от его губ и переместил свой рот на шею Феликса, оставляя горячие, долгие поцелуи. Стоны Феликса были для него как музыка, когда он начал слегка посасывать кожу у основания шеи Феликса. Феликс наклонил голову, чтобы получить лучший доступ, а его руки продолжали теребить волосы Хёнджина, заставляя его издавать тихие стоны всякий раз, когда Феликс это делал. Руки Хёнджина скользнули под футболку Феликса, пробежались по его удивительно рельефному прессу и двинулись дальше. Его ногти царапали кожу Феликса, и тот дрожал от удовольствия. "Я так сильно тебя люблю."— выдохнул Феликс. Хёнджин поднял голову и посмотрел на Феликса, слегка обхватив его лицо ладонями. "Я люблю тебя ещё сильнее.* — бросил вызов Хёнджин, и Феликс хихикнул. "Правда?" — насмешливо спросил Феликс. Хёнджин наклонил голову, затем уложил Феликса на диван и навис над ним. "О, правда?" — ответил Хёнджин, прежде чем снова соединить их губы. Хенджин был самым счастливым человеком на свете.

***