Hive

Это был третий раз, когда он прошёл мимо животного, сбитого автомобилем. Гнилые внутренности, разбросанные по асфальтированной дороге, слишком изуродованы, чтобы понять, какими животными они когда-то были. В Колорадо уже почти полдень. Невыносимый зной, исходящий сверху и мучающий всё живое, находящееся под солнцем. Однако, журналиста беспокоит не волна жара. Как только Майлз покинул лечебницу Маунт-Мэссив, он быстро осознал, что потерял большую часть своих физических ощущений, и на самом деле ощущение температуры было одним из них. Всё что осталось, это ужасающий холод, который он почувствовал, когда те пули пронзили его грудь. Холод смерти не покидал его, продолжая напоминать ему о том моменте страха и о том, что случилось с его телом. Майлз мёрз, даже когда температура поверхности его кожи приближалась к 104 градусам. Это свет сводит его с ума. Казалось таким ироничным, что он провёл всю ночь, дрожа в темноте, надеясь снова оказаться на солнечном свету, а теперь, когда он действительно ходит под солнцем, единственное, чего он жаждал, это укрыться в тени, чтобы утихомирить неугомонный рой. Как будто кто-то бросил его в кипящий котёл, всякое представление о реальности потерялось в его голове. Ощущения были ошеломляющими. Его голова так сильно болела, что казалось будто его глазные яблоки плавятся в глазницах. Он чувствует, как это ползает под его кожей, словно миллионы муравьёв вгрызаются в его плоть изнутри. Уолридер продолжал издавать эти громкие звуки, заявляя о своём дискомфорте или о чём-то ещё, что он хотел выразить. Тихо. ТИХО! Крикнул Майлз рою. Судя потому, как першило у негов горле, он, вероятно, сказал это вслух. Рой затих, как он и хотел, осталось только тихое жужжание. Оно немного напоминает собаку, подумал он. Оно лаяло, требуя внимания, и печально скулило после того, как ты накричишь на это. Теперь, когда оно хорошее и послушное, Майлз почувствовал себя немного виноватым. Он почувствовал жалость к ребёнку Хоуп, так как ему пришлось увидеть его прошлые воспоминания, когда им овладел рой. У ребёнка была семья, любимая мать. И он видел, как выглядел этот сгусток крови до всего этого. Ребёнок был обижен на него после того, как он отключил его аппарат жизнеобеспечения. Возможно, он также немного боится его. Поскольку он теперь тот, кто сейчас управляет роем. Майлз бы вздохнул, если бы его лёгкие ещё работали. Было бы лучше, если бы ты просто смирился с тем, что произошло и двигался дальше. Это то, что Майлз всегда говорил себе. Что случилось, то случилось, смирись с этим и спланируй следующий шаг. Майлз продолжал идти на своих двоих по шоссе. Затем он спросил Билли, не хочет ли он пойти домой. Я хочу вернуться домой. Я хочу увидеть свою маму. Ответил Билли. Он звучал так, будто ему хотелось плакать. Тогда ладно. Прошло четыре или пять часов с тех пор, как он вышел из лечебницы Маунт-Мэссив. С тех пор он всё время шёл по дороге, освещённой солнцем. Он не посмеет остановиться, потому что боится, что как только он остановится, горы обрушатся на него. Меркофф принёс ад на землю, и ад теперь живёт в улье, который является его разлагающимся трупом. Рой жужжал всё громче по мере приближения к городу Натроп.