New Year's miracle

Декабрьский вечер в Сеуле выдался на редкость холодным, но в квартире Джису царило тепло, пропитанное уютом и легким волшебством. Его квартира всегда была отражением его характера: немного хаотичная, но невероятно комфортная. В гостиной, освещенной мягким светом гирлянд, царила атмосфера праздника. Искусственная елка в углу была украшена золотыми и серебряными шарами, на подоконнике горели свечи, источая тонкий аромат ванили. На кофейном столике лежала россыпь конфет, тарелка с мандаринами, недопитая бутылка шампанского и две кружки с остывающим какао. На диване, обитом светло-серой тканью, сидели Джису и Джонхан — двое лучших друзей, чья дружба тянулась уже несколько лет. — Ты знаешь, Джису, — произнес Джонхан, лениво перебирая конфеты, — если бы мы были в каком-нибудь дурацком новогоднем фильме, я бы точно поцеловал тебя под этой елкой. Джису рассмеялся, откинув голову на спинку дивана. — Ты бы еще предложил сыграть сцену с танцами в пижамах, — ответил он, снова сделав глоток какао. — Может, и предложу, — не остался в долгу Джонхан. Его губы тронула хитрая улыбка, но в глазах читалось что-то большее, чем просто шутка. Их подобные разговоры всегда были легкими, полными дружеского поддразнивания и намеков, которые они никогда не воспринимали всерьез. Но сегодня, в теплой, немного сказочной атмосфере, что-то изменилось. — Только не забудь, что я должен сначала что-нибудь разбить, — добавил Джису, хмыкнув. — Ну, давай проверим, — сказал Джонхан, притворно потянувшись к одной из игрушек на елке. — Эй! Даже не думай, — рассмеялся Джису, перехватывая его руку. Их пальцы соприкоснулись, и Джонхан почувствовал, как его сердце пропускает удар. Джису не убирал руки, и в этот момент их взгляды встретились. Улыбка Джису стала чуть менее уверенной, а в глазах Джонхана появилась странная смесь решительности и нежности. — Ты иногда меня просто бесишь, — тихо сказал Джонхан, неожиданно серьезно. Джису моргнул, не понимая, к чему это было сказано. — Что? Но вместо ответа Джонхан резко подлетел, усаживаясь на колени друга, и схватил его за ворот свитера. — Настолько бесишь, что я больше не могу это терпеть, — прошептал он и без предупреждения прижался к его губам. Джису замер. Всё, что они привыкли считать шутками, вдруг превратилось в реальность. Но вместо того чтобы оттолкнуть друга, он почувствовал, как тело само откликается. Его пальцы вцепились в ткань пледа Джонхана, и он прижал его еще ближе, углубляя поцелуй. Когда они отстранились, оба были слегка запыхавшимися. Джису почувствовал, как щеки горят от стыда, удивления и… радости? — Ты… — начал он, но слова застряли в горле. — Да, я серьезно, — мягко сказал Джонхан, проводя пальцами по его щеке. — Почему ты… Почему только сейчас? — пробормотал Джису, глядя на друга широко раскрытыми глазами. — Потому что я идиот, — усмехнулся Джонхан. — Я боялся, что это разрушит всё. Джису на секунду задумался, а затем покачал головой: — Ты действительно идиот, раз думал, что я могу тебя отвергнуть. На его лице появилась робкая улыбка, и он снова притянул Джонхана ближе, на этот раз уже без сомнений. Снаружи хлопали первые фейерверки, возвещая наступление Нового года. А внутри, под мягким светом гирлянд, двое друзей наконец перестали прятаться за шутками, чтобы позволить чувствам взять верх.