дети осужденных

. . . . . Он скорее чувствует, чем слышит, когда она усаживается рядом с ним,: ее белое пальто с меховой оторочкой не издает ни звука, даже когда оно касается грязного паркетного пол и спадает по заднему краю барного стула, на который она аккуратно усаживается. Элегантность и изящество, неуместные посреди паба, в котором они находятся, но, не смотря на это ей это не мешает вписыватся в обстановку, как будто ей здесь самое место. Вокруг них шум, галдеж и пьянство, как это только и может быть в пятницу вечером- особенно в такой стране, как Алабаста, где температура к ночи опускается ниже нуля, и люди тяготеют к местам с теплой едой, теплой компанией и теплым алкоголем. Однако, несмотря на душевную атмосферу паба, воздух вокруг них двоих висит странно тяжелый и грузный. Эйс осушает свой танкер с элем и запихивает в горло еще одну порцию курицы, расслабившись: если женщина рядом с ним хочет чего-то, она может сама спросить. Бармен подходит с бокалом вина и ставит его перед женщиной; принимает она его с улыбкой и легким кивком, загибая длинные пальцы вокруг ножки. «Впервые в городе?» — задает вопрос, не оглядываясь на Эйса, когда делает глоток своего напитка, глядя прямо перед собой - но на ее губах играет улыбка. На голове у нее ковбойская шляпа. Эйс запихивает в горло очередную порцию мяса. «Ага,» - отвечает он, прожевав и проглотив. Женщина наклоняет голову в сторону, осматривая стакан в руке, словно проверяя, нет ли на нем пятен. «Вы здесь по какому-то делу, командир второй дивизии пиратов Белоуса?» Сидящая рядом с ним женщина красива, но красивых женщин можно встретить повсюду. Эйс побывал во многих местах в качестве пирата, посетил миллион разных островов, стран и городов, и в каждом из них находил красивых женщин, но не красота женщины рядом с ним привлекает внимание Эйса, а что-то другое. Некая опасность. Женщина рядом с ним стильная и скрывает умысел, одновременно сладкая, как марципан, и ядовитая, как цианид, и когда Эйс бросает взгляд в ее сторону, ее миндалевидные глаза закрываются в улыбке. Эйс может это уважать. Эйс ухмыляется, потягивая эль, хотя его позвоночник теперь напряжен, а внимание расширилось, чтобы охватить все вокруг, прикидывая расстояние от табурета до ближайшего выхода и все возможные опасные места по пути. «Не совсем. Сюда меня занесло, можно сказать, по личному делу. Я здесь не для того, чтобы создавать проблемы.» — честно отвечает Эйс. Женщина рядом с ним хмыкает; звук короткий, веселый, приятный, как глубокая вода. Он почти теряется в шуме паба, в котором они находятся. Палец продолжает следовать почти небрежно по ободку бокала с вином, но Эйс краем глаза следит за тем, как этот палец не отклоняется от установленной траектории, а линия бокала всегда находится точно посередине пальца, и понимает, что эта женщина начеку. Уверенность в ней есть - да, но точно еще и настороже; изгиб ее позвоночника жесткий и непреклонный, натянутый, как слишком тугая струна под свободными мягкими слоями шубы, и Эйс ненадолго задумывается, не потому ли она носит ее в этой гребаной похожей на сауну стране песков, - чтобы скрыть жесткость спины и ее улыбки, - но затем отгоняет эту мысль в глубины своего мозга. Это совершенно не его чертово дело. «Вы абсолютно уверены, господин командир? Мне будет очень неудобно, если вы солжете, знаете ли. Я предпочитаю тихие, спокойные вечера - будет очень жаль, если это изменится.» «Если бы я действительно лгал, неужели вы думаете, что именно сейчас я бы отказался от лжи?» — возражает Эйс, пальцем поправляя шляпу на голове, чтобы она аккуратно легла подальше от глаз. Женщина качает головой в ответ. «Делайте свои собственные выводы обо мне, это не моя работа - убеждать вас. Я уже сказал все, что нужно.» — Эйс пожимает плечами и смотрит на женщину с ухмылкой. «Но если это что-то значит, я не лгу. Так что можешь выключить свое передающее устройство, которое у тебя в кармане: я здесь не для того, чтобы вторгаться на вашу территорию.» Женщина приподнимает бровь в легком удивлении. Выражение ее лица говорит о том, что она даже впечатлена; ее правая рука, которая до этого была засунута глубоко в карман шубы, слегка сдвигается, прежде чем вынуть ее, и Эйс ненадолго замирает в восхищении. Но он не теряет бдительности. Эта женщина знает, каково это - быть одновременно и хищником, и добычей, а Эйс знает, что он еще не в безопасности. После небольшой паузы женщина поворачивается к стойке и берет свой бокал с вином. «Вам стоит знать, что человек на том конце провода будет в ярости от того, что я прервала связь,» — пробормотала она, но при этом улыбнулась, и Эйс решил, что это хороший знак. Это самое искреннее, что она показывала до сих пор. «Не моя проблема.» Эйс поднимает руку, подавая знак бармену принести ему еще выпить. Бармен, занятый шумной компанией в другом конце зала, небрежно наполняет кружку и грубо пихает ее через всю дубовую стойку. От силы толчка кружка опрокидывается на край, содержимое грозит пролиться; Эйс подается вперед, обеспокоенный, и тут из гладкой поверхности дерева стола появляется рука, которая балансирует и возвращает кружку в исходное положение, а затем легонько подталкивает в его сторону. Эйс ахает. Женщина лишь загадочно улыбается, а рука исчезает в тихом вихре лепестков, незамеченная в общем шуме и грохоте. Эйс замечает, что его рот все еще слегка приоткрыт, и одумывается. Усевшись на свое место, он делает глоток из новой кружки с алкоголем и украдкой смотрит на женщину рядом с ним. Она улыбается, прихлебывая вино, изгиб ее рта резко очерчен на щеке. Эйс вспоминает о своих манерах. «Спасибо», - говорит он и тоже улыбается, удивленный, впечатленный и довольный, и, сделав еще один глоток эля, говорит: «Значит, это правда, что ты- пользователь дьявольского фрукта.» Спина женщины напрягается, как у загнанного в угол животного. Эйсу почти неприятно видеть, как исчезает фасад непринужденности вокруг них, но ничего не поделаешь. Нет смысла позволять кому-то из них чувствовать себя слишком комфортно. Эйс заставляет себя держаться свободно и расслабленно, не реагируя даже на то, как женщина дергается. Это похоже на непроизвольную реакцию, это подергивание; как будто что-то вырвалось наружу без предупреждения, не сознательно, предательство чего-то более глубокого, темного и инстинктивного, того, что женщина никогда не хотела, чтобы кто-то еще увидел. После долгой паузы женщина произносит: «Значит, Вы обо мне слышали.» Эйс беспечно пожимает плечом.«Трудно не услышать. Не был уверен, так как на твоем плакате ты изображена еще ребенком, но потом ты использовал свои способности, Нико Робин, и я, как бы, понял.» В этом есть ложь. На самом деле Эйс узнал ее через несколько секунд после того, как она уселась рядом с ним в баре. Её выдало не лицо, не волосы, не черты лица - Нико Робин сейчас выглядит примерно так же, как в детстве: блестящие прямые черные волосы, челка и острый подбородок, но так могут выглядеть очень многие женщины, - а глаза. Улыбка Нико Робин не достигала ее глаз - ни тогда, когда она была ребенком, ни сейчас, с ее улыбкой, режущей, как нож. Вот так Эйс узнал ее. Дитя Дьявола. Эйс вспоминает. Эйс вспоминает, как читал о Нико Робине, помнит подробности, которые он выведал, пробираясь на базы морской пехоты, - краткие фрагменты, которые он выхватывал, пока копал другую информацию для своей команды и своего отца. Дитя Дьявола... Которому не стоило рождаться... Эйс узнает эти глаза, глаза животного, которого ранили столько раз, что больше нет смысла вести счет, потому что иногда он видит эти глаза у себя. Дело не в том, что она сильная. И не в том, что она слаба. Просто она научилась справляться с болью наилучшим способом, какой только возможен в ее обстоятельствах: пустая, как броня, и воющая, как ветер. Дитя Дьявола. Эйс вспоминает дни темный пятна своего детства, когда он шатался по барам, сжимая кулаки в горячей потной хватке, а подвыпившие пожилые моряки насмехались:«Дитя Роджера? Он был бы демоном, который не заслуживает ни рождения, ни жизни— Сын дьявола, Эйс вспоминает. Дитя дьявола, Эйс продолжает вспоминать. Рядом с ним, Нико Робин остается напряженной, жесткой фигурой, рот поджат, ровная линия губ на лице. На ее губах играет улыбка, нарочито непринужденная, но Эйс видит, как незаметно дрожат пальцы на тонкой ножке бокала с вином, когда она делает глоток, - контролируемый, но все же есть. Своего рода страх. Но этот страх не перед ним. Эйс думает, что, если бы он встретил эту женщину при других обстоятельствах, ему бы понравилось ее общество. Господь знает, у них много общего. Эйс думает, что они закончили. Он осушает свой танкер с элем, закидывает рюкзак на плечи и отодвигает свое кресло подальше от стойки. Проходя мимо фигуры Нико Робин, он слышит, как она бормочет: «и ничего не делаешь?» Эйс оглядывается: настороженная линия ее плеча немного расслабилась. Он усмехается и откидывает шляпу назад. «Неа. Как я уже сказал: Я здесь только по личному делу.» Нико Робин хмыкает. «Однако я могла бы замышлять недоброе, господин командир.» В ее голосе есть нотки насмешки и горечи. Эйс не слишком сильно думает об этом. "Меня волнует еще меньше, что могла бы запланировать. Я не морпех. Пока мы не мешаем друг другу, мне всё равно.» Он пират. Здесь нет ни романтики о справедливости, ни идеалистических мечтаний о морали. Ничего, кроме собственных планов, собственных целей, за которые нужно бороться и которых нужно добиваться. И в его планы в этой стране входит только один из двух детей осужденных; вообщем-то, они не имеют друг к другу никакого отношения. Ничего не изменилось. Эйс смотрит на напряжение, укоренившееся в основании позвоночника Нико Робина. Крошечные искорки света пляшут перед глазами Нико Робин, кружась, как светлячки, вокруг ее лица. Эйс выжидает несколько секунд, а затем тихонько щелкает пальцами и взрывает их маленькими струйками, похожими на фейерверки искр, - каскад света вокруг нее подобен дождю. Наступает пауза, а затем Нико Робин начинает хихикать. «Вы необычный человек, господин командир.» Эйс ухмыляется. «Я могу сказать то же самое о тебе.» Он экспериментально щелкает по носу, который внезапно пророс на его шее. Он исчезает в шквале лепестков. «Возможно, и так. Но Ваше предупреждение принято к сведению, командир второй дивизии пиратов Белоуса.» Уважение само по себе является благодарностью. «Как и Ваше». Эйс рад, что она это сделала. В конце концов, нельзя, чтобы между ними всё было слишком комфортно. Нико Робин снова смеется, и это будет самая близкая к откровенности фраза, которую Эйс когда-либо услышит от нее, уверен он. «Берегите себя, господин командир.» «И ты тоже.» Эйс отдает честь. С этими словами Эйс пронесся мимо Нико Робин, которая улыбалась, глядя на свой напиток, и вышел из паба на холодный воздух пустыни. . . .