Маленькое рождественское чудо

      Иногда Сан оглядывается вокруг себя и не понимает, что пошло не так. Как из жизнерадостного и готового свернуть горы школьника он превратился в вечно усталого и угрюмого взрослого. Где именно прошла та граница? Когда это произошло?       В конце второго года старшей школы после травмы плеча, из-за которой он не смог больше заниматься тхэквондо, и мечты о большом спорте пришлось оставить позади? Перед поступлением в университет, когда ему разбили сердце, не успевшее даже обрести уверенность? На втором курсе, когда отец влез в долги, и Сану неожиданно пришлось заботиться о выживании самостоятельно? Или на третьем, когда ему пришлось бросить всё и уйти в армию, чтобы избежать скандала с возненавидевшим его старшим?       Сложно сказать. Но если вы спросите Сана, он скажет, что каждая из этих ситуаций определённо была гвоздём в крышке гроба его веры в будущее.       И после возвращения со службы ситуация не стала лучше.       Отец до сих пор не решил свои денежные проблемы и с трудом мог позаботиться даже о себе самом. Сбережений самого Сана едва хватило, чтобы снять гошивон, а уж о возвращении в университет и надеяться не приходилось. Казалось, тёмная полоса растянулась до самого горизонта.       Но как бы тяжело ни было, Сан всё равно продолжал жить.       Да, он уже не мечтал о чём-то великом. Достаточно было успеть купить любимую булочку со сливочным кремом перед утренней сменой в магазине, получить порцию оставшегося мяса от хозяйки семейном ресторанчике — милейшей госпожи Минджу— у которой Сан подрабатывал 3 раза в неделю, отвоевать у автомата по дороге в зал, где ему удалось устроиться вечерним тренером на полставки, действительно крепкий и горячий кофе.       А уж когда получалось задержаться в зале, чтобы потренироваться самому — спасибо одному из ночных администраторов — день, да и вся неделя автоматически, становились вполне сносными.       Вот такие простые радости.       И Сан правда не ждал ничего большего. Не надеялся вылезти из этой круговерти подработок, вернуться в универ или избавиться от одиночества — как-то так получилось, что весь ворох его школьных и университетских друзей развеялся как дым, стоило Сану столкнуться с настоящими сложностями. Он просто смирился и жил. Вставал и проживал свой новый день сурка, словно прошлого — яркого и полного надежд — просто никогда не существовало.       Не ждал, но оно пришло само. Без объявления и предупреждений.       Ворвалось в однотонную, посаженную на рельсы жизнь вместе с оглушительным смехом, капельками пота на кончиках тёмных, почти достающих до плеч волос, искрящимися лукавством глазами, вздувшими на руках и шее венами и чёрной кляксой татуировки, расползшейся по руке.       Словно свежий ветерок проникло в затхлую комнату, раскидав пыль и ветошь по углам, потихоньку наводя собственные порядки. Как-то неуловимо перекладывая в душе Сана всё совершенно по другим местам...

✯

      — Это наш новый вечерний администратор, — Сан сначала даже головы не поднимает. Его первый подопечный придёт уже через полчаса, а он не успел составить план тренировок на эту неделю. Из-за кануна Рождества посетителей в ресторанчике было слишком много, и госпожа Минджу попросила Сана задержаться. — Поздоровайся, вам теперь часто вместе работать.       — Приятно познакомиться,—бубнит недовольно Сан, но взгляд всё-таки поднимает и на несколько мгновений будто выпадает из реальности.       — Вау! Если бы я знал, что тут такие красавчики работают, примчался бы сюда раньше, — во все тридцать два улыбается буквально самый красивый парень, которого Сан когда-либо видел. —Но ничего, наверстать ещё успеем. Меня, кстати, Чон Уён зовут. Будем друзьями?       Сан нечленораздельно мычит что-то и принимается кивать как болванчик. Что конкретно он этим хочет сказать, непонятно даже ему самому. Словно нейронные связи в мозгу были нарушены коротким замыканием, имя которому Чон Уён. Это слишком сопливо считать, что имя у него такое же красивое и яркое, как и он сам?..       Уён какое-то время просто смотрит на него, словно ждёт чего-то, а потом неожиданно разряжается самым оглушительным смехом, который Сан когда-нибудь слышал. Будь это кто-то другой, Сан наверняка поморщился бы и постарался держаться подальше от этой звуковой бомбы, но сейчас он даже эту деталь считает... очаровательной?! Особенно то, как Чон Уён закидывает голову назад, и его кадык вырисовывается чётче, как и дорожки вен на шее...Ужасно, Чхве Сан. Просто ужасно.       —  А ты не из разговорчивых, да?—Уён снова широко улыбается, и все лампы и гирлянды в зале словно собрались для того, чтобы отражаться в его карих глазах.       — Ты прав, он у нас немного одинокий волк, — добродушно улыбается старший тренер и хлопает Сана по плечу. Тот благодарен, правда. Это немного заземляет. — Его зовут Чхве Сан. Он наш вечерний тренер. Обладатель чёрного пояса по тхэквондо, между прочим, — Сану хочется провалиться под землю от неловкости. — Он старше тебя, так что веди себя уважительно.       Тренер Ли ещё раз хлопает Сана по плечу и уходит вглубь зала, оставляя их двоих топтаться перед стойкой регистрации. Сан старательно изучает шары на нижней ветке, стоящей рядом ёлки, ощущая себя максимально глупо и неуверенно. Он что совсем потерял навык непринуждённой беседы?!       — Значит, мне называть тебя, сонбэ? Или может просто хён? —Уён неожиданно наклоняет голову, заглядывая Сану в лицо снизу, и тот дёргается удивлённо, выпрямляясь.       — Можешь просто называть по имени, — голос снова найден, хоть и звучит словно не смазанные ставни.       — Правда? —Уён весь расцветает, словно узнал самую лучшую новость в жизни. — Тогда давай действительно станем друзьями, Сан?       Собственное имя, произнесённое чужим голосом, никогда так сильно не нравилось Сану до этого. Что-то снова запустило импульсы в нервной системе, вот только вместо мозга все они напрямую помчались прямиком к сердцу.       — Да, давай станем друзьями, Уён-а, — робкая, едва уловимая улыбка скользит по губам, отражаясь в глазах напротив.       — О мой бог, у тебя ямочки, — практически пищит Уён, подпрыгивая на месте, становясь похожим на взъерошенного воробья.       Сан лишь улыбается шире, а потом сбегает, чтобы дать разбушевавшемуся сердцу небольшую передышку.

✯

      — Ого, думал ты уже ушёл, — Уён возникает на пороге абсолютно неожиданно, опираясь плечом на косяк двери.       Сан замирает словно олень под светом вырвавшейся из тумана машины. Он не ожидал, что его застукают. Да он вообще-то был уверен, что Уён уже ушёл, ведь его смена закончилась где-то час назад.       А потом Сан замечает, как Уён выглядит. Он в одной майке и спортивных штанах, и его волосы влажные, а кожа блестит от пота. Одинокая капля весит на кончике носа, не решаясь расстаться. Сан её понимает.       — То же могу сказать и о тебе.       Браво Чхве Сан, ты наконец-то стал настоящим мальчиком и обрёл голос!       Уён усмехается и проводит рукой по волосам, смахивая прилипшие к вискам пряди. Капелька пота всё же срывается вниз, и Сан заслужил лучший подарок от Санты в этом году, потому что смог удержаться и не проследить её дальнейший путь.       — Я договорился, что смогу тренироваться тут после своих смен. В танцевальном зале, — Уён указывает себе за спину, будто Сан не знает, где находится зал для танцевальных занятий.       — Ты танцуешь, — это меньше всего похоже на вопрос, но Сан не собирается исправляться. Он лишь машинально приподнимает край футболки, чтобы вытереть пот с лица, и чуть не давится собственным сердцем, когда замечает взгляд Уёна, прослеживающий его действия.       — Да, я на втором курсе. Учусь на хореографа, — голос Уёна звучит неожиданно хрипло, но Сан запрещает себе обдумывать причину. — И мне вечно не хватает времени на практику. А ты?       — Я в академе, — реальность режет кончики пальцев, но даже это не может испортить Сану момент. — Спортивный менеджмент.       — Ого, круто, — Уён действительно выглядит впечатлённым. — Ты тут тхэквондо занимаешься? А почему без формы?       И как у него получается бить по самым болезненным точкам, но при этом не вызывать ни капли раздражения? Магия, не иначе.       — У меня повреждено плечо, — Сан уводит взгляд в сторону, изучая стены и глупые снежинки, что вчера нарезали дневные администраторы. — Я не могу полноценно заниматься тхэквондо. Просто медленно стараюсь вернуться в форму.       — И у тебя очень хорошо получается, —Уён улыбается мягко, и Сан благодарен ему за то, что он никак не прокомментировал ситуацию с травмой. — Ты, кстати, уже закончил?       — Вроде да, а что?       — Не хочешь поужинать со мной? Посте танцев я всегда жутко голодный. Да и Рождество вроде как. Не хочется просто идти домой.       Что-то совершенно глупое распирает изнутри, и это точно не имеет ничего общего с бабочками и пузырьками. Оно горячее словно жидкое золото, и проносится по венам, согревая даже вечно холодные пальцы. И Сан впервые за очень долгое время чувствует себя хорошо.       — Было бы здорово. Я тоже голоден, — и неважно, что по плану у него ещё час тренировки, а бюджет на еду строго ограничен. Он наверстает в другой раз, а траты можно и немного пересмотреть. В конце концов, сегодня в кафе он заработал больше запланированного.       — Тогда я сейчас в душ и можем идти, — Уён улыбается до морщинок в уголках глаз. — Встречаемся внизу через полчаса.       Сан даже не успевает ответить, как Уён исчезает из прохода, оставляя после себя странную пустоту в зале и, возможно, в душе Сана.

✯

      — Подумать только, мы ещё и живём рядом, — Уён слишком громкий, особенно после нескольких бутылок соджу, что они уговорили за барбекю, но Сана это совершенно не смущает. — Кажется, это судьба! — он запрыгивает на бордюр, вскидывая руки. — Чхве Сан, нам по судьбе было предсказано познакомиться сегодня!       Сан смеётся от глупости происходящего, от вида дурашливого Уёна, от бурлящего в крови алкоголя, от лёгкости и счастья, что приносит ему этот сумасшедший парень.       Уён тянет к нему руки, чуть не падая, и Сан машинально ловит его. Уён смеётся прямо Сану в шею, утыкаясь холодным носом, и совершенно не спешит отстраняться. Они стоят так какое-то время, в молчании и комфорте, пока где-то недалеко не раздаётся звук фейерверков. Уён вскидывается весь, глаза загораются предвкушением, и он хватает Сана за руку и тянет его как на привязи в каком-то ему одному известном направлении. Они выскакивают из очередного переулка прямо к небольшому скверу, и в то же мгновение пространство над ними взрывается огнями очередного фейерверка.       Уён замирает, прижавшись к плечу Сана и запрокинув голову. Огни отсвечивают в его глазах, на лице и даже на одежде. Где-то совсем рядом играет глупая рождественская песня. Сан ещё какое-то время любуется Уёном, а потом тоже переводит взгляд в небо. С каждым новым залпом небо и Уён расцветают новым цветом, раскрашивая что-то и внутри Сана. А потом его руку сжимают крепче, и это уже совсем не кажется случайностью. Сан ждёт совсем немного, словно давая Уёну или себе шанс отступить, а потом под аккомпанемент набатом колотящегося сердца переплетает их пальцы. Уён лишь сжимает их сильнее и счастливо смеётся. А потом едва слышно шепчет:       — С Рождеством, Сан-а.       И Сан уверен, что это лучший праздник.       — С Рождеством, Уён-а.       И правильный человек.