Трудно любить ведьму?

      Кира Анатольевна Шемаханская работала директором этого чёртового НУИНУ уже без малого двадцать лет. За это время сменилось бесчисленное количество заместителей, завхозов, начальников разных лабораторий. И всего хватало в Кириной жизни: магия на каждом шагу, чтоб ей пусто было, чудес — завались, зарплаты хорошие. Одного только не доставало — Кире Анатольевне безумно хотелось любить… Но любовь уж точно никак не вязалась с её прямыми должностными обязанностями. Ещё и, как назло, Алёна Игоревна Санина куда-то засобиралась.              Честно сказать, именно эта новость больше всего выбивала почву из-под ног Шемаханской в преддверии Нового года. Именно Санина была её отдушиной в этом царстве шутов, болтунов и балагуров. Алёнушку любили, казалось, абсолютно все от вечно молчаливого говорящего кота до самого Сатанеева. Впрочем, последний мало интересовал Киру Анатольевну, а вот Санина — очень даже.              Шемаханская и сама не заметила, как подпустила девушку слишком близко к себе и своему сердцу, а затем, как и все искренне влюблённые в неё люди, начала называть Алёнушкой. А тут эта новость об отъезде, ещё и таком срочном… Кира даже не погнушалась подслушать, о чём говорят секретарши. Вести, к сожалению Шемаханской, были слишком радостные — её Аленушка выходит замуж за смертного и собирается переехать к нему Москву. Чёрт возьми, это так глупо — начать доверять человеку, полюбить его и тут же потерять. Эта мысль ударила Шемаханскую по лицу: она любит Алёну…              А что Санина? А Алёна Игоревна носится по НУИНУ счастливая, будто чудо с ней уже случилось. И Шемаханскую ужасно бесит, что свет в этих светлых глазах вызывает не она. И что теперь делать с этой странной, взявшейся из ниоткуда, любовью? Кире нужно, Кире просто необходимо, чтобы Алёнушка осталась с ней, а для этого… А для этого Санина должна разлюбить своего Ивана-дурака. Зеркало долго сопротивлялось и не хотело говорить рецепт заклятия “зимнего сердца”, но Кира Анатольевна умела уговаривать. А потому уже на следующий день Санина пила отвар, а Кира потирала руки да приговаривала:        — Никуда ты не полетишь, девчонка.               С этого момента Алёна становится словно чужой. Шемаханская никогда прежде не видела девушку такой злой, расчётливой и коварной. И, чёрт подери, когда её любимая и нежная со всеми Алёнушка стала обычкновенной зловредной ведьмой-карьеристкой? Она больше не помнит тепла, не называет строгую Киру Анатольевну смешным “Кирюша” и даже начинает начинает рассматривать в качестве партнёра на бал перспективного Сатанеева. И Кира, видя всё это, приходит в ужас. Она даже пытается исправить ситуацию, зовёт Алёнушку к себе на чай, смотрит на неё нежно, но не видит в ответ ничего — только холод и стужа. Шемаханской бы терпения набраться да любовью душу Алёнину растапливать, но директор впервые не выдерживает:        — Алёнушка, милая, да что с тобой? Ты ведь совсем себя потеряла в этой работе. Может, тебе съездить куда-нибудь, отдохнуть? — голос директора дрожит, а взгляд полон трепета и беспокойства. А Санина словно смеётся: — А вы что это обо мне так беспокоитесь, Кира Анатольевна? Влюбились что-ли? — из уст такой Алёны эта фраза звучит почти издевательски, будто любить — это что-то плохое, неправильное. Шемаханская чувствует это и вся будто сжимается, становится маленькой и беззащитной, а Санина смеётся пуще прежнего. — Что, трудно любить ведьму?       Алёна смеётся над бедной Кирой, останавливаясь в паре сантиметров от её губ и ловя прерывистое дыхание. Ждать ответа кажется Саниной пустой тратой времени, развернувшись на каблуках, Алёна Игоревна покидает кабинет руководителя, так и не увидев, как сгорбленная Шемаханская роняет на стол горючие слëзы, тихо вздыхая: — Нет, Алёнушка, трудно, когда тебя не любят… Предпраздничная кутерьма сносит на своём пути абсолютно всё, в том числе боль и переживания — Кира почти забывается в череде забот и подготовке к концерту и сдаче волшебной палочки, но где-то на периферии всё же бьётся мысль об Алёнушке. Не перестаёт в груди теплиться надежда на то, что оттает её Снежная королева, превратиться в Снегурочку к празднику.              В один из дней на пороге кабинета Шемаханской появляется никто иной, как Иван, тот самый, замуж за которого собиралась Санина. Сперва Кира Анатольевна, вполне логично, была настроена весьма агрессивно по отношению к этому юнцу, но, пообщавшись с ним всего двадцать минут, поняла, что это её шанс вернуть прежнюю Алёну. Если молодой человек поцелует Санину, всё вернётся на свои места… Да, всё вернётся на свои места и Кира вновь будет одинокой, зато её, нет, совсем не её Алёнушка снова станет живой и тёплой… Только ради этого нужно вытерпеть, выдержать этот поцелуй.              И, вроде, всё идёт по плану, и Санина начинает относиться к “артисту из города”, коим представили Ивана, вполне благосклонно, но сердце Шемаханской всё равно не на месте. Остаётся надеяться только на чудо. А значит, остаётся ждать новогоднего бала и готовиться к нему. Кира выбирает вместо строгого костюма нарядное платье, кажется, впервые за много-много лет. Она смотрит на сияющую Санину, как смотрят дети на заветный подарок и верит, что чудо обязательно будет.              Чудо приходит совершенно неожиданно в образе Сатанеева, пожелавшего волшебной палочке оказаться на коне. Алёна в панике, Алёна умоляет помочь и вернуть её кавалера, а за это обещает поцелуй. Иван стремглав бросается на крышу, чтобы спасти соперника и получить свою награду. Однако все его попытки тщетны. Люди смеются, а Санина начинает практически биться в истерике. Смотреть на это Кира не может, она берёт в свои руки волшебную палочку: сначала нужно отвлечь людей — взмах, и зал преображается, начинает играть музыка; теперь эти двое — взмах, и оба мужчины стоят перед Саниной, склонив головы. Шемаханская отворачивается, лишь бы не смотреть, не видеть, кого выберет её Алёнушка. Холодная слеза сбегает по щеке, но её тут же ловят тёплые мягкие губы Саниной. Алёна целует свою Киру, растапливая лёд сразу в двух сердцах. Шамаханская смотрит в распахнутые глаза напротив и боится, что сейчас Санина осознает, что сделала, влепит ей пощёчину и уйдёт навсегда. Но этого не происходит. Взгляд острых зелёных глаз смягчается, Алёна обнимает её.              Иван, кажется, понимает всё куда быстрее, чем сама Алёна, а потому осторожно кладёт кольцо, что дарила ему Санина, на тумбу и уходит, не говоря ни слова. Он прекрасно понимает, что Алёнушка уже не его, она любит другого человека, она любит Киру Анатольевну, а строгая Шемаханская любит её. Ваня утягивает за собой Сатанеева и Коврика, имевшего виды на Шемаханскую, скатерть самобранка молча ставит на стол пару бутылок алкоголя, ей тоже всё вполне понятно…              А Санина светло улыбается, глядя на Киру. Шемаханская не может сдержаться и теперь целует Алёнушку сама. Она цепляется за девушку, как за спасательный круг. А Санина уходить никуда не собирается, она лишь обнимает крепче, гладит по спине и тихонько шепчет: “Я твоя, Кирюша, и я никуда не уйду”. И Кира верит, что этот новый год будет действительно новым.