Новогоднее ЧуДо

Когда они вышли из ресторана, Чуя безмолвно усмехнулся и взял Куникиду за руку. Последний вдруг почувствовал неописуемую лёгкость. То ли это от того, что дорогой ему человек держит его за руку, то ли от того, что они медленно начали отрываться от земли. Когда Доппо осознал последнее - тут же зашевелил ногами, стараясь коснуться асфальта, но он оказывался всё дальше и дальше. Он немного встревоженно посмотрел на Накахару, который беззаботно глядел вперёд, делая вид, будто совсем не замечает его пристального взгляда. В голове Куникиды проносилось много ласковых слов по отношению к нему, но он старался фильтровать мысли и подавлять желание высказать ему всё это в лицо. Ведь именно он этим и управляет. Глазами Чуи эта картина выглядела совершенно уморительно: идеалист, в панике болтая ногами, пытается найти опору. Его глаза сейчас напоминали глаза зашуганной собаки. Забавно. — Ты доверяешь мне? — А у меня есть выбор? Накахара тихо рассмеялся и резко подлетел вверх, утягивая за собой Доппо. Ещё через два рывка они оказались на самой высокой точке Йокогамы - на Башне Ландмарк. Здесь открывался великолепный вид на город, а порт и вовсе в ладонь умещался. Куникида взглянул на Чую с немым вопросом в глазах. — Можешь расслабиться, это законно. - Чуя посмотрел на предновогодний город и чуть тише добавил. - Почти. Куникида только больше напрягся от последнего слова рыжеволосого беспредельщика, но промолчал. Вид и правда был замечательный. Вдалеке уже запускали фейерверки. Искры всех цветов радуги разлетались по ночному небу. Казалось, что они могут задеть парней. Техника безопасности определённо пошла к чёрту. Над ними распускались великолепные цветы из пороха и красителя, из-за чего дышать становилось труднее. Конечно, возможно на тяжесть воздуха влияло и то, что пара находилась на высоте около двухсот семидесяти метров. А может всё из-за того, что они до сих пор держатся за руки... Морозный воздух обжигающе касался кожи, оставляя красные следы на ней. И всё же нужно было одеваться теплее, но кто мог знать, что Чуе заблагорассудится забраться на небоскрёб? Верно - никто. По крайней мере, это точно не входило в расписание идеалиста. Он немного вздрогнул от очередного порыва леденящего ветра и опустил голову, утыкаясь носом в воротник куртки. От пара тёплого дыхания запотели очки, но лучше уж не видеть некоторое время, чем замёрзнуть и заболеть. Наблюдая за этой картиной, Накахара усмехнулся и, не задумываясь, снял шарф со своей шеи. Он аккуратно обмотал им шею Доппо и снял его очки. Сейчас в них точно не было смысла. Как и в том, что Чуя положил руку на затылок Куникиды, и нежно притянул его лицо к своему. Он коснулся его губ своими, и только сейчас идеалист в полной мере осознал происходящее. Его лицо стало ещё чуть краснее, но из-за покраснения от холода это было практически незаметно. Сердце забилось чаще. Он наконец додумался прикрыть глаза и ответить. Поцелуй получился нежным и чувственным. Тепло тут же заполонило их тела, согревая от внешнего мороза. Доппо положил свои руки на талию Накахары и, пробравшись под одежду, невесомо провёл ледяными пальцами по его позвонкам, вызывая у того мурашки. Спустя некоторое время они всё же отстранились друг от друга из-за нехватки кислорода. Чуя провёл языком по своим губам и заглянул в зелёные глаза идеалиста. Те были слегка прикрыты, от смущения, а взгляд направлен в сторону. — Теплее? — в ответ последовал лишь неуверенный кивок. — Вот и замечательно.