Благословенны сказки

      В Небесной Канцелярии, несмотря на приближающееся Рождество, сегодня стояла необыкновенная тишина. Даже обычно сующиеся под руку крошечные феи, едва заметные среди блестящей мишуры и гирлянд, распиханных по углам, будто испарились в воздухе. Не переругивались между собой острые не только на уши, но и на язык эльфы.              Работящая нечисть в преддверии Рождества отправилась по своим земным волшебным делам: до праздника остался один день и следовало подготовиться как следует, чтобы не получить нагоняй от начальства.              Джирайя, укутанный в красный плащ с белой обметкой, развалился в темно-зеленом бархатном кресле. Несмотря на тишину, вокруг царила сущая неразбериха, словно в кабинете взорвали хлопушку из документов. Неровные стопки бумаг валялись даже на полу. Рыжеватые шарики гирлянд тянулись друг за другом из угла в угол без какого-либо порядка, как попало, — проделки недовольных эльфов, не иначе. И на пустотах, свободных от гирлянд и мишуры были не к месту воткнуты венки из омелы, как минимум двенадцать штук.              Джирайя хмуро поглядывал в стеклянный шар над столом, неясно каким волшебством удерживаемый на месте. Недотелевизор, принадлежащий нынешней Главе Небесной Канцелярии, мог показать кого угодно на всем земном свете, и нигде было нельзя от него укрыться.              Косматые седые брови Джирайи с каждой секундой сходились все ближе, пока не сдвинулись окончательно на его исполосованном продольными морщинами лбу. В этом году, как и в прошлом, он подрабатывал Сантой. Постоянного работника на эту ставку не было, ведь зарплату Санте выплачивали один раз в год. Потому периодически им наряжались то Джирайя, то пугающий и колкий Орочимару.              Последний сейчас занимался необыкновенно важным делом — разносил по миру Дыхание Рождества, которое зачаровывало каждую снежинку, бережно выкованную в кузнице Рождества, каждую ёлку и елочный шарик, каждый подарок. Оно делало праздник по-настоящему волшебным — благодаря ему души людей раскрывались друг другу: прощались обиды, злейшие враги становились лучшими друзьями, появлялась смелость сделать то, что не решался. Однако, Дыхание Рождества не подчиняло себе людей насильно (только потому, что ежегодные запросы Орочимару с просьбой добавить эту функцию, каждый раз отклонялись из-за нездорового интереса к практике диктаторства и государственных переворотов), а лишь приоткрывало завесу их светлой, доброй стороны.              И вот, уже второй год подряд, Джирайя наблюдал одно-единственное исключение из этого правила — эмоции столь противоречивые, что душа, пусть и подчинялась волшебству в попытке выразить прекрасные чувства, продолжала метаться из стороны в сторону.              В четком изображении шара распалялась ссора, — то были двое молодых людей: Наруто и Саске. Джирайя видел их в прошлом году и, сделав кое-какие выводы относительно их дружбы, с нетерпением ждал этого, вот только все его ожидания рассыпались в прах.              Наруто и Саске опять ссорились. Дыхание Рождества на них будто не действовало, что было, конечно, не так. На самом деле, как и положено, сдерживать искренние чувства становилось сложнее, но эти бараны оказались такими упертыми, что даже магия была бессильна.              Но кому какое дело? Джирайя подождал бы и год, и два, но в этом году на кону стояла премия за идеальную организацию праздника. Весь отдел уже подыскивал летние путевки в волшебном каталоге. Отдельно к исполнению мотивировала большая и тяжелая гру.. рука его босса. Поэтому им следовало быстренько всё починить, ведь Рождество люди обычно встречали в тесной компании и — главное — счастливо, так уж повелось.              Тихо искрящее пламя камина вдруг вспыхнуло и осветило всю комнату — это Орочимару, проверявший качество наложенных чар, вернулся из мира людей. В этом году он взял на себя роль Крампуса и придумывал для вредных непослушных детишек изощренные наказания, например, сны, в которых их наказывали чешуйчатые змеи — третьи в списке самых страшных вещей.              Обдав Джирайю запахом дыма и угля, Орочимару притормозил у стола.              — Они начинают мне нравиться, — произнес он со зловещей улыбкой, и Джирайя понял: Орочимару тоже о премии не забывал. Все-таки именно он последний месяц распылял Дыхание Рождества во всех уголках планеты, а тут такая напасть. Опять. — Такие милые и юные.. земные твари.              — И абсолютно безмозглые, — с досадой согласился Джирайя, оттянув белоснежную бороду на резинке и почесав выбритый подбородок. И пропустил мимо ушей «земных тварей». — Точь-в-точь как в том году! Говорил же, что надо их столкнуть и быть поцелую, а вы!..              Орочимару коротко улыбнулся, стягивая с головы черные лаковые рога. Волосы, косматой гривой лежащие на голове, вытянулись блестящей волной.              — Зато я выиграл у Тсунаде дюжину домовиков.              — Да-а, — вздохнул Джирайя, — спор не удался. Ей так и не удалось заколдовать этих двоих, даже директорской силой.              — Сами справимся, — Орочимару, оценивающий в уме прибыль, постучал по снежному шару длинными фиолетовыми ногтями. — Давай взглянем поближе..              И из шарика, наконец, полился звук.              Кажется, не так давно они попали под снегопад: по зеленой куртке Наруто расплывались темные пятна, у Саске несколько влажных прядок волос пристали к щеке.              Коллег внутри в преддверии праздника практически не было, лишь несколько человек прятались за ноутбуками. Не глядя в меню, они выбрали как обычно. Наруто остался ждать кофе у стойки — резкий, очевидно раздраженный, а Саске подошел к свободному столику, но заметив, что прямо над ней висит блестящая золотом омела, моментально развернулся.              Наруто забрал два стаканчика и недоуменно пробежался глазами, не находя Саске на привычном месте. Глубоко вздохнув, он направился к нему. Сакура должна была появиться с минуты на минуту, а значит, быть наедине им осталось совсем недолго.              Они расположились за крохотным круглым кофейным столиком — Наруто на кресле, расставив ноги в стороны, а Саске на стуле — напротив. В кафетерии по третьему кругу крутили «jingle bells», но между парнями установилась напряженная тишина. Наруто хмуро наблюдал за Саске, дожидаясь заказа, и по лицу его было четко видно: он едва сдерживает порыв высказаться.              — Они теперь еще и работают вместе? — скептически поинтересовался Орочимару, припоминая, что в прошлом году, когда они ставили против Тсунаде, мальчики еще учились в университете.              Наверное, их можно было назвать друзьями. Пусть они и часто ссорились, но и мирились также быстро. Даже когда подавали резюме после университета, поругались, решая, где будут работать, но не подумали о том, что можно просто устроиться порознь, если им понравились разные вакансии.              Тем временем, минуло уже пятнадцать минут: Саске продолжал молчать, разглядывая какую-то точку далеко на полу. Позавчера они вновь повздорили, и теперь ни один из них не хотел идти на мировую первым: кажется, Саске пару раз назвал Наруто при всех идиотом, а Наруто не остался в долгу.              Пронзительно зазвенел колокольчик, и в кафетерий залетела порозовевшая от холода Сакура, с ног до головы покрытая снежинками. Она сразу уловила царящую за столом атмосферу и нахмурилась.              — Вы что, еще не помирились?              Наруто отвернулся к окну и пробормотал еле слышно:              — Обязательно было звать этого придурка?              — От придурка слышу.              — Ну хватит! — воскликнула Сакура. — Хотя бы обеденный перерыв мне не портьте, ладно? Хватает и того, что творится в офисе.              — Потому что кое-кто не знает, как пользоваться мозгами.              — Ох, как я мог забыть, — передразнил Наруто, — сидят тут всякие и точно знают, как пользоваться мозгами — своими, чужими и твоими, Сакура!              — Молчать! — Сакура треснула по столу ладонью — стаканчики пошатнулись, а парни перестали пререкаться.              — Вы себе уже заказали?              — Да, — недовольно отозвался Наруто, пытаясь пробурить в окне дырку.              Саске красноречиво промолчал, Сакура посмотрела по очереди на каждого из них.              — Тогда я пойду возьму что-нибудь себе, у вас есть десять минут, чтобы помириться.              Она направилась в сторону вешалок. Саске, заметив, как Наруто проследил за ней взглядом, поднял на него глаза — темные и злые. Он вдруг выпрямился, откинулся на спинку и усмехнулся.              — Что, не получается, Наруто?              Наруто не хотел себе в этом признаваться, но, кажется, немного покраснел. Ему нравилось смотреть на Сакуру: в их по большей части мужском коллективе она радовала глаз. Хотя был человек, смотреть на которого ему нравилось куда больше, но и было это намного опаснее и рискованнее.              — Захлопнись.              — Думаешь, она резко прозреет и увидит в тебе парня своей мечты? — Саске улыбался. — Кому нужен такой болван, как ты?              Наруто ощутил, как раздражение, которое он пытался усмирить, вспыхнуло с новой силой. Может, его и считали добрым, открытым парнем, но он тоже, когда требовалось, мог дать сдачи.              — А ты? — спросил он в ответ с улыбкой, словно сказанное никак его не затронуло. — Рожа смазливая да и только, думаешь, тебе повезет больше?              Саске замер на секунду, но быстро вернул себе самообладание: на самом деле он задумывался об этом чаще, чем нужно. О своей внешности и о том, что людям ничего, кроме нее не нужно, что им не интересен он сам, его характер, — ничего из того, что было внутри. И Наруто об этом знал.              — Что, зависть заела? Говорят, шрамы украшают, но это явно не про тебя.              Наруто показалось, будто в его старых, но заживших ранах кто-то по новой заковырялся ножом. В кафетерии резко стало душно, ему срочно требовался свежий воздух подальше отсюда. Он подскочил и принялся собирать разбросанные вокруг вещи: рыжую шапку с помпоном, точно такой же шарф, зеленый кошелек-лягушку и телефон. Наруто накинул на себя куртку, наспех закинул все в карманы, и затем развернулся к Саске.              — Ты!.. Да ты просто жалкая копия своего брата, только бракованная! Что в детстве за ним бегал, как пес, что сейчас, — Наруто уже мало обдумывал свои слова, мало контролировал, нечто темное, спрятанное глубоко внутри, сейчас рвалось из него наружу.              — Наруто..              Наруто кинул на стол деньги за заказ и выпрямился.              — Даже если ты исчезнешь, никто и не заметит, ведь есть же Итачи!              Лицо Саске вмиг растеряло все краски. Наруто напоследок смерил его гневным взглядом и выскочил на улицу.              От злости он пролетел мимо остановки, не подумав, и дошел до следующей. И пока Наруто шагал по заснеженной улице — где-то минут пятнадцать — весь его гнев улетучился. Шаги затихали, пока он вовсе не остановился, замерев посреди заметенного тротуара.              — Блин, — выдохнул Наруто.              Промотав ссору в голове в пятый раз, он в очередной раз убедился: Саске, кажется, нравилась Сакура. Наверное, поэтому Наруто так взъелся. Вчера они поссорились примерно по той же причине: Саске выставил его перед ней полным придурком, ничего нового.              Наруто подставил лицо танцующим снежинкам.              Подумаешь, пытался довести его до ручки, так ведь и он не лучше. Да и Рождество на носу, они собирались сегодня купить друг другу подарки.. Он оглянулся на протоптанные в свежем снегу следы и побрел обратно — мириться.              — Видишь? — Орочимару ткнул в понурого Наруто. — Будет вымаливать прощение на коленях.              Джирайя промолчал. Тишина окутала комнату тяжелой завесой.              — Это было слишком, — мрачно протянул он и махнул рукой, переключая шар на Саске. Джирайя потянулся к изображению поближе, разглядывая его бледное лицо.              Он сидел за тем же столиком, и ничего не выдавало его напряжения, кроме периодически бросаемых взглядов на настенные часы. Может, дожидался Сакуры, а может — знал, что Наруто уже плетется назад. Но Джирайя был точно уверен: Саске воспринял слова Наруто всерьез.              — И что же ты задумал? — усмехнулся Орочимару. Янтарь в его глазах вспыхнул азартным огнем.              Джирайя нахмурился, взмахнул пальцами, и из ближайшей книжной полки выплыл сборник старых сказок. Книга приземлилась на стол и раскрылась ровно посередине. Пролистав пару страниц засаленного фолианта, Джирайя, наконец, выбрал.              Он взвесил в уме все «за» и «против» и накрыл шар ладонью. Через секунду на месте Саске никого не было — вокруг продолжали сновать официантки, парочки заливались горячим шоколадом, но никто не обратил на исчезновение Учихи никакого внимания. Будто Саске здесь никогда и не было. Лишь полупустой стаканчик да смятая салфетка остались лежать на столе.              Джирайя приложил к уху трубку, материализовавшуюся из воздуха.              — Главного Оленя ко мне.              Орочимару, глядя на льдисто-синий вензель в названии сказки, громко усмехнулся.              — Не завидую я Наруто, совсем не завидую.              *              Путь обратно дался Наруто куда тяжелее, ноги словно притягивало к земле силою в сотню ньютон. В небе кружил снег, будто присыпая дорогу под ногами сахарной пудрой, ложась на шарф и склеивая ресницы.              Наруто просочился внутрь, стараясь не греметь колокольчиком, пытаясь дать время себе и Саске, втянул голову в плечи, оглядываясь по сторонам, но Саске за столиком не было. Прошло от силы минут пятнадцать — его еще можно было нагнать по дороге.              Наруто подошел к кассе, высматривая знакомую официантку.              — Э-э, извини, а парень, с которым я сидел за тем столиком, давно ушел?              Официантка вежливо улыбнулась.              — Парень? Нет, — Наруто выдохнул, но потом она договорила, — там никого не было.              — Значит, он ушел сразу после меня?              Девушка кинула на него недоумевающий взгляд.              — За вашим столиком никого кроме вас и девушки не было, — она застучала по терминалу и повернула его к Наруто. — Вот. Один латте с сиропом соленая карамель и комплексный обед, двенадцать минут первого.              — Наруто!              Он обернулся на голос, заметив, как Сакура присаживается за их столик.              — Надеюсь, ты ничего не слышала, — выдохнул он и потер переносицу, подойдя поближе.              Сакура удивленно на него посмотрела. Им уже принесли обед, хотя блюд почему-то было меньше, чем обычно.              — Что-то случилось?              — Мы опять поцапались, — признался Наруто. — Саске тут же свалил, даже тебя не подождал, а я ну.. вот.              На лице Сакуры отразилась растерянность.              — Какой Саске, Наруто? Я ждала тебя на обед, как договаривались, думала, ты опаздываешь..              — Да, я накосячил, знаю! Хватит. Что этот козел тебе наговорил?              — Узумаки, ты меня что, за дуру держишь? — Сакура закипала.              Наруто потянул шарф, который затягивался на шее, словно удавка, и расхохотался.              — Саске придумал, — утвердительно кивнул он Сакуре. — Сильно обиделся.              Не дождавшись ничего внятного, Наруто выскочил обратно на улицу.              Он вдохнул морозный воздух и проследил за выпущенным облачком белого пара. Несмотря на то, что стояла только первая половина дня, зимнее солнце уже пряталось за горизонт.              Благо, до Саске было почти рукой подать. От кафетерия два квартала прямо, открыть ворота жилого комплекса запасным домофонным ключом, который ему выдал Итачи, и он на месте. Нужные слова в голове отсутствовали, но Наруто надеялся, что придумает речь сразу же, как увидит Саске. Признаться, он уже по нему скучал, пусть они не виделись всего-навсего последние минут двадцать.              Он проскочил в чистый новенький подъезд, сияющий недавней уборкой и украшенный рождественскими венками. Взглянул на свое отражение в лифте, для пущей неотразимости пригладил волосы, которые за секунду вновь встали торчком. На душе клубком свернулась вина, а язык жгла горечь за брошенные сгоряча слова.              Вспыхнул автоматический свет, и Наруто, набравшись смелости, позвонил в квартиру.              Дверь открылась не сразу — на пороге стоял полусонный Итачи, видимо, Наруто его разбудил. Он перекинул растрепанный хвост за спину и молча уставился на него.              — Привет, — поздоровался Наруто, чувствуя себя нашкодившим котенком. — Саске уже дома?              — Саске? — переспросил Итачи, хмуря лоб. — Вы, наверное, ошиблись дверью.              Наруто оторопел.              — Да что ты как.. Я знаю, Саске не хочет говорить со мной, так я сам его разговорю. Ты главное скажи, он дома? Был короткий день, мы поругались после работы, а потом..              Итачи потер лоб двумя пальцами.              — Безумно интересно, но здесь нет никакого Саске, я живу тут один.              Его уверенные слова звучали будто бред сумасшедшего, и Наруто никак не мог взять в толк, неужели Саске настолько обиделся, что и Итачи сумел подговорить на эту авантюру?              — Мне даже стало его жаль, — вздохнул Орочимару. Он передумал уходить и, наколдовав второе кресло, потеснил Джирайю за столом. Теперь они вдвоем наблюдали за метаниями Наруто: Орочимару с сочувствием, а Джирайя пока не определился.              — Это послужит ему уроком, — ответил он, насупившись.              Орочимару дернул его за бороду, и резинка больно стрельнула Джирайе в шею.              — Разве они не оба виноваты? Я мог просто явиться ему в кошмаре..              Джирайя захлопнул книгу, и та жалобно разразилась звуками бубенчиков.              — Признайся, тебе хочется кого-то помучать.              — Ни в коем случае, я всего лишь беспокоюсь о тебе: Тсунаде-химе оторвет тебе голову и яй.. — заметив нечто интересное в шаре, Орочимару оставил фразу висеть в воздухе недосказанной. — А как Наруто-кун, к слову, узнает, где Саске и как его оттуда вытащить?              Джирайя усмехнулся и вернул бороду на место. Выглядя, как самый настоящий Санта, разве что не с красным носом, он сложил руки на огромном накладном животе.              — Ты ведь помнишь, с чего начинается сказка?              — Осколки, — догадался Орочимару.              Джирайя кивнул.              — Сердце Саске начнет замерзать и, если Наруто не успеет, оно навсегда превратится в кусок льда.              *              Наруто вернулся домой только ближе к вечеру: почти весь день ушел на поиски Саске, которые с каждой минуты превращались в театр абсурда. И его друзья, и родные внезапно решили, что не знают, кто такой Саске. Даже звонок на мобильный, который Наруто знал наизусть, отозвался безжалостным «набранный номер не существует».              Он успел вернуться на работу, надеясь застать задержавшихся коллег, а потом обнаружил: рабочее место Саске, с его ноутбуком и кружкой с сердитым черным котом, пустовало — осталось лишь голое никем не занятое пространство.              Слова Саске до сих пор неприятным эхом отзывались внутри, и Наруто, не разуваясь, взял в руки зеркало, лежащее на комоде в прихожей, чтобы проверить, насколько заметны шрамы на самом деле. Взглянув на отражение, он на миг замер, остолбенев: из блестящей глади в ответ на него смотрел Саске. Зеркало выскользнуло у Наруто из рук и, с треском ударившись об пол, взорвалось градом осколков. Наруто присел, намереваясь их собрать, но в кусочках зеркала отражался уже он сам. Померещилось.              А потом в его голове вдруг раздался громкий скрежет, настолько тошнотворный, что терпеть его было невозможно. Наруто схватился за стену и повалился на пол, с испугом понимая, что, кажется, теряет сознание.              *              Очнулся он от холода — казалось, Наруто лежит внутри сугроба, укутанный в снежную шаль по шею. Открыв глаза, он убедился: так оно и было.              Быстро выбравшись из снега, Наруто огляделся. Очертания припорошенной улицы были ему незнакомы — вокруг возвышались невысокие двухэтажные домики, стоящие так близко друг к другу, что можно было спокойно перешагнуть с одной крыши на другую.              — Наруто! — раздался взволнованный громкий голос. Навстречу ему бежала девушка с короткими русыми волосами, в черном меховом пальто. — Вот ты где!              Наруто не успел и слова вставить, как она схватила его под руку и с силой потащила вверх по улице.              — Давай быстрее! Еле-еле плетешься, — ругала его спутница, хотя Наруто практически бежал за ней. — Сейчас.. сейчас начнется.              — Что начнется?              Девушка резко затормозила и вгляделась куда-то вдаль, прищурив голубые глаза. Наконец, дождавшись, когда из-за поворота покажутся сани, с силой толкнула его в спину.              — Смотри!              И Наруто посмотрел. Сначала он не увидел ничего примечательного: по дороге, запряженные двумя серебристо-сизыми конями, катились сани — прозрачно-голубые, они блестели на солнце, вырезанные не иначе как изо льда. Козлы пустовали, а на месте пассажиров сидели двое: черноволосая женщина с грубыми, резкими чертами, в роскошной белой накидке, отороченной пышным мехом, и.. Саске.              Завидев его, Наруто тут же позабыл обо всём на свете и выскочил на дорогу прямо перед ними.              — Саске! — закричал он во весь голос, махая руками. — Саске, стой!              Саске молчал — равнодушный, холодный взгляд был направлен прямо. Зато его спутница, поправив ледяную остроконечную диадему на голове, усмехнулась, и сани, не доезжая до Наруто, снежным вихрем поднялись в воздух и быстро истаяли в черном грозовом облаке.              Наруто, тяжело дыша, повернулся к незнакомке.              — Что за хрень тут творится?              — Шикамару! — прикрикнула девушка, обращаясь неизвестно к кому. — Я могу рассказать? Или я не могу? Или..              Где-то в небесных апартаментах Шикамару, развалившийся в кресле Орочимару, вздохнул.              — Как проблематично. Ладно, валяй.              — Ты что, опять спишь?!              Девушка продолжала поносить воздух, и Наруто понял: шуршал не снег, шуршала ее крыша. Только других зацепок, ведущих к Саске, кроме этой ненормальной, у него не было.              — Ну, дружок, — наконец обратилась она к Наруто и натянуто улыбнулась. — Тебе знакомы какие-нибудь сказки?              — Нет.              — Неужели в детстве родители не читали?              — У меня нет родителей.              — Шикамару! Ты слышал, что он сказал? Как мне теперь ему объяснять-то?              Наруто вздохнул.              — Вот олень, взял да и замолчал! Ладно, без тебя обойдусь.. Короче говоря, Наруто, ты попал в сказку.              — Да, конечно, — фыркнул Наруто. — Легче поверить в то, что это шоу Трумана, а я в нем главный герой.              Девушка подняла светлые брови.              — Тру.. что? Слушай, забей на матчасть, самое главное, что если ты не проживешь сказку за сутки, твой дружок превратится в снеговика! Ясно?              Из общей массы бреда Наруто вычленил самое главное.              — Значит, ты знаешь, где Саске? — он тут же воспрянул духом, главное — Саске, с остальным потом разберется.              — Ну, можно и так сказать. Сначала тебе нужно попасть в Цветущий сад, к Ино.. Главное, не дай себя трах.. то есть, не поддавайся искушению, иначе забудешь о времени и твоему Саске крышка.              С этими словами незнакомка сунула Наруто в руки ярко-красные лаковые туфли, невесть откуда взявшиеся.              — Сорок второй размер! — торжественно объявила она. — Ступай за город, там на реке есть лодка, залезешь в нее, а башмачки брось в воду.              На «башмачках» Наруто приподнял брови, рассматривая туфли.              — И еще кое-что.. не забудь их надеть. Ну, бывай! — девица махнула ему рукой, не дожидаясь ответа, и исчезла.              — ..Шикамару, а если он ноги себе переломает? — будучи невидимой, Темари наблюдала, как Наруто пытался подняться, натянув на себя туфли и сотрясая воздух проклятиями.              Шикамару чиркнул зажигалкой и покосился на Джирайю по соседству.              — Зрители требуют хлеба и зрелищ.              Наруто тем временем, неся кроссовки, приноровился маршировать на каблуках, иногда по колено утопая в снегу. Он и так уже замерз, одетый в одни только джинсы и толстовку, а теперь и ноги словно в прорубь окунули. Несмотря на абсурдность происходящего, слова незнакомки никак не шли у Наруто из головы: если была малейшая вероятность, что Саске может пострадать, то Наруто согласился бы на что угодно.              В конце концов, когда пальцы на ногах онемели, впереди показалась белая змейка воды.              Лодка на пару с рекой были скованы льдом от и до.              — Пиздец, — прокомментировал Наруто и постучал по льду каблуком, чтобы убедиться: тот не собирался таять как минимум до мая.              Делать было нечего — он быстро скинул туфли и натянул кроссовки. Если река должна была куда-то привести его, то надо идти по течению.. Но никакого течения не было.              — Пиздец, — повторил Наруто, и в итоге решил идти в сторону, противоположную той, что вела в город.              Не прошло и четверти часа, как стало ясно: чем дальше путь, тем теплее становится воздух, земля местами чернеет проталинами. Повеяло весенним ветром, несущим в себе запахи распускающихся цветов — мягким, едва заметным ароматом. И Наруто, будто зачарованный, последовал за ним.              И вдруг он увидел, что на берегу реки за фасадом остроконечной чугунной изгороди раскинулся сад, — Наруто не мог поверить своим глазам, ведь буквально в получасе ходьбы бушевала вьюга. Земля вокруг сада расцветала зеленью, а из глубины, дурманя голову, доносились запахи сотен цветов — особенно, багряно-алых роз.              Наруто толкнул кованую калитку, проходя внутрь.              — Ино? — позвал он.              Навстречу ему, раздвинув пышные кусты орхидей, выпрыгнула девушка — в легком сиреневом платье и с глубоким декольте.              Окинув Наруто с ног до головы, она искренне удивилась:              — А башмачки где?              — Кинул в реку..              — Зима на улице, идиот, как они по-твоему доплывут?              — Весной?..              Та покосилась на свои босые ноги и пошевелила белоснежными пальцами.              — Предлагаешь мне до весны так разгуливать? — угрожающе протянула она.              — Но.. — Наруто воззвал к голосу разума. — Они же.. сорок второго размера!              Ино недоуменно захлопала светлыми ресницами.              — Ты что, идиот? — угрюмо поинтересовалась она, и Наруто недовольно отметил, как много людей сегодня его уже так называло. — Они же волшебные!              Наруто потер лоб пальцами. Времени на долгие объяснения у него не было, да и вряд ли это требовалось.              — Плевать на туфли.. Ты знаешь, где Саске?              — Конечно, знаю, — интонации стали мягкими, почти заигрывающими. — Вот только.. раз нет туфель, чем будешь расплачиваться?              — У меня есть кредитка.              Девушка скользнула рукой по его спине, наклонилась к уху и прошептала:              — Я принимаю в качестве оплаты кое-что другое..              Наруто нахмурился, пытаясь понять, о чем речь. Ино невесомо провела по его плечу пальцами, и он тут же испуганно отпрыгнул назад, выставив вперед руки.              — Да вы тут все поехавшие!              Ино прыснула в кулак, и цветы вокруг зашелестели, закивали бутонами, будто тоже смеялись.              — Тогда ничем не могу помочь, — развела она руками. — Или я сейчас, или Сай потом, — и усмехнулась. — Поверь, лучше уж я.              Наруто опешил: спасение Саске обходилось ему слишком дорого. На первый взгляд, ему ничего это не стоило, подумаешь, люди спят с незнакомцами каждый день, зависая на вписках, напиваясь в клубах, да и так, ради экстрима. Но Наруто был влюблен — и это чувство, выжигавшее его изнутри последние месяцы, ставило на любой близости с другим человеком огромный жирный крест. Сердцем он воспринимал это за измену, пусть он мало того что не состоял в отношениях — ещё даже не признался.              — Я не могу.              — ..физически?              — Морально!              — Значит, плевать ты хотел на своего дружка, раз не можешь сделать такую мелочь, — скучающе протянула Ино, потеребив длинную светлую прядь, выпавшую из хвоста.              — Может, для тебя это мелочь.. но для меня — нет! Если нет другого варианта, — разозлился Наруто, — я создам свой!              Хмурость с лица Ино как ветром сдуло.              — Ясно, тебе просто уже кто-то нравится! — она с облегчением рассмеялась и махнула рукой. — Я-то думала, что мои чары перестали работать, а это всего лишь любовь — против нее даже мой сад бессилен.              Сначала Наруто смутился, но сразу после — воспрял духом, казалось, еще немного, и Ино пойдет ему навстречу. Тут, как говорится, все средства хороши.              — Так ты поможешь мне?              — Сай поможет, — губы ее тронула загадочная улыбка, от которой Наруто пробил озноб.              Сохранив свое достоинство, но ничего не узнав о Саске, Наруто отправился в следующий пункт назначения: к таинственному разбойнику по имени Сай. Его Ино описала одной-единственной фразочкой — лютый извращенец.              По указанной дороге в конце-концов Наруто забрел в лес настолько темный, что деревья не отбрасывали теней. Неудивительно, что здесь водились разбойники — сюда редко заглядывало солнце, а единственными звуками были душераздирающие крики ворон.              Наруто шел по узкой тропинке под треск ломающихся ветвей под ногами. Сейчас ему бы не помешал фонарик, чтобы осветить дорогу, но телефон, видимо, остался в «реальном» мире.              Интересно, чем сейчас занимался Саске? В последнюю их встречу вид у него был не очень — слепяще-белое лицо, в глазах будто застыл вечный лед. А еще — Наруто остановился — для такой погоды одежда на Саске была слишком легкой.              *              Осколки злосчастного зеркала попали Саске не только в сердце, но и в глаза — теперь весь мир он рассматривал сквозь призму высокомерного равнодушия. И если прежний Саске кому-то казался заносчивым снобом, то новому ледяному принцу он и в подметки не годился.              Саске видел, как Наруто бросился под сани, и слышал, как тот зовет его, но совершенно ничего не почувствовал. Кажется, в каком-то туманном, размытом прошлом все было иначе — позабылась важная константа, какое-то слово, которое Саске никак не мог вспомнить. Что-то сложное связывало их с Наруто, но когда?.. Где?..              Воспоминания стерлись, затерялись где-то между сердцем и морозом, просочившимся в грудь до боли. Человек, представившийся Снежной королевой, почему-то оказался мужчиной, но Саске отметил это вскользь, без какого-либо потрясения. Сильных эмоций словно не существовало: ни ненависти, ни удивления, ни гнева, ни.. тут он вновь принимался механически перебирать слова, не находя нужного.              Орочимару сказал, что его глаза в порядке, и мир на самом деле такой и есть, каким Саске его видит. Его, например, кто-то считал всего лишь красивой оболочкой, пустой изнутри, копией брата, неспособной ни на что. И тело, несмотря на роскошный мех шубы Орочимару, накинутой ему на плечи, от осознания пробирало до костей.              А потом Орочимару поцеловал его — ледяными, безжизненными губами без капли тепла, и Саске сразу же прекратил мерзнуть — и чувствовать тоже.              Грозовое облако с чудовищной скоростью пронеслось над заснеженными полями, застывшими лентами рек, а студеный ветер нежно потрепал его за волосы. Шубу Орочимару разрешил оставить, что Саске и сделал — причин поступить иначе у него не было.              В королевстве, возведенном во льдах и изо льда, в сердце северной Лапландии, вместо облаков на черном полотне неба расцветали зелено-розовые разводы, и Саске, задрав голову, наблюдал за их переливами.              Ощущение времени размывалось. Он не знал, сколько стоит и пялится в разлитую над головой темень, — пять минут или целую жизнь. Вдобавок Орочимару все время восседал на прозрачном, словно хрусталь, троне, не сводя с него глаз. Он, казалось, даже не моргал. В какой бы момент Саске случайно не поворачивался к нему — взгляд его желтых, змеиных глаз оставался по-прежнему пристальным.              В десятках пустынных зал Саске, прогуливаясь, нашел только северный ветер, гоняющий снежинки из угла в угол. Не сказать, что замок пугал Саске — пусть он теперь и смутно представлял, что такое страх — тот был великолепен в симметрии своих стеклянных форм, но жизнь в нем напрочь отсутствовала. А еще стояла вечная, никем не нарушаемая тишина.              Неясно сколько часов или минут спустя Орочимару предложил ему игру — собрать осколки треснувшей поверхности озера и составить одно-единственное слово «любовь».              Саске выловил ледяные обломки и на секунду задержался взглядом на своих руках — они странно побелели, хотя ему совсем не было холодно.              Присев на колени перед троном, прямо на снежную подстилку, Саске силился вспомнить, как пишется заданное Орочимару слово. Пусть он и знал, из каких букв оно состоит, сложить никак не получалось. Орочимару заверил, что если получится, то к нему мигом вернутся все забытые воспоминания. И он бесстрастно, раз за разом, пробовал заново. Еще раз, и еще, истратив бессчетное число попыток.              *              Откуда-то с другой стороны тропинки раздался громкий свист. Наруто насторожился, но разглядеть хоть что-нибудь вдалеке не представлялось возможным.              Кто-то очень близко подошел к нему со спины, замирая в считанных сантиметрах.              — Здравствуй.              Наруто шарахнуло в сторону, а по спине пробежался целый табун мурашек.              — Твою мать! Обязательно так пугать?              Сердце забыло, что нужно стучать: в потемках показалось, что перед ним стоит Саске.              — Пугать? — незнакомец склонил темноволосую голову набок. — Я же свистел, прежде чем подойти.              — Я думал, это разбойники..              — Разбойники? — снова повторил парень ровным голосом, будто утверждал, а не спрашивал. — Здесь живу только я.              Наруто озарила гениальнейшая из идей.              — Значит, ты — Сай?              — Да, — улыбнулся парень самой неестественной улыбкой, какую Наруто видел в своей жизни. Он взял Наруто за руку. — Идем.              Сай, в отличие от него, в темноте ориентировался отлично. Уже через пару минут они вышли к мрачному ветхому сооружению, которое назвать домом у Наруто язык не повернулся, скорее уж «логовом». В центре разбитого двора стоял чан, полный подозрительной черной жижи, тлел костер с мясом на вертеле, а под ногами валялись обрезки ткани и бумаг.              Наруто обернулся и смерил Сая подозрительным взглядом: если не разбойник, то кто?              — Может, хочешь поесть? Как тебя зовут?              Услышав о еде, Наруто благодарно закивал. Какая разница, кто он, душа-то у него добрая! Сам Сай от еды отказался и, молчаливо улыбаясь, следил за его трапезой. Вытерев губы ладонью, Наруто добродушно выдохнул.              — После слов Ино я ожидал чего-то.. другого. Я думал, ты какой-то извращенец.              На лице Сая вновь появилась пугающая улыбка.              — Значит, я уже могу попросить тебя снять штаны?              — Зачем?              — Для замеров, конечно же. — Наруто выдохнул — замеры, наверное, Сай портной. Тот полистал толстую тетрадь, на деле оказавшуюся альбомом для рисования. — В последнее время одна мелочь попадается..              Наруто заглянул ему через плечо и чуть не вскипел от стыда: каждый лист украшали фаллосы всех форм и размеров, с намеченными вокруг них длинами и диаметрами.              — Ты маньяк! — завопил Наруто и отскочил на метр.              Сай обернулся с недоумением на лице, а потом, будто о чем-то вспомнив, с улыбкой провозгласил:              — Я художник!              Наруто вдохнул и выдохнул. Художник — это куда лучше, чем он себе напридумывал, с этим можно работать.              — Тогда почему ты живешь здесь?              Сай обвел нечто похожее на двор взглядом и пожал плечами.              — В городе добровольных моделей не водится, а здесь, надеясь сохранить свою шкуру, случайный путник пойдет и не на такое.              Бесстрастность, пропитавшая его голос, вводила Наруто в ступор. Как можно угрожать людям, ставить их психику под угрозу, если всё, чего ты хочешь, рисовать это?              — А другого пути нет? Мне некогда здесь позировать, солнце уже почти село, а я все еще не нашел Саске!              — Если Саске сейчас с Орочимару, думаю, он занят куда более интересными вещами.              — Ты на что намекаешь? — Наруто знал, что если врежет Саю, то поступит очень глупо даже по собственным меркам. — Постой.. Орочимару.. это мужчина?              — Сложно сказать, — задумался Сай. — За столько лет еще никто не рискнул спрашивать.              В эту секунду Наруто осознал, что в радиусе сказочного мира из нормальных осталось только двое: он и его адекватность.              — Ладно, на месте разберемся. Ты поможешь мне или нет?              Сай, помедлив, повернулся спиной.              — Хочешь Саске? Ладно.              Когда он вновь взглянул Наруто в глаза, тот готов был взять свои слова назад: перед ним стоял Саске! И лишь неестественный излом губ намекал, что это по-прежнему Сай, но.. как?              — Твоя улыбка меня в гроб загонит, — прокомментировал Наруто, но сердце все равно застучало быстрее. Саске..              Послушавшись, Сай сменил выражение лица — теперь глаза Саске выглядели чуть насмешливо.              — И я все еще не понимаю, к чему этот цирк.              — Ну, как же, — заговорил Саске ласковым голосом. — Теперь нет нужды бежать на северный полюс, ведь я уже здесь.              Он направился в сторону Наруто, а тот, заметив, как быстро сокращается между ними расстояние, принялся пятиться назад.              — Хватит! Сай, это не смешно.              — Что-то не так? — в голосе Саске засквозило совсем не свойственное ему недоумение. — Его лицо, его голос, его.. — Сай потянулся к молнии на толстовке, — тело.              Наруто тут же сократил между ними расстояние и схватил его за руки. И Сай, воспользовавшись этим, повалил его на землю.              — Не ломайся, — шепнул он ему в ухо низким голосом, и Наруто прошила дрожь до самого позвоночника. Он застыл, почувствовав, как Сай скользнул по его груди ладонями. — Наруто.              — Слезь с меня.              Вжикнула молния — это Сай, не обращая внимания, расстегнул на Наруто кофту. Было все сложнее отделить реальность от миража, ведь он не знал, как Саске бы прикасался к нему на самом деле, может, именно вот так?..              — Я так расстроен, Наруто, — услышал он вкрадчивый голос Саске, — что мы поссорились. Ведь мы могли провести этот вечер вдвоем, как сейчас.              Сай навис над ним, и Наруто зачарованно наблюдал, как он смахивает с лица длинные черные пряди. А потом Сай его поцеловал. Он буквально набросился на Наруто — с лицом Саске, его губами, руками, удерживающими его за плечи.              Но через несколько секунд замешательство исчезло, и Наруто отпихнул Сая ногой с такой силой, что он упал на спину.              — Блять, ты что творишь?              — А какая разница? — непонимающе отозвался Сай, принимая сидячее положение.              — Что значит, какая разница? Думаешь, прикинулся Саске, и всё, я у тебя в кармане?! Смазливую мордашку ты скопировал убедительно, но Учиха — это еще и тонна дрянного характера, этих его словечек и вообще.. козел он. Тебе и за сто лет его не скопировать.              — Ты меня убедил, — постановил Сай с усмешкой и принял свой привычный облик. Впервые в его голосе не было наигранного непонимания и натянутых улыбок. — В стойле за домом есть олень, он доставит тебя до дворца Снежной королевы, если успеешь.              — Спасибо, Сай, — искренне поблагодарил Наруто. — Я знал, ты отличный парень!              Не распыляясь на долгие прощания, Наруто застегнулся и бросился искать стойла.              Но никакими парнокопытными там и не пахло. Только одинокий парень лежал на копне сухого сена и увлеченно выпускал вверх кольца густого дыма. Наруто проследил взглядом, как они, долетев до потолка, исчезают в воздухе, и постучал по косяку.              Незнакомец громко зевнул, но не повернулся.              — Эй! — позвал Наруто. — Не подскажешь, где олень? Сай сказал, что в стойле..              Ответа не последовало.              — Ты что, уснул там?              — Как же скучно.. — пробормотали сверху сонным голосом. — Скучно и лениво.. а сигареты почти закончились.              «Саске говорил, что я мозгами пользоваться не умею, — озадачился Наруто, — видел бы он, что в этом мире их вообще ни у кого нет».              — Эй, ты знаешь, где олень?              — Боже, — зашуршали сверху, — как проблематично.              Еще через пару минут шевелений парень наконец скатился по стогу, как по горке, а потом, отряхиваясь, медленно поднялся.              — Чего орешь? — пробурчал он, ковыряясь в ухе. На голове у него красовались плюшевые оленьи рожки, точь-в-точь как из магазина игрушек. — Олень — это я.              Наруто обреченно потер лоб ладонью.              — Да хоть коза, мне насрать. Сай говорил, что ты доставишь меня к Саске.              Парень скучающе зевнул, и не пытаясь делать вид, что слушает.              — Я доставлю тебя к Саске, но есть одно условие.              — Какое?              — Если вы с Саске не помиритесь, то ты вернешься в мир живых и забудешь о нем, а он навсегда останется здесь. Однако есть и другой вариант: вы поменяетесь местами, и я верну Саске домой.              — А я останусь?              — Да.              — И Саске забудет меня?              — Так и будет.              Ни один из раскладов Наруто не понравился, а время поджимало — если он не успеет, то упустит даже возможность отправить Саске домой. Правилы игры вдруг изменились, и Наруто впервые в жизни ощутил бессилие.              Ему хотелось признаться на это Рождество — и будь что будет. Теперь Наруто вряд ли узнает, какой была бы реакция Саске. Их общее прошлое, ассорти из приятных и не очень моментов, оказалось под угрозой. «Даже если ты исчезнешь, никто и не заметит!» — зазвенел собственный голос в голове. А теперь Саске мог исчезнуть по-настоящему — из его жизни, и Наруто не мог этого допустить.              — Я.. — уверенность крепла, — я не оставлю Саске здесь. И выбирать не буду. Доставь меня к нему сейчас же.              — Ха-а, — с лица напротив наконец-то спало выражение вечного сна, а в глазах зажглись лукавые огоньки, — а ты мне нравишься.              Он щелкнул пальцами, и их подхватил поднявшийся вихрь. За несколько мгновений перед глазами Наруто пронеслись черные леса и занесенные снегом степи, волнующиеся моря и выбеленные горы — все случилось так быстро, что когда он резко приземлился на ноги, то тут же потерял равновесие и грохнулся на колени.              — Сука, — прошипел он сквозь зубы, но все-таки поднялся и стряхнул с себя налипший снег.              Среди заснеженных холмов раскинулось пустынное бескрайнее белое поле, а прямо над ним мрачной статуей возвышался ледяной замок.              Наруто кинулся к нему со всех ног, точно не зная, сколько осталось времени. Через несколько метров ногу будто ужалила змея — подошвы на кроссовках, не выдержав заполярной температуры, треснули пополам. Передвигаться было неудобно, и Наруто быстро и без сожалений с ними попрощался. Из-за стужи он уже и так не чувствовал ни рук, ни ног.              Внутри простиралась целая куча пустых комнат, заваленных снегом, белизна которого слепила глаза.              — Саске! — громко позвал он, и стены передразнили его эхом.              Залы были так похожи друг на друга, что Наруто запутался и каждая комната казалась предыдущей. Его трясло. Может, от холода, а может, от страха.              Он завернул в очередной коридор и замер не дыша. Коридор вел к зале, отличающейся от всех других — в самом ее центре блестело зеркало озера. А на берегу, покручивая что-то в руках, сидел Саске.              У Наруто сжалось сердце:              — Саске!              Саске не обернулся. Он со всей свойственной ему концентрацией выкладывал на полу прозрачные осколки. Издалека Наруто почудилось, что они стеклянные. Руки были такими белыми, что по цвету не отличались от снежного настила, а губы отливали синевой.              — Брось это! — Наруто схватил его за плечи, и осколок выскользнул у Саске из ладони. — Да ты окоченел. Как ты еще дышишь?              Наруто быстро приложился к его груди и нашел ответ: сердце Саске едва билось; будто ленивое, оно едва-едва стучало.              Саске зашевелился и освободился от хватки.              — Ты кто? — его голос показался Наруто холоднее, чем весь окружающий их лед.              — Нет-нет, еще рано, ты не мог ничего забыть. Ну же, Саске, давай, — Наруто бросился ему на шею. — Назови меня идиотом, хочешь? Или ненавидь всю жизнь, Саске, только приди в себя!              — Ненависть слишком сильное чувство, — констатировал Саске, не сопротивляясь объятиям. — Вряд ли у меня получится.              Как бы Наруто не старался, отогреть Саске ему не удавалось. Казалось, у него в груди вместо сердца засел кусочек льда и всячески сопротивлялся теплу. На секунду в голову Наруто закралась страшная мысль, что он уже опоздал.              С собой не было даже спичек, не говоря о зажигалке. Да и жечь, собственно, было нечего — ни дров, ни деревьев вокруг, лишь заснеженная пустошь.              — Как я должен с ним помириться, если он не помнит меня? — вспыхнул Наруто, обращаясь к незримым зрителям. Он был уверен на сто процентов, что кто-нибудь сейчас за ними наблюдает. — У меня даже шанса не было!               — Гнев, — вслух задумался Саске, — тоже сильная эмоция.              Очередная фраза, произнесенная механическим тоном, вывела Наруто из себя. В глазах защипало, и по щекам покатились горячие слезы.              — Скоро все закончится, — прошептал Наруто дрожащим голосом, уткнувшись Саске в грудь. На миг ему показалось, что тело Саске теплеет, но его пугающе-белые руки выглядели неподвижными, как бы Наруто не хотелось получить ответные объятия.              Затем он расцепил пальцы, быстро вытер глаза и уже более спокойным тоном объявил:              — Забери Саске, я останусь.              Шикамару возник в воздухе как по волшебству, и Наруто подумал, что на самом деле ему ничего не стоит забрать их обоих, но по какой-то причине он этого не делал.              — Ты уверен? — уточнил он, и в его голосе проступило удивление. — Обратного пути не будет.              — Я.. я уверен.              — Принято. Дать тебе время, чтобы попрощаться?              Наруто выдавил из себя вымученную улыбку:              — Минуты хватит.              Он быстро повернулся обратно: изнутри его рвало на части, но Наруто был рад, что больше Саске ничего не угрожает.              — Вот и все, Саске, придется найти нового идиота и жить дальше, — он ласково погладил его по волосам. — Хотел сказать на Рождество, утром, когда ты бы открыл свой подарок, но праздник нам не светит. Сакура мне не нравится. То есть, я конечно ее очень люблю, но мы просто друзья. Не понимаю, почему ты думал, что я за ней бегаю. Но зато теперь у тебя зеленый свет! — Саске продолжал молчать, но Наруто и не ждал ответа. Он вздохнул, набираясь смелости. Все казалось не к месту, не та атмосфера, посторонние уши вокруг, но выбирать не приходилось. — Наверное, надо было сразу к тебе подкатить, а не ходить вокруг да около со своей дружбой. Ну и ладно, — Наруто смахнул челку Саске в сторону, чтобы взглянуть в глаза. — Я люблю тебя, — он широко улыбнулся. — Ну вот, сказал и сразу стало так легко! А у тебя всё будет хорошо, Саске, даже без меня.              Наруто внимательно посмотрел на Саске еще пару секунд, запоминая его лицо, и встал. Пресловутый Олень курил неподалеку, и до их драмы ему не было никакого дела.              — Я закончил.              Парень усмехнулся, держа сигарету в зубах.              — Раз так, то мне здесь больше делать нечего.              — В каком смысле? — не понял Наруто. — Ты обещал забрать Саске!              — Вообще-то, придурок, я не мебель, чтобы меня забирали.              От раздавшегося за спиной голоса Саске Наруто чуть на месте не подпрыгнул. Саске с невозмутимым видом поднялся, будто это не он только что стирал колени о землю. С еле заметным румянцем на щеках и снежинками на волосах он выглядел не умирающим, а моделью для рекламы сноубордов.              — К-как? Ты же был как труп, — Наруто принялся вертеть Саске из стороны в сторону, но от него веяло теплом, а в глазах появился живой блеск.              — Теперь мы официально убедились, что своим ором ты и мертвого поднимешь, — заговорил Саске. Но тут же посерьезнел и добавил: — Я не помню, но кажется, было холодно, а потом вдруг отовсюду зазвучало какое-то слово… — он указал себе за спину, и Наруто увидел собранное из осколков «любовь». Наруто не знал, куда деть глаза, и тут же решил, что остаться в волшебном мире навеки не так уж и плохо. Что угодно, хоть прыгнуть в жерло вулкана, только бы избежать объяснений.              — От вас столько шума..              Саске и Наруто не успели ответить — пространство исказилось, загрохотало, осколки сказочной реальности завертелись вокруг них, будто торнадо, и их выкинуло на тротуар перед тем же самым кафетерием, где все и началось.              — Можно было и полегче, — заворчал Наруто, заметив, как далеко отлетела его шапка. Он отряхнулся, вставая на ноги.              По заснеженной дорожке скользнула тень — Саске встал напротив и натянул на него шапку.              — Спасибо, — поблагодарил Наруто, умирая от неловкости. Какова была вероятность, что Саске в полете ударился о бордюр и потерял память?              — Ну, я жду объяснений.              Очевидно, нулевая.              — Ну.. — задумался Наруто, глядя куда-то Саске в шею, — как много ты слышал?              — Всё?              Наруто присел на корточки, закрыл лицо и застонал в ладони, чувствуя, как покраснел до кончиков ушей. От разговора было не сбежать — Саске его точно догонит, а потом еще добавит. Он ожидал, что признание принесет облегчение, а после они с Саске заживут долго и счастливо, но оказалось, что он никогда по-настоящему не задумывался над тем, что будет делать после признания. А Саске захочет жить долго и счастливо? А что будет между долго и счастливо? И вообще, с нынешним настроем Саске, Наруто не то что счастливо, он и долго-то не проживет.              Из круговорота мыслей его вытянул Саске:              — Наруто?              — Саске? — откликнулся Наруто, не отнимая рук.              — Думай потише.              — Я сейчас от стыда сгорю заживо на этом самом месте! — он покосился на Саске сквозь пальцы. — Может, сделаем вид, что ничего не было?              — Наруто, меня из-за тебя поцеловал какой-то мужик в женских шмотках, а ты хочешь легко отделаться?              — Всего лишь поцеловал, — Наруто догадался, о ком идет речь. — Это не смертельно!              — Тогда поднимайся, — велел Саске, и с такими интонациями было сложно спорить.              — Это еще зачем?              — Я тебя всего лишь поцелую.              Может, его голос прозвучал уверенно и смело, но на самом деле Саске просто воспользовался тем, что Наруто его не видел, пряча лицо. А если бы он выпрямился, заглянул ему в глаза, то сразу бы все понял без глупых отмазок.              Но не упускать же возможности поиздеваться над Наруто, заведомо зная, что ему ничего за это не сделают, и Саске решил играть отведенную роль до конца.              — Ну-ну, в лучшем случае это будет хук правой.              — А в худшем? — усмехнулся Саске.              — А худшем.. левой?              Наруто, очевидно, вставать не собирался, поэтому Саске, сдерживая рвущийся смешок, присел на корточки.              — Так мы будем встречать Рождество на улице?              Неподвижная фигура перед ним зашевелилась, из-под сложенных рук показались голубые глаза.              — Пойдем к Итачи? — тут же обрадовался Наруто, поднимая голову. Саске улыбнулся: да, Итачи наверняка идеально подготовился к празднику, начиная украшенной елкой и подарками, заканчивая собственноручно накрытым столом.              Саске кивнул. Воспользовавшись тем, что Наруто больше не прятался, он невесомо коснулся его щеки.              — Извини за это.              — Нет, — запротестовал Наруто и замотал головой, — извиняться должен только я! Если бы не я, мы бы не попали в такую заварушку… и вообще…              Наруто распалялся, продолжая говорить, и глаза его яростно сверкали, кажется, он что-то доказывал или кого-то обзывал. Замолчал бы он, наконец, подумал Саске и, притянув его к себе за воротник, поцеловал.              От неожиданности Наруто подумалось, что он вновь попал в какую-то сказку. Губы у Саске были сухими и мягкими, и он не напирал, будто бы тоже немного боялся. Наруто, запустив руки ему в волосы, теперь видел явную разницу: пусть Сай и был в облике Саске, целовались они совершенно по-разному.              В конце концов, они оторвались друг от друга и принялись переводить дыхание. Неловкости между ними Наруто больше не ощущал, словно этот поцелуй стер ее напрочь.              Теперь, идя к Итачи, держа Саске за руку, молчаливого и родного, Наруто знал: все будет хорошо.              Ведь все сказки заканчиваются на «долго и счастливо», правда?       

Конец