Ты слишком ценен

Вечер прошёл спокойно. Они ещё немного поели, поговорили, и отправились в комнату. - Уже поздно...останешься на ночь? Гюнтер задал вопрос из вежливости. Никуда он не собирался его отпускать. Но Гвендаль тоже не намерен был уходить. - Я приготовлю тебе вещи. Сходи пока в душ. Время текло медленно. Атмосфера была до того...домашней. Когда в последний раз Гюнтер чувствовал себя так раскованно? Он и сам не помнил. Только сейчас он понял, насколько по настоящему был одинок. Насколько в его квартире было тоскливо. Улыбка против воли появилась на губах, и парень продолжил сидеть на кровати в ожидании своего дорогого гостя. Им было о чем поговорить. У Гвендаля же мысли были смешанны. Была Радость от того, что он наконец рассказал, что его приняли...помнили. Было непонимание, ведь...он хотел чего то. Но чего? Они и так хорошие друзья, приятели. Впрочем, это было нетерпение. Гвендаль излишне жаден. Теперь он был не скомандовал, а потому ему конечно же хотелось: Говорить Говорить Говорить Говорить. Много о чем. Обо всем. Что он и сделал. Лёжа на кровати, они просто говорили. О ситуациях из детства, о школе...у каждого были проблемы своего характера. Были рамки. Но не для друг друга. Найдя наконец то, что они так долго искали, надевать вновь маски казалось смешным. Разговоры зашли и о семье. - У Военных жёсткая дисциплина. - И ты говоришь мне это после своих рассказов о том, как тебя били за кривую букву? Гвендаль заправил выбившиеся лавандовые волосы за ухо, и погладил большим пальцем по щеке. - Моя мать..была очень доброй женщиной. - Я многое слышал о Сесилии. Гюнтер и правда наслышан о ней. Но по правде...хорошего мало. Как и плохого. Слухи о ней были странные. - Моя мать...любвеобильна,... На этих словах на лице Гвендаля отрадились смешанные эмоции. Ему было непривычно это обсуждать. Как изложить свои мысли в слова он не знал. Гюнтеру это показалось занятным. Продвинулись ближе, он заговорчески зашептал: - Значит она пыталась сделать из тебя романтичную натуру? Ведь очевидно, у неё это не вышло. Вальде назвать таковым было бы действительно тяжело. Наверняка он в отца. Немного помолчав, он все же дал ответ: - Она говорила, что ради любви пойдёт на все...она будет всегда искать "того самого" человека что сможет зажечь в ней искру и довести её до пожара. Ей нужны...глубокие чувства. Она говорила что она одинока, но если сможет найти "того самого" то большего ей и не надо. Просто мой отец был не их тех, она ошиблась. Гвендаль говорил монотонно. Он вспоминал слова Шери, но не до конца осознавая их смысл. Но почему то проговаривая их сейчас, что то, что теплилось далеко внутри него отзывался и кололось. Чувства были странные, а такому человеку как он разбираться в себе было тяжело. Но взглянув в светлые, полные любопытства и озорства глаза напротив, он запнулся. Дышать стало...тяжело. Что происходит? - Никогда бы не подумал что услышу от тебя подобные слова. Ты совсем не похож на свою мать, знаешь? Это был не упрёк, не издевка. Это просто было действительно так. Гвендаль не был похож по натуре на свою мать, а понять её мотивы и подавно не мог. - Ты в обиде...на неё? Ведь очевидно, семья у них не из лучших в плане поддержки. Она бросила их? Ушла к другому. Заботились ли она? Появлялась ли хоть иногда? Раньше Гвендаль ответил бы "Да" Сейчас так ответить ответить не мог. Ведь вспоминал полные любви и ласки глаза, вспоминал улыбку... и мечтальельный взгляд. Винить её ни в чем он не мог. Мягкая улыбка тронула губы. Вышло криво, мышцы лица к такому точно не привыкли. Отрицательно хмыкнув, парень прикрыл глаза. - Любовь, прекрасное чувство... Гюнтер сказал это, глядя на человека напротив. На свои вопросы ответы он уже знал. Их обоих клонило в сон. Немного неловко, путаясь в движениях...они прильнули друг к другу, обнялись. Было неудобно, жарко... Они никак это не объясняли. Отговорка "мне просто холодно" работала на "ура".