За гранью отражений

«Тьма не становится менее опасной, если закрыть глаза.»

— Терри Пратчетт

Церемония открытия казалась бесконечной. Пока многие в зале с восхищением смотрели на Кубок Огня, я только зевала, уткнувшись носом в ладонь. Меня не впечатляли ни громкие фанфары, ни пламенные речи Дамблдора. Турнир Трёх Волшебников? Для меня он был всего лишь детским развлечением, искусственно раздутым событием, не имеющим ничего общего с реальной жизнью. Реальная жизнь заключалась в другом. Где-то там, за пределами этих стен, разгуливало чудовище. Волдеморт. Живой. Свободный. Я думала, что он сотрёт магический мир в пыль, едва обретя тело, что за лето улицы наполнятся хаосом и страхом, но… нет. Он затаился. Ему известна моя ценность. А мне известна его. И эта странная тишина пугала больше любых войн. — Если я кину своё имя в Кубок, как думаешь, та блондинка пойдёт со мной на бал? Голос Блейза выдернул меня из мыслей. — Ты даже её имени не знаешь? — я лениво покосилась на него. — Флёр Делакур, — без запинки ответил Тео, не поднимая головы. — Вот видишь, — Забини усмехнулся, — уже звучит, как судьба. — Она даже не взглянет в твою сторону. — Вы оба ужасные люди, — вздохнул Блейз. — С такими друзьями и врагов не надо. Всё, ухожу. — Куда? — К хаффлпаффцам! — Ты хотел сказать — к хаффлпаффкам? — Да идите вы! Обидевшийся Блейз вызвал у меня первую искреннюю улыбку за эту неделю. Тео продолжал держаться рядом, но молчал. А Драко… Драко с каждым днём всё больше походил на загнанного в угол пса, огрызаясь на всех подряд. Я выдержала ровно до конца ужина, прежде чем резко хлопнуть его по плечу. — Мистер Малфой, будьте так любезны пройти со мной, — елейно улыбнулась я. Тео поднял голову, внимательно наблюдая за нами. — Поттер, что это на тебя нашло? — Просто пойдем. Мы поднимались на астрономическую башню молча. На дверь одновременно попали заглушающие и запирающие чары. — С одним уже поговорил. С другим — не нужно. Блейз благодушен, как никогда. Остался только ты, Драко. Я подошла к ограде, глядя вниз. Высота внушала уважение. — Не начинай, — предупредил он. — Если ты хочешь произнести речь в стиле Тео, можешь даже не пытаться. — Не хочу. Скажи мне лучше… твой отец, он ведь Пожиратель, да? Он молчал. — Ты говорил, что его уже арестовывал Грюм. А тот охотился только на последователей Лорда. Так что ты знал. Ты знал всё это лето. Драко закрыл глаза, словно я только что сбросила с его плеч огромный груз. — Да. Он Пожиратель. Только не думай, что о таких делах принято болтать по углам. Я кивнула, подтверждая серьёзность разговора. — Отец велел мне кое-что… Я сглотнула. — Дай угадаю. Тебе тоже велели привести меня на Рождество, чтобы подать на серебряном блюде? — Чего? Я пожала плечами. — Поттер, чёрт тебя дери, нет! Тебе это Нотт сказал? У него отец всегда был фанатиком, неудивительно, что на сына это повлияло. Я отвела взгляд. — Он нормальный. Драко криво усмехнулся. — Мой отец, наоборот, велел мне держаться от дома подальше. Знаешь ли, мне не очень хочется получить метку за его ошибки. Я удивлённо моргнула. — Ты… впервые говоришь о нём без уважения. Он отвернулся, уперевшись ладонями в каменный парапет. — Уважение? — он фыркнул. — Пожалуй, можно уважать человека, который заботится о твоём будущем. Но тот факт, что он поставил всё на тебя, Поттер, а не на Лорда… Это многое говорит. Я не знала, что сказать. — И всё же, ты огрызаешься на всех подряд. Зачем? Драко развернулся ко мне. — Да потому что я не знаю, кто из них подсыпет тебе яд в сок, Поттер! — Так ты волнуешься обо мне? — Не будь идиотом. Я усмехнулась. — Но ты всё равно прикрываешь меня. — Потому что если ты умрёшь — у нас не останется ни единого шанса, — резко бросил он. — Лорд боится только тебя. Умей расставлять приоритеты. — Всегда ищешь выгоду. — Дружить с тобой я хотел не из-за этого, — сказал он сухо. — Но защищать буду именно поэтому. Ничего личного. Я кивнула. — Ладно. Тогда мне нужен партнёр для тренировок. Драко прищурился. — А Нотт? Я отвела взгляд. — А ему лучше держаться от меня подальше.

———————————————

(От лица Северуса Снейпа) Всё как обычно: камин, пара чашек чая, уже паривших ароматом трав, и я — извечный слушатель одного гения. Или двух, тут как посмотреть. О произошедшем на тайной вечере я доложил директору, как только представилась возможность покинуть наш милый семейный круг, а надежда поговорить с Морган задохнулась в зародыше. Эта женщина была поистине неуловима. Худшее же заключалось в том, что о ней никто и ничего не знал. — Прошла уже неделя, но ничего не происходит. Вам это не кажется странным? Монотонный стук пальца о подлокотник кресла помогал мне держать себя в руках. В этом кабинете подобный навык был не менее полезен, чем на собраниях Пожирателей. Дамблдор медленно мешал сахар в своей чашке, наблюдая за тем, как серебряная ложка создавала крошечный водоворот. — Угостишься лимонными дольками? — он поднял на меня взгляд из-за очков-половинок. — Самые свежие, я привёз их из летнего путешествия. — Альбус. Он готов напасть в любой момент. — Если он готов напасть, то мы готовы защищаться, — безмятежно ответил Дамблдор. — Тем более, я вижу, что теперь мне даже не нужно уговаривать тебя защищать мальчика. Ты делаешь это по собственной воле. Я сжал зубы. О, как же мне хотелось вылить весь этот проклятый чай на ковёр. И заодно придушить вечно орущую птицу на жердочке. — Что вы узнали за лето? — резко сменил я тему. — Зачем вообще уезжали? Директор добродушно улыбнулся в бороду, прикрыв глаза. — Узнал. — Но мне не скажете? — Не стоит хранить все яйца в одной корзине, мой мальчик, — мягко произнёс он. — Тебе не о чем беспокоиться. Я сам поговорю с Гарри. Разве это не прекрасная возможность снять с твоих плеч хотя бы одну ношу? Я едва не скривился. Поттер. Один на один с Дамблдором. Плохая идея. Катастрофическая идея. Но я был слишком хорош в сокрытии эмоций, чтобы позволить себе это показать. — Мне плевать, сколько чашек чая вы с ним выпьете, — отрезал я. — Меня волнует другое: как вы собираетесь обеспечивать его безопасность, когда Хогвартс наводнён чужаками? И Морган может быть среди них. — О, не волнуйся, Северус. Я уверен, что ты прекрасно с этим справишься. — Снять ношу, говорите? — процедил я сквозь зубы. Плеваться ядом, шипеть, кричать, что это ужасная идея… О, как бы я хотел это сделать! Как защищать этого щенка, не выдав себя Лорду? Я не всемогущий Мерлин, Мордред вас всех раздери! Но Дамблдор лишь улыбнулся. — Да и твои змейки окутали Гарри так плотно, что шпилька не проскользнёт, — он отхлебнул чай, словно разговор был ни о чём. — Мистер Малфой всегда казался мне умным волшебником. Я скривился. — Скорее скользким. Дамблдор усмехнулся, но ничего не ответил. — Ну раз мы друг друга поняли, то передай Гарри, что он должен зайти ко мне вечером, — Дамблдор улыбнулся, поднимаясь с кресла. — Пароль от кабинета «сладкие свистульки». Очень советую их попробовать, Северус. Меня отпустили. Или, скорее, выпроводили. А мне теперь предстояло подготовить Поттера к встрече с Великим Светлым Волшебником. И от одной только мысли об этом тошнило.

———————————————

— Пейте, Поттер, — процедил я, точно так же, как процедил бы в ложку порцию зелья. Он смотрел с подозрением, принюхиваясь, словно хоть что-то понимал в зельях, словно мог решать, пить ему это или нет. — Что это? — Хоть раз, просто сделайте то, что вас просят. — Уж извините, но на просьбу это совсем не похоже. Я шумно выдохнул, на мгновение закрывая глаза. — …Пожалуйста, выпейте это. Но просьба прозвучала скорее как приказ. Я знал, что этот мальчишка чувствует мои эмоции, знал, что он понимает, насколько меня разъедает раздражение, но ничего не мог с этим поделать. Когда я снова открыл глаза, он уже ставил на стол пустой бокал, морщась от вкуса. — Вы назло варите всё таким мерзким на вкус или у вас это случайно получается? Меня настолько выбило из колеи, что я не сразу нашёл подходящую колкость. — Поттер, если бы вы разбирались в предмете, то знали бы, что все зелья невкусные. Или не имеют вкуса вообще. — О, я разбираюсь достаточно, чтобы знать, что существуют нейтральные добавки, способные сделать вкус хотя бы приемлемым. Он перевёл на меня пристальный взгляд. — Вы скажете, что это было, или мне идти на поиски уборной? Я фыркнул. — Уже не поможет. Он прищурился. А затем сделал то, чего я никак не ожидал. Поттер вытащил палочку и направил её на опустевший стакан. Секунда — и по стеклу скользнуло синее пламя. Оно плясало по краям, угрожая прожечь дерево моего стола. — Что вы… — Не яд. — Естественно, это не яд. — И не транквилизатор. Он склонил голову, поворачивая стакан из стороны в сторону, затем осторожно коснулся кончиками пальцев самого огня, словно собирая его в ладонь, а после — попробовал. Уверенно. Хладнокровно. Как человек, который знает, что делает. Меня передёрнуло. Такому не учат в Хогвартсе. — Профессор, если кто-то собирается копаться в моих мозгах, могли бы просто сказать. Я медленно сжал пальцы на подлокотнике кресла. — Откуда вы знаете методы диагностики? Вы — просто студент четвёртого курса. — А вы? Вы же просто профессор в школе. Он поднял на меня ледяной взгляд. — Хотя, о чём это я? Не просто профессор. Я стиснул зубы. — Прекратите. Я задал вопрос. — На который вы уже знаете ответ. Его голос был спокойным. — Не вижу смысла водить вилами по воде. Он чуть подался вперёд, на его лице не было ни следа страха. — Одно из двух. Либо вы сейчас ведёте меня к Волдеморту, либо к Дамблдору. Моё лицо не дрогнуло. — Волдеморт , — продолжал Поттер, — скорее предпочтет копаться пальцами. И исключительно в раскрытом черепе. Я подавил гримасу. — А значит, я иду к Дамблдору. Я скривился от его манеры говорить. — К профессору Дамблдору. — Одно другому не мешает. Он наклонил голову. — Раз уж вы вдруг решили подстраховать меня заранее… Может, скажете и тему разговора? Я удержал его взгляд. Этот мальчишка… Это я должен был сказать. Это я должен был вести диалог. Но он опередил меня. Чьими были эмоции, бурлившие внутри — моими или его? — Ваша магия. Я сделал паузу. — Поттер, не показывайте больше, чем вам положено уметь. В кои-то веки он не спорил со мной, а просто кивнул. — Пароль «сладкие свистульки». А когда он открывал дверь, я окликнул его, думая сообщить о Морган. — Поттер… что бы вы сделали, если бы это все же был яд? — Умер бы, очевидно, — улыбнулся он беззаботно. И ушел, а я так ничего и не сказал. Если Поттер будет знать об угрозе, то обязательно что-то натворит, лучше я сам разберусь.

———————————————

(От лица Харриет Поттер) Я не помню, когда в последний раз рассматривала все эти приборы, которые неустанно щелкали, тикали, постукивали. Казалось, будто весь этот кабинет жил собственной жизнью, а вместе с ним — и его хозяин. Чем больше движений, тем легче спрятать истину. Дамблдор улыбался мне радушно. Я же старалась изобразить своё самое восторженное лицо. Когда-то этот человек был моим опекуном. И почему-то мне совсем не хотелось за это говорить спасибо. Даже Дурсли сделали для меня больше. А он просто ждал, пока я сама приду под его крыло. — Гарри, мальчик мой, я так рад тебя видеть. От его голоса передёрнуло. Я столько раз слышала эту сладкую, липкую доброжелательность, что теперь воспринимала её только в штыки. — Здравствуйте, директор. Я смотрела прямо на него, не мигая. — Профессор Снейп сказал, что вы хотели меня видеть. Что-то случилось с Сириусом? Он в порядке? От него давно не было писем, я волнуюсь. Я не волновалась. С тех пор как мы поругались, Сириус писал мне исключительно через Люпина. Думал, что я не знаю. Но я знала. И всё равно продолжала читать. И всё равно… не могла сердиться по-настоящему. В конце концов, он — чуть ли не единственная родня в этом волшебном мире. Дамблдор покачал головой, его улыбка стала ещё мягче. — Нет-нет, с твоим крестным всё хорошо. Он вместе с профессором Люпином отправился к оборотням, чтобы предупредить их об опасности. Я приподняла бровь. — А для них это не опасно? Мне казалось, что я уже переигрываю, но чутьё вело меня само по себе. Если я буду выглядеть встревоженной, Дамблдор не станет меня подозревать. Я на это надеюсь. — Уверен, они справятся. Как же, профессор. Вы ведь были уверены и в том, что Снейп не протянет ноги в лапах Волдеморта. Я же таких надежд не питаю. Пока у нас связь, он нужен мне живым. — Ох, тогда хорошо, — выдохнула я, опуская плечи. Лёгкий спектакль. Лёгкая пауза. — А зачем я вам? Я осмотрелась, изображая наивное любопытство. Что здесь для вида, а что — уже угроза? — Присядь, выпей чаю со стариком. Его голос был ласковый, ровный, без единого изъяна. А улыбка не дрогнула ни на миллиметр. Уж не знаю, что конкретно мне дал Снейп, но, надеюсь, он настолько хороший зельевар, как о нём все говорят. Я подняла чашку к губам, делая пробный глоток. Вкус был привычным — мягким, цветочным. Липа. Значит, в этот раз без подвохов. Я подняла глаза на Дамблдора и, сделав вид, что наслаждаюсь напитком, кивнула: — Вкусно. — Помона поделилась со мной этим чаем. Говорит, он отлично помогает при напряжении. — Наверное, мне стоило бы пить его чаще, — пробормотала я, снова поднося чашку к губам. Губы коснулись ободка, но глоток я так и не сделала. Чёртов Снейп. Не сказал ни слова. Ни намёка. Даже после того, как я вылила на него весь яд своих подозрений. — Так вот, мой мальчик, — Дамблдор мягко улыбнулся. — Я хотел обсудить с тобой то, что произошло прошлой весной. Ты же помнишь, как исчез Питер Петтигрю? Я сжала чашку сильнее. Да, Дамблдор, ещё бы я не помнила. Я кивнула, не глядя на него. — Может, сахару? — Нет, спасибо, директор. Он разочарованно вздохнул, но продолжил: — Тот след магии, что он оставил после себя… Профессор Снейп говорил тебе, что такой же остался во время твоего побега от Волдеморта? Чай пошёл не в то горло. Я резко закашлялась, давясь горячей жидкостью. — Что?! — хрипло выдавила я, с трудом приходя в себя. — Он… Он мне ничего не говорил! Проклятье, Снейп. Хотелось сорваться с места и разнести его кабинет к чертям собачьим. — К сожалению, так оно и есть. — Дамблдор вздохнул. — Я отправлялся летом за поиском совета по этому делу… и кое-что нашёл. Всё внутри похолодело. Этого не может быть. Просто не может. Но если это не я… и не он… То кто? — И что вы нашли? Я не сразу узнала свой голос. — Думаю, ты уже знаешь, что маги обычно используют резерв, данный им при рождении. Их ядро растёт, развивается, но не может превзойти свой предел. Я кивнула, пытаясь уловить суть. — Но есть и другой путь. Дамблдор внимательно посмотрел мне в глаза. — Некоторые маги используют свою душу как катализатор. Мне вдруг стало очень холодно. — Их магия… совсем не такая, как у других. Он сделал паузу, словно давая мне переварить сказанное. — Магия души, Гарри. Так её называют. Я замерла. Что-то едва ощутимо коснулось моего разума. Не вторжение. Лёгкий, почти ласковый укол. Но этого хватило, чтобы я напряглась. — И что это значит? — Значит, кто-то… буквально покалечил свою душу, чтобы стать сильнее. Я стиснула пальцы на чашке. — Ты же знаешь, как можно покалечить душу, Гарри? Я не убивала. Я не убивала. Я не убивала. — Но я же тоже могу… Я резко замолчала. Проклятье. Слишком быстро. Слишком рано. Я не успела замаскировать эмоции — и уже знала, что Дамблдор это увидел. Дамблдор не шелохнулся, но его взгляд стал пристальнее. — Можешь? Мне захотелось выплюнуть остатки чая, но вместо этого я заставила себя сделать ещё один глоток. Руки остались неподвижны, дыхание ровное. Только внутри всё напряглось. — Я имею в виду… — я медленно поставила чашку на стол, убирая ладони на колени. Не сжимай кулаки. Не показывай слабость. — Если это проявляется у меня, значит, это может проявляться и у других, верно? Мягкий кивок. — Безусловно. Он не давил. Не спрашивал напрямую. Но в его глазах читался ответ. Он уже знал. Не до конца. Не всё. Но догадывался. — Профессор, а можно ли это остановить? — Магию души? Я кивнула. Дамблдор ненадолго задумался, опуская руки на подлокотники кресла. — Это… сложный вопрос. Он вздохнул, словно взвешивая каждое слово. — Как я уже сказал, магия души основана на разрушении собственного „я“. Это не просто ресурс, который можно исчерпать. Это… фундамент. Если его ломают — последствия необратимы. Я почувствовала, как внутри что-то сжалось. — То есть, если кто-то начал… он уже не сможет остановиться? — Он может попробовать. Тишина растянулась. Я знала ответ. Дамблдор тоже знал, но не собирался его озвучивать. Потому что знал и другое. Если я спрошу, значит, это касается меня. Но я не дала ему шанса развить эту мысль. — Значит, такие люди — опасны? Его взгляд дрогнул. — Опасны, если их сила вышла из-под контроля. — И вы не знаете, кто это? Я почти физически почувствовала, как он выбирает слова. — Не знаю. Но этот след… оставил кто-то, обладающий редчайшим даром. Он подался вперёд. — Гарри… Если ты узнаешь что-то, что может помочь в этом поиске… ты ведь скажешь мне? Ложь застряла в горле. Мне хотелось сказать „да“. Мне хотелось убедить его. Но я знала: если соглашусь слишком быстро, он заподозрит неладное. Поэтому я просто смотрела в чашку. Пауза. А потом выдохнула: — Я скажу, если узнаю что-то важное. И добавила всё, что он хотел услышать: — Обещаю. Обещаю вытрясти из Мора все!

———————————————

Через пару дней начался Турнир, а мне так и не удалось поймать Снейпа на разговор. Он должен был мне рассказать, он обещал, но, кажется, нарочно прятался по углам, лишь бы избежать встречи. Никаких катастроф с Кубком не случилось, разве что парочка Уизли пыталась обмануть возрастную границу, и теперь уже неделю разгуливает с бородой до пояса. Но, похоже, им даже нравится. От Дурмстранга выбран Виктор Крам — неудивительно. От Шармбатона — Флер Делакур, снова ожидаемо. От Хогвартса — Седрик Диггори, и я даже не сразу вспомнила, как он выглядит, пока он не встал из-за стола. Но самым неожиданным стало то, что Гермиона Грейнджер вдруг оказалась рядом с Крамом. В библиотеке. На поле для квиддича. Под старым дубом во дворе. Наши парни проиграли по всем фронтам, но держались достойно. Драко только скрипел зубами, а Тео… Тео казался отстранённым. Казалось, что наша размолвка беспокоила его куда больше, чем Гермиона. — Мы можем поговорить? — спросил он в один из дней, когда должен был состояться первый этап Турнира. Я остановилась. — Думаешь, надо? — мой голос звучал ровно, но внутри всё сжималось. — Это ненадолго. Встретимся в том же классе. Он ушёл, а я ещё минут десять пыталась вспомнить, какой именно тогда был класс. Лабиринт из заброшенных помещений, лестниц, коридоров. Всё, что оставалось, — прислушиваться к звукам за дверями, стараясь угадать. И я угадала. Когда я вошла, Тео уже ждал. Он вырисовывал кончиком палочки на парте какой-то узор. Когда я подошла ближе, то увидела птичку — тонкую, почти живую. — Красиво. Тео вздрогнул, рука дрогнула, и клюв стал слишком длинным. Мы молча смотрели на испорченный рисунок, а потом вдруг усмехнулись. Тихо, будто не имели на это права. — Я хотел… — Поговорить, — закончила я за него. — Но я не понимаю, зачем. Он сжал губы. — Тео, я не хочу, чтобы ты придумывал ложь для отца. Не хочу, чтобы ты пострадал из-за меня. Нам и правда лучше… перестать общаться. Пока что. Я не была уверена в этих словах. Когда это «пока что» закончится? Закончится ли? Тео отвёл взгляд. — Ты прав. Но не двинулся с места. Я только вздохнула, собираясь уйти, но он вдруг шагнул вперёд. В руках у него что-то блеснуло. — Я не приму его назад! — вспыхнула я, поняв, что это. — Это другой, — тихо ответил он. Он не стал надевать его сразу, словно ждал разрешения. Я вздохнула, опустив голову, позволяя. Холодная цепочка легла на кожу. Только теперь я заметила, что вместо монеты — звезда в серебряной оправе. — Он одноразовый, — продолжил Тео. Голос был ровным, но в нём чувствовалась усталость. — И ведёт только в одну сторону. Я посмотрела на него. — Куда? — В Мон-Сен-Мишель. Он говорил тихо, не поднимая глаз. — Это небольшое кафе. Paradise. Остров-крепость в Нормандии. Там не жалуют волшебников. Никто не будет тебя искать. Он сделал шаг назад, будто истратив все слова сразу. Я провела пальцами по кулону. Звезда. — Тео… Он отвернулся. — Только не забудь… Если понадобится, просто сожми его и скажи «Paradise».

———————————————

Тео вышел первым. А я осталась. Думая. Пытаясь осознать, как всё так вышло. Но долго размышлять мне не дали. За дверью раздался шум. Резкий, неестественный. Шум превратился во взрыв. Я метнулась к выходу. Тео! Он стоял на одном колене, судорожно сжимая палочку окровавленной рукой. — Тео! Он дёрнулся, глухо прохрипел: — Беги. Я подняла голову. И замерла. Морган. Морган Скерч. Она стояла напротив, тёмная, безликая, как тень, и улыбалась. — Ну здравствуй, Гарри. Голос мягкий, почти ласковый. — Или мне лучше называть тебя Харриет? Она растянула губы в змеином оскале, и по спине прокатился липкий холод. Сердце застучало в бешеном ритме. Я не стала ждать. — Incarcero! Путы рванулись вперёд, но она даже не вздрогнула. Просто отступила, медленно, аккуратно. Даже не наложила щита. Желудок сжался в комок, пальцы дрожали от ярости, но я заставила себя сжать палочку крепче. Она улыбалась — уверенно, холодно, без страха. — Что ты, Поттер… так примитивно? Голос насмешливый, почти разочарованный. — Разве такому я тебя учила? Я заскрипела зубами. Липкий гнев вспыхнул внутри, сметая последние сомнения. Если она думала, что я все еще ее ученик, она ошибалась. Я не позволю ей заговорить меня. Сырая сила рванулась наружу, взметнув воздух вокруг, и Тео отлетел в сторону. Глухой удар. Стук. Он успел застонать, но я уже накладывала запирающие чары, отрезая его от боя. Теперь — только мы. Я и Морган. Она. Предавшая. Я подняла палочку. И теперь во мне не было вопросов. Я искренне желала её убить.