Зима—это сплошной холод

Холодная зима наполнила воздух особенным чувством, как будто сама природа замерла, готовясь к чему-то важному. Мелкие снежинки кружились в воздухе, опускаясь на крыши, на улицы и на головы людей, на которых уютно сидели шерстяные шапки. Они мягко укрывали от морозного ветра, заботливо защищая уши от ледяного дыхания зимы. Кругом всё было пропитано тишиной и покоем, лишь изредка нарушаемыми весёлыми криками детей, играющих в снежки, и звонкими хлопками петард, разносящимися в воздухе. Ветки деревьев, оголённые и тронутые инеем, слабо дрожали от этих взрывов, а белоснежный пейзаж создавал атмосферу сказки и волшебства. Некоторые люди, уткнувшись в воротники своих пальто, спешили домой, торопясь спрятаться от зимних холодов. Но были и такие, кто наслаждался каждым моментом этой морозной зимы, как, например, Нептун. Для него эти морозные дни были привычными, как часть его сущности. Лёд и холод были его друзьями, и он ощущал себя комфортно в этот сезон. Он мог часами гулять по заснеженной улице, вдыхая свежий воздух, и просто наслаждаться зимним спокойствием. И сегодня был особенный день. На носу Новый год, а для Нептуна это был момент, который он ждал, наверное, всю свою жизнь. Он не мог не заметить, как его сердце забилось быстрее при мысли о Уране — своём лучшем друге, который был одновременно и источником его страха, и мечтой. Сколько лет они знали друг друга, но Нептун так и не мог признаться в своих чувствах. Страх перед возможным отказом и неуверенность терзали его, и вот сегодня, в этот морозный день, он решил, что больше не сможет молчать. Он стоял, внимательно наблюдая за учениками, которые выходили из школы. Все они торопились домой, но Нептун ждал не их. Он ждал одного человека. Он знал, что Уран должен был забрать свою младшую сестру Титанию, и был готов ждать, сколько угодно времени, лишь бы увидеть его. Мечты о признании переполняли его. И вдруг мысль о том, что именно сегодня он должен открыть свои чувства, как будто ударила его молнией. Почему бы не признаться сейчас? Почему бы не раскрыть всё, что он чувствует? Это была его возможность. Вдруг Нептун почувствовал, как в груди что-то затрепетало от волнения. Он резко развернулся и направился к лавке с цветами. Здесь, среди разнообразных букетов, он встал в замешательстве. Белые розы — символ чистоты и невинности, красные — страсти и желания, пионы—нежны и прекрасны. Каждая из этих цветов казалась ему именно тем, что нужно. Белые розы, такие нежные, такие трогательные, точно так же, как его скрытые чувства к Урану — чистые, искренние, но в то же время сдержанные. И вот красные — огненные, яркие, полные силы и страсти. Эти цветы как будто воплощали те бурю эмоций, которые не могли уместиться в его сердце. Он долго стоял перед полками, не решаясь выбрать. В голове всплывали воспоминания: как часто он нервничал рядом с Ураном, как его сердце начинало бешено колотиться, когда тот рядом. Как взгляд другого мог заставить его улыбку смениться на смущенную ухмылку, а уши и щеки становились ярко-красными. Все эти чувства, скрытые под внешним спокойствием, сейчас поднимались на поверхность. После длительных раздумий Нептун решил: он возьмёт и те, и другие. Белые розы, чтобы выразить свою искренность и невинность, и красные — чтобы показать всю страсть, которая горела в его сердце. Эти два букета были как две стороны одной медали: чистота и буря, невидимые противоречия любви, которой он жил. "Да, это именно то, что я хочу подарить ему…" — думал Нептун, с уверенностью подходя к кассе с двумя прекрасными букетами в руках. Его сердце всё ещё билось чаще, но теперь он знал, что сделал правильный шаг. Нептун стоял у дверей лавки, держа в руках два букета — белые и красные розы, которые он так долго выбирал, надеясь, что именно эти цветы смогут передать всю глубину его чувств. Весь мир казался для него в этот момент правильным, идеальным — он был готов. Нептун был уверен, что, если сегодня он откроется Урану, то его сердце, которое сжалось от волнения, наконец, обретет покой. Через несколько минут, голубоглазый вышел из школы, по привычке, поглаживая пальцами волосы. Он был в привычном, несколько небрежном, но всё равно элегантном пальто. Когда он заметил друга, его лицо сначала озарилось короткой, почти неуловимой улыбкой. Но тут же она исчезла, как если бы что-то в его глазах сменилось, и Нептуш почувствовал это мгновенное изменение, словно тонкую, но ощутимую преграду, возведенную между ними. — Ты что здесь стоишь? — седьмой подошел, его голос звучал немного напряженно, а взгляд был холоден. — Я же тебе говорил не ждать меня. Нептун молча стоял перед ним, цветы в руках слегка дрожали от нервозности. Он открыл рот, но не мог найти слов. Всё, что ему нужно было сказать, было написано в его глазах. С трепетом, с болью, с долгожданным признанием. Он осторожно протянул букет, ощущая, как его сердце почти выпрыгивает из груди. — Уран, я… я хотел тебе сказать…-его голос был едва слышен, как шепот в этом холодном зимнем воздухе. — Я давно чувствую к тебе больше, чем просто дружбу. Эти цветы-для тебя. Пожалуйста, прими это, и ты поймешь… Но вместо того, чтобы принять цветы, Уран отвел взгляд, его лицо вдруг стало жестким, и его глаза наполнились чем-то тёмным, почти зловещим. — Ты что, с ума сошел?- его голос резко повысился, и это звучало как удар. — Ты подумал, что я хочу это слушать? Ты думаешь, что я буду ценить эти глупые розы, этот… бред?! Нептун замер, его сердце сжалось от этих слов. Он не ожидал такой реакции. Каждая клеточка его тела кричала от боли, но он не мог пошевелиться. Он держал цветы, как в тот момент, когда они были красивыми и полными смысла. И вот они уже были просто ненужной вещью в руках. Уран схватил букет, небрежно бросил его в снег, как будто это был всего лишь мусор. Птицы, пролетавшие над головой, казались теперь более важными, чем его чувства. — Не подходи ко мне больше, понял? Я не хочу больше ничего слышать! Ты — только друг. И никогда не будешь кем-то больше. Забыть всё, что ты сказал. Всё это… идиотизм-сказал холодный с таким отчуждением в голосе, что Посейдон почувствовал, как его мир рушится. Словно на его глазах растаяла вся зима, снежинки замерли в воздухе, а мир, который казался вечным и наполненным светом, погрузился в темные оттенки. Нептун стоял, его руки всё ещё держали пустые стебли, осыпавшиеся лепестками. Он не знал, что делать, как реагировать. Тело не слушалось, а сердце разрывалось. В груди было пусто, как в зимнем лесу после шторма. Светлый не оглянулся и, повернувшись, пошел прочь. Его шаги звучали отчётливо на фоне тишины. Нептун стоял в этом зимнем одиночестве, глаза его потемнели от слёз, которые не могли выплеснуться. Цветы были брошены, как он-его чувства, как его любовь. В тот момент, когда Уран ушел, что-то в Нептуне окончательно сломалось. Маленькое хрупкое сердечко разбилось, теплый мир похолодел. Зима всё так же тихо падала вокруг, как снежинки, медленно оседая на землю, но Нептун уже не ощущал её красоты. Он стоял среди пустых улиц, опустошённый, разбитый, в том самом месте, где его чувства были отвергнуты, и зима казалась вечной.