В шарике

      Каждый из них порой задумывался. О многом. Например, как Неадаптеру пришла идея собрать в одном мире настолько разных личностей. Например, как они уживались. Например, зачем всё это нужно было.       Они все из совершенно разных миров (а некоторые особо пернатые с самих Небес). У них разные привычки, характеры, традиции. Хотя, соврать можно, если утверждать, что все совсем разное. Было одинаковое. Например, у всех так или иначе был конец года. Называлось оно по-разному, у них же, с лёгкой руки (таблички) Неадаптера называлось Новым годом. В это время он дарил снег - первый такой был неприятным, бумажным почти что буквально, и Диамкей на пару с Модди объясняли глупому богу, как надо. Падал снег, совсем немного понижалась температура - все-таки, у них были всякие демоны, которые мёрзли, с некоторых пор ящер, проклинающий снег каждый шаг и кутающийся едва не в десять теплых мантий. Правда больше это все было наиграно и успокаивался он, когда в другие десять заворачивали длинный чешуйчатый хвост.       Новый год, по всем традициям, приносил на спавн, некий центр их мира, названный так когда-то да кем-то, большую ель. Большую, пушистую, ее местный бог за ночь выращивал, чтобы днём остальные вешать на нее начали да вокруг на элитрах и собственных крыльях (когда Неадаптер заставлял дождь превращаться в снегопад, некоторые белоснежные перья просто терялись в небе, а на земле оказывались полностью в снегу, похожая ситуация была и с другими крыльями) летать с широкими лентами, большими гирляндами.       Каждый украшал своё место. А ещё организации украшали свои "символы". Надзиратели правда повесили украшения так, что они только пугали, но на это все тихо посмеялись, громко испугались и промолчали, когда Пугод гордо подбородок задрал, заявив, что этого эффекта им и надо было добиться. Дровосеки прыгали вокруг своей трехугольной пирамиды, Якудза, напрягши Ямакаси (половина которых были этими же самыми Якудза) украшали квартал да главное здание. Глаза резать даже начало от суеты, украшений.       Украшали все и всë.       – Как-то мрачновато у нас.       Душенька произнес это негромко, грустно словно бы. По столу рукой провёл, вздохнув. От рисунка оторвался Веназар, задумываясь. Зак же кивнул, голову пока что не поднял - оно и ясно, пытался присоединить маленькие детали так, чтобы они не сломались. Обсидиан голову поднял сразу, улыбнуться постарался.       – Мрачно? – Диамкей неожиданно оживился, проявляясь словно бы из воздуха, – а ты про что? Солнца мало? За-а-ак!...       – Да нет же, – Душенька вздохнул, перебил, укоризненно на бодрого вампира посмотрел, – гирлянды, украшения. У меня в родном мире всегда было принято на праздники все ярким делать.       Обсидиан несколько удивленно моргнул. Рукав неуверенно дернул своей одежды - у него не такие уж счастливые воспоминания о родном мире, там приятного мало было. Никаких тебе праздников - он о них услышал едва не только лишь здесь, когда его спросили, какие он традиции принес с собой. Он, как и позднее проснувшийся от шума в недо-храме (в который его услужливо забросил Неадаптер, после искренне недоумевая, что не так, нашлись ведь) Молвин, только смущённо прокашлялся, тихо уточяя, что традиций толком-то и не принес. Так, какое-то перемирие на временной границе годов.       – Да и в центре - видели? - красота! – продолжил Душенька, руки на груди сложив.       – Подожди!... – Зак закусил губу, натягивая какую-то едва заметную обычному глазу нитку (они-то впятером, благодаря некой появившейся привычке, видели), – вот. Думаю, можно ведь воспользоваться совсем немного Иерихоном...       – Я думаю, Якудза плакать будет, если вновь рынок немного преобразится, – Диамкей довольно улыбнулся, – но идея интересная...       – Диамкей, – Веназар, махнув длинным разноцветным хвостом, укоризненно на вампира помотрел, – Новый год, вообще-то.       – Я думал фейерверки запустить с его помощью, – Заквиель посмеялся, – координаты неба, немного изменю начинку и всё.       – Звучит ненадёжно, – Веник нахмурился, – я бы сказал, что слишком ненадёжно.       – То-о-огда, – Диамкей широко заулыбался, – ты контролируешь, чтобы ничего случайно не испортилось и уж тем более не взорвалось. А вот мы втроём украшаем все вот тут. Чтобы несерые стены были.       – В небо взлетит не серая база, а миллион украшений праздничных? – Обсидиан поднялся, – идем. Зак, не переживай, замечательным ручкам некоторых вампиров я не дам повредить какую важную трубу здесь.       Диамкей притворно обиженно фыркнул, руки на груди сложил, еще и голову отвернул, словно бы точно обиделся. Душенька посмеялся, Заквиель поморщился. Одна из их коллективных смертей была от того, что взорвался Иерихон - больше случайно, потому что защищены некоторые дорожки пыли были плохо, вот все и повредилось, зацепилось и - секунда прошла! - все взорвалось, а на коммуникаторы всем пришло сразу пять сообщений.       (Вообще, шесть - Веназар написал короткое пятибуквенное слово сразу же)       – Ладно вам. Итак, Душенька, – Диамкей, поправив немного сползшие очки, хлопнул радостно в ладони, – идем-идем, право, все украсили, а у нас все то же самое!       Душенька на секунду задумался, засомневался, даже несколько испугался такого энтузиазма, но тут же согласно кивнул, негромко начиная рассуждать о том, что было бы полезно взять, из чего сотворить украшения. Обсидиан кивнул обреченно вздохнувшему Заквиелю (ему ли не знать, куда в вопросе декора может занести вампира) и Веназару, который ближе к чужому столу пересел, бумаги тут же взял в руки, придирчиво их рассматривая.

***

      – Смотри!       Душенька вытащил из коробки (правило Теней номер один: вам не надо знать, откуда Диамкей может достать все что угодно) стеклянную длинную змею. Под ней - цветастая, местами даже режущая глаза яркостью, мишура, в которой спрятались другие игрушки.       – Давай ее куда повыше? – Обсидиан улыбнулся, – надо ей место красивое...       – Может, в спальню? Символ года, а рядом мишуру. Только... Поспокойнее какую, – Душенька в чужие руки игрушку передал, сам осторожно начал перебирать мишуру в коробке, – не ядовитую - глаза резать будет.       – Нормальная у меня мишура!       Диамкей, возможно как и положено было вампирам (у них он был один и - пожалуйста-не-надо-больше - им хватало), подошел неслышимо даже для Обсидиана, возмутился громко, пугая и мага, и зайца. Змея из рук вылетела - не разбилась лишь от того, что Обсидиан ее магией вовремя перехватил, другой рукой за сердце схватившись.       – Диамкей!       Они вдвоем возмутились громко. Душенька к себе змею прижал, по ней, точно по живой, рукой провел, недовольно на вампира посмотрел. Тот рассмеялся, глаза зажмурил от хохота. Реакция ожидаемая - будто бы иное получить можно было.       – Ладно вам, – вампир заулыбался, клыки демонтрируя, все еще хихикая, – идем. В другой коробке, Душенька, будет тебе "поспокойнее". Хотя и здесь ведь мишура красивая!       – Обси, куда мы тогда его гроб убрали?       – А он разве не взорвался в какой-то из разов? – удивленно спросил Обсидиан.       – Жаль, – Душенька руку в коробку сунул, вытащил оттуда два конца - один ядовито-зеленый, другой кислотно-желтого цветов, – я бы этим украсил некоторым дизайнерам. Откуда у тебя такая гадость?       – И она подойти может, – Диамкей закатил глаза, – что вы как дети, ну честно! Вот смотри, сейчас украсим и ими. Нормальные цвета, что уж вы так. Нет у вас фанта-а-азии.       – Может, он просто совсем крышей сдвинулся? – тихо предположил Обсидиан, отойдя к Душеньке, который все держал змею в руках.       – Да мы тут все с ума сошли, – так же негромко ответил заяц, – мы так-то внутри Иерихона живем. Внутри Иерихона, который сейчас Зак переделывает.       Обсидиан пожал плечами. Возможно, это весомый аргумент, чтобы их психами посчитать - собственно, их так половина и называет, пускай и в шуточной манере, мысленно признавая, что понятие "нормально" у них крайне искажено.       – Так, – Диамкей, повесивший себе на шею ту самую режущую глаза своей яркостью мишуру, повернулся, руки в бока упер, – медовый месяц продолжаем уже в следующем году, а пока идем, сейчас вам умный вампир-то расскажет, как из этого красоту-то сделать!       Душенька вздохнул. Вернул в коробку змею, замечая еще более ядовитого цвета (хотя куда уж больше) мишуру. Иногда казалось, что у вампира вкуса нет совсем, а все его постройки только чудом и возникали.       – Се-е-е-ейчас! – Диамкей снял с шеи ядовито-зеленую мишуру, – все мы украсим, вы увидите! Зак да Веник в шоке будут с такой красоты!       – Мы же не взорвемся? – неуверенно спросил Душенька.       Вообще, им было несколько тяжеловато. Им - Душеньке, Обсидиану и Веназару. Заквиель на любое действие Диамкея только плечами пожимал, мол, ну, все как обычно. А вот им троим ("молодым", как некоторые их звали) приходилось тяжеловато.       Диамкей из коробки вытащил ярко-ярко красную мишуру вместе с черным дождиком, от души усыпанного белыми блёстками-звездочками. Душенька поморщился - Обсидиан подхватил магией почти упавший шарик, к себе осторожно притянул (родная, но уже не настолько привычная, ему магия здесь не идеально подчинялась). Душенька его перехватил, улыбнулся.       – Смотри, – заяц указал на стыки. Осторожно надавил, раскрывая прозрачный шарик на две половинки, – так сюда можно чего поместить.       – В непрозрачные обычно кидали бумажки с желаниями, мол, исполнится, – неожиданно откликнулся Диамкей, пытаясь закрепить зачем-то под потолком мишуру, – а сюда... Не знаю, чего можно поместить.       – Фотографию? – неуверенно предложил Обсидиан, – ну...       – Теней, – Душенька щелкнул пальцами, – точно! И на фоне... На фоне фейерверков. Если, конечно, получится все у Зака и Веника.       Обсидиан кивнул, понаблюдал, как Душенька шарик в инвентарь (храните силы Неадаптера за такую вещь) спрятал, а после они вдвоем начали помогать забурчавшему "старому вампиру", который "помощи в этом доме не дождётся". Диамкей бурчал наигранно, но от лишних рук не отказался, с радостью нагрузил их самыми отвратительными на взгляд цветастыми украшениями, торжественно до кучи повязав кривые бантики из, почему-то не колющейся, мишуры каждому на шею.       Украшать втроем было проще. Змея была убрана в инвентарь - решили взять с собой на фотографию. Коридоры Иерихона преображались постепенно, часть становилась яркой, праздничной, красивой. Часть (с ужасом) ждала шесть рук с коробками с украшениями.       Иерихон преобразился. Зак и Веник только в их личный чат отписались, что все успешно. А в общем высветилось приглашение на спавн, к елке. Потому что время уже подходило. Веника упросили взять с собой его собранный с помощью чуда фотоаппарат (он сказал, что в его родном мире такие были, сразу еще фотографию выдавали - с этим уже помог Неадаптер), Зак же прихватил чемоданчик, ласково, с пугающей немного улыбкой погладив его.       – Тебя не праздник не пустят, – Диамкей фыркнул, – и нас вместе с тобой.       – Мы друг другу друзья. Чего ж не поверят? – Зак набок голову наклонил, глазами наигранно невинно поморгал.       Веник что-то буркнул про рынок.

***

      – Итак...       К елке их пустили. Зак улыбался загадочно, объяснял, что от них уготовлен сюрприз - Якудза напряглись, с недоверием посмотрели, мысленно, кажется, вспоминая, насколько рынок защищен нынче. Тени тут же правда заверить постарались, что это просто сюрприз, безобидный и приятный. Возможно, им поверили.       Возможно.       Время подходило. Заквиель чемоданчик вытащил, открыл, осторожно, под чутким руководством Веника, координаты неба начал вводить, надеясь, что все получится. Самое худшее - они останутся без дома-базы. Это не новое, даже, можно сказать, (не)хорошо забытое старое. Координаты ввели быстро, Веник фотоаппарат вытащил, Душенька осторожно змею, на которую повесили короткую мишуру. Под стать всем Теням - у каждого на шее по ядовитого цвета мишуре. Не очень подходило по названию, но он мало кого волновало.       – Если случайно взорвется рынок - они сильно обидятся? – Диамкей улыбнулся, рассмеялся, когда заметил, что остальные Тени напряглись, – ладно-ладно вам. Шучу.       Зак тяжело вздохнул. Веник выдохнул - Душенька и Обсидиан закатили глаза почти что синхронно. Диамкей как всегда - теперь с этим готовы были согласиться и "молодые".       Фейерверк прилетел неожиданно быстро. Зак ругнулся, Веник фотоаппарат включил, Душенька змею вперед вытянул. Получился у них бардак на самом деле - почти упали, едва не уронили и чемоданчик, и змею.       Но фотография вышла. Душенька схватил ее первый, зашипел от того, что она пальцы обожгла, ибо горячая была, тут же в шар сунул, улыбаясь.       – Все, мы в шарике, – Диамкей усмехнулся, – заперли свои души, поздравляю!       – Души? – Обсидиан удивленно посмотрел на вампира.       – В одном из миров поверие. В фотографии душа, – Диамкей пожал плечами, – в шарике пять душ.       – Пять так пять. Главное что души теней, – Веник фотоаппарат спрятал, – пошли. Зак, сюрприз удался, глянь.       Заквиель довольно кивнул. Через минуту, правда, фейерверк, под не очень цензурные выражения Зака, начался по-новой, вызывая у остальных смех.       Шарик тот после повесили в мастерской вместе со змеей. И позже, когда наступит время перезапуска, Неадаптер его заберет в пустоту, туда, где недовольничает один недо-дух, повесит в ней же, под недовольное шипение.