"Новый" новый год

*За день до Открытой тренировки TeamTut* — Этери, привет! — воскликнул Даниил, рядом с ним по коридору шагал Сергей, который, в свою очередь сдержанно кивнул в знак приветствия, а после слегка улыбнулся. — Добрый день, ребят.. Как дела? Вы готовы? А девочки? — засыпала вопросами блондинка. — Эй! Эй! Этери, ну не с работы же начинать новый день! Скоро вообще Новый год! Ты рада? — заулыбался во все 32 Даня, а Сергей посмеялся над ним, представляя Даньку маленьким ребёнком в Новый год, без одного переднего зуба, низенького и сносящего всё на своём пути, словно ураган. — Ну.. Дань, рада, конечно, очень.. Ты вижу тоже. — женщина улыбнулась, а после и вовсе расхохоталась. Про Сергея они естественно не забыли, спросив его, получили лишь задумчивое "Надо будет жене подарок купить..." *** Тренировку девчонки откатали хорошо. Соня Акатьева, Аделия, Марго... Да и все, справились на ура, что не могло не радовать тренеров. Этери на всех прогонах блестала не только знаниями, которыми помогала девочкам, но и своей прекрасной улыбкой. Это было необычно и неожиданно, но они определённо оценили этот "праздничный" жест со стороны Тутберидзе. Обычно хмурая женщина была сегодня счастлива.. Воспитанники штаба уже начали подозревать, что у блондинки кто-то появился, но Этери быстро выбила у них эти мысли из головы. Задумавшись, женщина, не замечая никого ехала по периметру катка и влетела как раз в кучку учеников. — Ой! Ой! — донеслось от женщины, когда она к борту прижала всем телом Аделию Петросян, цепляя ещё и Арсения Федотова. — Эй, Этери Георгиевна! Сами говорили, что я в жизни мотивацию ищу, а не внезапные столкновения с вами! — воскликнул парень, вывернувшись из объятий Тутберидзе, которая расспрашивала Адель, не пострадала ли она. — Этери Георгиевна, я в порядке, а с вами что? Обычно такого не было.. — задумалась девушка. — Всё в порядке, правда... Просто думала, какие игрушки на елку в холле повесить... Золотые или серебряные? — решила перевести тему блондинка. Ребята сразу же закричали в один голос: мальчики "Серебряные!", а девочки "Золотые!" — Так, понятно.. Ещё раз прокатайте программы, а я пойду всё таки подумаю над украшениями... — женщина вмиг преодолела расстояние от противоположного борта, до того, через который вышла. До конца тренировки, Тутберидзе и носа не высунула из кабинета, в котором стояла кофеварка, тёплый диван, маленькая ёлочка на рабочем столе и самый главный атрибут - обогреватель, потому что простых батарей женщине не хватало, мерзлячка, что уж поделать! *** Вечер. На катке путсто. В центре фигурного катания Этери Тутберидзе остались только тренера, разнорабочие и двое парней - Михаил и Андрей, которые заливали ледовое покрытие. Вечерное солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая каток золотистыми и пурпурными оттенками. Всё вокруг напоминало о том, как здесь ещё только что радостно кружились фигуристы, но теперь только тишина и легкие звуки лопаты, рассекающей свежезалитый лёд. Михаил с Андреем работали в默沉默не, омытые спокойствием вечера, словно у них не было ни забот, ни тревог. Тренеры, стоя в углу катка, переглядывались, обсуждая прошедшие тренировки и планы на будущее. Окружающая атмосфера будто бы предвещала перемены, а их тщательные размышления об успехах подопечных оставляли после себя лёгкую грусть. В такие моменты задумчивость навевала воспоминания о тех, кто когда-то описывал ледяные дорожки своими трюками и артистизмом. Андрей заметил, что лёд начал медленно застывать, и в его глазах отразилась гордость за то, что они создают площадку для чего-то большего. Михаил, беря лопату, бросил взгляд на тренеров. В их смятении он ощутил, что каток — это не только место для тренировок, это пространство мечты и упорного труда. Руки ребят трудились, создавая идеальный лёд, словно подготавливая сцену для следующего акта этого уникального спектакля. В этот вечер магия катка была особенной. С каждым касанием лопаты лёд становился всё более зеркальным, отражая свет уходящего солнца. Михаил и Андрей работали слаженно, словно знатные мастера, создавая идеальные условия для выступлений своих друзей — фигуристов. Едва уловимые звуки их труда смешивались с далёким треньком коньков, который напоминал об ожидании новых побед. Тренеры, погружённые в свои мысли, иногда переглядывались, обменивались кивками и словами поддержки. Им становилось важно, что в этом моменте создавалось не только пространство, но и атмосфера веры в своих подопечных. Каждый из них понимал: старание, вложенное сегодня, непременно принесёт плоды завтра. Наконец, вечер погрузился в тихую темноту, как будто обняв каток своим уютом. Михаил и Андрей закончили работу и с гордостью оценили результаты своих усилий. Лёд блестел, как чистое полотно, ожидающее первых следов фигуристов. В этот миг они осознали, что создали не просто каток, а место, где мечты обретают форму. *** — Этери, так куда?! — воскликнул Даниил, у которого на пальцах левой руки висело с дюжину ёлочных игрушек самых разных размеров и форм. — Хм... — Тутберидзе взялась пальцами за подбородок. — Туда! — крикнула Этери, указывая на самый верхний ярус ёлки под самой верхушкой. — Этери? — спросил Дудаков, держа небольшой шарик возле одной из веток, взглядом спрашивая, сюда ли его повесить. — Нет! Ну Серёж! Ты что ли не видишь, что он там ну совсем не смотрится! — нахмурилась женщина, топая ногой, забыв что стоит лишь на табуретке, с которой легко упасть. "Деревяшка", так её назвали девочки из Хрустального, не выдержала давления на один из углов и начала стремительно переворачиваться, утягивая с собой блондинку. — Твою ж, мать! — воскликнула Тутберидзе, с грохотом валясь на пол. В следующую секунду, раздался громкий смех всей троицы. Естественно, Этери было больно, но и смешно одновременно, завтра подготовка к Чемпионату. И даже через несколько лет они будут вспоминать этот случай с улыбкой... *** Следующий день прошёл не менее эффективно. Программы - прокатаны, тренера отправились на автограф-сессию с поклонниками фигурного катания разных возрастов. Как раз через три недели Новый год. Даниил проведёт его со своей женой, Сергей - со своей семьёй, а Этери... Этери скорее всего вновь будет одна. Диана в Америке вместе с Глебом, приедут они гораздо позже... Раньше у Этери была мать, которая делила с дочкой и горе и радости, но как только её не стало, Тутберидзе младшая долго не могла принять своего горя... Желание маленькой Этери, пьющей детское шампанское из настоящего бокала со всей своей огромной семьёй - не сбылось. Сначала умер отец, за ним и мать... Родители не остались с ней навсегда... Видимо, не существует такого понятия "Навсегда"... Зато Этери оставалась верной своему делу, которое стало для неё вторым дыханием. Когда наступал Новый год, холодный ветер за окном и мерцание огней улиц лишь подчеркивали её одиночество, но в сердце всегда горела искра надежды. Тренировки, за которые она была готова отдать все, наполняли её дни смыслом, и именно на льду она чувствовала, что может быть по-настоящему живой. Среди многих юных фигуристов она находила радость и поддержку. Каждый успех её ученика вызывал у неё гордость, забирая хоть немного печали. При виде их неподдельной радости во время выступлений Этери могла на мгновение забыть о своих утратах. Она понимала, что оставила свой след в душе каждого из них. Прошло три недели.. Сегодня 31 декабря. Этери как в старые добрые годы пишет письмо, только вот не с мамой рядом, а для мамы, которое обязательно отнесёт с утра на её могилу 1 января. Пишет, конечно и отцу, а также не забывает, что есть ещё брат и сёстры. Пишет им. Всем. Упоминая всё, что произошло с ней за этот год. Желает всем счастья, говорит, что очень скучает и сильно-сильно любит. Этери чувствовала, как слова текут из её сердца на бумагу. Она писала о своих учениках, о том, как они растут и развиваются, как новогодние огоньки зажигаются в их глазах во время выступлений. Каждый успех становился для неё не просто победой, а теплым воспоминанием о том, как важно любить и поддерживать друг друга. Она делилась с ними своими мечтами, горестями и надеждами, словно вела разговор с дорогими сердцу людьми. "Мама, я надеюсь, что ты видишь, как я стараюсь", — писала она, глядя на пустую чашку, из которой пила в детстве то самое шампанское, сохранившуюся с тех времён. В её мыслях проносились образы семейных праздников, когда вся семья собиралась вместе за столом. Этери задыхалась от ностальгии, но вместо слез она чувствовала, как в ней растёт сила — не просто существовать, а продолжать путь, который выбрала. Собравшись с мыслями, она завершила письмо: "Я люблю вас, моя семья. Вы навсегда в моем сердце". С каждой строчкой она ощущала облегчение, словно эти слова могли соединить её с теми, кого она потеряла, напомнить о том, что память — это бесконечная связь, которая никогда не угаснет. Этери сложила все листы в "конвертики", обняв их так крепко, как только могла. Сбрызнув каждый конверт своими духами, вышла на свежий воздух, где ледяной ветер нежно касался её лица. Вокруг раздавались звуки Нового года: смех детей, треск петард, искристые фейерверки, освещающие ночное небо. Это напоминало ей о том, что жизнь продолжается, и в ней всегда есть место для радости. С каждым вздохом она чувствовала, как грусть уходит, уступая место новому вдохновению. Её ученики, как яркие звёзды на небосводе, освещали её путь. Этери знала, что именно они делают её жизнь насыщенной и полной смысла. Каждое выступление, каждое олимпийское достижение всех её детей — это ещё одна искорка, возрождающая в её душе надежду. Она зажгла свечу на подоконнике, словно бы призывая своих близких разделить с ней этот момент, закрыла глаза и представила, как её мама улыбается, гордясь за выбор дочери. Ночью, что и требовалось доказать, начали сыпаться поздравления от сестёр и брата, друзей, коллег, федерации и поклонников, которые никогда не дремлют. *** Женщина начала общаться со своей "какдочерью" ещё осенью. Женя стала намного старше, сильнее, способнее.. Не в плане физической нагрузки, а больше моральной. Этери гордилась тем, как Женя была словно распустившийся цветок на солнце. Конечно, всё это было только в душе. В душе она до сих пор любила своего медвежонка... «Если ты будешь верить в себя, всё возможно», – прочитала женщина в праздничном поздравлении Евгении Медведевой на её официальной странице в инстаграме. По всем обычаям, эта информация унеслась уже очень далеко, в разные соцсети. *** Свет звёзд отражался в её глазах, и она понимала, что именно такие моменты делают жизнь яркой и насыщенной. Наконец, в поздравлениях своих родных и близких, Медведева ощутила тепло и поддержку, как мощный поток, наполняющий её силой. Этот Новый год принесёт новые вызовы, но Женя была готова встретить любые трудности. Сейчас уж точно. Ей уже целых 25, но она также любит свою тренершу... Чёртову Этери Тутберидзе... Женя смотрела в зеркало, оценивая свои изменения. Перед ней стояла женщина, сильная и уверенная, но в сердце всё ещё жила та маленькая девочка, которая мечтала о первых местах и успехе. Время шло, а чувства оставались прежними. Напоминание о том, что Этери, скорее всего тоже любит девушку, только подстёгивало. «Ты сама творишь свою историю», — вспомнила Женя слова Этери, когда та напоминала о том, как важно верить в себя. Сейчас, глядя на будущее, Медведева понимала: впереди много трудностей, но, пересилив свои страхи, Женя была готова взять и сорваться к своей "какматери" прямо сейчас. Сию секунду. Так она и сделала. Минуту назад Женя была ещё дома, а сейчас уже сидела в такси с бутылкой красного вина и любимым десертом кудрявой - брауни. Женя внимательно смотрела в окно машины, пытаясь осознать, как быстро меняется её жизнь. Улица проносилась мимо, и мир казался таким ярким и полным возможностей. Её сердце стучало в ритме нового начала, и каждая снежинка напоминала о переменах, которые вот-вот произойдут. Она везла в себе мечты об Олимпиаде, о тех часах тренировок, о смехе с Этери, который был ей так дорог. Прибыв в подъезд великого тренера, Женя поднялась на нужный этаж пешком, так как лифт сломался и кнопка просто не закрывала дверь этой железяки. Пробежка до 9 этажа далась ей легко, ещё не растеряла форму. Нажав звонок, она ожидала. Ожидала либо того, что её пошлют далеко и подальше либо помилуют и пригласят войти. Сердце её колотилось, когда она вспомнила о том, как много раз её хватал внутренний страх. Всё казалось таким знакомым и одновременно пугающим. Через несколько мгновений раздался щелчок, и дверь открылась. Этери, с её непередаваемым шармом и ярким взглядом, встретила Женю с легким недоумением и удивлением. — Ты пришла, — произнесла она, как будто это было самым важным событием дня... Такая же смешная и милая, с шапкой на бикрень и курткой на распашку... — Да... Может.. Выйдем, прогуляемся? — спросила девушка, чувствуя себя неловко. — Пойдём.. - ответила Этери недолго думая.. Хотя, на самом деле, она вообще не думала. Она была до сих пор влюблена в эти огромные глаза, пухлые губы и красивый носик. Подойдя к вешалке, Тутберидзе, сняла своё пальто, накинув его поверх теплого свитера, а в ботинки заправила болоньевые штаны. Взглянула на Женю. Она всё также смотрела на блондинку, пока та одевалась и, присев обувалась. Свежий снежок немного оттаял, создавая мокрое пятно под ногами Медведевой. Этери выпрямилась в полный рост рядом с Женей, и глядя в её карие, почти чёрные глаза, аккуратно застегнула куртку девушки и поправила шапку. Женя почувствовала, как сердце бьется быстрее от простого прикосновения Этери. Она застыла на мгновение, пытаясь переварить эту нежность, и лишь кивнула в ответ. Снаружи всё ещё дул холодный ветер, но в её душе было тепло. На лифте спускались в тишине и лишь выйдя на улицу, Медведева заговорила: — Мы справимся вместе, правда? — спросила Женя.. — Возможно... Не знаю... Смотря, с чем ты хочешь справиться? - под лёгкий хруст снега, проговорила блондинка. — С чем? — переспросила Женя, прищурив глаза и взглянув на Этери с любопытством. — Знаешь, мне кажется, это не просто зима, а что-то большее. Мы всё время должны справляться с чем-то: с ожиданиями, с потерями, с давлением... Женя достала из рюкзака бутылку вина. — Да уж, Медведева, ещё и споить меня решила. — улыбнулась Тутберидзе, но всё же приняла бутылку. Через несколько секунд, пробка от неё, была уже в руках Этери. — Может быть, но порой мне кажется, что важно не только справляться, но и просто наслаждаться моментом. Эта зима... Она должна подарить радость, а не трудности. — Этери улыбнулась, хотя в её глазах мелькнула тень сомнения. — Трудности — это часть пути. Мы же знаем, что без них не будет ни роста, ни побед. Но иногда хочется просто отдохнуть, отключиться от всего… — Женя задумалась, её лицо стало серьёзным. — Давай просто пойдем. Если не получится всё решить сегодня, мы всегда сможем вернуться. Главное — быть рядом. — Кивнула Тутберидзе, и они обе остановились, глядя на заснеженные деревья, которые искрились на морозе. — Знаешь, Жень, а я тебя люблю... — призналась блондинка. Женя почувствовала, как сердце забилось быстрее от неожиданного признания. Она повернулась к Этери, и в взгляде её было что-то теплое, что согревало в этот зимний день. — Я тоже тебя люблю, — ответила она тихо, словно боясь испугать момент. Этери улыбнулась еще шире, и на её лице расцвела искренность, которая давала надежду. — Порой кажется, что на пути к успеху мы забываем о том, что значит просто быть счастливыми. Да, трудности закаляют, но важнее всего — это поддержка и понимание друг друга, — произнесла она, почти допивая вино. — За нас! — гордо прозвучал их обоюдный голос... *** Впереди был целый мир возможностей и непредсказуемости, но вместе они могли справиться с чем угодно. Я с тобой спорить не хочу Да и выгляжу как дурак Хочешь я завтра же прилечу Но пока не знаю как...** ** — Женя Трофимов Самолёты.