Одержимость

Казахстан чувствовал лучи солнца на своем лице и то, как кто-то трепает его волосы. Нежное косание его мягких волос ощущалось приятно. Но пока он не смог открыть глаза от «усталости» и сонливости. Казалось, будто он спит уже несколько дней, а просыпаться тяжело. В его разуме плылили воспоминания о Канаде и вчерашняя встреча с ним. А за ним резко приплыл облик его сына. Он ведь отчетливо помнит, что обещал Алену, что он вернется во время. После этого его крылья начали дрожать и он всей силой пытался будить себя. POV Canada Он так мило выглядит во сне. Но.. почему он вдруг начал весь дрожать? Сначала только крылья, а теперь всё тело. Ему что-то сниться? Что-нибудь неприятное или даже ужасающее? Или может я вчерашними действиями перешел черты и ему сейчас больно? Думаю, мне стоит будить его… Хотя, нет. Не надо. Нельзя спящего так резко будить. Это может его сильно напугать. Да и не думаю, что он с утра будет рад видеть меня. Интересно... Что он скажет как только увидит меня перед собой? А знает ли он, что я знаю о его жизни после нашей разлуки на 6 лет? Думаю, мы должны поговорить. Но уже позже. Сейчас не хочу давить на него. Так что просто полюбуюсь этим спящим принцем. End POV Canada Тело омеги всё еще дрожало во сне, будто ему холодно. А Канадец всё еще гладил его по волосам. Волосы Казаха были не просто красивы, ну еще и прямые, блестящие и густые. Он выглядел прекрасен и распущенными, и собранными волосами. Раньше они были длиннее, но недавно Крылатый постриг их ниже плеч. Альфа сразу заметил это небольшое изменение в нем. А в период их отношения Клёну нравилось гладить его по голове и расчесать его шикарные волосы. Когда Кан пустил пальцы по его волосам и массировал кожу голову, Казахстан резко открыл глаза и поднялся. Он тяжело дышал, а мысли о сыне не покидали его. Глаза были полны страха и тревоги. — Доброе утро. — произнес Красноволосый, от чего омега взрогнул. — Ты..? Какое доброе?.. После того, что ты со мной сделал вчера! — говорил он в ответ, а потом заметил, что он голый. Канада, который смотрел на него равнодушно, тоже. Солнышко возмутился и, цокнув, грубо отобрал одеяло у бывшего и прикрыл свое стройное тело. — Верни мою одежду и отпусти меня. Ты обещал, что оставишь меня в покое после того, трахнешь меня. — Нет, подожди. — хозяин дома взял с пола нижнее белье и быстро одел его. — Я принесу тебе воду и завтрак, которого я приготовил, а пока ты оденься. Также я подготовил для тебя чистую одежду. А старые сильно растрепаны, так что я выбросил их. — Чего!? Как ты посмел выбросить мои вещи без моего разрешения? — парень еще сильнее возмутился и перешел на крики. —У тебя совесть есть? Мне ничего от тебя не нужно. Просто верни мою одежду и пусти меня домой, ублюдок. — Казахстан. — Североамеоиканец с силой схватил того за подбородок. Его голос был холодным и он говорил щепотом. — Я не советую тебе обзывать меня. А со своими мусорами так заботливо не обращаюсь. Обычно я их выкину как только удовлетворюсь. Но ты не из них, понял? Да и у меня после тебя не было никакого мусора, ведь ты… — альфа коснулся его ключицы, где была метка. — Помечен мною. Это значит, что ты мой партнер, а не мусор как ты говорил. — Я… — Каз прикрыл глаза и вздохнул. — Хорошо. Ты обо мне заботишься. Прошу, отпусти меня. Я ведь большего не прошу. Казахстан выглядел опустошенным, будто хочет умереть. Канада видел в его глазах страх и отчаяние, грусть и обиду. И даже отвращение, которое еле заметно в его напуганных и полны разочарования глазах. Он поднял брови в легком удивлении и на миг уставился на его геторохромных глазах, будто осознал свою ошибку. Но тут же лицо Кленового стало равнодушным и он отпустил его подбородок, а Крылатик схватился за больное место. Кан быстро покинул комнату, и не спнша принес завтрак своему особому гостю, который успел умыться и одеться в одежу, которую подготовил ему Канди. На завтрак были жасминовый чай, клуьника и блины с творожной начинкой. — Приятного аппетита, Солнышко. — тепло улыбнулся Канадец, и получил сомнительный взгляд бывшего. — Ешь побольше, там нет ни яда, ни снотворного. — Ты… — не успел договорить азиат, как его перебили: — Я тоже съем. Смотри. — альфа взял блинчик и откусил, затем аккуратно пил чай. — Помнишь, это был твой любимый завтрак в университете? Ты мне даже готовил его каждые 2 дня, когда мы жили вместе. — проговорил Кан, а Каз в ответ молчал. Воспоминая о тех днях плыли перед глазами. Он по сей день любит именно блины с творожной начинкой и чай на завтрак. И был приятно удивлен, что Канди помнит. Но какого черта ему приятно?… — Спасибо.. за завтрак. — тихо произнес омега. — Ты тоже ешь. Иначе мне станет плохо от того, что ты наблюдаешь над тем, как я завтракаю. — Хорошо. — еще шире улыбнулся Клён. Он взял клубнику и дал своему гостю, который не сразу съел его. — Прости. У тебя рот набитый был… Казахстан. — Да? — Голубоволосый сам не заметил как быстро ответил ему. — Ты ведь понимаешь, да? Теперь ты и я партнеры, а не просто альфа и омега. Уже 6 лет. Метка – не простое дело как для тебя, так и для меня. Нам нужно поговорить о наших отнршениях. И прости. — Что? — удивленно произнес Солнышко. — Прости за вчерашнее. — Канадец отвел взгляд. — Я часто эмоционален. И даже груб. Сущность альфы, понимаешь? Прости, я не хотел тебе навредить. — он снова посмотрел на него. — Нам нужно будет поговорить. Но сначала ты иди домой и заверши все важные дела. А потом сообщи мне когда будешь готов. Я буду ждать и в любое время готов поговорить с тобой о нас.

***

— Әке! — Ален побежал к папе и бросился в его объятия. — Сен қайда болдың? Неге кеше үйге келмедің? — Ален, кешір. Кеше шұғыл мәселе туындап қалды... — Каз..? — Германия пристально смотрел на него. — Ален, мен әкеңмен оңаша сөйлесуім керек. Сен қарсы емссің ғой? — Аа… Жарайды. — Ален взолянул на Германию, который улыбнулся ему и слабо кивнул, и быстро покинул комнату. — Каз, ты где был? Мы ждали тебя. Ален беспокоился и я не находил себе места! Я не знал что ему ответить, а до тебя не мог дозвониться. С тобой всё в порядке? Я испугался, что Канада или Британия что-то с тобой сделал, а ООН не дал мне точного ответа. Они тебе угрожали или специально задерживали тебя? — встревоженный Немец задавал кучу вопросов, не дав другу ответить. — Гера, для начала успокойся. Сядь и выслушай меня. — они сели на кресла и Каз глубоко вздохнул. — Я в порядке. Просто мне нужно было поговорить с Канадой. Боюсь, он о чем-то заподозрил. И он вчера пытался узнать обо всем, говоря, что мы теперь буквально пара. — парень отвечал на вопросы европейца. — Понял. А почему тебя не было? Он ничего с тобой не сделал? — Германия спрашивал тихо, но слегка грубым тоном. — Он пытался со мной заговорить… — Казах не договорил, как вдруг Гера подошел к нему и слегка притянул шиворот его рубашки: — Я только заметил засосы на твоем шее. И одежда у тебя другая. — пусто и сухо произнес альфа, после раздраженным тоном продолжил. — Чертов Канада! Он тебя принудил к этому, я знаю. Ты бы не стал ему отдаться. Он хоть в курсе, что он испортил твою жизнь и теперь страдаешь ты? Он не пришел навестить тебя даже после того, как ты родил Алена. Уверен, он даже не думал о тебе. Этот чертов альфач использовал тебя в целях удовлетворения. Просто ублюдок! Казахстан молчал, прикрыв шею воротником рубашки. Он больше не мог врать ему. Европеец уже догодался обо всем, что произошло вчера. То, что Канадец сделал с Казахом вызвало у Немца ярость и тревогу одновременно. Он выглядел так, будто готов прибить второго сына Великобритании. Сам омега понимал, что Канада от него теперь не отстанет и вероятность, что он узнает о внебрачном сыне высока, даже, возможно, попытаетмя отобрать у него мальчика или шатажировать им. А Германия имеет риск испортить отношения с семьей Британцев. Он чувствовал на себе и угрозу, и защиту со стороны двух альф. А больше всех тяжко приходиться самому Казахстану и Алену, которые не в силах противостоять доминатному и сумасшедщему альфе. — Гера, послушай… — начал азиат и вздохнул. — Канада предложил мне поговорить. Он прав в том, что мы теперь не просто альфа и омега или бывшие партнеры, а пара. Одна целая. Он меня уже пометил, мне некуда деваться. — Казахстан начал паниковать от отчаяния, что он бессилен перед Клёновым. — Я попытаюсь договориться, чтобы он ничего не сделал с Аленом, чтобы мной доминировать. Мне плевать что со мной случиться. Я хпросто очу защищать своего сына, даже ценой своей жизни. — на последних словах он зарыдал. — Я ради Алена готов на всё. — Казахстан. Кази… — тихо произнес Немец, и обнял его, быстро получив ответное объятие. — Не плач. Я всё понимаю, но я говорил всё это, потому что я волнуюсь. За тебя и Алена. Ты ведь тоже стал моей семьей после смерти моих родных. Я не хочу, чтобы ты страдал. — Гера, что если он разлучит меня с сыном? — парень уже тихо говорил. — Я не переживу, если Канада отберет его у меня. — Он не посмеет! Мы не позволим. — увренно заявил Темноволосый. — Хочешь, я тоже пойду с тобой? — Нет, не хочу тебя вмешивать в этот хаос. — омега отстранился и вытер слёзы. — Я сам поговорю с Канадой. — Если тебя что-то беспокоит или он угрожает, то сообщи мне. Я помогу чем смогу. — Гера аккуратно погладил парня по голове, а затем положил руку ему на плечо. — Ты можешь доверять мне. А теперь иди, отдохни. Я побуду с Аленом. Ну а завтра все вместе прогуливаемся. — сказал он и улыбнулся. — Хорошо. — Я… — Каз вздохнул и кивнул. — Хорошо. Спасибо.

***

Спустя 3 дня Канада получил сообщение от своего омеги, что второй готов на встречу. Альфа улыбнулся и предложил ему поговорить у него дома, чтобы Казахстан не проделал длинный путь к нему домой. Но парень тут же отказался, сказав, что не хочет сидеть дома и пригласил Канадца в кафе не подалеку от здании ООН. Сначала Красноволосый возмутился и хотел пригласить его к себе, но затем передумал, думая, что он снова откажется, и согласился. Они назначили время и договорились встретиться в обед. — А ты выбрал тихое место, где буквально никого нет. — усмехнулся Клён. — Какая разница? Ты сам предложил обсудить наши отношения. Дальше по домам. — сказал в ответ Солнышко, скрестив руки на груди, и отвел взгляд. — Ты уверен в том, что сразу пойдешь домой? А если я скажу, что знаю о моем внебрачном сыне? Ален ведь. — сказал Канада и тут же получил шокированный взгляд Казаха, который позже разозлился. — И что?! — омега повысил голос. — С чего ты взял, что он твой сын? Его родил я и без тебя. Ты сам меня бросил… — А ты сам ко мне лез. — холодным тоном прозинес Североамериканец, перебивая его. Его голос звучал грубым и холодным. — Ты в курсе, что в ту ночь ты вернулся не смотря на то, что мы расстались? Вероятно, ты сразу забеременел, а через месяц закончился учебный год и ты ушел к себе. Я не бросал своего ребенка, а с тобой расстался. — Заткнись, Канада! — Голубоволсый ударил по столу, и начал оправдываться. — Я не знал, что у тебя гон. Я рецессивный омега, буквально бета. Ты сам порвал со мной. А ребенок, который зародился в моем утробе – мой! — Тот факт, что ты родил Алена не отменяет, что его отец и второй родитель я. Он является моим потомком, понимаешь? — Клёновый не кричал, но его тон был высоким. — Ты должен быть благодарен, что я не отобрал его у тебя. А если об этом узнает мой отец, то он точно отберет его у тебя и разорвет ваш связь, потому что мы с тобой не в браке. — Я не отдам своего сына. — голос азиата был тихим, но уверенным. А руки сжимались в кулак и он поднял яростный взгляд на Клёна. — Никто не посмеет отобрать у меня Алена. Только через мой труп. И ты не посмеешь мне угрожать. — парень чуть было не плакал, но сдерживался, чтобы не оказаться слабым и бессильным перед бывшим парнем. Альфа взял руку омеги и поцеловал. — Нет, дорогой. Я же не угрожал тебе. — Канадец нежно гладил его руки и сжимал пальцы на своих ладонях. — А просто рассказал о том, что знаю об Алене и том, что мой отец насильно заберет его у тебя, если узнает о нем. Если бы я хотел отобрать его, то сделал бы это сразу еще полгода назад. Мой отец пока не знает о вас. Не волнуйся, я не позволю ему забрать малыша у тебя и разорвать ваш связь. — А… А что дальше? — спросил встревоженный Солнышко. — Ты собираешься жить с нами? — Ты такой сообразнителтный, my Sunshine. Но чутька ошибся. — Красноволосый подмигнул ему, улыбаясь. — Вы будете жить со мной. Ты продолжишь работу, я тебя всеми условиями обеспечу. И Алена тоже. — Он ни в чем не нуждался со мной. И сейчас так же. У него был и есть я. — сказал в ответ омега, и грубо отобрал руки. — Понял. Но ты должен сделать выбор: либо вы с Аленом будете жить со мной и под моей защитой, либо отец заберет его у тебя и не позволит вам даже видеться. — после этих слов альфы, Казах запереживал еще больше и опустил взгляд. — Кстати, еще одна причина, почему мы должны жить вместе, это – метка. Я тебя пометил и с тех пор мы партнеры. Нам тяжело провести гоны и течку в одиночке, а если проводим вместе, то проходит быстро и не больно. — Метка… — Казахстан. Солнышко мое... — Клён снова взял его руку аккуратно и нежно, затем поцеловал. Он тепло улыбнулся ему. — Мы должны пожениться. Выходи за меня. У Казахстана не остались других вариантов. Канада ничего не говорил отцу ни о нем, ни о внебрачном ребенке. А долго скрывать сущность внука Великобритании с каждым годом всё сложнее и тяжелее. Если этот мужчина узнает об Алене, он сразу же отберет сына у омеги и его не подпускает ни к малышу, ни к Канаде, который пока живет с семьей. А метка – сложнее всего. Так как Казах рецессивный омега и жил как бета, он многое не знал о метке. Метка означает, что альфа и лмега не просто партнеры, а связыванные на всю жизнь, пока она будет удалена. Она может исчнзнуть естественным путем только если один из партнеров умрет или долго находиться на грани смерти. А если удалить ее операцией, то помеченному приходиться тяжело: он падает в депрессию, перестает ощущать яркие чувства с противоположным полом и потеряет смысл жить. Многие омеги после операции падают в депрессию и в итоге совершают суицид. Метка у альф редко, поэтому от метки чаще всего страдают омеги и с помощью ее некоторые альфы управляют омегами. Каз понимал, что из-за метки он стал омегой Канадца, но не погимал всю серьезность метки.