Глава 5
5 января 2025 г., 09:12
День начинается в пустом кабинете его отдела. Он любопытен и потому в течении часа он все же находит дело Фастера о котором Скалли упомянула ранее. Она застрелила его при самообороне в присутствии Малдера. После повторного нападения. Он снова удивлен, как при таком внешнем виде внутри этой женщины есть стальной стержень, который до сих пор не сломался. После обеда эта женщина входит в офис вся в своих мыслях. Она здоровается с Малдером только после 2 приветствия и робко извиняется за это. Из короткого разговора он понимает причину ее задумчивости – баллистическая экспертиза подтвердила, что гильза из его пистолета. Она отдает ему оружие и свое смирение. Она видит папку, которую он читал и еще около получаса они разговаривают о деле Фастера. Она немного уклончива и отстраненна в разборах показаний, что его озадачивает. Но он слишком возбужден, чтобы цепляться за это. У него есть идея и ему не терпится поделиться ею с ней.
- Скалли, я тут подумал. Если эта процедура у Шварцгрея помогла с тобой, значит она все же может помочь и с Самантой!
- Ты хочешь попробовать снова? – спрашивает она и в ее голосе он слышит облегчение, разговоры о Фастаре очевидно не приносили ей удовольствия.
- Да, я просто повторю все тоже самое, но теперь буду более конкретен в своих мыслях. – она смотрит на него меняясь в лице
- Ты хочешь вернуться в ноябрь 73? – он кивает уже обдумывая, конкретизируя мысли для процесса переноса
— Хорошо. Представим, что у тебя получиться и ты сможешь ее спасти. Вернувшись, у тебя будет другая жизнь, у тебя не будет мотива идти в ФБР, ты станешь другим человеком.
— Все это вполне возможно, хотя не думаю, что эти изменения будут настолько кардинальны.
- Я не хочу показаться эгоистичной, Малдер, но 73 раньше 77. – он выпрямляется и устремляет свой взгляд на нее, она выглядит так будто виновата перед ним в чем-то. Он знает о чем она думает, и он начинает думать о том же самом.
- Что будет со мной в 77, если ты в 73 все же спасешь Саманту? Будет ли результат твоего недавнего эксперимента еще в силе, или я… - он не дает сказать это слово
- Я вернусь еще раз за тобой!
- А если у тебя не будет ресурсов? Ты сам сказал, что выстрелил в убийцу. А если у тебя нет оружия, потому то ты не работаешь в ФБР, как ты сможешь ему помешать? Мы так и не знаем мотивов. Потеря орудия убийства, огнестрельное ранение, все что угодно могло быть причиной почему он не продолжил. И в конце концов если в 73 ты спасешь сестру на сколько это скажется на всем сущем? Будет ли доктор Шварцгрей существовать, а если будет, то будет ли он заниматься тем же самым. И как будет происходить возвращения без его присмотра. Ты рискуешь не только мной, ты рискуешь собой тоже! – на сколько эта женщина умна и логична, настолько же его решимость действовать покидает его. Она права по всем пунктам. Он хочет ей возражать, убеждать, что все будет хорошо, но знает, что не может спорить об этом даже сам с собой. От безысходности он плюхается в кресло и просто перебирает сотни вариантов, которые ему приходят в голову. Отправить их обоих одновременно и пока он спасает Сэм, она спасет себя. Можно написать письмо в 73 и отдать его Сэм чтобы передать данные об убийстве Скалли и возможно даже спасти пастора. Но все это разбивается о «если». Если все пойдет не так как нужно. Если он не сможет спасти Сэм, не сможет передать сообщение, у Скалли не получиться спасти себя или она вовсе погибнет еще там. Не стоит забывать о краткосрочности пребывания в прошлом. Не более 5 минут. Ему повезло, он за это время смог повлиять на события так, что это спасло жизнь. Это закрепленный результат и его потеря может стоит очень многого. Он больше не отрицает – ее спасение не случайность, не ошибка. Назовите это судьбой, если хотите. И самое главное, что это не только ее судьба. Это его судьба тоже. Судьба, связанная с ней так глубоко, что укореняется во времени и пространстве.«Она твоя Скалли»- эти слова Ленгли, сказанные им как факт, подтверждаются самой вселенной.
***
Все выходные он проводит, зарываясь в папки с отчетом из Сан-Диего и делом Сэм. Он перебирает кучи вариантов. Разрабатывает схемы действия, укладывающиеся в 5 минут. К середине воскресенья он понимает, что это все тщетно. Просто попытки успокоить себя. Действия для скрытия бездействия. Нет, он не пойдет к Шварцгрею, не ляжет на его каталку снова и не позволит влить в себя раствор, пока есть хоть малый шанс, что Скалли не будет жива, когда он вернется обратно. Он больше не задается вопросом почему там, на мосту, он поменял клона Саманты на нее. Он даже не задается вопросом почему за те 5 дней, что знает ее он готов отказаться от возвращения сестры. У него только один вопрос – что же это между ними. Она заботлива и отзывчива с ним. Нежна, красива, умна. Его вопрос – «Кто ты для меня, Скалли?» и ее ответ «Я сама хотела бы знать, Малдер» — вот девиз его подходящего к концу уик энда.
Ближе к 7 часам вечера он крутиться у телефона думая позвонить ей. И почему она не звонила? Это норма – бежать друг за другом на край света, но в выходные даже не напоминать о своем существовании другому? К пол 8 он решает, что звонить это не то, что необходимо. Он одевается на скорую руку и убегает из квартиры спеша к ее дому. И вот, 10 минут девятого, он стучит в ее дверь. Когда ему не открывают сразу он стучит еще раз, зовя ее, объявляя, что это он.
- Малдер, ты перепугаешь мне всех соседей своими воплями! – встречает она его, отступая от двери, чтобы он смог войти.
- Прости, просто ты не открыла, и я подумал…
- Со мной все в порядке, но я не научилась еще телепортироваться, поэтому мне нужно какое-то время что бы дойти.
— Это был бы полезный навык – шутя констатирует он,
- Как только приобретешь его обязательно научи и меня – парирует она и они улыбаются друг другу. А потом приходит неловкость. Он не придумал ничего, что можно сказать, пока ехал к ней. Он вообще не думал. Это был импульс, который он реализовал. Ну что ж, вот, он здесь.
- Ты что-то хотел, Малдер или просто проходил мимо? Я хотела выпить чаю, так что можешь присоединиться…
- Да, да… спасибо - скромно произносит он, застенчиво ступая по ее уже знакомой гостиной. Он наблюдает как она достает 2 кружки и наливает в них кипяток. Она по-домашнему одета. Она нравится ему такой. Если положить руку на сердце, она нравится ему любой. Слишком нравится. Он пытается представить каково это - работать с ней бок о бок 7 лет и не иметь возможности реализовать свою привязанность физически. Потом он вспоминает все дела, что прочел и понимает, что почти в каждом из них он реализовывал это. Только по-своему. Спасти жизнь – да, конечно, разумеется. Сказать, как он нуждается в ее близости – нееет. Вот только теперь он – не тот человек. Он голодный до признания и любви мужчина, которому несказанно повезло. И он будет дураком, если не воспользуется этим шансом. Тем более, когда сама вселенная подарила ее ему. Он отхлебывает из своей кружки небольшой глоток и поднимает взгляд на нее. Она с любопытством смотрит на него стоя у кухонной стойки с чашкой в руках. Господи, сколько они могут вот так молчать? Кажется, что все их сосуществование складывается из часов переглядываний, вздохов и улыбок признания нахождения другого рядом с ним. Это нужно заканчивать.
- Скалли, я тут решил, что я отложу пока визит к профессору Шварцгрею на некоторый срок, ну знаешь, нужно много всего решить, определиться со стратегией, обсудить с тобой и “стрелками” пока я не приду к определенной концепции я хотел бы повременить.
- Да, конечно, это разумно – кивает она, дуя на свою чашку перед тем как сделать глоток. Он же начинает презирать себя, потому что это вообще не то, что он хотел сказать. Они продолжают пить чай.
- Эй, Скалли, я тут подумал – он ставит свою кружку на стол и стремительно приближается к ней. Если здешний Малдер был трусом 7 лет, то он не будет. Она же поднимает на него свои глаза - океаны и смиренно смотрит на него ожидая продолжения речи
- А, к черту – это последнее что он говорит перед тем, как взять ее лицо в свои руки и вонзить свои губы в ее. Он удивлен и обрадован тем, что она не растеряна, а открывает свой рот и вталкивает свой язык в его полость рта, где он приветствует ее в ответ. Мягкие губы, теплый язык, вкус цветочного чая с привкусом ее – это вообще не стоило откладывать не на день, не то, что на 7 лет. Через какое-то время он понимает, что нужно остановиться, и она, словно читая его мысли, мягко отстраняется от него. Она не ушла далеко, просто на расстояние взгляда. Ее глаза спрашивают, и он ворочает своим языком пытаясь воспроизвести слова
- Я хотел кое-что выяснить – говорит он, проводя своей рукой по ее волосам убирая выбившуюся прядь за ее ухо
- Выяснил? – она застенчиво улыбается, кладя руку на его плечо чтобы удержаться на ногах пока ставить кружку с чаем на столешницу.
- Нет – говорит он перед тем, как опять прильнуть к ее губам.
***
Они поспешно раздеваются, одновременно двигаясь в направлении ее спальни, иногда неловко стягивая друг с друга вещь, потому что она запуталась в их страстных попытках скинуть ее. У самой кровати они остались только в нижнем белье и поцелуях друг друга. Он не знает как, но любое ее прикосновение отдается в пах, и он не удивится, если найдет дыру спереди на своих трусах. Она спасает его от этой неловкости стягивая их с него. Он, подхватывая за зад, укладывает на кровать перед собой и нежно стягивает ее трусики. Она так и лежит перед ним в одном лифчике. И вроде это портит всю картину, но он не может больше ждать. Он устраивается между ее ног пока она нежно целует его за ухом и ему нужна всего секунда, что оказаться внутри. Она прерывисто дышит пока он медленно входит в нее, дойдя до предела он поднимает свое лицо чтобы видеть ее глаза. Вот теперь он готов тонуть. И это действительно похоже на морскую стихию. Он качается на ней как на волнах, ее вздохи и тихие всхлипы при желании можно принять за звуки прибоя. Она гладит его успокаивающими движениями по спине как морской бриз. Он ускоряется. Она сжимает его собой все чаще, и он готов поспорить, что она близко.
- Скажи мне, когда, Скалли – шепчет он ей в раковину уха, как в морскую ракушку. А она всхлипывает чаще и дышит тяжелее. Она ничего не говорит, она замирает на мгновение, а потом со стоном сжимает его в объятьях, затягивая в свой омут, из которого, даже если бы он хотел, а он точно не хочет, он не смог бы выбраться. Волнообразные сокращения ее мышц во время оргазма делают свое дело, и он вливается в нее с гортанным стоном роняя голову на подушку так, что ее макушка оказывается под его губами. Он дышит ртом пытаясь как можно больше впитать ее существа. Она все так же крепко держит его в объятьях пока последние спазмы удовольствия не проходят, и он не начинает двигаться, пытаясь не задавить ее собой. Он устал и видно, что она устала тоже. Тяжесть всего произошедшего за 5 дней их нового знакомства или сброс груза 7ми летнего напряжения, а скорее всего и то и другое, но они даже не встают с кровати. Она утирается салфетками из ящика прикроватной тумбы и валится на подушки. Он моментально притягивает ее к себе. Он почти засыпает.
- А теперь? – он сонно открывает глаза, не понимая вопроса и мычит в знак этого – Теперь ты выяснил то, что хотел? – он, улыбаясь целует ее в макушку, проводя рукой по ее бедру
- Не совсем, но я уже близко – шепчет он ей в волосы. «Ясно» - отвечает она. Они мирно засыпают.
***
Ранним утром он прощается с ней поцелуем и уходит к себе домой чтобы переодеться в рабочий костюм. Он входит в пустой офис в половину девятого. Он не знает, как себя вести теперь и решает ничего не менять в их повседневном взаимодействии, на сколько можно считать их 3 рабочих дня повседневными. Без пяти девять она входит в офис небрежно бросая приветствие на что он так же небрежно отвечает. Все оказалось несколько проще, чем он ожидал. Они еще немного обсудили возможную стратегию по возвращению в прошлое средствами профессора Шварцгрея, окончательно отказавшись от этой мысли пока не будет больше данных. Потом она достала еще несколько папок сказав, что ему стоит познакомится с ними первыми. Некоторые он знает. Тумса он запомнил хорошо. Гад все же ушел из зала суда и убив еще безвозвратно исчез. Тут Тумсу повезло меньше. Малдера позабавила Аркадия и их милая игра в супружескую пару. На вопрос что там было она ответила, что ничего быть не могло. Уточнять причину он не стал, но чувствовал ревность кожей.
К середине дня они все же посетили их лысого руководителя, и он однозначно понравился Малдеру. Прямой как палка, ворчливый в меру, с искренней заботой о их деле и даже о них самих. Но 302 он все же отклонил. Скалли предупреждала, но он хотел прощупать сам и взял самый нелепый запрос, который смог найти в заявках на расследования. Уолтер хороший человек.
Когда рабочий день стал подходить к концу он стал нервничать. Она тоже. Почти в самом конце, когда он убирал папки по ящикам она подошла к нему ближе
- Я обещала сегодня встретиться с мамой после работы. Я обещала еще до… – она запнулась, на что он ободряюще кивнул головой показывая ей что понял, что она имела ввиду – Я приеду поздно, поэтому давай увидимся завтра на работе, а вечером мы можем что-то придумать, если ты конечно хочешь, у тебя могут быть дела, я понимаю – она так мило тараторила, пытаясь унять нервы, что это затопило его сердце.
- Скалли, да, все будет хорошо. Мы пойдем домой вместе завтра – он успокаивающе положил руку ей на бицепс, и она улыбнулась. Кивнув и собрав свои вещи, она уже направилась к двери, но задержавшись на минутку развернулась и подойдя к нему вплотную поднялась на цыпочки чтобы поцеловать его. Легко, любя. «До завтра, Малдер» - и с этими словами она покину офис. Он простоял еще с минуту переваривая все, что произошло. А потом последовал на выход чтобы вернуться в свой дом. Он был счастливым человеком.
