Очень семейное Рождество.

После успешной (и, как всегда, немного хаотичной) охоты на так называемого «рождественского духа», который оказался вовсе не духом, а крайне раздраженным эльфом, все четверо охотников вернулись в бункер. Усталость от боя и долгой дороги давала о себе знать, но главное — они справились. В бункер они вернулись утром ровно двадцать пятого числа, и, если честно, никто из них не горел особым желанием отмечать Рождество. Дин и Сэм просто привыкли обходить этот праздник стороной. За годы их жизни, полной охоты на монстров и борьбы с апокалипсисами, Рождество стало чем-то далеким, почти чужим. А Кастиэль… ну, это Кастиэль. Как он однажды сказал, глядя на братьев с привычной серьезностью: — Иисус родился в сентябре, ёлка — это языческий атрибут, а дата праздника привязана к зимнему солнцестоянию, при том, что почему-то люди сдвинули ее на четыре дня. Так… что вы празднуете? Эти слова звучали как всегда логично и вызвали у братьев легкую улыбку, потому что они были полностью согласны с ангелом. Однако Джек был по сути еще ребенком, несмотря на то, что внешне казался двадцатилетним. Ему не было и пяти лет, если считать его возраст с момента появления на свет. Он никогда не праздновал Рождество, и, к сожалению, на их последней охоте он узнал об этом празднике. Когда он понял, что отмечать его никто не собирается, его лицо омрачилось, и он тихо спросил: — А почему мы не можем просто… попробовать? Это же весело, правда? Кастиэль, заметив разочарование в глазах своего сына, тут же изменил свое отношение. Он повернулся к Винчестерам и начал убеждать их, что отметить Рождество — это хорошая идея. Его аргументы были просты: Джек заслуживает немного радости, а они все могли бы использовать передышку от бесконечной борьбы. — Ладно, — наконец согласился Дин, хотя в его голосе все еще слышалось недовольство. — Но только если Сэм займется ёлкой. — Почему я? — возмутился Сэм, но, увидев, как Джек смотрит на него с надеждой, сдался. — Хорошо, я схожу на елочный базар. — А я займусь едой, — устрало произнес Дин, не горя желанием что-либо праздновать, — Но только если это будет что-то простое. Никаких изысков. Кастиэль же отправился в кладовку. Он нашел там старую коробку, покрытую слоем пыли. Внутри оказались гирлянды, мишура и даже немного блесток. Он аккуратно вытащил все это и начал раскладывать на столе, стараясь понять, как это все использовать. Джек с восторгом наблюдал за процессом, его глаза светились от любопытства и радости. — Это так красиво, — прошептал он, касаясь мишуры. — Мы можем украсить весь бункер? — Конечно, — ответил Кастиэль, улыбаясь. — Мы сделаем все как полагается на настоящем празднике. Сэм, тем временем, должен был отправиться на елочный базар, но перед этим решил забежать в пару магазинов, чтобы купить небольшие подарки. Он тщательно выбирал каждую вещь, представляя, как она обрадует его близких. В одном магазине он нашел теплый шарф для Дина, в другом — пижаму для Джека, а в третьем — книгу о насекомых для Кастиэля. Еще он решил купить четвертый подарок, надеясь, что к ним присоединиться еще один человек. Сэм улыбался, представляя их реакции, и только после этого направился за главным атрибутом праздника — ёлкой. Холодный зимний воздух щипал щеки, а под ногами хрустел снег. Сэм медленно шел по рядам елочного базара, внимательно осматривая каждое дерево. Ему нужно было найти что-то особенное — достаточно высокое, чтобы впечатлить, но при этом компактное, чтобы поместиться в бункере. Продавец, пожилой мужчина с добрыми глазами, заметил его затруднения и подошел помочь. — Для семьи? — спросил он, улыбаясь. — Да, — ответил Сэм, и в его голосе прозвучала легкая ностальгия. — Для семьи. Продавец кивнул и указал на одну из ёлок. Она была идеальной — пушистая, с ровными ветвями и приятным ароматом хвои. Сэм поблагодарил его, заплатил и, взвалив дерево на плечо, отправился обратно в бункер. Дин, в свою очередь, отправился в магазин. Он составил список продуктов, но, как всегда, увлекся и добавил туда несколько лишних пунктов. Вместо простого ужина у него получился настоящий праздничный пир. Он купил ингредиенты для запеченной индейки, картофельного пюре, клюквенного соуса и даже решил приготовить яблочный пирог. Дин знал, что это займет у него весь день, но считал, что это того стоит. В конце концов, это был их первый настоящий праздник вместе, и он хотел сделать его незабываемым. По пути он также купил небольшие подарки для всех обитателей бункера, стараясь выбрать что-то, что порадует каждого. Когда все вернулись в бункер, началась настоящая подготовка. Сэм установил ёлку в углу основной комнаты, аккуратно закрепив её в подставке. Дин сразу же отправился на кухню, где начал готовить ужин. Ароматы специй и запекающегося мяса быстро заполнили помещение, создавая уютную атмосферу. Кастиэль и Джек тем временем занялись украшением бункера. Джек с энтузиазмом развешивал гирлянды, смеясь, когда блестки прилипали к его рукам. Кастиэль терпеливо объяснял, как правильно их использовать, хотя сам, кажется, не до конца понимал, как это делать. В какой-то момент он отошел в сторону, чтобы изучить этот вопрос лучше, оставив Джека одного. Сэм, закончив с ёлкой, присоединился к Джеку. Вместе они развешивали мишуру и игрушки, обсуждая, как лучше украсить комнату и примеряли на себя смешные новогодние шляпы. Через какое-то время к ним присоединился и Дин, который уже закончил с готовкой. Он принес с кухни тарелку с печеньем и предложил всем сделать перерыв. — Ну что, как вам? — спросил он, оглядывая украшенную комнату. — Отлично, — ответил Сэм. Он улыбнулся и быстро натянул на брата новогодний колпак. — Тебе идёт. — Я поверю, — немного недовольно пробурчал Дин. — Эй! А почему мы не украшаем Каса? — вдруг предложил Джек, глядя на ангела, который сидел на диване и с любопытством изучал книгу о новогодних традициях. — Что? — Кастиэль поднял голову, слегка нахмурившись. — Отличная идея! — поддержал Дин, который как раз открывал бутылку виски. — Давайте обмотаем его гирляндой и повесим звезду на голову. Он будет как живая новогодняя елка. — Я не думаю, что это хорошая идея, — возразил Сэм, но в его глазах уже мелькнула искра азарта. — Почему нет? — Джек улыбнулся. — Это будет весело! Кастиэль посмотрел на Дина, потом на Джека, а затем на Сэма. — Я не уверен, что это соответствует моему статусу ангела, — сказал он серьезно. — О, брось, Кас, — Дин махнул рукой. — Ты же хочешь почувствовать себя частью праздника, да? Кастиэль кажется на секунду задумался, но когда Дин схватил гирлянду и с торжествующим видом направился к Касу, то ангел сразу вскочил с места и начал отходить назад. — Я все же думаю, что это плохая идея, Дин. Однако Винчестер не собирался случать возражения Каса и действительно собирался превратить ангела в елку. Но вот чего он не ожидал, это того, что Джек и Сэм одновременно схватили его за руки, а Кастиэль, поняв замысел, присоединится к ним. — Эй! Что вы задумали? — закричал Дин, но его протесты были напрасны. Через несколько минут Дин стоял посреди комнаты, обмотанный гирляндами с ног до головы. Джек даже закрепил на его голове блестящую звезду. — Вы серьезно? — Дин попытался освободиться, но гирлянды были намотаны слишком плотно. — Ты выглядишь потрясающе, — сказал Кастиэль, стараясь не улыбаться. — Лучшая новогодняя елка, которую я когда-либо видел, — добавил Сэм, доставая телефон, чтобы сделать фото. Кастиэль встал позади Дина и улыбнулся, рядом появился Джек. Сэм считал, что это лучшее Рождественское фото, которое можно было сделать. — Я вас всех ненавижу, — проворчал Дин, но в его голосе слышалась скорее усталость, чем злость. Только к вечеру они наконец закончили с украшениями. Процесс занял гораздо больше времени, чем предполагалось, и дался им с большим трудом. Кастиэль старался выполнить все максимально точно. Он внимательно изучил инструкцию из непонятно где найденной книги, перечитывая каждый пункт по несколько раз, словно от этого зависела судьба мира. Его движения были медленными и осторожными, будто он боялся нарушить хрупкий баланс между идеальным и приемлемым. Джек, напротив, не мог усидеть на месте. Он то и дело подбегал к Кастиэлю, задавая бесконечные вопросы. «А почему именно так? А что будет, если сделать по-другому? А зачем это вообще нужно?» Его любопытство, казалось, не знало границ, и он не упускал возможности узнать что-то новое, даже если это касалось таких, казалось бы, простых вещей, как рождественские украшения. Сэм и Дин, медленно отошли в сторону от этой суеты и просто стали наблюдать за происходящим с легкой усталостью. Они уже смирились с тем, что их жизнь вновь изменилась, и теперь в ней появилось место для таких, казалось бы, обыденных вещей, как украшение дома. Сэм время от времени подавал Кастиэлю советы, стараясь ускорить процесс, но вскоре понял, что лучше не вмешиваться и ушёл подальше от этой суеты, чтобы позвать ещё одного человека на их импровмзированный праздник. Дин же быстро сбежал на кухню, под предлогом, что ему нужно доготовить ужин. Когда последнее украшение было на месте, комната преобразилась, став более уютной и праздничной. Кастиэль с удовлетворением кивнул, Джек улыбнулся, а Сэм и Дин обменялись взглядами, в которых читалось что-то между усталостью и легкой благодарностью за то, что все, наконец, закончилось. Стол, накрытый к Рождественскому ужину, ломился от блюд, каждое из которых было приготовлено с любовью и мастерством. Ароматы запеченной индейки, пряного глинтвейна и свежеиспеченного яблочного пирога наполняли воздух, смешиваясь с запахом хвои от небольшой елки. Дин стоял у плиты, снимая с себя фартук, на котором красовалась надпись «Kiss the Cook». Его лицо светилось гордостью, когда он окидывал взглядом стол. Он знал, что его кулинарные усилия не останутся незамеченными. Сэм, уже усевшийся за стол, смотрел на брата с улыбкой, в которой читалась благодарность и легкая зависть. — Ты действительно переплюнул себя в этот раз, Дин, — сказал он, наливая себе бокал красного вина. Кастиэль, сидящий рядом с Джеком, внимательно изучал блюда, как будто пытался понять, какое из них выбрать первым. Его голубые глаза светились любопытством, а на губах играла едва заметная улыбка. Джек, напротив, уже накладывал себе порцию картофельного пюре, явно не в силах устоять перед соблазном. — Это пахнет потрясающе, — произнес он, и его голос звучал с искренним восхищением. Чарли, сидящая напротив Дина, уже успела схватить пульт от старого проигрывателя, который стоял в углу комнаты. — Дин, твоя музыка — это что-то из каменного века, — засмеялась она, пытаясь переключить трек на что-то более современное. Дин только покачал головой, но в его глазах читалось легкое раздражение, смешанное с улыбкой. — Ты просто не ценишь классику, Чарли, — ответил он, но не стал спорить дальше, зная, что это бесполезно. Смех и шутки заполняли комнату, создавая атмосферу, которая казалась почти нереальной после всех испытаний, через которые они прошли. Каждый из них чувствовал, что этот момент — редкий подарок, который нужно ценить. Сэм поднял бокал, предлагая тост. — За нас. За то, что мы вместе. И за то, что Дин наконец-то приготовил что-то, кроме бургеров. Все засмеялись, и бокалы звонко стукнулись друг о друга. Даже Кастиэль, обычно сдержанный, позволил себе улыбнуться шире. Джек, с набитым ртом, кивнул в знак согласия, а Чарли, наконец, нашла подходящий рождественский трек, который заиграл на фоне их смеха. — Эй, пора открывать подарки! — неожиданно воскликнула Брэдбери, вскакивая с дивана. Ее голос прозвучал так громко, что все в комнате вздрогнули. — Вы, конечно, позвонили мне максимально спонтанно, но я кое-что приготовила! — с этими словами она стремительно развернулась и побежала в свою комнату, оставив за собой легкий шум шагов и шелест одежды. — Согласен! — подхватил Сэм, обмениваясь быстрым взглядом с Дином. Братья синхронно встали и направились в свои комнате, чтобы уже через мгновение вернуться, держа в руках аккуратно завернутые коробки. В этот момент в дверях появилась Чарли, неся несколько ярких пакетов, которые она бережно прижимала к груди. — Все это было действительно спонтанно, так что подарки не особо… хорошие, — с легкой улыбкой произнес Сэм, опускаясь на пол около елки. Его слова прозвучали искренне, но в них чувствовалась нотка смущения. Остальные последовали его примеру, усаживаясь в круг, словно готовясь к чему-то важному. — А у меня нет для вас подарков, — слегка грустно проговорил Джек, когда рядом с ним оказалось три коробки и небольшой сверток. Его голос был тихим, почти неуверенным, и он опустил взгляд, словно чувствуя себя неловко. — Ты не один такой, — Дин дружески похлопал Каса по плечу, стараясь разрядить обстановку. Его голос звучал тепло, и в его глазах читалось понимание. — Я не ожидал, — Кастиэль неловко почесал затылок, словно пытаясь найти подходящие слова. Его обычно спокойное лицо выражало легкое замешательство. — Ничего страшного, — Чарли радостно хлопнула в ладоши, ее глаза сияли от возбуждения. — Для меня куда круче дарить подарки, чем получать! Так что открывайте! — ее голос был полон энтузиазма, и она с нетерпением посмотрела на Джека, словно подталкивая его начать. Джек, немного смущаясь, взял первую коробку. Все взгляды были прикованы к нему, и в комнате воцарилась тишина, прерываемая лишь легким шорохом упаковочной бумаги. Парень осторожно развернул подарок, и его лицо озарилось улыбкой, когда он увидел новую пижаму с котиками, которую ему купил Сэм. Следующим подарком стала приставка от Чарли. Джек аккуратно снял крышку коробки, и его глаза вновь засияли от восторга. Даже обычные наручные часы, которые он получил в последнюю очередь, заставили его улыбаться. Джек внимательно рассмотрел их, поворачивая в руках, это были обычные старые часы, с потертым ремешком и слегка потускневшим циферблатом. Но для Джека они казались чем-то особенным. Он поднял их, повертел в руках, внимательно рассмотрел каждую деталь, а затем посмотрел на всех, кто собрался вокруг. Его глаза светились искренней благодарностью. — Спасибо всем, это… это просто здорово, — произнес он, и его голос звучал тепло и искренне. Чарли, сидевшая рядом, нахмурилась. Она пригляделась к часам и, заметив, что стрелки неподвижны, не смогла сдержать замечания. — Они не ходят, — сказала она, поворачиваясь к Дину. — Ты подарил ребёнку нерабочие часы? Дин слегка смутился, но прежде чем он успел что-то ответить, Джек вмешался. — А мне все равно нравится! — сказал он, протягивая руку Кастиэлю. — Поможешь застегнуть? Кастиэль молча взял часы, аккуратно закрепил их на запястье Джека, а затем посмотрел на Дина, словно ожидая объяснений. — Это часы отца, — начал Дин, его голос звучал тихо, с легкой грустью. — Я подумал… не знаю… что это символ или что-то вроде того. — Он замолчал, поджав губы, словно чувствуя себя неловко. — В общем, ты действительно часть нашей семьи, Джек. Важная часть. Ты наш сын. Джек посмотрел на Дина, и в его глазах появилась глубокая признательность. — Спасибо, — сказал он, и его улыбка стала еще шире. Он посмотрел на часы на своем запястье, словно обещая себе, что больше никогда их не снимет. Затем его внимание привлек старый листок бумаги, который лежал рядом с упаковкой. Он взял его в руки, развернул и удивленно посмотрел на странные точки и черточки, которые были нарисованы на нем. — А это что? — спросил он, показывая листок Кастиэлю. Кастиэль подошел ближе, взглянул на рисунок и мягко улыбнулся. — Это карта звездного неба, — объяснил он. — С отметками созвездий и ангельских знаков. Я подумал, что она поможет тебе лучше изучить небеса. Ты часть этой семьи и этой жизни, но у тебя есть и другая, не менее важная. Джек слушал внимательно, его глаза расширились от удивления и благодарности. Он не смог сдержать эмоций и бросился к Кастиэлю, обняв его за шею. Кастиэль, хоть и был слегка ошеломлен, мягко обнял его в ответ, стараясь сдержать слезы, которые навернулись на его глаза. Остальные подарки, которые были вручены в этот вечер, не несли в себе глубокого символического значения, но это не помешало им вызвать искреннюю радость в глазах тех, кто их получил. Сэм, например, буквально подпрыгнул от восторга, когда Чарли вручила ему пижаму с изображением Бэтмена. Его лицо озарилось широкой улыбкой, и он тут же начал шутить, что теперь будет спать как настоящий супергерой. Дин, напротив, смотрел на подаренную ему кассету с самыми попсовыми песнями в мире с явным недоумением. Он даже пошутил, что собирается её сжечь, чтобы избавить мир от этого «музыкального кошмара». Его слова вызвали взрыв смеха у всех присутствующих. Кас же, получив от Дина плюшевую пчелу, замер на мгновение, не зная, как реагировать. Он осторожно взял игрушку в руки, рассматривая её с любопытством, словно пытаясь понять, что именно она символизирует. Это было действительно особенное Рождество, которое надолго останется в памяти каждого члена семьи Винчестеров. Вечер прошёл в атмосфере тепла и уюта, наполненной смехом, шутками и чувством единения. Ужин был съеден, подарки вручены, и постепенно обитатели бункера начали расходиться по своим комнатам, чтобы отдохнуть после насыщенного дня. Уборку решили отложить на утро, но Дин, вопреки своей привычке, вдруг почувствовал необъяснимое желание закончить всё сегодня. Это было странно для него, но он не стал сопротивляться этому порыву. Он стоял у раковины, моя посуду, когда услышал за спиной голос Кастиэля. — Дин, — произнёс ангел, и его голос звучал немного неуверенно. — Что-то случилось? — Винчестер обернулся, вытирая руки полотенцем. На его лице была лёгкая улыбка, но она тут же исчезла, когда он увидел серьёзное выражение на лице Каса. — Вообще это была шутка, но… что-то правда случилось? — Нет, — Кастиэль слегка улыбнулся, но его улыбка казалась немного неловкой. — Я просто… на самом деле у меня есть для тебя подарок. — О, — удивился Дин. Он не ожидал этого. — Это мелочь, — Кас достал из кармана серебряную цепочку с прозрачной подвеской. Она представляла собой небольшой, почти плоский кружок, который выглядел довольно просто, но в то же время загадочно. — С Рождеством. — Спасибо, — Дин взял цепочку и аккуратно надел её на шею. Он не совсем понимал, в чём заключается смысл этого подарка, но чувствовал, что для Кастиэля это было важно. — Дотронься, — Кас указал на кружок. — Дотронься до него. Дин последовал указанию, и в тот же момент окружность засияла мягким, тёплым светом. Это было не яркое, ослепляющее свечение, а скорее успокаивающее, как сияние далёкой звезды. — Это кусочек небесного света, — объяснил Кас, слегка улыбнувшись. — В буквальном смысле. Это магический артефакт, там есть часть рая и… частичка моей благодати. — Он отвёл взгляд, словно немного смущаясь, а Дин не мог поверить в то, что слышит. — Он может осветить даже самые тёмные моменты твоей жизни. Он напоминание, что ты не одинок. И что у тебя есть свой… свой ангел хранитель. Кастиэль вновь посмотрел Дину в глаза, и в этот момент Винчестер не смог сдержать своих эмоций. Он сделал два шага вперёд и крепко обнял друга, словно боясь, что тот исчезнет, если отпустит. — Это лучший подарок, Кас, — прошептал Дин, не разрывая объятий. — По сравнению с этим моя пчела кажется глупой. — Мне нравятся пчелы, — заметил Кас, наслаждаясь теплом объятия. В этот момент Дин почувствовал, как что-то внутри него изменилось. Он не мог точно объяснить, что именно, но знал, что этот подарок, этот момент, этот вечер — всё это стало чем-то большим, чем просто Рождество. Это было напоминание о том, что даже в самых тёмных временах есть свет, который может осветить путь. И этот свет был рядом с ним, в лице его друга, его ангела. Они стояли так ещё несколько мгновений, прежде чем Дин наконец отпустил Каса. — Спасибо, — повторил он, глядя на подвеску, которая всё ещё сияла мягким светом. — Я не знаю, что сказать. — Тебе не нужно ничего говорить, — ответил Кастиэль. — Просто знай, что я всегда рядом. Дин кивнул, чувствуя, как в его сердце разливается тепло. Он знал, что этот подарок станет для него чем-то особенным, символом их дружбы и того, что они всегда будут вместе, несмотря ни на что. И пока они стояли в тишине, освещённые мягким светом подвески, Дин понял, что это Рождество действительно стало для него самым лучшим.