Заведу гарем и буду наслаждаться жизнью

Подлянки встречались в ее жизни слишком с большой частотой. То родственники взвалят на нее свои заботы и проблемы в виде кредитов; то школьные, а потом и университетские, так называемые друзья, появляющиеся лишь тогда, когда надо списать; то парень повесит на нее долги и убежит в закат; а на работе и вовсе сделают крайней, когда виноват кто-то другой. Совсем весело стало, что рано лишившуюся родителей, девятнадцатилетнею девушку родственнички продали – по-другому и не скажешь, замуж и теперь семья мужа прочно уселась на ее шее. И не то чтобы Сакура Харуно наслаждалась позицией жертвы и только и могла, как ослик, вести по кругу этот груз. Она с детства очень хотела, чтобы ее любили, каждый раз думая, но вот сейчас они поймут, что я хорошая, поймут, что не правы. Но время шло, годы тоже, а Сакура все также ходила по кругу. Просто… не барахталась. Плыла по течению, но копила потихоньку, втайне, чтобы исполнить свою мечту. А именно - сбежать на остров, где нет ни одного человека. И там жить себе припеваючи, не зная никого. Как бы можно и так улететь, но ей надо было непременно кинуть всех с концами. Потому что вместо ожидания добра, уже долгое время Сакура накапливала злость и разочарование неблагодарностью и жестокостью мира. Хватит…      Понятно, что эти фантазии с островом выглядели безумными и не продуманными. Умная девушка знала, что одной выживать будет непросто, и только одно преимущество добавляло ей сил стремиться к своей мечте. Она всегда, сколько себя помнила, полагалась лишь на себя.      И вот, накопив нужную сумму, чтобы купить билет на корабль, который будет проходит в нужном ей районе необитаемых островов, Сакура шла с билетом, счастливая, как никогда. Пусть  сами разбираются: одногруппники забудут про ее отзывчивость; на подработке найдут кого другого шпынять; а муж, не дающий развод, пусть встанет с продавленного его тушкой дивана, и выплачивает свои долги сам. Несколько лет отказывая себе во всем, она шла к камере хранения при метро, где давно ее ждал огромный походный рюкзак со всем необходимым, чтобы добраться до острова вплавь. Она больше не вернется домой, на учебу, работу, даже в эту страну. Довольно с нее тянуть все и всех. Сакура свободна!!!      …Визг тормозов, ослепляющий свет фар в лицо, какой-то ступор и непонимание от страха. И удар. Глаза провожают взглядом брызги капель крови, утыкаются в серый асфальт, влажный после дождя, и взор останавливается на конверте с билетом на корабль, вылетевший из рук. Из последних сил Сакура, даже и понимая, что с ней все кончено, тянется к своей мечте…

***

Сакура открыла глаза будто бы спустя долгое время и одновременно с ощущением, словно не прошло и пары минут. Она лежала, перед ней расстилалось бескрайнее небо, голубая дымка счастья, которое просто есть. Этот цвет дарил успокоение и радость, не зря есть выражение «голубая мечта» - потому что это цвет осознания и принятия себя и своего счастья. Только мозг упорно подсказывал, что небо было стального цвета от прошедшего дождя, когда все случилось. А еще куда-то делись высотки зданий…      Неважно, она жива! Вот и надо порадоваться, и принять свое счастье и, в кои-то веки, удачу. Жива! Грузовик сбил, но видимо ее отбросило куда-то. Так, значит надо проверить, все ли цело или это у нее шок от кровопотери? И пока не смотреть никуда, кроме этой прелестной и вдохновляющей голубой дымки небес, лучше пошевелить рукой, ногой, головой: если все двигается – уже все отлично.      Вспомнился какой-то далекий зарубежный фильм, где героиня вроде как вышла из комы… Что же это…? Она там шевелила пальцами, чтобы понять двигаются ли они. Не сразу получалось, ведь в коме находилась долгие годы без движения, но упорно, силой воли, заставила сначала пошевелить пальцем на ноге. Сакура намеревалась сделать что-то такое.      Первый палец был сразу успешно загнут – почему-то она начала с ног, понимая, что на ней обувь и не очень комфортно двигаться. И вроде как если в обуви – значит, не в больнице? Тем более небо… А вдруг в канаве какой-то валяется и ее даже не нашли? Так, ладно, пальцы двигаются, теперь ноги, руки – неплохо. Может это состояние аффекта, но боли не чувствует – жить можно, называется.      Пора бы осмотреться или еще полежать в неведении? Глаза видели небо и будто бы заметны кроны деревьев боковым зрением. Значит, отбросило в канаву… Постойте, а она вроде в городе была – нет там таких канав…! И вот просто знаешь, глядя на небо вверх – городское оно или сельское. Чистота другая, воздух другой. Здесь он ощущался необыкновенно прозрачным и даже вкусным.      И Сакура помнила, что грузовик-кун встретил ее в городе, а сейчас… Она осторожно повернула голову влево, потом вправо. Лежит на траве на каком-то лугу… Ее в парк отбросило? Девушка осмелела и приподняла голову, села, понимая вдруг, что вокруг ни грамма цивилизации. Вот ее отбросило! Она на каком-то лугу и… постойте. А что за одежда? На ней какое-то платье аутентичное. Типа какой-то фермерши из средневековой Европы?! Невзрачное платье до щиколоток и коричневый корсет. Что за шутки?! Или она опять подрабатывала на Октоберфесте? Вроде не сезон… Да и зачем ей уезжать в таком заметном наряде?      А еще она не чувствует ран или ушибов: просто ничего не болит. Осмотрела руки и ноги – целы, ни царапины! Но она сидит на каком-то зеленом поле, на лугу, солнце приветливо греет, на ней странная одежда и Сакура думает: кукуха собрала чемоданы и съехала раньше, чем она попала на желанный остров. Галлюцинации или бред – точно же.      Делать нечего, надо осмотреться, найти дорогу и, может попросить отвезти ее в больницу на обследование. Поднявшись, еще раз осмотрела себя – ничего не болит, цела, только где она – поле, луга, лес – все, что видела. Какая-то шутка?      - Эй! Есть кто-нибудь? Кто-нибудь! – крикнула Сакура.      Никого. Просто солнечный день и она будто один на один с лесом. Во ее выбросило. Хотя нет. Может у нее начались проблемы с памятью и она сейчас в психушке какой-то, где так наряжаются? А может проще: она давно на острове и просто одичала без людей? Не, это точно не вариант.      Обувь странная, какая-то кожаная, но далеко не так как ей привычно, прочной подошвы не ощущается. Ну точно в какой-то психушке. Почему только ничего не помнит? Делать нечего – надо искать хотя бы эту самую психушку, чтобы понять куда двигаться дальше. Как только она подвигалась, понимание что у нее все цело пришло тут же. Хотя бы с этим не волноваться. Сакура еще попыталась кричать, пока шла – может это чье-то поле для гольфа? Внезапно что-то прыгнуло ей из кустов под ноги. Она вскрикнула и упала, а это нечто прыгнуло на нее с пружинистым звуком «прыньк»! Инстинктивно прикрыв рукой лицо, Сакура ощутила неприятный болотный запах и мерзкое осязание растекающейся слизи по ней, как будто в нее харкнул верблюд, который ее ненавидел и несколько лет копил слюну. Ну, «отлично»! Что это еще за чудище? Лягушка?! Как могла, Харуно отбивалась, но теперь вся была в неясной слизи от которой стало нехило подташнивать.      Сумятица, неясность, непонимание и несправедливость, что снова все у нее из рук вон плохо – все это мельтешило в ее голове, пока она отбивалась от слюнявого чудовища. И думала, что тут и погибнет, как пинком отправила монстра от себя подальше. А оно снова запрыгнуло на нее. Сакура и хотела бы вести себя активнее, но вышло, что просто случайно размахнулась рукой и вдруг – чудовище лопнуло как шар с водой.      - Что за…? – и тут же Сакура заметила, что из высокой травы к ней прыгают еще с десяток таких шарообразных слизней разных размеров – от мыши до крупной собаки.      Озарение пришло как рассвет на грешную землю. Она, блин, попаданка в мир с магией! Тот придурочный грузовик реально сбил ее! И она переродилась в этом мире… Банальщина-то какая! Ей как-то не интересно было такое времяпрепровождение, а вот муженек любил, отчего и Сакура сообразила, что с ней случилось. Так, а ведь положено, чтобы таким попаданцам способности давали, нет? А где ее силы, призвание, богиня, которая подарит ей за все беды, пережитые в другом мире, новую, счастливую жизнь может какой-нибудь воительницы, или целительницы, а может даже легендарной воришки? Если вспомнить хоть одно аниме, которое смотрел муж, у нее меню должно быть перед глазами или статус. Сакура не видела ничего такого. Будто кроме нее и слизняков больше никого нет в этом мире. А в голове такое ясное понимание, что она должна была увидеть, но так и не увидела.      Что с ней не так? Она бы подумала, что давно живет в этом мире, и просто видела сон про другой, но не помнила ничего, кроме той жизни. Ответ на поверхности – Сакура Харуно явная попаданка в мир лугов и слизняков. Вот так «свезло»! Между тем теперь девушка не знала куда скрыться от этих слизняков – их уже набралось вокруг штук пятьдесят, но они пока не нападали, всего лишь окружив жертву. Надо было бежать, но вся в этой слизи и мерзости, даже встать не могла. Кстати, вроде бы все призванные герои или попаданцы видели свои результаты от убийств монстров. А у нее ничего. Сакура щурилась-щурилась и так ничего не заметила. Может у нее другие правила?      - И что мне делать?      Как бы то ни было, слизняки окружили ее и их становилось все больше. Просто дать себя убить таким ничтожным тварям? Она ведь как могла барахталась в той жизни, почти смогла убежать, а тут…      - ЭЭЭХ! – Сакура стала пинать, топать, махать руками – всячески уничтожать и лупить слизней, лопавшихся чуть ли не с первого раза. А что ей оставалось? Тут как бы ты или тебя. Потому она рубила всех, кто приближался к ней, а их будто как волной приваливало и приваливало.      Сколько времени борьбы прошло, руки и ноги, да и тело уже были неподъемные, она давно была вся в мерзкой слизи, а эти мерзавцы все не заканчивались.      Сил не было ни на что, кроме как лечь и погибнуть. В отчаянии, Сакура прокричала.      - Хватит! Отстаньте! Я же просто хотела, чтобы меня любили!!!      И вдруг перед ней открылось то самое окно, называемое меню, которое видели все «счастливые» перерожденцы в ином мире. Окно было малиновое до приторной сладости во рту, и в нем был лишь один вопрос с нижним подтверждением или отменой.      «Включить очарование?» «Да» и «Отмена».      Бог знает, что за ересь тут ей предлагают. Не особо думая, просто желая, чтобы от нее уже отстали, Сакура говорит.      - Да.     Из нее, будто раздувшиеся зерна кукурузы на огне, хлынула розовая волна, окатившая всех вокруг, а слизней уже было сотни, если не больше. Все оцепенело в розовой дымке с мигающими сердечками, а меню снова вспыхнуло вопросом малиновой яркости перед глазами уставшей Сакуры.      «Уничтожить всех очарованных для повышения уровня?» «Да» и «Отмена».      - Да…     Все вокруг, насколько хватало взгляда, полопались с писком, сердечками, и каким-то восхищенно-влюбленным вздохом. На панели меню появился, наконец, уровень. В ее характеристиках, помимо здоровья, обозначилась лишь одна сила «Очарование», которое перескочило с первого на второй уровень. Ничего больше, сколько не смотрела Сакура, не было. Все прочие способности заблокированы – она не может ничего другого, кроме идиотского очарования. Ее ненавидит и этот мир? Как ей выжить с таким дурацким даром?      - Ну, Недобогиня, - скрипела зубами Сакура, ища какую-нибудь реку или пруд, чтобы отмыться от побоища. – Постаралась, угодила. Что мне делать с этим Очарованием?! Я теперь всю жизнь со слизняками должна сражаться? – Сакура затопала на месте от переполнявшей ее ярости и закричала во все еще чудесно-голубое небо. - Погоди, я и тебя очарую и лопну, дура!