Торт с сюрпризом

      День рождения был в разгаре, когда Сяо Чжань подумал, что ему немного скучно. Не в полный рост, а так, слегка. Наверное, последний выпитый бокал, естественно, изысканного белого сухого вина, подвёл к черте, после которой подпитая весёлость сменяется ненавязчивой меланхолией и мыслями: «Зачем всё это?», «А что было бы, скажи я тогда или поступи иначе?»       Не то, чтобы Сяо Чжань о чём-то жалел. В жизни его всё устраивало. Работа любимая, хорошо оплачиваемая. Не зря же он так старался в университете, получал высшие баллы. Уже отличная должность начальника отдела сейчас, а в будущем — перспектива повышения до заместителя генерального. Своя квартира в неплохом районе. Правда, жил он там один, но отсутствие постоянного парня не омрачало надежд обрести его в ближайшем будущем. В конце концов, он ещё молод. Всего-то год до тридцати. Гораздо важнее, что родители и друзья принимали его таким, какой он есть.       А вот и следующий пункт списка жизненных достижений: преданные и весёлые друзья. Такое хорошее место арендовали для празднования его дня рождения. Обслуживали их в этом райском уголке, как VIP-персон: выделили отдельный, богато убранный зал, предложили первоклассное меню. Не с дешёвым ценником, разумеется. Официанты, на пару с администраторами, уже несколько раз интересовались, всё ли уважаемых гостей устаивает. На чаевые напрашивались, понятное дело. Но уровень их вежливости внезапно не раздражал. Сяо Чжань с милой улыбкой отвечал, что вечер замечательный, обслуживание на высшем уровне, и сам он чувствует себя великолепно.       — Эй, Чжань-Чжань, чего загрузился? — Пэн Чуюэ — коллега и лучший друг –немедленно заметил его погружённость в себя, пододвинулся и несильно пихнул локтем. — Задумался о бренности всего сущего?       — Всё сущее прекрасно, — немедленно отозвался Сяо Чжань, расплываясь в улыбке. — Я сыт, пьян, и всех люблю. Ещё немного вина, и буду готов искать приключения на свою пятую точку.       — Не торопись, — рассмеялся Чуюэ. — А как же именинный торт?       — Ой, а можно не надо? В меня больше ни кусочка не влезет! Давайте просто с собой заберём? — воскликнул Сяо Чжань, прикладывая руку к надутому как шарик животу.       — Нет-нет, забирать мы никого не будем, вряд ли унесём, — хихикнул другой друг — Ся Чжигуан. — Ты должен попробовать его сейчас, Чжань-Чжань, отказываться нельзя. И ты не переживай, для такого торта места найдётся.       Он как-то странно хихикнул и переглянулся с остальными. Пэн Чуюэ подавил смешок, откашлялся и закивал.       Ясно, сюрприз приготовили. Сяо Чжань не очень любил сюрпризы, потому что обычно всё оборачивалось каким-нибудь трешем. Но это же просто торт? Что тут могло пойти не так? Парни что-то матерное написали или нарисовали член с пожеланиями большого счастья? Или просто макнут его мордой во взбитые сливки? Но пусть не думают, в долгу он не останется, устроит настоящую кремовую бойню! В общем, по всем параметрам выходило, что сюрприз будет безобидным и весёлым.       — Ладно, хрен с вами, давайте свой торт.       Сяо Чжань благосклонно махнул рукой и выпрямился на диване.       — Отлично! Я немедленно распоряжусь, — Ся Чжигуан поднялся и хлопнул по плечу Чжао Лэя. — Пойдём, поможешь мне. А тебе, Цзыфань, тоже не мешало бы освежиться.       — Да, ты весь красный, — поддакнул Чжао Лэй. — Давай, поможем тебе.       Го Цзыфань икнул, пробормотал что-то неразборчивое и поднялся на шаткие ноги. Парни схватились за плечи друг друга, прокатили волну собственными телами в одну сторону, и потом сразу в обратную.       — Полегче на поворотах. — Сяо Чжань рассмеялся над тем, как подпитая троица подшлифовала дверной косяк.       — Ага, — отмахнулся Го Цзыфань.       — Сгоняю в туалет, — Ян Сюцзя вскочил и вылетел следом быстрее, чем кто-либо успел среагировать.       — А я схожу перекурить, пока время есть, — Гу Цзячен тоже поднялся.       Сяо Чжань пожал плечами. Но когда и У Цзячен отпросился выйти ради срочного звонка, заподозрил неладное. Чэнь Цзэси сегодня прийти не смог, и остались только он и Пэн Чуюэ.       — Так, а ты куда сбежишь? — сощурился Сяо Чжань, собираясь удержать друга, когда тот захочет смыться по выдуманному поводу.       — Сбежать? Никуда. С чего ты взял? — недоумённо воззрился на него Пэн Чуюэ, а потом рассмеялся. — Из-за того, что всем резко приспичило? Дружище, так негласный перерыв, ты тоже мог бы сходить отлить. Но советую повременить, а то пропустишь торт. Всё-таки сегодня ты именинник, всё внимание тебе, — он широко зевнул и потянулся к бутылке. — Разолью-ка я пока всем для тоста. Тебе того же?       Его беспечность могла обмануть кого угодно, но не Сяо Чжаня. Лучшего друга он знал, как облупленного. Они вместе учились, вместе подавали резюме в крупные фирмы. Пэн Чуюэ, впрочем, знал его тоже. И Сяо Чжань не дурак, понимал, что друг остался, чтобы удержать беспокойного именинника на месте. А то ещё испортит сюрприз, шарахаясь по коридорам.       — Коварные вы типы. И за что я только с вами дружу? — буркнул он. — С этим тортом явно что-то не ладно. Впрочем, пофиг. Давай сюда бокал.       Он протянул руку, но пальцы дрогнули, и изысканное белое сухое вино выплеснулось на дизайнерские брюки Пэн Чуюэ.       — Вот же гадство, — моргнул Сяо Чжань. — Прости, пожалуйста, я не нарочно.       Пэн Чуюэ среагировал быстрее. Схватил салфетку со стола, промокнул.       — Знаю, что не нарочно. Ничего страшного. Я схожу в туалет, отмою мыльным раствором, а потом попрошу у официантов соду или соль. А ты посиди пока тут.       Сяо Чжань повесил голову. Ну вот, Пэн Чуюэ не собирался уходить, Сяо Чжань выгнал его сам. Ну, не идиот ли?       Он отставил бокал, потёр лицо, а после приложил ладони к пылающим щекам. Надо было тоже выйти освежиться, а сейчас уже поздно — некрасиво будет разминуться со злосчастным тортом. Сяо Чжань ослабил узел галстука, поправил пояс брюк, отметил, что немного вспотел. Подёргал рубашку, чтобы нагнать ветра, поднялся, снял пиджак и повесил на вешалку у входа. Но только захотел выглянуть наружу, как из коридора послышалась именинная песня. Сяо Чжань улыбнулся и остался стоять в центре.       Появился Ся Чжигуан и первым делом выключил свет. Пару мгновений спустя загорелись гирлянды, украшающие периметр. А потом бахнули хлопушки и показался торт… Огромный, четырёхэтажный, в сиянии холодного огня фонтанных фейерверков, воткнутых в верхний ярус. Сяо Чжань раскрыл рот.       Не переставая распевать «С днём рождения тебя!» У Цзячен и Пэн Чуюэ вкатили тяжеленный торт и остановили аккурат перед ним, а Ся Чжигуан подлетел и подтолкнул под колени стул.       — Чжань-Чжань, садись.       — Ребят, зачем такой большой? У меня же не свадьба. А если свадьба, то где жених?       Он хихикнул, но чуть не поперхнулся, когда на обратном пути Ся Чжигуан снял с торта… верхний слой. Тот самый, с рассыпающим серебристые искры фонтаном. И оттуда показалась голова на широких мужских плечах.       — Вашу ж мать, — выдохнул Сяо Чжань.       Торт, чёрт побери, был ненастоящим! Не бисквит и крем, а картон, внутри которого сидел парень! Эти засранцы заказали ему стриптизёра!       — Я вас прибью! Чуюэ, признавайся, твоя идея? — погрозил он другу и рассмеялся.       Друзья столпились у входа, не проходя дальше, чтобы не мешать представлению. Чуюэ ухмыльнулся и подмигнул. Не боялся расправы, гадёныш! Знал, что несмотря на то, что не жаловал сюрпризы, Сяо Чжань не прочь был посмотреть на красивого танцующего артиста. Который кстати, быстро затребовал внимание к своей неподражаемой персоне и, распахнув торт, как двери в салуне, изящной волной вытек наружу.       Стриптиз подразумевал раздевание, но на артисте кроме коротких шорт из серебристой лайкры не было ничего. Перламутровые блёстки переливались на поджаром обнажённом торсе, крепких бёдрах и мускулистых руках. Тёмно-каштановые волосы лежали пышной шапкой, с них сыпалась сверкающая пыль, когда артист раскачивал головой.       Взгляд Сяо Чжаня жадно забегал по ладной фигуре, но стоило посмотреть в лицо, он сперва не поверил, что такие красивые люди существуют. Да, конечно, нельзя было исключать заслуги макияжа: блестящие тени, чёрные стрелки и тушь выделили черты и делали привлекательность парня поистине пронзительной. Но Сяо Чжань был уверен, если смыть весь этот лоск, красота никуда не денется. Напротив, раскроется в трепетной беззащитности. Сердце забилось где-то в горле. Сяо Чжань поёрзал на стуле, не понимая, почему так разволновался.       А парень вдруг криво ухмыльнулся, будто уж он-то всё понимал. Стройный, поджарый, высокий, он прекрасно владел телом и двигался завораживающе и сексуально. Сяо Чжаню захотелось расстегнуть пуговицы рубашки, потому что воздуха перестало хватать. А стоило ему случайно пересечься со стриптизёром взглядами, то швырнуло в пекло. Наверное, это часть работы: уметь не только искусно исполнить провокационный танец, но и отыметь глазами.       Парень эротично покачивал бёдрами, водил руками по телу, прогибался в пояснице и взмахивал волосами. И приближался шаг за шагом, точно подкрадывался к добыче. Сяо Чжань скользнул взглядом по его босым ступням, подумал, что, наверное, холодно на мраморном полу, как в следующий момент парень оказался на полу сам и продолжил танцевать распахнутыми бёдрами. Взгляд Сяо Чжаня ожидаемо устремился на раскрытый пах и колышущуюся выпуклость под обтягивающей тканью. И прямо под его взглядом, она как будто увеличилась. Слишком зажигательный танец? Наверное, померещилось.       Было невежливо пялиться на член танцора, но куда Сяо Чжань ни смотрел, гарантированно получал удовольствие — стриптизёр знал, что хорошо выглядит, поворачивался выгодными сторонами, хотя таковыми были у него все без исключения.       Он подался вперёд грациозно, как кошка, повёл головой, вдолбил бёдра в пол. И всё это не отводя взгляда. Когда он закончил сношать пол, то выпрямился перекатом и скользнул к картонной конструкции фальшивого торта, чтобы выдернуть оттуда что-то длинное и мягко переливающееся в свете огоньков гирлянды. Как чешуя огромной змеи.       Сердце забилось бешено, угрожая остановиться. Сяо Чжань похолодел и испуганно вскрикнул. Змеи были его самым большим страхом с детства. И сейчас, увидев гибкое изогнутое тело в руках парня, не сдержался.       — Нет, убери её от меня, убери! Змея, чёртова змея!       Он зажмурился и заслонился руками. Музыка немедленно притихла, как раз достаточно, чтобы Сяо Чжань услышал над собой низкий приятный голос.       — Господин Сяо? С вами всё в порядке? О какой змее речь?       Сяо Чжань не хотел выныривать из блаженной темноты. В ней не было скользких колец, ядовитых зубов и гипнотизирующих глаз с вертикальным зрачком.       — Вы убрали её? Уберите, пожалуйста, я не могу… Кто вообще придумал включать такое в шоу? — чуть не всхлипывая, проговорил он.       — Боюсь, я не совсем понимаю… — голос над ним стал совсем растерянным, и Сяо Чжань рискнул выглянуть из своего укрытия. Одним глазом, разумеется.       В руках парне была серебристая мишура. Даже не имитирующая чешую, и, само собой, не живая змея. Сяо Чжань чуть не крякнул от досады и густо покраснел. Что это с ним? Перепил и перевозбудился? А теперь ещё феерично облажался.       — Простите, — смущённо пробормотал он, — мне показалось, что это живая змея… А я терпеть не могу ползучих гадов. Мне очень жаль, что я запорол ваше выступление.       Он стремительно поднялся, поклонился и только задумал смыться от позора, как крепкая рука схватила за плечо.       — О чём вы? Вы ничего не испортили. Не нужно стыдиться, если чего-то боитесь. Страхи есть у всех. Мне вот некомфортно в темноте, но это не делает меня менее мужественным или уязвимым. Страхи можно побороть, если начинать с малого.       Сяо Чжань кивнул и покосился на обеспокоенные лица друзей.       — Чжань-Чжань, что случилось? Ибо? — Пэн Чуюэ уже спешил к ним.       — Всё нормально. Просто господин Сяо довольно впечатлителен. Но ему непременно станет лучше, когда я продолжу шоу. Присаживайтесь, пожалуйста, и больше не беспокойтесь из-за змей. Поверьте, мне есть, что вам показать и без дополнительных аксессуаров.       Ибо — а теперь Сяо Чжань знал его имя — ухмыльнулся, сжал его плечо и слегка надавил. Сяо Чжань плюхнулся на стул с чётким осознанием, что с ним флиртовали. Но ведь он не был против?       Музыка снова зазвучала громче, а Ибо продолжил выписывать фигуры собственным телом. Глядя на эротичные «восьмёрки» бёдрами, Сяо Чжань чувствовал, как расслабляется. Напряжение отпускало, страх уползал, поджав хвост, возбуждение снова правило бал. Лёгкая щекотка скользила, дразнила, обещала взрыв фейерверка в ближайшем будущем.       Ибо — как оказалось приятно называть его по имени про себя — повернулся спиной, расставил ноги и стёк вниз, а потом вырос, тряся задницей. Слишком короткие лайкровые шортики обнажали нижнюю часть крепких ягодиц, соблазнительно впивались в ложбинку. Сяо Чжаню захотелось скользнуть под ткань, сжать упругие полукружья ладонями, а может, и вовсе содрать это безобразие, зовущееся одеждой. Во время стриптиза ведь положено раздеваться?       Ибо резко обернулся, словно почувствовал в обращённом на себя взгляде зов. Сексуальный голод. Он так стремительно подался к Сяо Чжаню, что тот вжался в жёсткую спинку стула. Расставив ноги по обе стороны от его бёдер, Ибо надвинулся максимально близко, навис сверху и затряс торсом в красивом ритме. Сяо Чжань сжал пальцы в кулак, чтобы побороть отчаянное желание прикоснуться к широкой груди, ощутить скрытую под кожей силу. От Ибо веяло свежим ароматом, и Сяо Чжань с наслаждением вдохнул полной грудью.       Ибо согнул колени так, словно собирался сесть к Сяо Чжаню на колени, продвинулся назад, скользя кончиками пальцев по его бёдрам. Легко, почти невесомо, но Сяо Чжань чуть не задохнулся от избытка ощущений. Кисти Ибо были большими, пальцы длинными и узловатыми, вздутые вены оплетали косточки. Жар распространялся по телу нереальными волнами. Сяо Чжаню захотелось прикрыться, потому что у него встал.       Ибо криво усмехнулся, обвёл его взглядом с головы до ног, приостановившись в области паха, а потом резко повернулся спиной. Теперь он опёрся руками о колени Сяо Чжаня уже всем весом. И задвигал бёдрами так, словно раскачивался на его члене.       Шум крови в ушах стал нестерпимым. Сяо Чжань смотрел на напряжённую спину, как завороженный, и понимал, что пропал. Тридцатилетний мужик завёлся как подросток, глядя на красивого стриптизёра. Прямо перед друзьями и персоналом заведения. Стыд и позор! Но прямо сейчас, в этом моменте, он мог смотреть только, как под кожей широкой спины перекатываются мышцы. Интересно, ему можно касаться или только смотреть?       Но только он собрался поднять руку, как Ибо запрокинул голову. Его волосы, приятно пахнущие морской солью, защекотали нос. Сяо Чжань изо всех сил пытался отвлечься на аромат, потому что колени жгло. Ладони обхватывали их целиком, и, скользни они по узким бёдрам, это выглядело бы очаровательно. А ещё лучше в этих руках смотрелись бы…       Ибо поднялся и продолжил свой завораживающе плавный танец. Сяо Чжань смотрел только на него, поэтому пропустил, в какой момент сотрудник заведения подала ему торт. Белоснежный, кремовый, на этот раз настоящий, съедобный. Однако в больших ладонях Ибо он казался муляжом. Наверное, лицо именинника выразило некоторое замешательство, потому что Ибо усмехнулся и без зазрения совести загрёб пальцем крем. Сяо Чжань ждал чего угодно, но не того, что Ибо мазнёт по его нижней губе и остановится на родинке, будто ставя точку.       Жар бросился в лицо. Сяо Чжань ощущал давление под губой и в голове возникла яркая картина, как он непроизвольно распахивает губы и палец, испачканный в креме, немедленно проваливается внутрь, касается языка, гладит… Сяо Чжань заёрзал, словно в штаны горячих углей насыпали. Заметив, как он разволновался, Ван Ибо отвёл руку и сунул палец в рот, слизывая крем. Сяо Чжань тягуче сглотнул. Он завёлся так, что в ушах шумело.       Впрочем, дела у Ибо обстояли не лучше. Сяо Чжань посмотрел и не сразу смог отвести взгляд. Член Ибо чуть изгибался к вершине, словно змея-искуситель, обвивающий ветку дерева в Эдемском саду.       А потом снова пришлось отвлечься. И дышать с перебоями. Потому что торт стремительно терял привлекательный вид, оставаясь белыми мазками на пальцах, сосках, рельефном прессе. Но Сяо Чжаня не заботило надругательство над кулинарным изделием — это было частью шоу, ему вынесут новый. Ему тоже захотелось присоединиться к этой эротической вакханалии, запустить в торт пальцы, испачкать торс Ибо, а потом вылизать. Извращение? Возможно.       Когда Ибо опустил торт на уровень Эдемского сада, а его бёдра заработали как метроном, Сяо Чжань понял, что издевательство над тортом достигло апогея. Несколько мгновений он смотрел на это безобразие, а потом поднял голову, читая в тёмных глазах Ибо транслируемое желание: получить Сяо Чжаня на месте несчастного поруганного торта.       Вожделение обволокло настолько, что Сяо Чжань не заметил неуловимого движения, но внимание вдруг снова обратилось к торту. Что-то изменилось. Сяо Чжань моргнул, глядя на змея, протаранившего торт насквозь. Змей, запачканный взбитыми сливками, смотрел на него в ответ единственным глазом.       Когда сообразил, что это, Сяо Чжань чуть не задохнулся. От стыда, возмущения и… возбуждения! Этот засранец, что трахнул торт в буквальном смысле?       Ибо плавно подался назад и быстрым движением загнул шорты, возвращая член обратно. Сяо Чжань метнулся взглядом по периметру зала, ища камеры. И обнаружил лишь одну на входе, за спиной артиста. Мерзавец, несомненно, знал об этом. А друзья так и толпились у дверей, рядом с Сяо Чжанем никого не было. Никто, кроме него, не видел, как стриптизёр проткнул членом именинный торт. О дерзкой выходке осталось воспоминание лишь в виде неаккуратного мазка крема на животе. А из-за того, что Ибо и так уже был весь перемазан, в глаза это не бросалось.       Чёрт побери! Разве так можно? Он каждое выступление завершает подобным образом или просто увлёкся? Это намек, приглашение или что?       — Этого змея вам не стоит бояться, господин Сяо, — проговорил Ибо, не сводя с него пристального взгляда. — Если попросите, я придушу его для вас.       Сяо Чжань сидел весь красный и неспособный произнести хоть слово. К счастью, ему на помощь пришли друзья.       — Вот это шоу, братишка! Шикарно! — Пэн Чуюэ подошёл и пожал руку стриптизёру. — Чжань-Чжань, тебе как? Дар речи потерял? Давайте все поаплодируем нашему неподражаемому виртуозу танца — Ван Ибо! Спасибо за выступление.       — Не за что.       Ван Ибо повернулся к имениннику и с ухмылкой поклонился. После чего неспешным шагом покинул зал. Сяо Чжань всё ещё не мог прийти в себя, но стоило Ван Ибо выйти, как он выдохнул и часто задышал, словно его всё это время держала туго натянутая нить. Он так стремительно поднялся, что толкнул бедром стол, и посуда затанцевала.       — Эй, дружище, полегче! Всё нормально? — рядом тут же оказался Ся Чжигуан, обхватил за плечи.       Но Сяо Чжань деликатно высвободился. Тело пылало под тонкой рубашкой, в голове шумело, а в горле пересохло. Минералку он наливал дрожащими руками и расплескал немного на стол. А потом жадно припал.       — Зачем спрашиваешь? Не видишь, что ли? — хихикнул Сюцзя, намекая на вставшую проблему. И Сяо Чжань сам будто только что почувствовал. Возбуждение упало в живот огненным шаром.       — Ещё бы, такой горячий стриптизёр, — хмыкнул Го Цзыфань. — Я не по парням, конечно, но от холодного душа не отказался бы.       — У нас есть лёд, могу засыпать Чжань-Чжаню за шиворот, — усмехнулся Чжао Лэй.       — Лучше сразу в штаны, — прыснул Гу Цзячен, и парни рассмеялись.       — Балбесы, — резюмировал Сяо Чжань и качнулся в сторону выхода. — Мне нужно выйти подышать.       — Ладно, но не ходи долго, скоро принесут нормальный торт, — сказал У Цзячен. — И сотри крем с губ, а то тебе как будто… Ну, это… Всё все поняли, да? Мне не нужно заканчивать?       Парни грохнули, а Сяо Чжань вздохнул и быстрым движением стёр крем с лица. Он любил своих друзей, несмотря на то, что они такие придурки.       К сожалению, Ван Ибо не поджидал его у входа в зал. Для того, чтобы найти его, Сяо Чжаню придётся постараться. А в мысли, что он отправится за ним, Сяо Чжань укрепился твёрдо. Это был порыв, которому он с лёгкостью поддался. Зов, которому даже не сопротивлялся. Для чего-то же Ван Ибо сделал то, что сделал?        По коридорам Сяо Чжань плутал недолго, служебную зону обнаружил по стоящему на входе шкафообразному охраннику.       — Добрый вечер. Подскажите, пожалуйста, как мне найти господина Ван Ибо?       — Встречи с артистами запрещены, — недружелюбно буркнул охранник.       — Но я всего лишь хотел выразить ему признательность за выступление.       — Много вас тут таких ходит… признательных, — охранник окинул Сяо Чжань подозрительным взглядом. — Давай, вали уже отсюда.       — Так, мне кажется, я не с того начал, — Сяо Чжань быстро оглянулся и, убедившись, что вокруг никого, запустил руку в карман. — Прошу прощения, что не выказал вам должного уважения сразу.       Он достал кошелёк, вынул купюру. Та исчезла, как по волшебству.       — Ладно, извиняю. Что ты там хотел?       Сяо Чжань был уверен, что охранник расслышал его с первого раза, просто просил больше. Он не стал спорить, но прежде чем отдать очередную купюру, спросил:       — Я спрашивал, в какой гримёрке располагается артист Ван Ибо.       — Ван Ибо? Да, конечно, я его знаю, — охранник кивнул, но продолжать не спешил, а многозначительно смотрел на кошелёк.       Сяо Чжань со вздохом вынул ещё. Охранник тщательно припрятал купюры в карманы и пропихнул Сяо Чжаня внутрь.       — По коридору до конца и налево.       — Спасибо, — быстро сказал Сяо Чжань, но только собрался уйти, как охранник крикнул ему вдогонку:       — Если он тебя прогонит, ко мне никаких претензий.       — Кто бы сомневался, — буркнул себе под нос Сяо Чжань и поспешил по коридору, не оглядываясь.       До гримёрки он добрался быстро, а вот у двери немного струсил. Зачем он здесь вообще? Честные люди так не поступают. А как поступают? Как вообще сблизиться со стриптизёром? Но это ведь просто работа, такая же как и повар, таксист, дизайнер, чёрт побери. Сяо Чжань не хотел упускать возможность. Но какую? Потрахаться? Познакомиться? Порывы — это хорошо, но что останется, когда страсть схлынет?       Пока он стоял в замешательстве, дверь распахнулась, и на пороге появился Ван Ибо. Он ещё не переодел концертный костюм. Тени красиво блестели на веках и скулах. Торс переливался остатками блёсткок. Ибо успел стереть сливочный крем с рук и сосков, но тот самый завиток под филигранными кубиками пресса ещё был здесь. Выглядел, как вызов. Ровно, как и ещё не до конца опавший член, чьи контуры по-прежнему отлично просматривались.       — Господин Сяо? Какая неожиданность! — сказал Ван Ибо, однако удивлённым не выглядел. — Как вы обошли Ян-Яна?       — Я был очень настойчив… — взгляд Сяо Чжаня снова жадно припал к его поджарой фигуре. Проход сюда стоил ему нескольких хрустящих бумажек, но Ван Ибо необязательно было об этом знать.       — Надо же… Так понравилось выступление, что пришли поблагодарить?       — Выступление, и правда, было впечатляющим. Особенно некоторые его элементы, — Сяо Чжань снова посмотрел на испачканный живот. — Вы всех своих клиентов радуете такой концертной программой?       — Нет, не всех. Я человек вдохновения, часто импровизирую. Исход шоу иногда сюрприз даже для меня. Вот увидел вас, и появилась мысль.       — И вам разрешают… подобное?       — Естественно. Я же лучший.       Ван Ибо ухмыльнулся, переступил с ноги на ногу так плавно, словно перетёк из одной точки пространства в другую, полутвёрдый член в шортах тоже качнулся, и Сяо Чжань, хоть и заклинал себя не пялиться, но не мог ничего с собой поделать.       — Надеюсь, тортик был вкусным? Я попросил принести новый, взамен осквернённого, — сказал Ван Ибо, отступая от двери.       Сяо Чжань немедленно вломился внутрь.       — Не знаю, не успел попробовать. Ушёл сразу за тобой.       Переход на «ты» дался Сяо Чжаню легко, без внутреннего отторжения. Словно переступив порог гримёрки, он сблизился с Ибо достаточно, чтобы говорить ему «ты», называть по имени.       Ван Ибо наклонил голову, вглядываясь пристальнее, а после усмехнулся. Он ни мгновение не оставался неподвижным, покачивал плечами и бёдрами, словно продолжал танец под слышимый ему одному мотив. Словно танцевал по жизни, всегда и везде. На сцене, в гримёрке, в постели…       Сяо Чжань сглотнул, взгляд Ибо опустился вместе с его кадыком.       — Зря, он очень вкусный. Особенно крем.        Он будто только сейчас заметил, что испачкан взбитыми сливками, стёр мазок пальцем, опустил на язык. Прикрыл глаза, посмаковал.       — Раз не удалось попробовать торт, могу предложить лишь это, — проговорил он, сыто жмурясь.       Сяо Чжань задохнулся. Жадно хватанул ртом воздух, потому что его внезапно оказалось мало.       — А можно? — спросил он сдавлено.       Возбуждение дробило на части, кончики пальцев дрожали. Ибо находился перед ним, и как змей-искуситель предлагал запретный плод. Вот только не яблоко, и даже не именинный торт, а себя.       Сердце заколотилось, и Ибо всё понял по его состоянию, но вместо того, чтобы подарить желаемое, решительно мотнул головой.       — Нет. С клиентами я не сплю.       — И нет никаких исключений?       — Никаких. Только если это не личное, конечно. Кто мне запретит спать с тем, с кем я хочу? — спросил он и развёл руки, словно приглашая в объятья.       Он не смотрел — гипнотизировал. Пронзал взглядом, прожигал, призывал. Нет, не змей, а заклинатель. Сяо Чжань не мог двинуться без приказа, но в то же время чувствовал, что должен освободиться из-под чар и преодолеть оставшийся между ними шаг.       Он понимал, что имел в виду Ибо. Да, тело сейчас думало только о том, как, чёрт побери, слизать эти проклятые взбитые сливки с члена Ибо, а после — облизать его всего, чтобы на языке остались блёстки, и чтобы они потом перекочевали в рот Ибо, когда они будут долго и мокро целоваться. Но за этой бурной похотью теплился крохотный огонёк — желание узнать Ибо лучше и не только в сексе. Узнать, как человека. Пойти на одно, два, столько, сколько можно свиданий. Сяо Чжань перестал быть клиентом, когда закончилось шоу. Ибо выполнил свою часть договора, вот он — свободный и желанный — прямо перед ним.       Сяо Чжань пришёл к нему по велению сердца. Ради близости. Не только тела, но и души.       Поэтому он решил, что самым верным будет действие. Слова слишком легковесны, бездоказательны, пусты. Если Ибо посчитает иначе, то оттолкнёт, но Сяо Чжаню непременно нужно дать ему знать о своих намерениях.       Он подался вперёд и впился в губы Ибо. Они сразу раскрылись, поощряя порыв, распаляя жадность. В ушах зазвенело, несколько мгновений Сяо Чжань ничего не слышал. Просто тонул в мягких и тёплых губах, растворялся в томной ласке толкнувшегося в рот языка, ещё хранящего отголоски сливочной сладости. Сяо Чжань втянул его сильнее, вылизывая со всех сторон.       Ибо застонал и обхватил затылок Сяо Чжаня ладонью. Повернув его голову под углом, он вторгся в рот, как победитель на отвоеванную территорию. У Сяо Чжаня задрожали колени, и сам он словно выключился от собственнического прикосновения. Из-под ладони Ибо по плечам заструились шкодливые мурашки. Надо же, Сяо Чжань и не знал, что голова — его эрогенная зона. Или просто Ибо мог превратить в такую любую часть его тела одним прикосновением.       Возбуждение вернулось, стягивая обоих в плотный, неразделимый кокон. Но Сяо Чжань и не желал из него выбираться. Он скользнул ладонями по бокам совершенного тела, по гладкой шелковистой коже, и кончики пальцев закололо, как от электричества. Не переставая жадно целовать, Сяо Чжань толкнул Ибо к стене, преследуя лишь одно желание — прижаться теснее, телом к телу. Но даже он не ожидал, какой Ибо окажется горячий и твёрдый. Ибо простонал и обхватил Сяо Чжаня за талию, прижимая к себе и направляя так, чтобы потереться об него вставшим членом. Повторил сокрушительно красивую волну бёдрами. Сяо Чжань шумно выдохнул и облизал губы, не в силах отвести взгляд от алеющего рта Ибо. А потом всё-таки посмотрел вниз, где их члены упирались друг в друга через слои ткани.       — Чёрт… — выдохнул Сяо Чжань, заметив, что испачкал штаны кремом. — Кажется, мне не суждено отведать этот торт.       — Не переживай, — вдруг усмехнулся Ибо и его ладони почти ласково спустились на ягодицы, но потом сжали так сильно и безжалостно, что Сяо Чжань не сдержал томного стона. — Там ещё осталось.       Его бровь игриво изогнулась, и вопрос, где это «там», отпал сам собой.       Сяо Чжань вызовы судьбы принимал, особенно сегодня. Поэтому вниз стёк без лишних разговоров. Член, укрытый переливающейся тканью, оказался прямо перед лицом. Ещё днём подобное стечение обстоятельств казалось невероятным, но вот Сяо Чжань здесь, собирался сделать то, что собирался.       Он без колебаний взялся за верхнюю часть шорт и заскрёб по ткани пальцами, но она облегала, как вторая кожа, поэтому Ибо втянул живот, чтобы Сяо Чжань подцепил край. В следующее мгновение шортики скользнули вниз по крепким бёдрам, а Сяо Чжань увидел «старого знакомого».       — И снова здравствуй, — сказал он с ухмылкой, глядя на раскачивающего змея.       Ибо хихикнул наверху.       Сливочный крем большей частью впитался в ткань, но кое-где на стволе, в отрастающей щетине на лобке и, конечно же, в капюшоне головки, ещё осталось лакомство. Сяо Чжань почувствовал, как рот наполнился слюной. Он приблизился и слизал крем кончиком языка. А когда поднял взгляд, на него обрушилась тьма, набухшая от похоти. Ибо смотрел пронзительно и жадно.       Сяо Чжаню представился шанс отыграться за шоу, устроив в отместку собственное. Он ухмыльнулся и обхватил губами головку, чуть сжал, выпустил. Скользнул языком по боковой части ствола, по выпуклости на нижней. Ибо напряг член, мазнув кремом по щеке. Сяо Чжань хихикнул, но стирать не стал, напротив, плотно сжав губы, измазал их кремом, намеренно выходя за контуры. А потом наконец-то взял в рот.       Ван Ибо шумно выдохнул и сжался верхней частью спины в стену. Чтобы не двинуть бёдрами, понял Сяо Чжань. И ему мгновенно захотелось, чтобы Ибо это сделал. Но с этим можно и обождать. Сначала он сам.       Ощущая отчаянно бьющийся на шее пульс, он задвигался, принимая до максимума и выпуская почти полностью, неспешно, но ритмично. Сливочная сладость обволокла рот, в животе словно взорвался маленький фейерверк, и Сяо Чжань подумал, что возбуждение перешло на какой-то новый уровень. Собственный член изнывал без ласки, но он ещё мог подождать. Крем действительно оказался отличным, но закончился довольно быстро, теперь Сяо Чжань ощущал только вкус Ибо. Иногда на язык выплёскивалось солёное, и тогда он вылизывал головку, собирая капли.       Головка мягко сминалась под языком, а когда Ибо напрягал член, она казалась упругой и сочной, как спелый личи. Сяо Чжань чуть ускорился, помогая себе рукой, и прикрыл глаза, чтобы пережить головокружение. Ибо тихо постанывал, забывшись в удовольствии, а потом вдруг напрягся, часто-часто задышал и кончил.       Во рту Сяо Чжаня уже смешались все возможные вкусы, поэтому сперма показалась сладкой. Проглотил он без колебаний. Однако её оказалось больше ожидаемого, и когда Ибо качнул бёдрами назад, выходя, последняя порция выплеснулась на губы. На которых ещё оставался крем. И когда Ибо посмотрел вниз, в его глазах снова полыхнуло.       — Ты знаешь толк в удовольствии, Сяо Чжань. В эстетическом особенно, — признался Ибо и наклонился.       Жадным мокрым поцелуем собрал с его губ остатки крема, смешавшегося со спермой. Чёрт, это было так горячо и развратно, что Сяо Чжань чуть не задохнулся. Чуть не умер прямо во время поцелуя. Голову уже сдавливало. Перевозбуждённый, он не мог больше терпеть. Член стоял так давно, что становилось больно.       — Можно я… — начал он, но голос подвёл, пришлось прокашляться, прежде чем продолжить: — Можно я хотя бы подрочу?       — С ума сошёл? — фыркнул Ибо и, подхватив подмышки, поставил на ноги одним движением. А в следующее опрокинул Сяо Чжаня поясницей на диван. — Сам полакомился, а меня значит, можно оставить без десерта? А ты динамщик!       Сяо Чжань бархатно рассмеялся. Казалось, от возбуждения тело гудело на низкой ноте, вибрировало, пока ладони Ибо сжимали бёдра, лапали задницу. Сяо Чжань ещё хихикал, когда Ибо быстро и ловко расстегивал его брюки, ещё улыбался, когда тот тянул вниз бельё, а потом резко подавился воздухом, и звук получился совсем уж стыдным. Хнычущим, просящим, дождавшимся.       Сяо Чжань задрожал, ощутив обволакивающий жар мокрого рта. Глаза закатились, и он прикусил губу, чтобы не застонать. Потому что стонать хотелось много и часто, не останавливаясь. Ибо не церемонился и не нежничал, отсасывал так, что Сяо Чжань быстро сдался сладкой истоме. Ибо брал глубоко, двигаясь быстро, и прохладный кончик носа тыкался Сяо Чжаню в лобок, вызывая щекотку. Казалось, он собирается высечь электричество, и колючие искры вот-вот поскачут по диванной обивке, воспламеняя всё вокруг. Впрочем, случись это на самом деле, Сяо Чжаню было бы плевать. Лёгкая щекотка быстро набрала силу и сменилась штормом сокрушительного удовольствия. В горле гулко завибрировал стон, и Сяо Чжань выплеснулся в жадный рот.       Ибо выпустил не сразу. Некоторое время смотрел, впитывал оргазм Сяо Чжаня всеми органами чувств. И сглотнул так демонстративно, что Сяо Чжань ощутил чувствительным членом и дёрнулся. Ибо приподнялся, облизал влажные губы и сказал:       — С днём рождения, господин Сяо.       А потом собрался встать. Но Сяо Чжань не хотел, чтобы он уходил. Ни за что на свете он не должен был его отпустить!       Несмотря на то, что тело после пережитого удовольствия ещё напоминало по консистенции сахарную вату, он вскинулся и схватил Ибо за руку.       — Эй, куда? Свидание! Теперь ты должен мне свидание. Отказов я не потерплю!       Но, как Сяо Чжань вскоре заметил, Ибо никуда и не думал уходить, просто пытался лечь рядом так, чтобы не придавить Сяо Чжаня. Он обхватил в ответ его руку, скользнул до кисти, переплёл пальцы, а после нежно улыбнулся.       — Разве могу я отказать имениннику? Пойдём на столько свиданий, на сколько захочешь. И вообще, тебе можно всё, что хочешь.       — Хорошо, — кивнул Сяо Чжань и погладил Ибо по щеке. — Тогда одевайся. Хочу познакомить друзей со своим парнем.