За пять минут до Нового года.

Джисон откладывает телефон в сторону и смотрит за окно. Небо разрывается разноцветными всполохами, искры рассекают воздух и оседают на земле ничем. Крики людей давят на перепонки, а сестра-тревожность, держится руками за горло. Новый год ещё не наступил, а люди уже начали пускать салюты. Пьяные голоса разносились отовсюду, вкупе со смехом и музыкой. В квартире Джисона было наоборот тихо. Ель мигала, освещая своим теплом небольшое пространство гостинной-спальни. Гирляндой было обвешано всё небольшое пространство, а с потолка свисали снежинки. Хан старался обустроить своё домашнее гнездо. Вырезал эти снежинки долго и старательно, порезал о бумагу все пальцы, чуть не отрезал их же ножницами, но смог сделать себе застывший снегопад, не порубив свои руки на Новогодний салат. Джисон отошёл от окна подальше. Было чудесно смотреть на то, как огни разрывают небо, но тревожность и вправду что-то разбушевалась. Осторожно зашторив окно, Хан включил телевизор и принялся переключать каналы в поисках того, на котором будет вещать президент. Телефон в кармане джинсов завибрировал и парень тут же вытянул его, с надеждой смотря на экран. Разочарование липким холодом прошлось по позвоночнику. Ёнбокиии: "Ну что там, брватишка-кентишка?" "Твой ненаглядный напимсал тебе?" Джисон прочитал сообщения и завис над клавиатурой. Ответ был очевиден, но почему-то он продолжал ждать чуда. – "Ну же... Напиши..." – думал Хан, смотря на то, как стрелка часов неумолимо подходила к двенадцати. ДжисонААА: "Неа, нет даже намёка на то, что он напишет..." "Я поздравил его с наступающим, но в ответ тишина." Ёнбокиии: "Мда, странные нынче старшие в униках" "А вкдь он так обворожительно вёл себя с тоьой" "Даже я клбнул на то, что этот рыбак поймал свою рыбку" ДжисонААА: "Ладно, не важно" "Хорошо проведи Новый год, Бок-а" Ёнбокиии: "И ты, не унывай, пожалуйста" "Я бы хотел быть рядом" ДжисонААА: "Я бы тоже хотел быть рядом, но не будем об этом" "Поздравь семью от меня" "И не напивайся слишком сильно!!!" Ёнбокиии: "Хорошо, семью поздравлю" "Последнего обещать не могу!" "Люблю тебя, дурик" ДжисонААА: "И я тебя" Закрыв переписку с другом, Хан посмотрел на чат с Минхо и грустно выдохнул. Сообщение прочитано, а ответа нет. Когтистая лапа снова погладила тёмно-синие волосы, перебегая острым ногтем с виска на горло, и надавила на щитовидку. Отогнав все ненужные кошмары, Хан достал бутылку весёлого-игристого, потому что на что-то большее не решелися - мало ли, вдруг тогда стало бы на одного человека меньше в Новом году. На телевизоре начал говорить президент, но Джисон его особо не слушал. Одно и тоже каждый год, с небольшими правками. Из холодильника быстро приносятся фрукты, пара салатиков. Хан не знал для чего всё это готовил, ведь Новый год он праздновал в гордом одиночестве, но видимо для того, чтобы не мучать себя готовкой в праздничные выходные. Телефон вибрирует и Джисон без интереса смотрит на экран. До Нового года пять минут. Непрочитанным висит сообщение от Минхо. – Блять! – Хан громко ругается, чуть не роняя бакал. Пальцы затряслись, поэтому Джисон не с первой попытки открыл чат. Хо-хён: "Выйди на улицу. Сейчас." Хан сглотнул и задрожал ещё сильнее. Волнение птичкой вспорхнуло в груди и летало там, разгоняя по венам кровь. Оставив бокал на столе перед диваном, Джисон рванул в небольшую прихожую, схватил с вешалки куртку, всунул ноги в кроссовки и выбежал в подъезд. Лифт, как назло ехал слишком долго, отчего Хан нервничал всё сильнее. На телефон больше не приходило сообщений, потому Джисон чуть выдохнул. Улица встретила его заснеженной изморозью и скользкой землёй. Небольшие сугробы обступали со всех сторон, украшенные местами конфетти из хлопушек, дождиком и даже мишурой. Хан хмыкнул на это и сжался, когда тревожность со всей силы ударила его в спину, чтобы он не забывал, где находиться. Пьяные люди загоготали совсем рядом, и Джисон дёрнулся в сторону. Его попросили выйти, он вышел, но что-то никого похоже на Минхо - он не видел. И с чего он вообще решил, что старшиц придёт? – Эй, малой! – руку обожгло чужое прикосновение и Джисон дёрнулся, пытаясь освободиться от оков, как на шее, так и на похолодевшей конечности. – Чё ты дёргаешься-то? – гогот пьяни разнёсся по дворовому пространству. – Зажигалочки не найдёшь? – Не курю, – сипло отвечает Хан и снова пытается вырвать руку. – А если найдём? – Джисон взглянул на лицо мужчины, и уже паника стала душить его. Он не увидел ничего светлого, только агрессивный мрак. Видимо Новый год он отметит в больнице, если не в могиле. Холод сцепил кольцами его тело и парень не мог пошевелиться, воздуха в лёгких становилось всё меньше, а глаза лихорадочно бегали по сторонам, теряя очертания предметов. Мысли воронами клевали голову, а сердце - решив, что его вены, это гоночная полоса, - так сильно билось, что кровь летала по эндотелию. – Джисон! – Хан не сразу понял, что больше никто не держит его за руку, а вокруг больше нет холода, только тепло от объятий в которых он оказался. Джисон дрожал и прижимался к старшему, тихо всхлипывая и хватаясь руками за куртку на спине Ли. – Джисон-и... – Я в норме, – прошелестел Хан, понимая, что паника отошла в сторонку и прикурила, решив, не доводить парня до отключки. – Они сильно тебя напугали? – осторожно спросил старший, поглаживая синие волосы. – Да, – тихо признался младший и отстранился, вытерев слёзы. – А куда они ушли? – Понятия не имею, – Минхо пожал плечами, с беспокойством смотря на Хана, – припугнул их полицией и они убежали. Не думал, что наша встреча пройдёт именно так. – Да, я тоже не ожидал подобного, – Джисон невесело улыбнулся и поёжился. Без объятий стало холодно. – Почему позвал меня? Вдалеке начали взрываться салюты, а из окон послышались радостные крики. Новый год наступил. – С Новым годом, Сон-и, – Ли произнёс это так мягко, что в влюблённом мозге на секунду закоротило. – С Новым годом, – Хан улыбнулся. – Зайдёшь в гости? У меня есть салатики. – Жаль не печеньки, звучало бы так, будто ты хочешь, чтобы я перешёл на тёмную сторону, – Ли фыркает, а Джисон громко и ярко смеётся. – Сон-и, – от милого сокращения, Хан очевидно смутился, но не стал прятать красных щёк, – я позвал тебя не просто так. Конечно, сейчас уже не пять минут до Нового года, но никогда ведь не поздно? – Джисон замер и неуверенно кивнул. Теперь - тревожность, паника и страх держались за ручки и водили хоровод вокруг Хана, готовясь напасть на бедного парня в любую секунду. – Я подумал, что по телефону это говорить совершенно неправильно и решился прийти сюда... Хан Джисон, ты мне нравишься. Салют взрывается где-то высоко, но если поднять голову, то можно увидеть искры, что летят на них, но не успевает долететь, тая в собственном свете. Джисон не видит красоты над своей головой, но видит её перед собой. В ушах стоит звон, а щёки горят так, будто по ним долго и хорошо били. Минхо смотрит прямо в глаза, не отводя взгляд ни на секунду. Хан в его глазах такой маленький, уютный и светлый, сверкал прямо на глазах, а в кофейной радужке отражались огни. – Ты мне тоже нравишься, хён! – Джисон бросается на Минхо, обнимая за шею и дышит жарко на ухо, заставляя побежать мурашкам по спише стршего. Они обнимаются, греясь в тепле друг друга и слушают хриплое дыхание возле ушей. – Так что? Салатики говоришь? Джисон кивает и отстраняется, широко улыбаясь. Не зря всё-таки готовил что-то. – А мы? – Хан неловко замер и смутился. – Встречаемся. Если ты, конечно, не против, – Ли осторожно взял Джисона за руку, а младший переплёл их пальцы и повёл в сторону многоэтажки. – Пойдём. Не оставлю же я своего парня в Новом году не накормленным. Минхо мягко смеётся, и смех его разносится пузырьками по венам. Пара поднимается на нужный этаж и оказывается в небольшой, но уютной квартирке. – Можешь взять любые тапочки, ванная - первая дверь справа, – Джисон унёсся на кухню, где помыл руки и раздобыл второй бокал. Также прихватил ещё одну тарелку и ложку. Пока Минхо был в ванной, Хан быстро переоделся в домашнее и сидел на диване, ожидая появления старшего. Было немного страшно, но на горло ничего не давило. – Ого, – Ли удивлённо вздохнул, когда вошёл в гостиную. – Красиво? – спрашивает Джисон с небольшим волнением. Всё-таки, он вложил душу в это. – Это безумие, Сон-и, – Ли восторженно смотрел на застывший снегопад. – Комната под стать хозяину. – Спасибо, – смущённо ответил Хан и похлопал возле себя. – Какого тебе с безумцем? – Прекрасно, – Ли хихикнул, присаживаясь рядом. Он повернулся к Джисону и замер, также, как и младший. Они приятными огоньками сидели возле друг друга, и в глазах их сквозило что-то чистое и очень нежное. – Ты мне нравишься, – повторяет Джисон, и Минхо растягивает губы в кошачью улыбку. – И ты мне нравишься, Сон-и, – повисает лёгкая тишина, но она приятная, а не давящая. Хан кусает губу и медленно двигается ближе к Ли. Старший делает вид, что не заметил этого, но глаза его игриво блеснули. – Поцелуй? – тихо спрашивает Джисон, понимая, что сам он не решится. – Конечно, – Ли тихо хихикает, а после устраивает ладони на пухлых щеках и наклоняется к лицу, оставляя короткий чмок на кончике носа. Но не успевает Хан возмутится, как губы спускаются ниже и застывают. Джисон цепляется пальцами за талию Минхо и двигается ближе, не отрываясь от губ. Они просто замирают, прикасаясь друг к другу, нежели целуясь, но от этого им так хорошо, что дыхание спирает. Хан первым начинает шевелиться, мягко проводит языком по нижней губе старшего, чем вызывает сорванный вздох и улыбается, но зря. Минхо словно теряет контроль, целует так горячо и глубоко, что Джисон невольно стонет в рот. Ли такой реакцией доволен, но долго напирать не продолжает. Отстраняется, облизывает губы и щурится довольно. Точно, как кот. – С Новым годом, Хо. – С Новым годом, Сон-и. – Так, давай выпьем. У меня есть шампанское, – Хан отдаёт старшему штопор, валяющийся на столе, а сам отвлекается на вибрацию телефона, что переместился на тумбочку возле дивана. Ёнбокиии: "С НОВЫИМ ГОДОМ, БРАТИШКА-КЕНТИШКА!!!!" "Ну, кажк ты там?" "Минхо не наплсал?" ДжисонААА: "С Новым годом, Бок-а." "Всё куда лучше" "Минхо решил прийти и лично сказать кое-что..." "Ну, я потом расскажу" Джисон хихикает и выключает звук на телефоне, зная, что Феликс точно будет написывать ему, как минимум полчаса. – Детское шампанское? – Ли всё это время изучал надписи на бутылке. – Взрослые развлечения должны быть взрослыми, – Хан весело посмеялся и переключил канал с вещаниями на музыкальный. – Мне кажется, что я готов признаться тебе в любви после такого, – Ли принимается открывать бутылку. – Ты подожди, мы же ещё даже не выпили этого серьёзного напитка. – А мне и пить не нужно, Сон-и. Улыбки мягко растекаются по лицам, а пузырьки бегут по венам. Им не нужен алкоголь, чтобы признаваться и не нужен алкоголь, чтобы чувствовать опьянение. Кажется, что они пьяны только от взглядов.