Merry Christmas, Darling

На Новый год Ники пригласил Эндрю и Аарона в компании своих парочек в Германию. Наконец выйдя замуж, Ники старался проводить все время рядом со своим мужем, с которым они сыграли свадьбу почти полгода назад в августе, и отказался приезжать на праздники обратно в Америку, предложив отпраздновать в родном городе Эрика — Штутгарте. Эндрю ворчал, что им придется второй раз за год лететь несусветное количество часов на другой континент в огромной железной посудине в тысячах километрах над землей, но обещанные Эриком лучшие немецкие десерты и обещание Ники, что их не будут сильно беспокоить сделали свое дело. Нил, весь полет развлекавший его под ухом случайными забавными историями из своих «путешествий», тоже немного улучшил ситуацию и спустя 12 часов мучения Эндрю закончились. В аэропорту их встретили шумный и машущий во все стороны, привлекая к себе всеобщее внимание, Ники и скромно улыбающийся на фоне него Эрик. Кейтлин сразу же подбежала к ним, оставляя чемодан Аарону и обнимая Ники. Аарон, вместе с Эндрю и Нилом спокойно подошли к ним следом, здороваясь с Эриком простым кивком головы и коротким светским разговором, пока Ники и Кейтлин щебетали рядом по пути к машине. Им едва-едва удалось влезть в машину — Ники занял место водителя, Эрик рядом с ним на переднем, Аарон первым залез на заднее сидение, затем Эндрю и Нил, Кейтлин пришлось усесться на колени Аарона, чтобы все уместились. Эндрю фыркнул на смущенное бормотание Аарона и слегка покрасневшие щечки Кейтлин, и проигнорировал хитрую ухмылку Нила и его дразнящее: «Хочешь я тоже к тебе на колени сяду?», закатив на все это глаза и раздраженно тыкнув Нила в бок, на что тот коротко ойкнул, но тепло улыбнулся, когда тот взял его руку в свою. Эндрю так же проигнорировал мягкий взгляд Ники направленный на них в зеркало заднего вида. И все же, Эндрю стоило лучше знать своего кузена и понимать, что тот вряд ли сдержит свое обещание не тревожить его во время праздников — Ники был не из тех, кто мог долго оставаться на одном месте. А когда ему в голову стукала очередная идея, он любил присесть на уши, уговаривая присоединиться к нему, пока люди в конце концов не сдавались под его безудержным напором и не соглашались. Так что Эндрю не стоило удивляться, что он оказался со всей своей семьей на ярмарке в предновогоднюю ночь.

***

Широкие улочки с небольшими киосками растянулись вдоль дороги с обеих сторон. В воздухе кружил пряный аромат, перемешиваясь между собой в невероятную рождественскую симфонию запахов. Раздавался веселый смех детей и мелодия откуда-то из глубины ярмарки. Елочные веточки и крохотные фонарики оплели карнизы деревянных магазинчиков. Около каждого киоска покачивалась деревянная табличка, сообщая проходящим мимо, что в нем продается — от горячих напитков к ручным изделиям до, конечно же, десертов. Эндрю смог разглядеть названия знакомых немецких пряников, оладий и рождественского кекса из сухофруктов и орехов, сразу направившись к ним. Ники и остальные решили разделиться, согласившись встретиться у входа через час. Нил остался с Эндрю, прогуливаясь вдвоем вдоль светящихся огней и витрин магазинчиков. Он купил им по стаканчику пряного глинтвейна, держа их в руках, пока Эндрю вооружался пакетами со сладостями на потом, параллельно уплетая за обе щеки Лебкухен — печенье с медом и орехами. Нил внезапно что-то заметил и зашагал на звук мелодии, разносившейся где-то неподалеку. Эндрю, от нечего делать, поплелся за ним. С каждым шагом музыка становилась громче, пока они не достигли ее источника, выйдя на небольшую площадку, выложенную деревянными панелями, которые создавали импровизированный танцпол в центре ярмарки около высоченной ёлки, видневшейся поверх крыш еще в самом начале дороги. Люди энергично плясали под рождественские песни прошедших лет, кружили в хороводах, закатывая головы в счастливом смехе и радостных возгласах под теплым светом развесистых гирлянд и фонариков над их головами. Они, казалось, затерялись в танце и освободились от всех забот, кружась вместе под мелодичные переборы гитар и чарующее пение из динамиков, наслаждаясь каждой секундой жизни. Но Эндрю было плевать на всех этих людей, они для него были обычными незнакомцами. Куда интереснее было наблюдать за блеском в глазах Нила, который с детским восторгом следил взглядом по фигурам, двигающимся в толпе. Голова слегка покачивалась в такт песни, а на губах расцветала легкая улыбка. Он выглядел таким сказочным в окружении мигающих лампочек, мягкого сияния и белоснежных хлопьев снега, медленно опускающихся на его волнистые волосы и длинные ресницы. Грудь Эндрю наполнялась теплом и тянущим чувством где-то внизу живота, взгляд сам собой смягчался, когда он смотрел на него, а сердце делало кульбит, когда его улыбка была обращена к нему. И как только он мог думать, что это чувство внутри него было побочкой от лекарств? Не было ничего более настоящего чем они и Нил перед ним. Взгляд Нила переместился с толпы к Эндрю, уголки глаз сморщились, а щеки растянулись в мягкой, слегка неуверенной, улыбке, когда он спросил: — Потанцуем? — Эндрю вопросительно приподнял правую бровь, всегда правую, левая никак не поддавалась, сколько бы он тайно не тренировался перед зеркалом, раздраженно бурча каждый раз, когда не получалось. — Никогда этого не делал, но если ты не хочешь, все в порядке, — быстро продолжил Нил. Ну и как Эндрю мог отказать ему, когда тот всегда заботился о том, чтобы Эндрю было удобно и комфортно что-то сделать? Он смиренно вздохнул, оставляя пакеты на деревянной скамейке в стороне, взял Нила за его протянутую руку и потащил вперед, останавливаясь в центре. И именно в этот момент заиграла медленная романтичная песня нежным голосом Карен Карпентер, Нил усмехнулся, поймав невпечатленный этим клише взгляд Эндрю, и медленно положил руки на его плечи, переплетая их за его головой. Эндрю твердо обхватил талию Нила, начиная плавно покачиваться из стороны в сторону, не обращая внимания на песню или окружение и смотря только в глаза Нила, который тоже смотрел в его. — Знаешь, спасибо тебе за этот год, — произнес Нил через несколько мгновений, его голос был такими искренним и честным, что и ФБР не снилось. — Да и за все предыдущие, — на его губах плясала ласковая улыбка, пока он говорил, невесомо перебирая пряди на затылке Эндрю. — Прекрати нести чепуху, — слегка смущенно буркнул Эндрю, крепче прижимая Нила к себе, чувствуя, как его сердце начинает биться сильнее, а по телу начинает расползаться приятное тепло. Нил склонил голову на плечо Эндрю, дыхание прошлось по всегда такой чувствительной шее, мурашки побежали вниз по спине, заставляя пальцы на ногах поджиматься от близости. Эндрю уткнулся в ответ к его коже. Столько времени прошло, а он никак не может привыкнуть к этому. К тому, как все его существо радуется и тянется к Нилу в любой момент времени. В нос сразу ударил его особенный запах, который он никогда не сможет ни с чем перепутать. И дело даже не в эйдетической памяти, Эндрю бы и без нее запомнил тот самый запах Нила, который отдавал корицей и уютом, который невольно начал ассоциироваться у него с домом. — Это не чепуха, — Эндрю чувствовал как двигались его холодные от ветра губы, чуть касающиеся его тонкой кожи, — Если бы не ты, кто знает, где бы я был. Если бы не ты, этот год не был бы таким счастливым, — Нил потерся носом о мягкое местечко за ухом, шепча последние слова, — Ты моя сбывшаяся мечта. Вот так просто сказал он, возвращая Эндрю его же слова, сказанные несколько лет назад. Легкая дрожь пробежалась по телу Эндрю. Он слегка отодвинулся, сжимая пальцы на талии Нила и заглядывая тому в глаза. Его взгляд искрился нежностью и словом на букву «л», которое они никогда не произносили. Нил медленно, с трепетом прислонился лбом ко лбу Эндрю, их носы соприкасались, а дыхание смешивалось вместе, когда он с трепетом заговорил: — Знаешь, мне кажется, я тебя л… — начал Нил, но Эндрю его перебил, прикрывая его рот рукой. — Я знаю, — он твердо посмотрел на него, передавая одними глазами свои мысли. Не было никакой нужды произносить это вслух. В любом случае, эти слова мало значили в их жизни — никто из них не слышал этих слов, они не росли окруженные ими. Для Эндрю было достаточно видеть их в его заботливых действиях, читать в ласковом взгляде голубых глаз, знать, что он может доверять ему и что каждый день Нил выбирал оставаться с ним. И Эндрю тоже старался передать свои чувства в действиях и надеялся, что Нил видел это. Глаза Нила пробежались по его лицу, безошибочно читая его без слов, и коротко кивнул. Он оглянулся, видя, что люди вновь перешли от медляков обратно к веселым и подвижным песням, и почти сделал шаг назад, собираясь вернуться к выходу, но Эндрю его остановил, внезапно почувствовав желание убедиться, что Нил точно понимает, что он чувствует. Эндрю притянул его обратно, не обращая внимания на толкающихся людей вокруг, и приподнял голову, слегка касаясь своими губами губ Нила, едва-едва, как перышком, спрашивая Нила и тут же получая ответ в виде быстро прижимающихся к нему обветренных губ с привкусом пряного глинтвейна, мешающихся с его собственным медовым от немецких пряников. Он вряд ли сможет когда-нибудь привыкнуть к возникающему щемящему чувству радости и нежности, когда Нил целует его. Когда это происходит, буквально весь мир отходит на десятый план, все, что его волнует — это слишком сладкие поцелуи, человека, который никогда бы в жизни не стал есть ничего сахаросодержащего и пушистые, в вечном беспорядке и с отвратительной стрижкой, волосы Нила, в которые Эндрю уже привычно, как по команде, запускает свои бледные пальцы, перебирая мягкие пряди, когда они целуются. Он иногда все еще просыпается, чувствуя, что все произошедшее с ним — сон, но потом рыжая макушка Нила появляется сбоку от него, сонно моргает и хрипло шепчет «с добрым утром», и все беспокойные мысли улетучиваются из его головы. Он старался передать в своем поцелуе все, что не мог сказать вслух. Это и «мне нравится, как свет превращает твои глаза в сверкающие озера», «от твоей улыбки у меня подкашиваются коленки», «я скучаю по тебе каждую секунду, когда мы в разлуке», «ты ощущаешься, как дом», и «я бы хотел просыпаться с тобой до конца своих дней». Когда они наконец оторвались друг от друга через пару минут, разомлевшие от поцелуев, с чуть сбившимся дыханием и расширенными зрачками, взгляд Нила немного ошалевший, он смущенно оглянулся по сторонам, его щеки красивого розового цвета, а волосы еще больше взлохматились от рук Эндрю, и он не хотел ничего больше, чем вернуться к поцелуям, но они были на людях и где-то там их ждал Ники и остальные. Улыбка Нила светилась ярче всех гирлянд на елке и всех звезд на небе, когда он произнес голосом полным счастья и любви: — С наступающим тебя, Эндрю. Эндрю позволил уголку губ слегка приподняться, даруя улыбку только одному человеку на всем свете. — И тебя, Нил, — ответил он, пропуская в голос немного нежности, и взял его за руку, крепко сжимая тонкие пальцы, рисуя круги на тыльной стороне ладоней, когда они вернулись к своим пакетам и неспеша отправились на поиски Ники.

***

У меня есть лишь одно пожелание

В этот канун Рождества:

Я хотел бы быть с тобой,

Я хотел бы быть с тобой…