Не игнорируй меня...

Альт-сити. Прекрасный город и тихое место, в котором живёт много людей, со своими стремлениями, судьбами, желаниями. Их жизнь спокойна и размеренна.  Но в последнее время здесь творится что-то неспокойное. И это "что-то" должен устранить человек, сидящий за большим рабочим столом. Он сидел в своей излюбленной шляпе и в чёрном пальто, их он не снимал даже в кабинете. Сзади него открывался прекрасный вид на вечерний город: и тут и там сверкали огни, лился свет от голограмм, даже были видны люди, что маленькими точками мелькали то тут, то там. Этот человек пил кофе и смотрел на голографический экран, где были открыты документы по странному делу, которое нервирует его уже не одну неделю. Вдруг эту идилию прервал стук в дверь кабинета Инспектора Альт-сити. Человек громко вздохнул, поставил кружку с не допитым напитком на стол. Было кое-что ещё, что тревожило Инспектора. И это был человек, стучащий в его дверь, что слишком уж часто начал навещать самого Инспектора из-за срочных вопросов, касаемых то неких "подозрительных" людей, то последней воли того или иного гражданина. В общем, немало работы прибавилось человеку в шляпе за это время. Он ещё раз вздохнул и проговорил своим командным, громким голосом: - Войдите. Постучавший человек, услышав приглашение, взлохматил свои короткие, кудрявые волосы, что на свету переливались словно золото, поправил растёгнутую до середины белую толстовку, что открывала вид на накаченную грудь, которую облегала рабочая чёрная водолазка. Держась за ручку двери он вздохнул, нацепив на себя нахальную улыбку и, наконец, открыв дверь, прошёл в кабинет. Конечно же дверь закрылась за ним, он ведь не хочет, чтобы кто-нибудь подслушал его разговор с "самим инспектором". Блондин подходит ближе к столу и опирается на него двумя руками, смотря на Инспектора с высоты своего малого роста, а оранжевые очки скатываются ниже, открывая вид на сверкающие азартом карие глаза. Он начинает нахально говорить, гораздо увереннее, чем в первые разы своих визитов в этот кабинет: -Инспектор Войд, простите, что отвлекаю вас от очень важных дел, но у нас кажется произошло ЧП. Войд, вздохнув, смотрит на этого нахала снизу вверх и думает о том, чтобы поставить наглеца на место, но он слишком занят, чтобы отвлекаться на такие глупости. - Наблюдатель Кавински, какое ЧП произошло на этот раз? Опять кто-то перепутал документы и неправильно изложил исполнение последней воли на бумаге? Вы понимаете, что это пустяк, который можно истолковать и в отчёте? - Конечно я понимаю это, Инспектор, но в этот раз произошло действительно кое-что неприятное. – Усмехнувшись ещё больше, чем раздражая собеседника, он поднял одну руку и начал махать ей, рассказывая случившиеся, -  У нас планово отключили свет. Всё шло хорошо, но когда электричество вернули, мы не досчитали 10 имплантов, что означает, что за 5 минут куда-то пропали 10 человек. Мы пытались отследить их последнее местоположение, но ничего не вышло. Было ощущение, что данные стёрли. И вот я пришёл сюда, чтобы рассказать вам о случившемся. Под конец рассказа наблюдатель потерял свою ухмылку, хоть дело было не таким уж и серьёзным, но Войд просто ненавидел, когда что-то шло не так, поэтому у Кавински был риск отхватить по башке, за такое признание ошибки. - Кавински, вы же понимаете, что заявления о пропаже людей надо писать в отделении полиции, а не у меня в кабинете? – Всё тем же безэмоциональным, незаинтересованным голосом проговорил Инспектор, глядя в глаза стоящему над ним наблюдателю. - Конечно я понимаю это, Инспектор, просто мне показалось, что вам будет  интересно, вдруг это как-то связано с тем делом, над которым вы так долго работаете. – С некой издёвкой проговорил наблюдатель, чуть придвинувшись ближе, так чтобы нависать, но самую малость. - Боюсь, что вы зря шли сюда, пропажа этих людей меня никак не волнует. Похоже, вам всё же придётся написать заявление в полицию, если вы так сильно волнуетесь. Они пилили друг друга взглядами, пока Войд не решил прервать гляделки. Всё так же безэмоционально он вернул свой взгляд к документам перед собой, продолжая работать. Кавински разочарованно посмотрел на Инспектора, потом вздохнул, убрал руки со стола, выпрямился, сложил руки на груди. Он продолжал наблюдать сквозь очки за мужчиной, и за тем, как он работает. - Войд, ты так и будешь игнорировать меня? – Немного осуждающе прозвучало от мужчины в белом. - Не понимаю о чём вы, Наблюдатель Кавински, – Так и не поднимая головы на стоящего напротив, ровно проговорил мужчина в чёрном, – Мы уже обсудили причину, по которой вы пришли, теперь мне надо сосредоточиться на работе. - То есть, вот так, да? – Зло и непонимающе усмехнулся блондин. Он наклонился чуть вперёд, как бы наседая на сидящего своей аурой, – Я пытаюсь выцепить тебя уже две недели: сначала ты не отвечаешь на мои сообщения, потом отмахиваешься от меня после своей работы, а теперь и тут не хочешь со мной разговаривать? Кавински старался говорить спокойно, но это получалось плохо, ему надоело получать постоянный игнор. Они в отношениях, или как? В голове наблюдателя постоянно крутились те разы, когда они с этим чёрствым инспектором неплохо проводили время. Да, они оба уже не молоды, но не это ли одна из причин, почему им надо поговорить, как взрослые люди? Войд же, услышав эти нежеланные слова, посмотрел на блондина, встал, обошёл свой длинный, заваленный бумагой стол и остановился напротив собеседника. - Ты закончил? – Слегка надменно и раздражённо сказал инспектор, находясь теперь в лучшей позиции, потому что он был выше наблюдателя и теперь тот не мог на него давить. – Если да, то попрошу выйти из моего кабинета, иначе мне придётся применить силу. - Силу? Ах вот так, да? Ну давай, вперёд, попробуй. – Усмехнулся блондин, вставая в боевую стойку и смотря снизу вверх в красивые фиалковые глаза. Войд хмыкнул, в его глазах зажглась искра азарта. Он окинул противника взглядом, а потом ринулся с нечеловеческой скоростью вперёд. Кавински только успел поставить блок, как на солнечное сплетение обрушился мощный удар, выбивая из груди наблюдателя весь воздух. В моменте Кавински увидел кое-что неожиданное. Это была улыбка - искренняя  улыбка такого безэмоционального человека, как Войд. Хватая ртом воздух, наблюдатель не мог не ухмыльнуться в ответ, тут же ощущая, как кулак бьёт его в левую щёку, задевая нос. Войд в одно мгновение валит Кавински на пол, заводя его руки за спину и держа их одной рукой, другая же рука уже держит, непонятно откуда взявшийся, пистолет у виска наблюдателя. Кавински шипит от боли, потом понимает, в каком он положении и начинает истерично смеяться. Войд хмыкает. Он не стал бы всерьёз как-то ранить, а уж тем более стрелять в наблюдателя, но по лицу блондина всё же потекла кровь из носа. Очень сексуально потекла, если спрашивать у самого инспектора Войда. - Ха-ха-ха, ладно, уделал меня, Войд, отпускай. – успокаиваясь, проговаривает Кавински искоса глядя на мужчину сверху. Кажется, что им обоим нужна была эта разрядка, чтобы расслабиться. Потому что теперь атмосфера вокруг двух мужчин стала более спокойная. - Нет, я предупреждал тебя. – Убирая пистолет обратно, проговорил Войд, усмехнувшись. Теперь он просто наслаждался своим положением в этой ситуации, а так же видом наблюдателя. - Отпусти меня, мы должны поговорить. – Сказал Кавински, строя на лице недовольную гримасу. Он всё ещё не пытался выбраться и просто лежал, а Войд сверху упирался ему коленом в спину, ограничивая движение. Эти припирания бы продолжались ещё долго, если бы не... -Инспектор? Войд и Кавински синхронно подняли головы на человека, что стоял в проёме двери, держа в руках кипы бумаг. Это был главный секретарь. Калеб смотрел на них. Они смотрели на Калеба. Прошло несколько секунд. Калеб, наконец придя в себя, от столь неожиданной сцены в кабинете своего приёмного отца, молча прошёл к рабочему столу, взвалил на него бумаги. Снова окинул мужчин своим взглядом и так же молча вышел. Никто из присутствующих не понял, что это было. Только в голове главного секретаря пронеслась единственная мысль: «Надеюсь мне не придётся называть Кавински отцом.» Конечно же он знал, что Кавински и Войд очень часто встречаются не просто так, он же уже не маленький мальчик, всё понимает. Всё, кроме того, как эти двое сошлись, и как долго это всё продлится...