Ангел, угодивший в бездну - 1.1

                        

Главные герои:

      Дилюк Рагнвиндр (Полуночный герой Монштадта) – тихий, рассудительный холостяк и один из самых богатых людей в Монштадте. Он является владельцем винокурни «Рассвет». Прекрасные манеры, статная внешность и волосы алые, словно закат — все это о нем.       Тарталья (Аякс) — одиннадцатый номер среди Предвестников Фатуи, более известный под именем Чайльд. Он является жестоким и хладнокровным бойцом, чья внешность удивительно притягательна. Яркие голубые глаза завораживают каждого, кто на него смотрит, а рыжие волосы добавляют игривости его образу.

      Часть 1 — Твой рыжеволосый демон, Аякс…

      Алый, словно заря, жгучий, как пламя, скрытный, словно тень, и рассудительный, как величественный ястреб. В глазах его пылало яростное пламя, а меч, что он неумолимо держал в своих израненных руках, олицетворял не только честь и отвагу, но и груз ответственности, который он нес на своих плечах. Он страж Монштадта — Полуночный герой и владелец именитой винокурни «Рассвет», что досталась ему от отца.       Дилюк Рагнвиндр был идеален во всем, но, к сожалению, так было только с виду…       — Ик! Представляешь, на днях, из чистой вежливости, заскочил к нему в гости, а он лежит без чувств, весь в черных ранах! Я его, значит, спас, всю ночь сбивал ему температуру, менял бинты, а он, как только пришел в себя, тут же прогнал меня из дома! — проворчал Кэйа, ставя на стол очередную пустую кружку «Полуденной смерти». Его собутыльником на этот вечер стал обаятельный рыжеволосый юноша с завораживающими голубыми глазами, с которым он совершенно случайно столкнулся во время выполнения задания от Катерины — очистки местности от угрожающих хиличурлов.       — Да ваш сводный брат повел себя, мягко говоря, некрасиво. Он должен был как минимум поблагодарить вас, а лучше —заплатить за вашу доброту, — с ехидной улыбкой произнес Чайльд, допивая свой пятый напиток. Дальнейший разговор с пьяным Кэйей, увы, не принес ему полезной информации, и, оставив командира Ордо Фавониус на его подчиненных, Чайльд направился в сторону одной известной винокурни.       Ночной ветер нежно касался кожи, принося с собой освежающую прохладу, а стрекот сверчков, словно умиротворяющая симфония, наполнял пространство. Светлячки, как живые звездочки, танцевали в лучах полной луны, играя в догонялки друг с другом. Ночь была прекрасна, но, к сожалению, Дилюк так не думал.       Каждую мышцу его тела сводило судорогой, раны Дилюка снова открылись, окрашивая бинты в черный цвет, а Глаз Бога в его руке горел, будто бы отражая плачевное состояние своего хозяина. Лихорадка не щадила его, приковывая тело к постели. Прохладный воздух, попадавший сквозь открытое окно, совсем не помогал, так же, как и незваный гость, что прокрался сквозь него.       — Ты оказался слабее, чем я ожидал. Не стоило применять такую высокую концентрацию препарата. Но что ж, это не беда, позже сообщу об этом Дотторе — он найдет выход из ситуации, а пока… — юный предвестник приблизился к кровати, глаза его сверкали игривым озорством. — Поиграем?       — Кто… ты? — прорычал Дилюк сквозь сжатые челюсти, с трудом поднимая свое обремененное тело. Его голова раскалывалась на части, а перед глазами была пелена. Тем не менее, он изо всех сил пытался удержать свое тело в вертикальном положении, ища глазами свое оружие.       Скрип кровати пронзил тишину комнаты, а чужое дыхание коснулось его кожи, вызывая волну мурашек по всему телу.       — Одиннадцатый номер из Предвестников Фатуи, но для тебя просто Чайльд, о неумолимый Полуночный герой, — произнес юноша, укладывая сопротивляющегося Дилюка обратно в постель.       — Чертовы Фатуи! Снова вы… Кха-кха-кха! — подобно птице, заточенной в клетке, он беспомощно метался, пытаясь вырваться из цепкой хватки, сковывающей его шею. Острые ногти впились в руку Чайльда, но клыкастая улыбка не сходила с лица Предвестника. О, как же он упивался беззащитностью своей жертвы, осознавая, насколько гордым был человек, ныне лежащий под ним.       — Уб.людок! Кх! Кха-кха! С-слезь с меня!       — Успокойся, — прошептал он, наклонившись ближе, — мы же не хотим, чтобы горничные услышали твои крики. Не так ли?       — Я успокоюсь… к-как только твоя голова… Кха-кха! отделится от плеч, чертов ты! — слова вдруг застряли в его горле, когда чужие губы накрыли его. Синие глаза, подобные бездне, поглощали алые, а горячий язык, словно ловкая змея, проникал в его рот, извиваясь внутри него.       — Ммм! Ммф! МММ!       Лицо Дилюка запылало, он изо всех сил пытался вырваться из пленительного захвата, прикусив язык наглого Предвестника, придавая их поцелую металлический привкус. Отстранившись, Чайльд убрал руку с шеи своей жертвы, предоставляя ей возможность перевести дыхание. Пока что…       — Осторожнее, — с ухмылкой произнес он, снимая перчатки, — не стоит так яростно сопротивляться. Это лишь разжигает мой интерес, о мой вспыльчивый ангелок.       — Ха… Заткнись!       Улыбка на губах Предвестника стала еще шире, когда Дилюк, с трудом отдышавшись, выбросил кулак вперед. Но атака была остановлена.       — Ты… ты за это заплатишь! — прорычал он сквозь хриплые вздохи, глядя в глаза, полные насмешки, наслаждения и дикого желания.       — Разве это не лучше твоих угроз? — прошептал Чайльд, оставляя легкую цепочку поцелуев на нежной коже Дилюка. — Мы ведь можем найти более… приятные способы вести разговор.       — Нет! Мф! — прорычал он, вцепившись в остатки гордости, пока холодные руки медленно лишали его одежды. Галстук оказался на полу так же, как и его любимая темная рубашка. Попытки сбежать от столь приятных для его раскаленного тела холодных рук были смешны.       — Сдайся. Хватит себя мучить, — шептал Чайльд, проводя руками по бокам и медленно спускаясь к пупку, не обращая внимания на непослушные руки и ноги своей жертвы.       — Х-хватит! — протестовал он, с трудом подавляя желание прижаться к этой прохладе. Внезапно послышался стук в дверь, за которым последовал встревоженный голос Аделинды — главной горничной: — Господин Рагнвиндр, у вас все в порядке?       Дилюк вздрогнул от неожиданности. Его мутный взгляд метнулся к двери, а разум погрузился в смятение. Мысли о возможных последствиях визита Аделинды промелькнули в голове. «Нет!» Он не должен подвергать её опасности, даже если это означало остаться один на один со своим заклятым врагом в столь ничтожном состоянии.       — Ответишь ей или нет? — с любопытством спросил Чайльд, игриво перебирая алую прядь волос своей жертвы.       — Господин Рагнвиндр? — вновь прозвучал ее голос.       «Черт…»       — Все в порядке, Аделинда! — резко выкрикнул он, скрывая дрожь в своем голосе. Внутри же у него всё перевернулось, когда Чайльд с улыбкой на лице провёл губами по его шее, а затем без предупреждения вцепился в нее зубами. «Сволочь!» — молча сгорал от стыда и дикой ярости Дилюк, убирая руку под подушку.       — Если вам снова плохо, позвольте мне… — начала она. — Нет, все в порядке… — резко прервал её он. — Я всего лишь немного устал, прошу, не беспокой меня, — добавил он, закрывая глаза.       «Как только она уйдёт…»       У двери послышался тяжёлый вздох: — Если я вам понадоблюсь, просто позовите, и я с радостью приду к вам на помощь! — воскликнула она, уходя. Вскоре звуки за дверью стихли. Аделинда ушла…       «Сейчас!» — резко открыв глаза, Дилюк вытащил кинжал из-под подушки и одним стремительным движением кинулся на Предвестника. Его руки дрожали, а хватка на кинжале была слаба, но этого было достаточно, чтобы успеть ранить врага.       Кровь, яркая и алая, пролилась на белоснежное покрывало, запятнав его невинную чистоту. Улыбка, которая долгое время озаряло лицо Предвестника, угасла, и в его глазах вспыхнула злоба. К большому разочарованию Дилюка, рана на шее Чайльда оказалась не столь глубокой, как он ожидал.       «Да будь ты проклят! Чудовище!» — снова замахнулся он.       В одно мгновение кинжал был вырван из его рук и со звоном приземлился на пол рядом с одеждой. Рот оказался зажат в безжалостных тисках, а фиолетовый свет прокрался в синеву глаз Чайльда, не суля ничего хорошего. Собрав проклятую силу и, используя Глаз Порчи, Предвестник направил разряд тока сквозь тело Дилюка, причиняя такую невыносимую боль, что его тело онемело, а голос пропал.       Тишина окутала комнату, но лишь на мгновение: — Ай-я-яй! Не ожидал, что у тебя еще останутся силы, чтобы провернуть такой трюк.       Сморгнув слезы, скопившиеся на уголках глаз, Дилюк безмолвно наблюдал за тем, как Чайльд извлек из потайного кармана бинты и зелье исцеления, изготовленное из слизи слаймов. Он спокойно принялся перевязывать свою рану, осторожно отрезая излишки бинтов лезвием кинжала, которое едва не лишило его жизни. «Сумасшедший…»       Завершив свои дела, Предвестник вновь приблизился к Дилюку. Напевая радостную мелодию, он бережно обмотал остатками бинтов руки своей жертвы. Так на всякий случай.       — Теперь ты такой покорный…       Чайльд напоминал голодного зверя, который, преодолев все преграды, наконец-то добрался до долгожданной добычи. В его глазах пылала неугасимая страсть, которая, словно волна, сносила плотины, выстроенные вокруг сердца Дилюка.       Алые волосы рассыпались по белоснежной постели, словно лепестки роз в брачную ночь. Слезящиеся глаза Дилюка завораживали, излучая соблазн и очарование, тогда как губы манили, обещая мгновения сладостного блаженства. Его тело, словно восковая фигура, плавилось под натиском резвых движений юнца, а сердце трепетало в унисон с каждой искрой их близости.       Будто возвращая всю ту боль, что когда-либо причинялась ей, жертва, собрав последние силы, вцепилась своими острыми клыками и когтями в плоть чудовища, стремящегося поглотить её. Каждый мускул её тела напрягался в неистовом противостоянии, испытывая безжалостный натиск монстра. Вой чудовища раздался рядом с ухом жертвы, прежде чем, удовлетворённое, оно отпустило тело, лишённое сил.       — Прошу… П-прекрати… — прохрипел Дилюк, стараясь утаить свои слезы за связанными руками.              — Все хорошо, дай волю своим эмоциям, прекрати все держать в себе, — словно дьявол-искуситель продолжал шептать Чайльд, притягивая Дилюка в свои объятия.       Утро наступило внезапно, как и конец его мучений. Тело ныло, а спина безжалостно трещала под тяжестью перенесенных испытаний. Комната пропахла запахом их тел, но удивительно, что постельное белье, на котором он лежал, было безупречно чистым, как и пространство между его ног. Грязные бинты были заменены, а одежда аккуратно сложена на прикроватной тумбочке. Записка, расположенная поверх вещей, гласила следующее: [Доброе утро, мой ангел. Мне бы хотелось сказать это лично, но дела не ждут! Препарат, который тебе ввели, был подавлен моей силой, так что не тревожься. Я надеюсь, что вскоре наши пути вновь пересекутся. Твой рыжеволосый демон, Аякс.]        «Он ушел?»       Тяжело вздохнув, Дилюк задумался, собираясь отложить записку, но внезапная боль заставила её выскользнуть из его ладони. Она упала, открыв на своей обратной стороне незамысловатое, но полное значений послание: [P.S. Там очень сильно опухло, так что я нанес мазь. До вечера не убирай! Люблю тебя ❤]       Огонь разгорелся на его глазах, и записка, которую он держал в руке, моментально превратилась в пепел. Решив сегодня отдохнуть, он укутался в одеяло с головой, пряча краснеющие уши. «Придурок!»        — Аякс…