Напарники

— Можете что-нибудь добавить или может вы видели что-то странное в ночь, когда погиб ваш сосед? — человек в чёрном костюме держал небольшую записную книжку открытой, делая пометки. Голубые глаза внимательно следили за выражением лица собеседника, на вид которому за семьдесят. — Да вроде нет… — мямлит пожилой мужчина, почёсывая затылок. — Вроде как всё, что знаю и видал, то я поведал, — он переводит взгляд на второго человека в таком же костюме, что осматривал вещи в секциях со стеклянными дверцами. — Эх… Ванька-то хорошим парнем был, помогал всем и даже старым кошёлкам по соседству тоже, хотя лучше бы посылал — пользовались мальцом как хотели, — он огорчённо качает головой. На миг его взгляд задерживается на окне, словно он что-то увидел в нём. Только Арсений прослеживает чужой взгляд и смотрит в ту же сторону, не видя при этом что-то особенное, как старик почти подскакивает на месте и вновь переключает своё внимание на следователей. — А да, да! Было кое-что странное. — Что же? — В ту ночь я видел ночную бабочку, — Попов приподнимает одну бровь в немом вопросе, ожидая хоть какое-то объяснение или описания «ночной бабочки», но старик больше ничего не добавляет, видимо решая, что и так всё понятно. — Вы имеете ввиду мотылька? — вмешивается в разговор второй следователь. — Да, — кивает пенсионер, — когда я возвращался домой поздно, то на его двери сидела живая ночная бабочка — разве это не странно? Сейчас ноябрь! — и разводит руками. — Да, действительно странно, — Арсений сдерживается от закатывания глаз и натягивает улыбку. — Что ж, спасибо Вам за содействие следствию, — он достаёт из внутреннего кармана маленькую визитку, — если что-нибудь ещё припомните или увидите что-то странное, то дайте нам знать, набрав по этому номеру телефона, — и оставляет её на столе, после чего встаёт и кивает своему напарнику в сторону двери. — Да-да, конечно, обязательно, — он кивает и наблюдает как незваные гости собираются уже уходить. — А, подождите минутку, — подхватывается мужчина, вскакивая след. — Вы что-то вспомнили? — А? Нет-нет, я хотел бы спросить, — он слегка мнётся. — Вы считаете, что это не волк его разодрал, а человек мог его вот так.? — спрашивает почти шёпотом, под конец не осмеливаясь закончить фразу. Второй мужчина, пониже и с тёмными карими глазами, рукой легонько подпихивает своего приятеля в сторону выхода, и только собирается отвечать, как Арсений его опережает: — Нет, это был волк или крупная собака, — тут же опровергает, — но нам необходимо составить все версии, понимаете, система так требует, — он обречённо пожимает плечами. — Так же, предположительно, это животное может быть бешеным, отчего оно нападет на людей, поэтому, Семён Аркадьевич, если увидите его или вас кто-то укусит — неважно человек, животное — тут же обращайтесь в больницу и обязательно дайте нам знать, — пожилой мужчина окидывает странным взглядом следователей, но кивает в согласии. После чего оба выходят из дома. Дима ослабляет галстук и вздыхает. Он не слишком охотно следует за своим другом, проходя дряхлую калитку, которая кажется вот-вот и отвалится. Они продолжают движение к машине: чёрная волга, ГАЗ-24‑24, что смиренно ожидала их возле дома жертвы. — Как ты сразу догадался, что под «ночной бабочкой» он имел ввиду насекомое? — интересуется Попов по пути. — Угадал, — пожимает плечами, но после неудовлетворённого его ответом взгляда товарища, добавляет: — А если серьёзно, то по вашей неловкой паузе в разговоре, да и такой старик вряд ли проституток будет называть «ночными бабочками», он бы наверняка плевался словами вроде шлюхи, падшие женщины и тому подобное. — Неужели? — Арсений усмехается. — А если он сам бы пользовался их услугами и поэтому не хотел сразу упоминать, ведь какое отношение они могли иметь к делу о бешеном животном? — достаёт из кармана ключи. — Ты же его видел. Как ты можешь вообще представить подобное? — они посмеялись и сели в машину. *** Двое охотников предполагали, что следуют за оборотнем, у которого нет чётких охотничьих угодий, отчего он мигрирует из одного города в другой. У всех жертв схожие отметины: рваные раны от когтей, отсутствующее сердце и, вероятно визитная карточка данного создания — рана на груди похожая на перевёрнутый крест. О последнем следствие тщательно умалчивает и скрывает от простого народа и журналистов, ведь тогда теория о бешеном животном тут же отпадает, ведь сразу становится очевидным, что речь будет идти о человеке-маньяке. Остаётся загадкой и то, как оборотню удаётся так незаметно проворачивать свои дела. Он даже облик не меняет, ведь так и не удалось найти сброшенных шкур. Так же неизвестно точное количество душ, которые стали обедом для этой твари. Никто не знает сколько он успел посетить городов до того, как Арсений с Димой напали на его след в предыдущем посёлке, где это создание унесло жизни шестерых людей и после чего он успел уже удрать в этот. На момент приезда напарников, он убил уже двоих людей, а на текущий — уже четверых. Сегодня они опрашивали соседей последней жертвы. И единственное, что им удалось узнать, так это о существовании ночной бабочки, о которой только что упоминал пенсионер. С одной стороны это привносило что-то новое, но с другой — сильнее запутывало. Увидеть живого мотылька почти на пороге зимы — странно, но действительно ли невозможно? Оборотни к тому же меняют исключительно человеческий облик и не могут принимать вид животного и тем более насекомого. Из-за этой маленькой детали может посыпаться вся их теория. И если это не оборотень, то кто? — Может вечером заглянем к «ночным бабочкам»? — предлагает Позов. — Думаешь, что всё-таки «ночная бабочка» не мотылёк на деле, как утверждал старик? — интересуется мужчина, заворачивая на парковку рядом с трёхэтажным белым зданием с надписью «Городская полиция». — Всё может быть, — пожимает плечами и, дождавшись остановки, произносит: — Ты лучше позвони Стасу и сперва уточни у него, потом можешь пойти и копаться в своих архивах. Я уверен в том, что здесь мы ничего полезного не найдём, — после чего выходит. Арсений выходит за ним, аккуратно закрывая дверь машины. — Ты не пойдёшь со мной? — опешивает мужчина. — Нет, — с долью скепсиса осматривает здание полиции. — Я не понимаю, что ты хочешь там найти, если честно, — он скрещивает руки на груди и пронзительно смотрит в глаза напротив. — И что ты собираешься делать? — Попов отвечает таким же пристальным взглядом. — Нужно заскочить кое-куда, — размыто отвечает Дима, разрывая зрительный контакт. Его тёмные глаза скользят по зданиям и людям, устремляясь куда-то дальше по улице. — К старому знакомому и удостовериться в кое-чём. Охотник обречённо вздыхает и достаёт телефон, набирая номер Стаса. Когда он поднимает взгляд, его напарника уже не видно. Он всегда так себя ведёт: то таскается везде, где только может, хвостом, то решает проверить своих «знакомых» или что-то ещё, исчезая на какое-то время. Когда они только начали путешествовать вместе, его внезапные порывы свалить были как бальзам на душу, отчего Арсений мог спокойнее работать в одиночку как раньше. Постоянная тень за спиной напрягала сильнее, чем клацанье пасти у шеи какой-нибудь твари. Хотя теперь ситуация почти в точности да наоборот. Намного спокойнее, когда есть тот, кто прикроет спину в случае чего. — Слушаю, — слышится в трубке. — Надеюсь, я не оторвал тебя от чего-то важного, — получив отрицательный ответ, продолжает: — По зацепке, на которую ты нас направил, проблемка вырисовывается, — секундная пауза. — Серьёзная. — Не оборотень? — догадывается Шеминов. — Похоже на то, — тяжело вздыхает. — Мы так и не нашли ни единой сброшенной шкуры, ни одной живой души, что видела бы тварь, и ещё мотыльки в ноябре. — «Ночные бабочки»? — Ты что-то знаешь? — воодушевляется Арсений. — Я где-то слышал что-то такое, — шуршание в трубке, — ты пока пытайся дальше вычислить тварь, а я пойду попробую найти, где читал об этом. — Хорошо, спасибо, — на этом он заканчивает разговор и отправляется в отделение полиции. *** Поход в отделение принёс свои плюсы. Теперь Попов старается сопоставить все найденные факты на данный момент. Первоначально Стас предполагал, что это дело лап оборотня из-за ужасных ран на теле и вырванного сердца. Но когда они прибыли на место, то от полиции узнали, что помимо хаотичных увечий и дыре в груди, у жертвы ещё красуется вырезанный на коже перевёрнутый крест. Для оборотня странновато, но всё ещё возможно. Отсутствие сброшенных шкур и вероятно причастные к этому ночные бабочки — опровергают эту теорию. Свидетелей особо нет. Либо жертва погибала вдали от дома где-то на закромах, либо в своём доме, но жили они все одни, а соседи ни слухом, ни духом об произошедшем. А в этот раз криминалисты обнаружили волчью шерсть на жертве. Неужели перевёртыш? При чём здесь тогда мотыльки? Голова начинает понемногу закипать. После похода в полицию он решает заглянуть в одну из библиотек, надеясь, что там сможет найти книги, в которых он отыщет хоть что-то. Это была спонтанность, на которую он особо не ставил, но она хорошо сыграла. «Оно тут явно с шестидесятых стоит, но выглядит почти как новая…» — даёт краткую оценку возрасту здания довольно солидного вида, что возвышается в два этажа над землёй. Попов уделят лишнюю секунду на лицезрение данного строения. Внутри обстановка даже лучше, что не может не радовать. Как и знакомые лица. Встретить другого охотника всегда дурной знак, но не в этот раз. Девушка с каштановыми волосами и лёгкой хитринкой в глазах тоже замечает его. Тонкими руками она берет со спинки тёмную сумку, поправляет распущенные волосы и невесомым шагом вскоре оказывается подле мужчины. — Давно не виделись, Арсений, — на её губах расплывается лёгкая улыбка. — Действительно давно, Вика, — он отвечает ей тем же. Они проходят дальше, медленно плутая среди стеллажей. — Ты здесь за тварью, да? — как всегда сразу к делу, она не меняется. — Ты узнал кто это? Вроде похоже на оборотня, но что-то точно не чисто. — К сожалению не оборотень, — поддерживает её сомнение мужчина. — Так и знала, — кивает головой, — на самом деле здесь нет ничего полезного, я проверила уже, — Вика незаинтересованным взглядом скользит по книгам. — Может у тебя есть какие-то зацепки? — Жаль, я надеялся найти здесь немного ответов, — устало выдыхает. — У меня лишь что-то связанное с «ночными бабочками», а ещё на последней жертве нашли волчью шерсть. — Шлюхи и животные? Что-то эдакое выходит, — чуть посмеявшись, она вытягивает из сумки небольшую книжку с тёмной обложкой. Она протягивает эту вещь Арсению. Тот с лёгким сомнением берёт книгу, тут же открывая и пролистывая страницы. Это целый клондайк. Столько записей и даже маленькие зарисовки самих тварей. О некоторых имеется всего пару слов, а другие занимают по несколько страниц. Некоторые листы вклеены. — Это семейное… Родители и родня до них собирали понемногу информации о тварях, даже не слишком местных, чтобы знать хоть что-то о враге, — охотница подходит к ближайшему окну, устремляя взгляд куда-то вдаль. — Не факт, что сможешь найти нужное, но это лучше, чем ничего. Можешь его забрать. — Серьёзно? — Попов от изумления отрывается от книги и смотрит на знакомую. — Как бы сказать, — она пригладила сзади волосы. — Я всё искала кого-нибудь, чтобы отдать её. — Это же почти бесценно для охотника, почему ты хочешь отдать? — это совсем не укладывалось в голове. Столько информации, которую к тому же можно дополнять самому, продолжая тем самым наследие. Если только не решить оставить его. В голове что-то щёлкает. — Ты хочешь перестать охотиться? — не дожидаясь ответа на прошлый вопрос, мужчина задаёт следующий. В такое даже не верится. — Легко ты, конечно, догадался, — Вика усмехается, — а я ведь хотела красиво соврать о том, что это просто второй ненужный экземпляр, — на слове «второй» она не делает какой-либо особый акцент, но Арсений и так догадывается о чём идёт речь. — Но почему? — он закрывает книжку и также подходит к окну, пытаясь заглянуть в чужое лицо. — Да так… — Вика сперва отмахивается, но, установив зрительный контакт с Поповым, задумалась на секунду, прежде чем сказать правду: — Ты же знаешь, что я начала это всё больше из-за мести, до этого я не хотела влезать в это болото как не хотели втянуть меня родители, — она тяжело вздыхает. — Думаю, что шестерёнки, которые крутили безостановочное рвение к охоте, заржавели, хочется чего-то более… спокойного, — она отводит взгляд. Арсений искренне не понимает. Но не настаивает. — Могу пожелать только удачи. В конце концов это не его дело. — Спасибо. К выходу они шли в сопровождении тишины. Попов надеется, что уличный холодный воздух остудит голову от терзающих подозрений и пульсирующих мыслей. Поможет рассуждать более здраво после душного и заполненного чем-то смрадно вязким здание библиотеки. Никогда в таких местах не было так тяжело находится. Но и там его желанию не суждено сбыться. — Это твой друг? — подаёт голос Вика. Мужчина прослеживает взгляд знакомой. У его машины стоит одинокий силуэт, прислонившись спиной к транспорту и смотрящий куда-то в глубины облачного неба, пальцы сжимали догорающую сигарету. Полы распахнутого чёрного пальто качались на ветру. Но стоило их взглядам встретиться как на Арсения будто выливают целый таз с ледяной водой. Он срывается с места, бросив на прощание пару слов. Попов уверен, что его точно облили и возможно даже далеко не водой. Чувствует, как неприятно липнет рубашка к телу, а пиджак с осенним пальто весят несколько тонн. И странный привкус металла в воздухе. Руки невольно вздрагивают, сжимаясь в кулаки, но тут же расслабляются. Подойдя к Диме настолько близко, насколько позволила его внутренняя выдержка, он нависает над ним в попытках сокрыть его от чужих глаз. — Что ты вытворяешь? Сейчас середина дня, выключи свои фары, — недовольно шепчет, даже рычит, он демону. Но словно на зло ему это звучит как просящий скулёж. Кажется, проходит вечность их гляделок, прежде чем Позов уступает и его полностью чёрные с белками глаза возвращаются в норму. Дима усмехается и заключает в объятья Арсения, полностью убирая и так небольшое расстояние между ними. — Я тоже рад тебя видеть, — он тянет более высокого мужчину на себя, в попытках склонить его пониже, чтобы положить ему голову на плечо. Или же увидеть человека, сокрытого за ним. — Ты нервный какой-то, что-то случилось? Попов теряется от внезапной близости, но руки, по привычке, смыкаются на чужой спине, отвечая на объятья. Табачный запах врезается в нос, заставляя поморщиться, а жар чужого тела смывает его первоначальный пыл на задний план. Он почти забывает, что могло произойти что-то непоправимое несколько секунд назад, если бы охотница узнала бы в этом человеке демона. А в мысли осторожно пытаются проскользнуть эпизоды прошлого. Арсений мотает головой, не позволяя голове заполниться мёду воспоминаний. Он первым отстраняется. Внутри что-то начинает скрести. Но мужчина отмахивается и от этих чувств, сосредоточиваясь на происходящем. — Что бы мы делали если бы тебя из охотников кто увидел в таком виде? — он вполне красноречиво указывает себе за спину, где совсем недавно была Складчикова, но уже никого нет. — Всё ещё боишься, что тебя засекут с демоном? — Дима усмехается, но во взгляде не было ни капли смеха. — Сделал бы вид, что не знаешь меня, — и пожимает плечами, словно говоря что-то и так очевидное. — Как ты умеешь, — отводит глаза. Арсений поджимает нижнюю губу. Это… не то, что его на самом деле волнует. Хотя какой-то отголосок пытается заставить его поверить в это, но… Он кристально ясно осознаёт, что переживает за самого демона, а не об отношении других охотников к нему. И это неправильно. Так не должно быть. Но оно есть. И грызёт его. А мужчина пытается затолкнуть весь этот спутанный клубок эмоций куда поглубже, чтобы больше не смог вылезти. Поэтому Попов не отрицает сказанных слов. В груди что-то неприятно разливается и давит на лёгкие. Что-то липкое и осуждающее. — Почему ты так светился? Не хватало только таблички с надписью «Отправьте меня обратно в ад» в твоих руках, — недовольно бубнит мужчина, обходя машину. — Это невольно получилось, просто задумался, — дождавшись пока напарник откроет волгу, Дима отворяет дверцу. — О чём же ты таком думал? — скептически поинтересовался Попов. Прежде чем они сели в машину, Арсений ловит чужой взгляд. Пронзительный и изучающий. И в тоже время такой… потерянный? Будто совершенно не понимает, что происходит и с кем он ведёт беседу. Это сбивало с толка. — Секрет, — наваждение сошло стоило лишь демону захихикать, а его повседневному образу вновь занять исходную позицию на сдёрнутой вверх брови, улыбке уголками губ и зачарованному взору карих глаз. А в Арсении разгораются множество оттенков противоречивых чувств, которые всё сильнее стягиваются в один комок, встающий поперёк горла. И давят. Давят с ещё большим усердием. — Снова твои глупости, — пытается отмахнуться от внутренней борьбы и странному поведению товарища, скрываясь в машине. Улыбка ускользает с лица и, медля всего секунду, Дима следует за охотником внутрь, закрывая за собой дверь. *** Не желая оставаться в рабочем костюме, мужчина заблаговременно сменил имидж: отказавшись от пиджака, он надел на белую рубашку чёрный джемпер, а чопорные тёмные брюки сменил на более свободные, и вместо лакированных туфель — белые кроссовки. Его друг подошёл к этому проще: как и Арсений — отказавшись от пиджака, он лишь сменил белую рубашку на чёрную. За всю поездку до бара они не проронили ни слова. Но у Попова внутри всё клокотало. Что-то не давало покоя. Он то и дело бросал короткие взгляды на своего пассажира, который из-под полуприкрытых ресниц рассматривал мелькающие в закатных тонах улицы и здания, а на водителя внимание не обращал. Выглядел он так словно вот-вот заснёт. Лишь когда они собирались заходить в заведение, Дима окидывает мужчину меланхоличным взглядом и небрежно произносит: — В следующий раз лучше следи за дорогой, — после чего сразу скрывается за дверью. Раздражает. Арсений совершенно не мог понять как меняется настроение у демона и отчего оно может зависеть. Ещё недавно он забавлялся (разумеется, он сперва выглядел подозрительно, но разве он не всегда такой?), а в машине резко притих, всем видом показывая, что что-то не так, но говорить об этом не собирается. Как и если спросить напрямую — не ответит же. К тому же охотник ничего не сделал, чтобы тот мог обидеться. Но обиделся ведь. Прекрасно. Теперь Попов чувствует нарастающее негодование вперемешку с раздражением внутри. Это мешает сконцентрироваться на цели прибытия сюда. А странная мысль, что это похоже на проекцию на его самого, тут же отметается. Но прежде чем последовать за напарником, останавливается у входа, читая надпись на дверях: «Ночной бар». «Точно, клуб ведь на противоположной стороне», — он оглянулся посмотреть через дорогу, замечая нужную вывеску. До этого они собирались посмотреть обстановку в одном из клубов. Что изменилось теперь — непонятно. Возможно это и к лучшему. Громкая музыка и огромная толпа людей будут определённо лишними. Да и бармена можно будет поспрашивать. На фоне играла тихая и мелодичная музыка, внутри уже находилось несколько человек: за стойкой сидел мужчина, что тихо переговаривался с барменом, несколько девушек перешёптывались за столиком неподалёку, а в самом дальнем углу прятался его «обиженный» друг с (когда только успел?) какой-то незнакомой девицей, которая сидела боком ко входу, отчего не было видно даже профиль лица, закрытый прядями чёрных волос до плеч. Тот молча слушал её и крутил в руке стакан с тёмной жидкостью, посматривая то на новую спутницу, то на напиток, иногда кивая головой. Гневно втянув в себя воздух и нарочито не смотря в сторону демона, Арсений отправляется к барной стойке. Но садится так, чтобы в любой момент была возможность проследить за тем проклятым местом. Сделав заказ у тут же подошедшего к нему бармена, словно тот и не вёл задушевную беседу с одним из посетителей, Попов мазнул взглядом на свои руки, что в неспокойном темпе попытались начать отбивать ритм по дереву, но были резко остановлены недовольным возгласом рассудка о сохранении спокойствия. В горле неприятно запершило. Не желая видеть свои жалкие потуги расслабиться, мужчина переводит взгляд на столик, за которым деловито шушукались три девушки. Одна из них выделялась сильнее: светлые волосы, собранные в пучок, а несколько прядей обрамляли утончённые черты лица, карие глаза слегка щурились в шутливой улыбке, а красная помада ярко контрастировала на белом лице и хорошо сочеталась с такой же алой кофточкой. И когда он посмотрел в их сторону, они кокетливо ему улыбнулись и захихикали, продолжая ещё бурнее шептаться о своём. Как только перед ним ставится стакан с тёмной жидкостью, в котором звонко потрескивал лёд, Арсений решает оставить женскую компанию пока в покое, желая задержать бармена и расспросить его, но его взор цепляет одинокую фигуру демона, медленно попивающую свой напиток. Тот стойко игнорировал (что за ребячество) направленный на него взгляд голубых глаз и рассматривал вход в заведение. Его бывшей спутницы больше не наблюдалось. Хмыкнув, мужчина утыкается в свой стакан, покачивая его. Его горло по неясным причинам саднило и першило, и хотелось охладить это недоразумение обычной водой. И он мог бы просто попросить, но упрямо молчал. А если совсем быть честным, то находится здесь тоже не хотелось. Оказаться в теплой кровати после холодного душа и возможно при этом в горячих объятьях — да, но высматривать подозрительные черты в толпе опьянённых людей — к чёрту. Но дело стоит. Тварь живёт и дышит, а добить эту охоту — уже становится более личным делом охотника. И Дима совсем не способствует в помощи, изображая из себя обиженку. Арсений практически залпом осушивает стакан, чтобы хоть немного успокоить горло. И сразу просит бармена повторить. Краем глаза он замечает, как блондинка с запримеченного столика устремилась в сторону Позова. Осторожно наблюдая, мужчина пригубил ещё немного алкоголя. Девушка сперва решительно собирается присесть рядом, но тут же вздрагивает, стоило лишь их взглядам встретиться. Попов хмурится не уверенный в том, что это из-за игры света глаза напарника полностью чёрные или они действительно такие. Но по реакции блондинки можно было подумать, что всё же второй вариант. — Можно присесть? Неуверенный в том, что стоит ли вмешиваться, охотник медлит секунду, за которую его обзор перекрывает тёмно-зелёная струящаяся ткань платья. Он поднимает взгляд узнавая другую девушку со столика. Она лукаво улыбается. — Можешь попробовать. Когда мешающий объект наконец-то сдвигается в сторону, на секунду Арсений замечает, что блондинка с недовольным лицом, явно оставшись с ничем, возвращается к своему столу. После чего он обращает внимание на нарушительницу своего одиночества. Похоже отношение Попова ей не шибко понравилось, но она всё равно улыбается ему, кокетливо прищуривая серые глаза. — Лиза, — представляется девушка, — А как же зовут столь обаятельного, но одинокого мужчину? Решив, что он не может целый вечер зацикливаться на одном Диме с его чертями в голове, Попов считает, что одну ночь можно потратить на отдых в компании с живым человеком. — Можете звать меня Арсений. За последний год подобные развлечения не то что отошли на задний план, а практически исчезли из его жизни. Только по необходимости для работы. Вроде никто не мешает, но эфирное ощущение присутствия демона мешали процессу, даже если того (предположительно) даже и близко не было рядом. Но нельзя же постоянно воздерживаться из-за этого. Несмотря на его попытки исключительно сдержать своё полное внимание на девушке, что-то изнутри постоянно грызлось и царапалось, пыталось сбить его с текущей мысли и вновь вернуть концентрацию на напарника. А болтавший до этого с барменом мужчина пересёкся с ним взглядом и Арсений узнаёт в этом человеке охотника. Он его плохо знает, иногда пересекались в баре у Оксаны, но точно помнит, что у этого мужика есть ненормальный бздик на охоте на вампиров. И тот некоторое время пилит его взглядом. Что ему вообще нужно? В какой-то момент этот охотник переводит пылающий взгляд в сторону, и Попов непроизвольно последовал за ним. И всё стало на свои места. Тусклое освещение в баре скрывало чрезмерную бледность кожи, а зелёные глаза лениво оглядывают заведение, лишь на секунду дольше останавливаясь на Арсении, но тут же отворачивается и спешит к столу, занимаемым демоном. Антон. Чёртов вампир, который смог уйти от него из-за вмешательства Димы. Мужчине требуется немало выдержки, чтобы сохранить лицо в обычном виде и не поморщиться. Он возвращает свой взгляд на свою спутницу, но если бы он был внимательней, то заметил, что она начинает понемногу терять терпение. Армений больше не смотрит на охотника — влезать в это дело он не будет. Он уже пытался, его остановили и этого человека ждёт та же учесть, если не хуже. В конце концов на стороне этой твари демон, и он не даст так просто его убить. Поэтому окрещивая данное задание невыполнимым, он вновь кидает недовольный взгляд на беседующую в углу парочку тварей. — Что с тобой? — с ярым возмущением шипит на него девушка, пытаясь вернуть внимание на себя. Попов и не заметил как стал на автомате отвечать на сыплющиеся вопросы со стороны и полностью потерял интерес к противоположному полу, а всё из-за глупого и вязкого чувства в груди, в котором он ни за что не признает ревность. — Всё нормально, — за долгое время он впервые посмотрел ей в глаза. Они сверкали от злости. Девушка несколько секунд пилила взглядом, иногда переводя его на место, куда он посматривал до этого. И в какой-то момент она слегка отшатнулась, словно от пощёчины, а её глаза округлились. Со странным выражением на лице она осматривает мужчину перед собой, после чего молча уходит. Тяжёлый вздох срывается с губ, а привычным жестом он поправляет волосы. «К чёрту это всё.» Арсений решает покинуть это место в одиночку. Раз Дима решил променять его общество на эту тварь, то так тому и быть. Не подумайте, Попов вовсе не обиделся, в конце концов демон мог с лёгкостью добраться до гостиницы и без машины, а прерывать наиважнейший разговор с Антоном он не хотел. Поэтому он уехал первым и без предупреждения. И только когда он добирается до желанного номера и видит на столе аккуратно сложенные пакеты с едой (Дима всегда с особым вниманием относился к пропущенным приёмам пищи у охотника), понимает, что он ничего не ел целый день. А следом совесть вгрызается ему в сердце. Арсению кажется, что он не имеет права притрагиваться к этой еде, но прекрасно понимает, что Позов точно разозлится, если он это не сделает. С противоречивыми чувствами он разогревает всё в микроволновке, оставляя немного на утро, а с губ слетает истомленный выдох. — Какой же я дурак. *** Когда раздаётся звонок, Арсений подробно изучал приобретённый блокнот с зацепками. Созданий, которые могли быть как-то связаны с мотыльками, волками и отсутствующими сердцами, нашлось пару штук. Каждый противоречит чему-то в их истории. Но самая главная проблема заключалась в том, что они не разрывают своих жертв на куски словно бешеные собаки. Он с надеждой, ожидая новостей от Стаса, подхватывает телефон, но замирает, смотря на входящий звонок. Мужчина несколько секунд с сомнением смотрит на свой телефон, прежде чем взять. — Дим? — Белогорская улица, дом. девять… семь… Пять. Пятый дом. Срочно и возьми оружие, — голос звучит взволнованно и с лёгкой отдышкой. Он что бежал? Не успел охотник и слова сказать в ответ, как звонок сбросили. Попов тут же выскакивает из номера, попутно накидывая пальто. Секунда — вот он уже в машине, несколько минут ещё — уже едет по сказанной улице в поисках подходящего дома. Из-за скорости, которую он выдавливал из педали газа, у него точно могли быть проблемы с дорожной полицией. Но это совершенно не заботило, в мыслях только и крутилась сказанная пятёрка. Завидев нужный номер, он останавливается подле двухэтажного дома. Из багажника Арсений берёт небольшой мешочек соли и фляжку со святой водой (мало ли пригодится) и тратит всего секунду, обдумывая стоит ли брать дробовик, но решает, что он слишком проблематичен, поэтому оставляет в волге и берёт вместо него пистолет с серебряными пулями. Каменный забор, которым окружена территория, был далеко не деревянным и дряхлым, как у многих других домов. Димы поблизости не видно. Калитка, хоть и поржавевшая со временем, надёжно закрыта с другой стороны (вот чёрт, мог и открыть раз позвал сюда) из-за чего на секунду щекотнула нервы мысль чего-то неправильного. Почему он вообще так сорвался из-за звонка от демона? Но раздавшийся приглушённый выстрел по ту сторону быстро развеял сомнения. Не имея иного варианта без потери времени, охотник отдалился от возвышающейся преграды. И, разбежавшись, ему удаётся зацепиться за верх забора, с ловкостью перекидывая себя на другую сторону. Ладони неприятно заныли, раздёртые от неровного рельефа камня. Входная дверь оказалось не запертой. Осадив себя от шальной мысли со всей дури вломиться внутрь, он аккуратно приоткрывает дверь, которая лишь тихо пискнула, и скользит внутрь. В самом начале его встречают царапины от когтей на стенах и полу, а так же слабая вонь, тянущаяся из глубины. Дом погружён в темноту, и тишина бьёт набатом в уши. Его шаги кажутся чрезвычайно громкими в этом затишье. Чем дальше он продвигался внутрь, заглядывая в попадающиеся комнаты, тем сильнее в нос вбивался железный смрад. Нехорошее предчувствие скользит по позвоночнику, вызывая волны мурашек и заставляя волосы вставать дыбом. Проходя мимо лестницы, Арсений слышит шуршание со второго этажа. Будто паря над деревянными ступенями, что они не издали ни звука, мужчина поднимается наверх и заглядывает в первую комнату, моментально наставляя пистолет, но почти сразу же отводит его в сторону цокая. — Какого чёрта? — Попов сразу узнаёт в стоящему спиной к нему Позова. Тот небрежно поворачивается недовольным лицом к напарнику. — Ты долго, — он разминает ноги, тяжело вздыхая. Дима был одет в ту же чёрную рубашку и штаны, которые Арсений помнит, когда в одиночку покинул бар. А демон даже спустя несколько часов так и не вернулся в номер. А теперь каким-то ветром его затянуло сюда. — Я через весь город промчался за пару минут только ради тебя, а ты ещё недовольным остался, — мужчина не сдерживается и закатывает глаза. Он хмуро осматривает комнату, которая казалось источником этой ужасной вони. Крови было так много, что она въедалась в пол, стены и покрывала большую часть белых занавесок. Его взгляд цепляется за изуродованный труп под самым окном. Арсений поворачивается и с осуждением смотрит на демона. — Это не я, — оправдывается Дима, — я его таким нашёл, — и указывает рукой наверх над собой. Можно заметить, что потолок измазан чем-то белым в подобии символьного круга, что должен сдерживать демонов. — А вот это не заметил сразу, — и пожимает плечами. Попов хмыкает, подходя ближе к мертвецу и осматривая его. Некогда белая рубашка изорвана в клочья и полностью пропиталась кровью. На теле можно заметить зияющую дыру в груди и чёткие тёмные линии, напоминающие перевёрнутый крест. По сравнению с другими жертвами в этот раз словно пытались как можно ярче выделить этот элемент в картине. Он представляет собой не просто поверхностный крест на коже, а плоть настолько глубоко разорвана в подобном узоре, из-за чего можно рассмотреть виднеющиеся кости и органы под ними. Это если не говорить про другие рваные раны на конечностях и отсутствующей правой кисти. Что за ярость овладела тварью, раз она так разодрала бедолагу? Но стоило взгляду скользнуть на лицо или то, что от него осталось, Арсению смутно показалось оно знакомым. Но затем обречённо выдохнул. Он знает этого человека — охотник, который встретился ему в баре. Плохо конечно, но знал. Похоже до вампира он не добрался, а вот другая тварь добралась до него. — Что произошло? Позов в недоумении приподнимает бровь. — А ты не видишь что-ли? — явно намекая о том, что здесь постарался знакомый им монстр. — Я про выстрел, — поясняет охотник, пристально осматривая мимику демона. Но тот растерялся из-за вопроса. — Никто не стрелял. — Я слышал выстрел, — снова повторяет Арсений. Он пытается отыскать в действиях и эмоциях Димы хоть что-то, что сказало бы о его лжи, но тот выглядит по-настоящему озадаченным. Либо он правда не слышал, либо хорошо играет. И только сейчас мужчина замечает, что ещё одно окно, находившееся недалеко от демона и входа в комнату открыто настежь. За пару шагов он моментально оказывается возле него. Позов хотел тоже подойти и посмотреть, но сделав небольшой шаг в нужную сторону, чувствует как незримое натяжение в воздухе преграждает путь. Он недовольно скрещивает руки на груди и хмыкает. — Может поможешь? Не обращая внимания на просьбу демона, Попов выглядывает из окна, оценивая обстановку снаружи. Оно выходило на задний двор с множеством деревьев и заросшей травой, словно за ним никто не следил долгое время, а практически под ним трава выглядела примятой и рядом лежала какая-то тёмная ткань. Пока он осматривал улицу, со стороны коридора раздался тяжёлый грохот, словно что-то или кто-то сильно ударяется об стену, а затем слышатся поспешные шаги. Оно мелькает в проходе и сбегает вниз по ступеням на первый этаж. Арсений тут же бросается следом. — Эй! — сердито кричат ему вслед. — Стой! — Жди там! — кидает напоследок охотник, почти слетая по лестнице и держа наготове оружие. — Серьёзно?! — последнее, что слышит мужчина, прежде чем покинуть дом. На выходе он замечает как фигура в накинутой белой ткани скрывается за углом, стремясь уйти на задний двор. Попов устремляется за ней. Но вскоре начинает терять из виду в зарослях. Сперва она ярким пятном мелькала среди травы, но затем словно исчезла. Арсений успевает сделать несколько выстрелов, прежде чем силуэт затерялся, и даже кажется ему удалось попасть по цели. Он проходит дальше замечая, что оказывается забор в этой части сломан и можно спокойно здесь пройти. Только переступив через обломки, на него тут же накидывается не особо крупная собака. Алые пятна резко контрастируют на золотой шерсти, а тёмные глаза опасно блестят. Попов кое как успевает отскочить от зверя и тут же стреляет в него. На секунду он жалеет, что оставил дробовик в машине. Животное или тварь ловко уклоняется и вновь прыгает на охотника, озлобленно рыча. В этот раз оно смыкает пасть на подставленной в защите левой руке и своим выпадом и неудобной местностью пытается опрокинуть человека наземь. И перед тем как с глухим стоном упасть на землю, охотник вновь делает несколько выстрелов и на него наваливается уже бездыханная туша сверху. Скинув с себя обнажённое тело, Арсений тяжело подымается на ноги. Он мельком осматривает мёртвого человека. Кажется он трансформировался в ретривера. Считается, что эти собаки вполне дружелюбные. Если они обычные. А этот оказался перевёртышем. Рука саднит, но благодаря пальто (придётся покупать теперь новое) у твари не получилось сильно прокусить ему конечность. Кровь немного шла, но не критично. Жить можно. Мужчина поправляет сбившиеся пряди волос в хоть какое-то подобие порядка. И почти сразу шипит от накатившей покалывающей дрожи в ладонях. Бегло осмотрев задолго до этого содранную кожу на них, он хмыкнул и поковылял обратно в дом, ощущая ноющую боль в спине от падения. В конце концов оттуда нужно кое-что забрать. Вернувшись, он обнаруживает недовольного демона на том же месте, где его и оставил. Хотя куда бы он мог деться? — Это был перевёртыш, — поясняет мужчина, но, не заметив какой-либо реакции на это, кроме вверх вздёрнутой брови якобы говорящей «И что?», слегка опешивает. — Ты знал, — он не спрашивает, а утверждает. — Было бы странно, если бы не знал. — Почему ты не сказал? — в груди расползается неприятное покалывающее чувство, заставляющее сердце сбиваться с устоявшегося ритма. Ощущение будто его обманывают. — Я пытался, но ты убежал, — а вот Позова похоже волновало только то, что его оставили в круге и до сих пор не освободили. — А до этого? — с нажимом спрашивает охотник. Дима хмурится. — Какая разница? — он пожимает плечами. — Это обычный перевёртыш, а не тот за кем ты охотишься. Он мог просто убежать и всё на этом. Если бы ты за ним не погнался, то он и не подумал бы напасть, — и красноречиво указывает на рваный рукав одежды. — Какая разница?! — вспыхивает Арсений, вскидывая руками. — А может в том, что они тоже убивают людей?! — и не давая ответить продолжает: — Или хочешь сказать, что знаешь его лично и уверен в том, что именно этот перевёртыш не охотился на людей, как и Антон?! Но Дима лишь массирует переносицу. — Хорошо, я пон… — Я не договорил! — он чувствует как задыхается от накопившегося возмущения. Попов не может в это поверить. Он снова наступает на те же грабли. Сколько раз было похожих ситуаций, и сколько он проглатывал это, постоянно подгоняя одно и тоже оправдание «Он же демон, что с его взять». Но с каждым разом всё тяжелее и больнее принимать это. Хочется наконец-то более человеческого отношения к его работе, за которую он даже не то что денег, даже хоть малейшей признательности от защищаемых не получает. Разумеется, может показаться, что в таком случае лучше всё бросить и найти нормальную работу, за которую он будет получать и то, и другое, и мужчина точно соврёт если скажет, что не думал о спокойной жизни, но он больше не способен на это. Паранойя и внутренняя потребность в продолжении поиска и последующего уничтожения тварей не даёт ему расслабиться больше чем на пару дней, после чего в его голове начинает твориться хаос, от которого неизбежно сойдёшь с ума, если не вернуться в привычную колею. Тема с вампиром до сих пор моментально зажигает его внутренний фитиль, после которого просто невозможно остановиться, даже если он захочет. Он не может поверить в то, чтобы вампир сознательно мог отказаться от человеческой крови. А даже если и отказался, то что насчёт тех жертв, которые были убиты до этого момента? — Или может другие мелкие твари, упущенные мной из-за твоего отношения, такие же как Антон - белые и пушистые, никого не трогают?! — Снова ты об Антоне, — обречённо разводит руками и хмурится. — Как же ты заебал, — Позов начинает расхаживать по кругу. — Ты после промывки мозгов меня ещё и оставь здесь, — и указывает на небольшой участок, по которому он в состоянии ходить. — А знаешь что? — Арсений нервно улыбается. — Так и сделаю! Ты, — он тычет пальцем в демона и подходит ближе, но не переходит за линию, — меня заебал не меньше, — скрещивает руки на груди. — Давно ведь хотел от тебя избавиться, вот и шанс появился, — и, театрально развернувшись, идёт на выход. — Как будто ты посмеешь, — усмехается Дима. У самой двери Попов, резко повернувшись лицом к заключённому в ловушку демону, натягивает милую улыбку. — Ещё как посмею, — и прежде чем исчезнуть за дверью, отвешивает поклон, — Au revoir! — Ты же не серьёзно? — доносится из комнаты. Мужчина не спешил покинуть дом, он умышленно делал свои шаги громче, чтобы его «друг» мог слышать как от него отдаляются. — Арс? — интонация, с которой Дима позвал его, заставила защемить где-то груди, что даже на секунду он остановился, но, смахнув наваждение, всё равно продолжил идти к выходу. Хотя на улице это чувство лишь усилилось. В действительности Попов не собирался оставлять демона здесь. Просто хотелось немного проучить его. Побудет некоторое время в своих мыслях в замкнутом пространстве и может что-то да щёлкнет в голове. Дурно от этого уж точно никому не станет. Очевидно Позов может подумать, что Арсений решил поиграть и вернётся спустя пару минут, но охотник решает помариновать напарника подольше. Чтобы неповадно было недоговаривать важную информацию. Поэтому пока не пройдёт хотя бы минут пятнадцать (для Димы это покажется вечностью), возвращаться назад раньше мужчина не собирается. Поэтому его путь лёг на задний двор, где необходимо было продолжить расследование. Попов осматривает место под окном комнаты, где произошло убийство. Там лежала какая-то ткань похожа на штору из дома. На ней самой видны пятна крови. Скорее всего кто-то выпрыгнул или выпал из окна либо как только произошло убийство, либо уже после него, так как кровь выглядит довольно свежей. От места идут следы, по которым можно сказать, что они могут принадлежать девушке, либо подростку, так как они не особо крупные. След привёл его к дырке в заборе, но к сожалению там он перемешался со результатами борьбы с перевёртышем и сложно было определить куда конкретно ушёл человек. Немного побродив по окрестностям, Арсению не удалось что-то найти. Поэтому, обойдя вдоль забора, он вернулся к машине, решая наконец-то разобраться с ранением. Рука слегка онемела, но кровь уже не шла. Но перед этим, он решает отъехать подальше от дома, на всякий случай, и выезжает на лесную дорогу, останавливаясь в самом начале и не заглушая машину. Достав из багажника аптечку и новый комплект одежды, а также сложив туда же ненужные вещи, мужчина снимает пальто и ёжится от проступившего холода. Решив, что в машине всё-таки теплей, он забирается на задние сидения. Рукав джемпера оказывается в таком же неприглядном виде. Мысленно прощаясь с удобной вещью, Попов снимает и её. В месте укуса рубашка неприятно прилипла к коже вместе с засохшей кровью. В голову смутно проглядывает мысль, что нужно было заняться этим раньше. Отрезав рукав от одёжки, он начинает аккуратно сдирать его. Кровь полилась новым ручейком по бледной коже, падая на чёрную кожу салона. Высунув руку на секунду из машины, мужчина обмывает ранение водой из бутылки, после чего насухо вытирает салфетками, обрабатывает перекисью и плотно накладывает повязку. К сожалению она получается не с первого раза, отчего ему приходится слегка повозиться. За долгое время он отвык делать это самостоятельно — этим занимался Дима. Заменив старую одежду на белую футболку и тёмно-синий свитер Арсений накидывает обратно потрёпанное пальто. Только сейчас он заметил странную деталь: здесь точно не все дома стоят заброшенные, но на звуки выстрелов полиция так и не приехала — с подобными мыслями он отправляется за демоном пешком. Тот обнаруживается сидящим спиной к проходу на полу в позе лотоса, положив голову на облокоченную на колени руку — Попову интересно насколько так сидеть вообще удобно в подобных брюках, отчего он тихо усмехнулся. — Подумал над своим поведением? — спрашивает Арсений, подставляя стул ближе, чтобы достать до потолка. Когда охотник вошёл в комнату и начал проделывать свои манипуляции по «вызволению», Позов не шелохнулся, продолжая смотреть куда-то в пол. «Обиделся что-ли», — подумал мужчина, ножом нарушая целостность круга. — Ну вот, все выдвинутые обвинения с вас сняты, можете идти, — воодушевлённо пропел Арсений, спрыгивая со стула. Но Диму это явно не проняло — он остался сидеть на месте. — Дим. Ноль реакции. Попов вздыхает. — Так, — хлопает в ладоши, — во-первых, пожалей ты брюки, они точно не созданы для подобного зверства, — он подходит ближе и присаживается рядом, — а во-вторых, ты же знаешь, что я не оставил бы тебя ни здесь, ни где-нибудь ещё, но по-другому заставить тебя подумать над своим поведением невозможно. — Тебя не было тридцать четыре минуты и двадцать одну секунду. Арсений не сказал бы, что он отсутствовал так долго, хотя сам он провел это время расследуя местность и оказывая себе помощь, но для демона только и осталось что считать время. — Ты ждал меня? — уголки губ непроизвольно поднимаются в улыбку. — А что мне еще оставалось делать, — он пожимает плечами. — Попытаться выбраться самому? Позов слегка повернулся, в попытках посмотреть на охотника. Его скептический взгляд и секундное молчание говорило о многом. — Ты переоцениваешь мои силы. — Хм, а мне кажется, что именно ты их недооцениваешь, — Арсений усмехается на чужой недоверчивый прищур. — В любом случае, давай, шевели булками, — он бодро поднимается и легонько пинает ногой напарника. Наблюдая как тот нерасторопно пытается подняться, ведь даже у демонов может затечь конечности, если так долго сидеть без движений, у Попова возникает шальная мысль. Которую он тут же воплощает. Мужчина ловко одной рукой обхватывает Димину талию, а второй под непонимающее пыхтение берёт его под колени, перед этим совершенно случайно проведя ладонью по чужому бедру, и с натяжкой поднимает на руки. Ноша оказывается не слишком лёгкой, но он упрямо доносит её до лестницы под недовольный бубнёж демона в духе «что ты вытворяешь», но при этом будучи абсолютно не против сего действия. — И к чему это было? — интересуется Позов как только его ноги вновь оказываются на земле. Его бровь приподнимается в вопросе. «Ну и кабан», — думает Арсений, стоило ему наконец-то отпустить друга, а сам говорит: — Решил слегка ускорить это дело, ты оказался легче, чем я думал, — и поправляет выбившиеся пряди волос. — Пошли уже, — Дима хмыкает и спешит спуститься, пока охотнику не взбрело в голову что-то ещё безумнее. — Ага, — Попов медленно тянется следом, не спеша нагнать скрывающегося за дверью демона. Он кидает мимолётный взгляд на патрон, вытянутый из кармана чужих брюк, тяжело вздыхает и сразу же прячет его. Недавно ушедшая злость и новая горечь растекается на языке, неприятно раздражая горло. «Не стрелял никто значит.» Эти американские горки из чувств его когда-нибудь сведут в могилу.