Растопить лёд

𐍖𐍗𐍕𐍗𐍕 𐍖𐍗𐍕𐍚

𐍓𐍔𐍗𐍗𐍕𐍓 𐍖𐍗𐍕𐍗𐍕 𐍒𐍗𐍕𐍓

𐍓𐍔𐍗𐍕𐍔 𐍖𐍗𐍕𐍒𐍓𐍔

Асгард. 43-й день руны Иса, 2108 год правления Великого Одина Всеотца (по Земным меркам — 14 мая 1305 год) Было уже заполночь, тяжёлый ночной воздух проникал в девичьи покои через открытую балконную дверь. Принцесса стояла у самых перил, глупо улыбаясь. Небо было усыпано звёздами, а из головы никак не выходил образ одного юного Бога, целующего её губы. Внизу живота завязывался узел, неприятно ныл и тянул. Внезапно тишину нарушил тихий, почти призрачный стук в дверь. Негромкий, но отчётливый. Белла вздрогнула, словно пойманная на чём-то запретном, и резко обернулась. Сердце забилось уже не от воспоминаний, а от трепетного ожидания. Она на цыпочках подлетела к двери и, сделав глубокий вдох, прикоснулась пальцами к тяжелой резной древесине. — Не спишь? — послышался тихий голос из приоткрытой щели. На пороге стоял принц Локи, весь растрёпанный, в помятой тёмно-серой тунике. Смольные волосы были в беспорядке, а в изумрудных глазах читалась тихая, почти робкая неуверенность. — Нет — еле слышно выдохнула принцесса — Не могу… — Да… да, я знаю — нервно закивал юноша — Я тоже… Локи сделал шаг вперёд, переступив порог. Дверь бесшумно закрылась за его спиной, окончательно отделив их от всего мира. Неловкая пауза повисла в воздухе, густая и звенящая. Они стояли, не зная, что делать дальше. Воздух вокруг будто выжгли, два сердца колотились в неизвестном бешеном ритме. У каждого в груди разгорался пожар, который никто был не в силах усмирить. Они оба тлели от желания, но не решались сделать и шага навстречу друг другу. Локи первым нарушил затянувшееся молчание: — Можно — он осёкся, не смея отвести взгляд от её губ — С тобой лечь? — Конечно — прошептала в ответ принцесса, с души словно камень упал, всё вдруг стало легче. Они легли на прохладную шёлковую простынь, лицом к лицу, разделённые лишь жалкими десятками сантиметров. Расстояние казалось одновременно бесконечным и ничтожным. Воздух между ними трепетал от невысказанных слов и сдерживаемого дыхания. Казалось, холод ночи внезапно сменился самым сильным дневным жаром. Осторожно, почти не дыша, Локи протянул свою руку к её. Их пальцы сплелись словно сами по себе, найдя друг в друге опору. Они изучали друг друга кончиками пальцев, щупая каждый выступ костяшек, каждый изгиб запястий. Кожа Беллы была горячей, почти обжигающе тёплой, согревая ледяные кисти Локи. Ему нравились её прикосновения, нравилось ощущать это огненное тепло, что оставалось после её кожи. — Ты невероятная — выдохнул Локи, его голос прозвучал приглушённо и хрипло, будто эти слова рвались наружу целую вечность. В девичьей груди защемило, тепло медленной волной проливалось куда-то ниже — к животу и самым пяткам. Его пальцы, всё ещё прохладные, медленно скользнули с её запястья вверх по руке, к локтю, едва касаясь кожи, оставляя за собой чуть различимые мурашки. Её рука несмело поднялась к лицу Локи, аккуратно подцепила выбившуюся прядь чёрных волос и откинула назад. Пальцы всего на секунду задержались на его виске, ощущая холод кожи, и этой секунды хватило, чтобы юный бог перехватил её запястье, притянув к своим губам. Это было медленно, почти благоговейно. Его губы, прохладные и мягкие, невесомо прикоснулись к её костяшкам. Это был поцелуй преклонения. Немое, но такое честное признание. Локи не отпускал её руку, а его губы продолжили свой немой путь. Легкие, как крыло бабочки, прикосновения скользили по линии ладони к кончикам её пальцев, словно он хотел запомнить их форму. — Локи — дрожащим голосом выдавила Белла — Что, если всё это ошибка?.. Её брови свелись к переносице, в глазах бушевал бескрайний океан тревоги. Внутри всё сжималось от противоречивых чувств. Волна тепла, что всего минуту назад разливалась по телу сладкой истомой, теперь отступала, сменяясь леденящим страхом. — Ошибка? — непонимающе спросил Локи, замерев будто статуя от испуга. Белла вытянула свою руку из его хватки и провела тыльной стороной по его щеке, глядя прямо в глаза. — Ты принц, Локи — с грустью протянула она, не отрываясь от его лица. — А ты принцесса — твёрдо парировал он, хмуря брови. — Вот именно — печально усмехнулась принцесса, Локи слегка мотнул головой, стараясь вжаться в её ладонь на своей щеке ещё сильнее — Мы всего лишь политический инструмент… и наши союзы… это просто выгода для королевства… Чем дольше она говорила, тем тише становился её шёпот. В горле появился ком, мешающий говорить. — Мне плевать — прошептал в ответ Локи, его голос, хоть и тихий, был полон уверенности и неумолимой искренности. Он накрыл её руку на своей щеке ладонью, не позволяя уйти. — Асгардской короне не нужна принцесса без королевства — стояла на своём Белла, шёпот дрожал будто лист на ветру — Если твой отец узнает… — Тогда он не узнает — перебил юноша, сжимая её пальцы. В его изумрудных глазах была лишь уверенность. Глубокая, непоколебимая вера, закалённая в тысячах сражений с собственным одиночеством. — Мне страшно — призналась Белла, выдыхая весь воздух из лёгких. — Я с тобой — прошептал Локи — И я защищу тебя от чего бы то ни было… клянусь. Эти слова, произнесённые без пафоса, с тихой, стальной решимостью, стали последним ударом против её страхов. Белла почувствовала, как ледяной ком в груди наконец начал таять, уступая место долгожданному покою. — Локи… — несмело начала Белла, её голос был будто ветер, звучащий в ушах — Я люблю тебя… Локи замер. Его изумрудные глаза расширились, в них мелькнуло что-то первобытное — шок, неверие, а затем, такая всепоглощающая, безудержная радость. Он расплылся в улыбке, смущённо отводя глаза: — И я люблю тебя, принцесса. Они не говорили больше ни о чем важном. Слова, которые только что прозвучали, были слишком огромны, слишком значительны, и любая другая фраза казалась бы жалкой и ненужной. Вместо этого юные боги просто лежали, прижавшись лбами, их дыхание смешалось в единый, спокойный ритм. Шепотом они делились пустяками: вспоминали смешные случаи с тренировок, спорили, кто из придворных художников больше напыщен. Их пальцы все так же были переплетены, будто боялись, что малейшее разъединение разрушит эту хрупкую реальность, которую они только что создали. Ладонь в ладонь. Постепенно шепот становился все тише, а слова все более обрывистыми, пока не сменились ровным, глубоким дыханием. Они уснули одновременно, как будто их сон был еще одной их частью. Прижатые лбы, спутанные волосы на одной подушке и руки, не желавшие разжиматься даже во сне. Впервые за долгие-долгие годы они оба спали, не чувствуя ледяного одиночества в собственной душе.

***

Белла проснулась от яркого лучика солнца, гуляющего по её лицу. Она лежала на своей постели совершенно одна. Половина кровати, на которой ещё совсем недавно лежал Локи была слегка помятой и уже не держала тепло его тела, но шёлк простыней, казалось, полностью впитал запах его кожи. Она потянулась и прижалась лицом к его подушке, глубже вдыхая этот след. На её губах играла лёгкая, глупая улыбка. Воспоминание о прошедшей ночи было тёплым и ярким, грело изнутри будто кружка горячего чая. Сборы к завтраку прошли в лёгком тумане. Придворные служанки, помогавшие принцессе облачиться в платье тёмного зелёного оттенка, казалось, были слепы и глухи к её необычайной рассеянности и той тайной улыбке, что никак не сходила с её губ. Выйдя в прохладный утренний коридор, Белла сделала всего несколько шагов, как её сердце ёкнуло. Из тени высокой колонны на неё смотрели знакомые изумрудные глаза. Локи ждал её. Он был безупречен в своём парадном камзоле, пошитом из самой дорогой асгардской кожи, но в его осанке, в том, как он опирался на каменную глыбу, читалось напряжение дикого зверя, готового вот-вот сорваться с цепи. — Принцесса — учтиво кивнул юноша в знак приветствия, изо всех сил стараясь удержать непоколебимое выражение лица. — Доброе утро — с лёгкой улыбкой ответила ему Белла, чувствуя внутри точно такой же огненный жар. Они пошли рядом, и каждый шаг отдавался в тишине пустого коридора гулким эхом. Локи шёл, сцепив руки за спиной в тугой замок, и Белла видела, как напряжены его пальцы. Он старался смотреть прямо перед собой, но его взгляд раз за разом возвращался к ней, скользя по утончённому профилю, по изящным рукам, по складкам платья и лентам корсета, будто проверяя, не сон ли это. За поворотом, ведущим к парадным дверям трапезной, внезапно возникла знакомая мощная фигура в алом плаще. — А, вот и вы! — раскатисто возгласил Тор, растягиваясь в широкой улыбке — Почему так долго? Сердце Беллы ёкнуло, но Локи отреагировал мгновенно, с лёгкой, язвительной улыбкой. — Наша принцесса просто решила сегодня усложнить себе жизнь этим чудовищно сложным корсетом — сказал Локи, поморщившись от одной только мысли о том, как долго придётся его распутывать — Служанкам потребовалась вечность, чтобы распутать все эти ленты. — Ну ты и зануда — улыбчиво фыркнул Тор, переводя лучезарные голубые глаза на Беллу — Прекрасно выглядишь! — Спасибо, Тор — улыбнулась принцесса, щёки сами по себе порозовели. — Идём же! — Тор дружески хлопнул Беллу по плечу, от чего Локи даже вздрогнул, его ладони сжались в кулаки, но он не произнёс ни слова — Завтрак уже остывает! Трапезная встретила их ароматами жареного мяса, свежего хлеба и сладких фруктов. За длинным столом, подчеркнутым золотом и резным деревом, уже восседали Один и Фригга. Всеотец что-то негромко говорил супруге, и та кивала со своей обычной, невозмутимой улыбкой. Но когда взгляд Фригги скользнул по входящим детям, в ее глазах мелькнула быстрая, будто солнечный зайчик, искорка осознания. — Доброе утро — голос Локи прозвучал безупречно ровно, он склонил голову в почтительном поклоне. Белла последовала его примеру, чувствуя, как жар разливается по шее. — Садитесь, дети — Один жестом указал на их места. Тор тут же устроился рядом с отцом, с энтузиазмом начиная рассказ о предстоящей тренировке гвардии. Завтрак стал для Беллы и Локи изощренной пыткой. Локи, обычно такой острый на язык в утренних спорах с Тором, сегодня был поразительно молчалив. Он отламывал крошечные кусочки от куска мяса, делая вид, что поглощен мыслями. Но его взгляд, тяжелый и пристальный, раз за разом возвращался к Белле. Он изучал, как она подносит кубок с вином к губам, как ее пальцы сжимают ручку ножа, как она откидывает со лба непослушную прядь. Каждое ее движение казалось ему исполненным невыразимой грации. Ему хотелось коснуться ее руки, просто чтобы ощутить её тепло, от которого, кажется, он был уже зависим. — Локи? — голос Одина прозвучал как удар грома в ясном небе — Что ты думаешь о новой тактике гвардии? Ты молчишь, а твой брат уже готов повести весь Асгард в бой хоть сейчас. Локи вздрогнул, оторвавшись от созерцания изгиба запястья Беллы. — Приношу свои извинения, отец. Я… обдумывал сказанное Тором. Его план смел, но оставляет незащищенным левый фланг — он быстро выдал заученную фразу, надеясь, что она уместна. Фригга, наблюдая за этим, поднесла к губам свой кубок, скрыв улыбку. Она видела то незаметное напряжение, витающее между Локи и Беллой, замечала их короткие взгляды и мимолётные улыбки, которые они пытались скрыть. Её материнское сердце трепетало от смеси нежности и легкой тревоги. Они были так молоды и так очевидно пылали друг к другу. — Да, действительно — размеренно проговорил Один, его единственный глаз внимательно изучал Локи. Казалось, он смотрит не на сына, а сквозь него, оценивая не только тактический просчет, но и необычную рассеянность наследника — Левый фланг потребует дополнительной защиты… Тор, твой напор похвален, но войну не выиграть одной лишь яростью. Бдительность твоего брата сегодня сослужила тебе хорошую службу. Тор надулся, но кивнул, принимая отцовское замечание. Локи же лишь склонил голову в формальном согласии, чувствуя, как под взглядом Одина его спина становится абсолютно прямой. Этот взгляд норовил увидеть слишком много. Завтрак, наконец, подошел к концу. Тор, увлеченный планами тренировок, последовал за Одином, их голоса затихли в конце коридора. Фригга удалилась в свои покои с той же загадочной улыбкой. Локи, соблюдая видимость приличий, пропустил Беллу вперед, к выходу. Они вышли в прохладный полумрак коридора, и тяжелые двери трапезной с глухим стуком закрылись за их спинами. Сделав пару шагов по пустынному коридору, Локи резко остановился. Его пальцы, не принимая возражений, грубо обхватили тонкое девичье запястье. — Тише — прошептал Локи, и в его глазах вспыхнули знакомые искры азарта. Белла не успела издать ни звука, как он, используя ловкость, отточенную годами тренировок, резко отступил в сторону, затянув ее за собой в глубокую арочную нишу, скрытую от посторонних глаз тяжелым, пыльным гобеленом, изображавшим подвиги великих Асов. Ткань захлопнулась, погрузив их в густые сумерки, пропахшие древней пылью и холодным камнем. Просвет между гобеленом и стеной был тесным. Спина Беллы уперлась в ледяную каменную стенку, а перед ней, всем телом, заполняя все пространство, стоял Локи. — Локи, что ты… — начала Белла, но он не дал ей договорить. Его губы нашли её в почти болезненном, жадном поцелуе. Это был вызов. В нем была вся накопившаяся за завтраком напряженность, все то желание, что Локи вынужден был сдерживать. Его руки соскользнули со стены на ее талию, прижимая к себе ещё ближе. Белла ответила ему с той же стремительной страстью, её пальцы вцепились в крепкие плечи, сминая безупречную ткань дорогого камзола. В этом поцелуе была вся яростная страсть, которую они сдерживали за столом, всё напряжение от притворства. Когда они оторвались, чтобы перевести дух, Локи прижался лбом к ее лбу, его дыхание было горячим и прерывистым, на губах играла довольная улыбка. — Нас могут увидеть! — прошептала Белла, но в её голосе сквозил не страх, а пьянящий азарт. — Пусть видят — Локи вновь прижался к ней губами в жадном, жгучем поцелуе. Он отстранился, и его глаза, блестящие в полумраке, прожигали её — Пусть завидуют. Его губы переместились на щеку, к виску, а затем обжигающе медленно спустились к шее. Белла откинула голову, подставляя Локи собственную кожу, и шумно выдохнула, когда его губы коснулись особо чувствительного места у ключицы. Его руки скользнули по ее спине, ощупывая изгибы через тугой корсет. — Стой… Локи, стой!.. — она засмеялась сквозь поцелуй, слабо отпихивая его, её щёки пылали — Прекрати. Юноша остановился, но его хищная улыбка говорила, что это лишь передышка. Он был разгорячен, дыхание сбилось. Белла, воспользовавшись моментом, выскользнула из-за гобелена, оглядела пустой коридор и, поправив платье, бросилась прочь, стараясь идти ровно, хотя ноги подкашивались, а улыбка никак не покидала её губы, которые до сих пор горели от него. Локи остался в нише, прислонившись разгоряченным лбом к прохладному камню. Он слышал бешеный стук собственного сердца и не мог сдержать торжествующей, довольной улыбки. Пряный, сладкий запах ее духов смешался с запахом пыли, и этот коктейль был для него лучше любого вина.

***

Асгард. 19-й день руны Соулу, 2108 год правления Великого Одина Всеотца (по Земным меркам — 4 июня 1305 год) Белла и Локи стояли на краю Бескрайнего Поля, уходящего к самому горизонту. Воздух звенел от пения невидимых насекомых и был густым от запаха нагретой солнцем травы. Локи помог принцессе спешиться с лошади, его руки на мгновение задержались на её талии, прежде чем отпустить. Она сделала несколько шагов вперед, вдохнула полной грудью и раскинула руки, вращаясь на месте. Лёгкое белое платье всколыхнулось, танцуя в такт ветру: — Ого… — выдохнула Белла, её голос звенел от восторга — Оно и правда… бесконечное! Локи не смотрел на поле. Его взгляд был прикован к ней, к тому, как ветер играет её рыжими волосами, как солнце золотит кожу. Он стоял, слегка скрестив руки, и его улыбка была мягкой, лишенной обычной едкости. Именно тогда Белла, поймав его взгляд, хитро улыбнулась. Не говоря ни слова, она наклонилась и принялась медленно, с преувеличенной небрежностью, расшнуровывать свои изящные сапожки. Она знала, что делает. Локи замер, завороженный. Его взгляд прилип к ее тонким лодыжкам, к бледной коже, обычно сокрытой от чужих глаз. Он видел каждое движение ее пальцев, и горло внезапно пересохло. Как мальчишка. Как в первый раз. Белла скинула обувь и погрузила босые ноги в высокую, прохладную траву. Затем она подошла к нему почти вплотную, ее глаза хитро сверкали. — Ох, неужели у меня опять это вышло? — спросила она с притворной невинностью, поднимая на него взгляд. — Что именно? — тихо спросил Локи, сглотнув и пытаясь прийти в себя. — Засмущать Асгардского принца, конечно же. Он понял её игру. Изумрудные глаза сузились, а на губах появилась та самая, опасная и восхищенная улыбка. — Чертовка — выдохнул он беззлобно, полный смеси раздражения и обожания. Локи потянулся к ней, чтобы поймать в объятия и заставить замолчать самым приятным способом, но Белла была быстрее. Она рассмеялась, прокрутилась в его руках и рванула с места. Её босые ноги легко несли по упругой траве, а звонкий смех смешивался с шелестом стеблей. — Думаешь, убежишь? — крикнул ей вдогонку Локи, и азарт погони зажег в его крови огонь. Белла была быстрее, легче, почти невесомой без тяжелых сапог. Но бог был упрям и полон решимости. Через пару минут он настиг её, схватил за талию, и они со смехом рухнули в густую, мягкую траву. Локи оказался сверху, прижимая её к земле, их дыхание спуталось от бега и смеха. — Ну что, поймал? — выдохнула Белла, её глаза сияли победным блеском. — Представь себе. — прошептал Локи и погрузился в долгий, сладкий поцелуй, в котором было все: и упрек за ее коварство, и восторг от этой погони, и безмерная нежность. Принцесса ответила на поцелуй, не в силах сдержать улыбки. Дыхания не хватало, но от этого почему-то, было даже веселее.

***

Уже около часа Белла сидела в позе лотоса, в зелёном море травы. Её лицо было серьезным, глаза закрыты. Она пыталась дотянуться до пульса земли, до ее древней, неторопливой силы, но чувствовала лишь глухую, немую пустоту. Локи сидел рядом, не мешая. Он покорно перебирал травинки, но его взгляд не отрывался от её профиля. Он видел, как сосредоточенно хмурятся девичьи брови, как губы шепчут заклинания на забытом языке, и как на её лицо постепенно наползает тень разочарования. Отчаявшись окончательно, Белла с тихим стоном повалилась на спину, заслонив глаза рукой. — Ничего — прошептала она в небо — Абсолютно ничего. Локи лёг рядом, глядя из-за травы как из-за ширмы. — Может, не сегодня? — предложил он мягко — Ты уже устала… — Не в этом дело — обречённо протянула Белла — Это будет четвёртая стихия. Последняя. Их осваивать сложнее всего… — Почему именно земля? — непонимающе нахмурился Локи — Попробуй с водой, может лучше получится. — Вода мне не даётся — печально усмехнулась Белла, глядя на бегущие в вышине облака — Совсем… Она замолчала, и Локи почувствовал, как напряглось её тело. — Мой отец был магом воды — продолжила принцесса — И, для соблюдения преемственности, решил обучить и меня… — она несильно прикусила нижнюю губу, глаза начало неприятно щипать — Он долго пытался, но… у меня так ничего и не вышло… и тогда я решила, что сама научусь. Встала ночью и пошла к озеру… — с грустью протянула Белла, в голове всплывали картинки воспоминаний — Я тогда чуть не утонула… зацепилась за что-то и… — Ты поэтому боишься воды? — с опаской спросил Локи, глядя на неё глазами полными скорби. Если бы он был там тогда, он бы ни за что не позволил той маленькой Белле заплыть далеко. — Да — стыдливо призналась она и наконец повернула голову на него — И это так глупо… Локи не стал утешать её пустыми словами. Вместо этого он мягко положил свою ладонь поверх её руки, что с силой сжимала пучок травы. — Не глупо — твёрдо сказал он — Я больше не позволю тебе утонуть, слышишь? — Договорились — засмеялась Белла, сплетая их пальцы, холодная кожа Локи успокаивала, остужая её пыл. Они ещё долго лежали в траве, плечом к плечу, наблюдая, как облака медленно плывут по небу. Разговор перешёл на отвлечённые темы. Смех Беллы снова стал лёгким и беззаботным. Магия не покорилась ей сегодня, но это отступило на второй план, растворившись в простом счастье быть рядом. А когда солнце уже начало клониться к закату, окрашивая всё вокруг в розовый, молодые боги направились обратно во дворец, к сияющим башням и шпилям Асгарда.