Пульс ненависти

Ведущий медленно спускался по лестнице, его фигура словно разрезала пространство мрачного административного зала. За черной маской не было видно выражения лица, но его шаги излучали уверенность и холодное безразличие. Сон Ки Хун, известный как игрок 456, стоял на коленях, подняв руки. Он молчал, признавая поражение. Рядом с ним был его друг Джунг Бэ, который испуганно переводил взгляд с Ведущего на Ки Хуна. Его дыхание становилось все быстрее. — Что теперь? - мелькнуло у Джунг Бэ. Он боялся думать о последствиях. Он знал, что его друг - победитель прошлых игр, тот, кто пережил весь этот ад, - мог найти выход. Но взгляд Ки Хуна говорил обратное. Холодный, отстраненный, он был устремлен куда-то вперед, словно игнорируя Джунг Бэ, который пытался найти в нем хоть искру надежды. — Он сдался, — понял Джунг Бэ. Ведущий остановился прямо перед ними. — Жалкий, - сказал он, искаженный голос маски прозвучал больше с презрением, чем с насмешкой. Слово ударило обоих, словно нож. Ки Хун невольно сглотнул, его руки дрожали, но он сдерживал себя, чтобы не упасть лицом в грязь. Джунг Бэ, напротив, опустил голову, но его глаза всё ещё искали утешения в фигуре друга. — Игрок 456, - продолжил Ведущий. - Вам понравилось играть в героя? Тогда будьте готовы встретиться с последствиями. С этими словами он медленно достал револьвер. Джунг Бэ застыл, его глаза расширились от ужаса. Ки Хун не шелохнулся, его взгляд был всё так же мрачен и холоден, словно он уже смирился с собственной судьбой. Выстрел. Пуля вонзилась в грудь Джунг Бэ. Его тело обмякло и рухнуло на холодный пол. Ки Хун застыл, будто время остановилось. Пять секунд. Все, что он мог, — смотреть на мертвого друга. Осознание пришло, словно удар молнии. Он кинулся к телу Джунг Бэ, но солдаты повалили его на землю. — Джунг Бэ! — выкрикнул он, разрываясь на части. Его душераздирающий крик эхом отозвался в пустом зале. Солдаты отпустили его. Ки Хун, весь дрожа, полз к телу друга. Его руки тряслись, когда он обнял безжизненное тело. Горькие слёзы катились по его лицу, заливая кровь, которая уже пропитывала пол. Ведущий стоял неподвижно, наблюдая за ним. Он медленно присел на корточки рядом с Ки Хуном. - Тише, Ки Хун, - произнес он. Ки Хун поднял голову. Его глаза, полные слез и ненависти, впились в маску Ведущего. Его руки дрожали от гнева, когда он схватил Ведущего за воротник пальто. — Ты... ты убил его! — прохрипел он, но голос сорвался, и слова превратились в бессвязный шепот. Ведущий не сопротивлялся. Его тело оставалось неподвижным, и даже его голос не дрогнул. Он смотрел на Ки хуна сквозь черную маску, и это молчание сводило с ума. Вдруг Ведущий протянул руку, положив её на плечо Ки Хуна. Этот жест был неожиданным, почти нежным. — Что ты делаешь?! — прохрипел Ки хун, но сила в его руках исчезла. Он уткнулся лицом в плечо Ведущего, рыдая, как ребенок, который потерял всё. Ведущий медленно снял маску. Лицо, которое открылось Ки Хуну, заставило его сердце остановиться. — Ен Иль... - прошептал он. Перед ним был тот, кого он считал мертвым. Тот, кого он потерял. Ки Хун потянулся к его шее. Сначала, чтобы задушить его. Руки сжались, полные ненависти и боли. Но затем что-то изменилось. Вместо ярости он почувствовал странное тепло, нестерпимую тягу. Он наклонился и, не раздумывая, прижался губами к губам Ен Иля. Мир замер. Ен Иль сначала не ответил, его глаза расширились от шока. Но затем он поддался. Его руки медленно обняли Ки Хуна, словно он больше не хотел сражаться. в этом поцелуе было всё: ненависть, горечь, боль, но также надежда и что-то, что Ки Хун не осмеливался назвать любовью.