Парк, дневник и 30 дней

1 марта 2016 год   «Здравствуй, дневник. Меня зовут Женя, мне 17 лет. И в последнее время мою голову постигают слишком странные и, даже пугающие мысли.   Знакомо чувство, будто всю свою жизнь ты каждый день тонешь в каком-то болоте? Я уже не хочу ничего, кроме как лечь и исчезнуть.   Что же происходит? Объясню коротко. Я живу в одном доме вроде с самым близким мне человеком. Но этот человек причинил мне столько боли, сколько не сможет причинить уже никто. Моя мать всегда слишком много работала. В то время как к маленькой Жене лез «друг» семьи, Дядя Серёжа. Я никогда не забуду тот страх, который испытала ещё ребёнком. А когда мама узнала об этом, то ничего не сделала. Сейчас он уже не живёт в москве, но часто является, чтобы попросить денег, которые он никогда не возвращает. А также он продолжает лезть ко мне, хоть я уже и не маленькая и беззащитная. Когда он приезжает, я стараюсь исчезнуть из дома.   А что до мамы? Она нашла себе новое увлечение. Мой неофициальный отчим – копия Дяди Сережи. Это единственный человек, которого я действительно боюсь. Плюс ко всему, он неплохо так издевается над моей матерью. Не скажу, что мне сильно жалко её, просто слышать уже не могу эти постоянные оры, истерики и удары в стенку. Всё равно это давит, даже если тебе плевать.   Возможно, ты полагаешь, что с такой ситуацией в семье я безумно люблю школу, и нахожу спасение там. Нет. Там ситуация, конечно, получше. Но всё же, когда на тебя одновременно налетают двадцать обиженных жизнью одноклассников, такое себе удовольствие. За одиннадцать лет учёбы могла бы конечно и привыкнуть, но всё равно тяжело. У меня есть подруга. Единственная за всю жизнь. Мила учится в параллельном классе и мы дружим с семи лет. Она самый родной человек для меня. Без неё я бы не справилась. Но в последнее время я сталкиваюсь с большой проблемой. У Милы недавно появился парень. Его зовут Олег, он на год старше нас. И я кажется в него влюблена. Стрёмная ситуация, не думаешь? Чувствую себя хреновой подругой. Но ничего не могу с собой поделать. Сердцу не прикажешь.   Знаешь, откровенно и честно: я заебалась. Есть такие люди, которые, кажется, родились зря? Я как раз из них. Но на самоубийство решиться слишком сложно. Поэтому я решила поставить эксперимент над собой. Я даю себе тридцать дней. За этот месяц я либо должна найти причину жить и радоваться жизни, либо окончательно убедиться, что я здесь не нужна.  Я никому об этом не скажу.   Даже Миле. О моём опыте будешь знать только ты. Я буду записывать в тебя все свои чувства и мысли. Открою свои тайны и сниму все маски. Я надеюсь, ты станешь мне хорошим спутником на этот месяц. На эти 30 дней до моего самоубийства.»   Женя отложила ручку и задумчиво перечитала написанное. Боже, что она творит? Считать дни до суицида. Какие ещё гениальные идеи прийдут в её голову?  Девушка встала из-за стола, так как поняла, что уже опаздывает. Захватила школьный рюкзак и открыла запертую на щеколду дверь. Попыталась бесшумно покинуть квартиру, но у неё это не получилось.   – Где ты шлялась полночи, я могу узнать? – резкий голос отчима заставляет вздрогнуть. Женя поняла, что разговор будет долгим. Ну а как ему объяснить, что она вернулась домой в четыре утра, потому что бухала с Милой?   – Тебя это так волнует?   – А ты считаешь нормальным в 17 лет гулять до такого времени? Куда ты ходила? По парням шляешься? – Женя сжала кулаки до хруста пальцев. Ненавидит. Просто ненавидит его. – Я ещё раз спрашиваю, где ты была?   – Это не твоё дело, папуля. – Женя рывком открыла дверь и вылетела в подъезд.   – Евгения, я не закончил! Вернись немедленно! – раздался злостный крик с порога квартиры.   Девушка вышла на улицу, не забыв сердито стукнуть железную дверь. Как же они достали. Этот недоотчим, который ломает её жизнь. На повороте её ждала Мила. Конечно же, в обнимку с Олегом. Женя почувствовала горькую ревность и одновременно злость на себя. Чем больше она влюблялась в Гааса, тем больше ей было стыдно перед Милой.   – Женёк, привет! – Сивацкая обняла её, похлопывая по спине.   – Привет, Жень.  – Привет. – Женя лишь на секунду позволила себе вглядеться в его глаза, которые из раза в раз заставляли её щёки пылать.  – Всё, Мил, мне пора. Учись там на пятёрки. – Олег потрепал Милу по макушке и поцеловал в щёку. Женя закусила губу, разрываясь от ревности и несправедливости.   – Ну конечно. – рассмеялась Мила, с улыбкой глядя в сторону уходящего Олега.  – Пойдём, родная. – шатенка закинула руку на плечо подруги, даже не представляя, что творится у неё внутри. – Как дела в быту?   – Хуёво. Чувствую, сегодня меня ждёт очередной вынос мозга по поводу вчерашнего.   – Да та же ситуация. Я вообще домой не возвращалась.  – А где ночевала?   – У Олега. – лучше бы не спрашивала.   – Понятно. Я вернулась к четырём, проспала час и встала.   – Зачем? Я до семи спала.   – Да я... Просто боялась, что это чмо прийдёт по мою душу, пока я сплю. – ну не скажешь же, что она раздумывала, сколько дней жизни ещё себе отсчитать.  – Ясно. Держись там, милая. У меня мать конечно тоже полуёбнутая, но не настолько.   – Она знает об Олеге?   – Шутишь? Нет конечно.  – Понимаю.  К этому времени подруги подошли к самому отвратному месту этой земли – к их школе. Когда девушки были вместе, никто их не трогал. Но стоило им разойтись по своим классам – начинался пиздец. В школьном коридоре они вынуждены были ненадолго расстаться.   – Давай, Евгеша. Встретимся на завтраке.   – Ага. – Женя отправилась к своему классу. По расписанию алгебра. К самому предмету девушка относилась нейтрально. А вот математичку, и по совместительству их классную, Ольгу Вячеславовну Сумскую – люто ненавидела.   – Здарова, чучело. – к ней со спины подошли три неразлучные подружки. Таня Казючиц, Галя Звягинцева и Лера Федорович. Которые ещё с начальной школы издевались над Женей. А что она сделает против троих?   – Отъебитесь.   – Ну Евгеньюшка, где твои манеры? – Галя раздражала её больше всех. Так и хочется ей треснуть.  – Откуда синяки? Опять весёлую травку всю ночь курила?   Женя молча обошла её, направляясь к своей парте. Нет, девушка не употребляла. Понимала, что это дорога в никуда. Но одноклассницы её не спрашивали. Наркоманка и наркоманка.  – А чем после уроков займёшься? – теперь пристала Федорович, присаживаясь рядом. – Домой-то не пойдёшь, там плохой папочка ждёт. – Отстань от меня. – Женя не смотрела на одноклассницу. Рука Леры легла на её плечо. А Галя села на переднюю парту, с ехидной улыбкой глядя в глаза.   – А ты не будь такой грубиянкой. А то опять с ребятами тебя случайно в подворотне тебя встретим. До дома не дойдёшь, обещаю. – Это угроза?   – Ну что ты, просто предупреждение. – шепнула Таня. Прозвеневший звонок спасает от дальнейшего диалога. Только Женя обрадовалась, что эти три дуры ушли, как к ней прицепилась Ольга Вячеславовна.   – Розанова, у тебя за прошлую контрольную два. – сообщила она.   – Спасибо, я в курсе.  – Иди к доске, будешь разбираться.   Женя, вспоминая по дороге весь русский мат, вышла к доске. Простояла там пол урока. В итоге учительница поставила три. Пожалела, наверное. Девушка вообще-то всегда нормально училась. Голова на плечах есть. Но сейчас ей просто было не до этого. Чем были заняты её мысли?  Возможным будущим самоубийством.   – Останься пожалуйста после урока. – вдруг сказала Сумская.  –Зачем?   – Поговорить.   Женя, ещё более сердитая, возвращается на место. На перемене, когда ненавистные одноклассники покидают помещение, девушка подходит к классухе.  – О чём вы хотели поговорить? – Скажи мне, у тебя всё в порядке? – спрашивает Ольга Вячеславовна, внимательно оглядывая ученицу.   – Всё прекрасно. – настороженно отвечает Женя. – А что?   – Я волнуюсь. У тебя под глазами синяки, ты резко переходишь с четвёрок на двойки, часто пропускаешь занятия. Жень, ведь ещё осенью всё было совсем иначе. У тебя что-то случилось?   – Какое Вам дело? – раздражённо спрашивает девушка. – Вытяну я Вашу алгебру, не переживайте.   – Речь идёт не о алгебре. А о тебе. Я же не только твоя учительница, я ещё твой классный руководитель. Я переживаю. Жень, может, ты встретишься со школьным психологом?   – Что? Нет! – испугалась Женя. – Честное слово, я просто разленилась. Я исправлю двойки, обещаю. Только не к психологу!   – Тогда я бы хотела поговорить с твоим папой.   – У меня нет папы.   – Прости, не знала... Тогда с мамой.   – Зачем?   – Узнать, действительно ли с тобой всё хорошо. Мама, я полагаю, со своей стороны лучше видит проблемы ребёнка.   – «Да конечно». – саркастично произнесла она про себя. – Не думаю, что это хорошая идея.   – Мне кажется, ты чего-то боишься. Я настаиваю на разговоре с твоей мамой. Я позвоню ей сегодня.   – Ольга Вяче...   – Иди, Женя. Я просто хочу помочь.   – Спасибо огромное! – выкрикнула девушка сердито и быстро вышла из класса.   После третьего урока одиннадцатые классы шли завтракать. У столовой Женя встретила Милу.   – Ты как? – спросила Сивацкая, глядя на безнадёжное выражение лица подруги. – Опять Звягинцева с Федорович?   – Да если бы! Ольга хочет встретиться с моей матерью. – Женя устало упёрлась лбом в плечо Милы.   – Всё так плохо?   – Если родители узнают, что у меня проблемы на учёбе – меня прикончат. А если Ольга просечёт, что у меня пиздец в семье, то там вообще пиши пропало. Потащит к психологу, обратится в полицию... Боже, как меня все заебали.  – Какая же твоя училка тварь.  – В сравнении с вашей так вообще.   Девушки в обнимку прошли к своему дальнему столику, угрожающе зыркая на ненавистных подростков. Галя, Лера и Таня, увидев их, торопливо свернули в сторону.   – Ты смотри, как они хвосты поджимают, когда мы вместе. – заметила Мила.  – Точно. Ну почему мы не в одном классе?  – Женя безнадёжно упала на стул. Подруги приходили в столовую не столько, чтобы поесть, сколько, чтобы поспать и поболтать.  – Блять. Я не ела со вчерашнего утра. – Сивацкая жалобно окинула взглядом других школьников, которые смеялись в весёлых компаниях и уплетали свои завтраки.   – Я тоже. – Женя сглотнула.   День прошёл обычно. Обычные скучные уроки. Обычные заебавшие всех учителя. Обычные издевательства одноклассников. Кое-как отсидев семь уроков, Женя снова перехватила Милу в коридоре. К счастью, сегодня они заканчивали одновременно.  Девушки вышли на улицу и отправились к воротам. Сегодня же первый день весны... Казалось, воздух уже пахнет цветами и свежей смолой, хотя на земле до сих пор лежал слой грязного снега. Но уже чувствовалось приближение тепла. Хоть какая-то радость. Зима надоела.   У ворот их ждал Олег. Мила оторвалась от подруги и побежала к нему. Парень заключил свою девушку в объятия. Женя захотела провалиться сквозь землю. На душе опять заныло. Ну почему ей так не везёт?   – Жень, мы гулять, ты с нами? – весело спросил Гаас, переплетая их с Милой пальцы.   От его улыбки у Жени подкосились ноги. Как и всегда. Девушка даже не расслышала вопроса, глупо пялясь на парня.   – Так ты с нами? – переспросила подруга, помахав перед лицом Розановой ладошкой.   – А? Нет, ребят. Я пожалуй пойду. Хочу лечь и проспать часов пятнадцать. А лучше несколько суток.  Боже. При Олеге Женя порой начинала нести такую ахинею, что странно, как они до сих пор не раскусили. Ведь именно так ведут себя влюблённые идиоты из сопливых мелодрам?  – Ну хорошо. Давай, солнце. – Мила обняла её на прощание. А Олег ласково хлопнул по плечу, сводя бедную Женю с ума. Розанова наконец отделилась от парочки, слыша за спиной их смех. Конечно, идти домой после утренней стычки не хотелось. Женя отправилась в ближайший супермаркет. Карманных денег у неё в целом было достаточно. Приходилось порой лазить в кошелёк сожителя. Воровать плохо конечно. Но девушке не было стыдно, что не удивительно. За такое отношение воровство, наверное, самая лёгкая месть.   В плане алкоголя Жене повезло. Она выглядела немного старше своих лет, так что продавали без паспорта.  Купив бутылку дешёвого винища, девушка отправилась в ближайший парк, планируя провести ночь на скамейке. На телефон приходили уведомления о пропущенных звонках, но Женя не реагировала. Она редко брала трубку, когда родители звонили. Не хотела с ними говорить.  Девушка плюхнулась на лавку, откупорив бутылку и сразу отпивая большой глоток. После чего достала из рюкзака толстую тетрадку, с которой планировала провести этот месяц.   «Добрый день, дневник. Сегодня первый день моего странного эксперимента. Как он проходит? Фигово. Но, честно говоря, получше, чем обычно. Меня не избили одноклассники, особо не насиловали мозг в школе, даже отчим не приставал сегодня. Поругались конечно, но это не в счёт. Посмотрим, что будет дальше. Сейчас я, собственно, сижу в парке, пью в одно горло дешёвую алкашку, от которой скорее всего получу язву, и страдаю от невзаимной любви и неприязни к себе. Мила мне всю душу отдаёт, а я запала на её парня. От всего этого хочется набухаться до потери пульса, уснуть прямо на этой лавке и умереть. Наверное, теперь до завтра. До второго дня этого странного опыта.» Поставив точку в конце своей записи, Женя снова вернулась к бутылке. А что, хороший план. Напиться этой дряни и помереть от отравления.   Прошло несколько часов. Всё это время Женя бесцельно перемещалась с лавки на лавку. Побродила по дорожкам, почитала захваченную книгу, посидела в соцсетях. Параллельно опустошая бутылку. Телефон разрывался от звонков семьянинов. Но одно девушка решила точно: домой она сегодня не пойдёт.      В итоге она приземлилась на лавку и обняла руками свои колени, утыкаясь в них лицом. В такой позе и уснёт она на старой скамейке... И всем будет плевать...  Мутные мысли вертелись в её сознании. Глаза слипались. Бошка раскалывалась. Да уж, вылакать целую бутылку дешёвого вина явно не было хорошей идеей. Уже стемнело. Людей не было. Женя сидела, немного прикрыв глаза, и зевала. Вдруг послышались шаги. Девушки сквозь щёлку глаз увидела две ноги в широких джинсах. Ноги почему-то остановились перед ней. Стало понятно, что проходивший развернулся к ней лицом.  – Сигаретки не будет? – послышался приятный, тихий голос.