Поцелуй на балконе

Ты перестала быть льдиной

И улыбнулась

Весной.

Тебе идёт быть счастливой.

Оставайся

Такой.

- Павел Шалчюс.

…

Тридцать первое декабря. Последний день года. В этот день случаются чудеса, сбываются чьи-то мечты, надежды оправдываются, а на устах, словно подснежники весною, расцветают улыбки. Питер сидел на скамье в парке, не далеко от Башни и пил карамельный латте. Мстителям он сказал, что отправился к друзьям, но на самом деле ему нужно было подумать. Сегодня был тот самый день, когда он хотел признаться в любви. Нет, он не просто хотел, он был уверен, что признаться нужно именно сегодня. А как это сделать? Именно этого он не знал. И как? Просто подойти и сказать: «я тебя люблю»? Да его пошлют нахер. Паркер в принципе был уверен, что его пошлют на все четыре стороны, но невысказанные чувства душили его около двух лет. Чёртовы два года он мучался от них, потому что ровно два года назад Тор привёл Локи отпраздновать Новый Год со Мстителями. Ну, как «привёл»? Ему пришлось, так как он поручился перед Асгардским Судом, что его брат больше ничего не выкинет. Ну и перед земной организацией «Щ.И.Т.» тоже. Потому и таскал его за собой везде, как ребёнок любимую игрушку. Сначала они часто наведывались на Землю, а потом Локи подружился со Старком, неожиданно для всех, включая их двоих. И Железный Человек предложил Тору сделку: его брат остаётся на Земле, а Мстители за ним приглядывают. А чтобы было удобней приглядывать и, очевидно, чаще распивать вместе дорогущий виски, в видах которого Лафей оказался неожиданным экспертом, он должен жить в их Башне. А Питеру вот теперь страдай из-за каждого взгляда зелёных глаз на него и из-за каждого прикосновениях холодных ладоней мага. Поэтому-то юноша решил скинуть весь груз своих неоднозначных чувств на Лафейсона, хорошего друга его приёмного отца, своего товарища в просмотре фильмов, хорошего друга и бывшего заклятого врага Земли и Асгарда. Ему было ужасно страшно и стыдно, но он был уверен, что должен это сделать. Не зря же Бетти, до сих пор поддерживающая дружеские отношения с Недом, увлеклась тарологией, астрологией и нумерологией в последнее время и, сделав расклад на «Что ему нужно сделать, чтобы быть счастливым в ближайшее время?», рассказала Паркеру, что тот должен отпустить какие-то свои переживания, «возможно, — говорила Брант, внимательно вглядываясь в рядом лежащие карты, — не озвученные чувства. Любовь или ненависть к кому-то.» Справедливость, смерть и пятёрка кубков*. Всё в прямом положении. Питер в таро не разбирался и был скорее агностиком, чем скептиком или истинно верующим в Высшие Силы, но этот расклад помог ему собраться с духом и убедить себя, что если он этого не сделает сейчас, то не сможет никогда. Питер прокручивал воспоминания в голове и одновременно с тем разглядывал бумажный стаканчик от кофе с логотипом любимой кофейни, которая находилась как раз по пути к университету. Замечательная черноволосая девушка, которая сделала его ему, оставила небольшое послание. Надпись, выведенная красивым и аккуратным почерком, заставила его улыбнуться и почувствовать теплоту в душе. «Улыбайся чаще, тебе идёт. С Новым Годом!» Наконец Паркер встал со скамьи и поправил пальто. Старку надоело, что его приёмный сын гуляет непонятно в чём, поэтому уговорил Пеппер сходить с Питером на шоппинг и выбрать всё самое лучше, стильное и дорогое. Именно эта черта порой и раздражала Паука в Тони. Постоянная гиперопека и удушающая забота, без вопросов о том, «а надо ли это вообще Питеру?» Нет, ему было приятно, и он был безмерно благодарен Старку, но всё же тот порой правда перегибал палку. Думая об этом Паркер шёл по аллее. Снега не было и, наверняка, не будет вообще. Если только не случится чудо. Чудо не случилось, зато случился звонок от Поттс. Пару секунд кучерявый парень тупо смотрел на экран своего смартфона, будто забыв, что вообще нужно делать с этой штукой. Потом отмер, провёл пальцем от зелёной кнопки вверх и убрал телефон в карман. Благо, он практически не вынимал свои AirPods из ушей. — Да-да, слушаю. Привет, Пеп. Что-то случилось? — Да, случилось, — наиграно серьёзно произнесла Вирджиния и молодой человек улыбнулся, — сейчас уже почти одиннадцать часов, а тебя всё ещё нет в башне. Что это такое? — Ну... — Паркер, чтоб через десять минут ты был дома и помогал девочкам с салатами. Они, видимо, решили, что нужно не только нас всех накормить до отвала, но ещё и весь остальной Манхэттен в придачу. — Через трубку, где-то на фоне голоса Пеппер, послышался мужской смех, потом хлопок и женский смех. Похоже Клинту досталось. От Ванды или от Наташи - никому не ведомо. Улыбка Питера стала ещё шире и чувство уюта и тепла разлилось по грудной клетке горячим вином. Он ускорил шаг, сворачивая с аллеи на пешеходный переход. — Хорошо. Сейчас буду. Поттс удовлетворённо хмыкнула в трубку и попрощавшись отключилась. Парень перешёл на бег. Его ждали дома, и он решил поспешить. Заходя в кухню-гостиную, он осмотрелся. Просторное помещение всюду было украшено новогодними и рождественскими побрякушками. У панорамного окна красовалась гигантская елка, на которой висели игрушки в строго красном и золотом цветах. Под ней была куча аккуратно и не очень аккуратно упакованных подарков. Каждый был подписан и предназначался кому-то из Мстителей или их приближённых. На диване перед телевизором сидели Клинт, Сэм и Баки и о чём-то яростно спорили. Клинт явно проигрывал, потому что Питер уловил несколько непристойных ругательств, которые лучник использовал только в случае проигрыша. Радом в креслах сидели Стрэндж с Тором, рассказывающие что-то с Доктору Беннеру, который стоял перед ними и внимательно слушал. Ни как обычно слушает истории или что-то другое, а как учёный, впитывая и запоминая информацию как губка, лишь изредка что-то переспрашивая. «Надо будет позже спросить о чём они разговаривали», — промелькнуло в голове у Паркера и его внимание переключилось на кухонный «островок». Там над приготовлением новогодних блюд суетились Ванда с Наташей, смеясь над чем-то своими. Кажется, Пеп не преувеличивала, когда сказала, что они хотят накормить весь район. На столе уже не было места для тарелок с салатами, и они ставились на полки, стулья и на все возможные поверхности. Пеппер, как и жену Клинта с детьми, видно не было. Значит, скорее всего, Поттс решила, что самое время провести экскурсию по Башне для Лоры и самых младших. Наконец, у окна стоял тот, кого он так жадно искал глазами. Локи, элегантно держащий в руке бокал то ли с белым вином, то ли с шампанским, посмеивался над Тони, который с кем-то ругался по телефону и раздраженно показывал Лафею кулак. Потом Старк повернул к выходу и тут же, увидев Питера и рявкнув что-то на прощение в трубку, сбросил звонок и убрал смартфон. — Где тебя носило, шкет? — Он приобнял его за плечи. — Везде понемногу, — уклончиво ответил Паркер и улыбнулся. Боковым зрением он заметил, что с лица Локи спала улыбка. Тут же что-то в его груди похолодело, но сделал вид, что ничего не было. — Пеппер сказала, что тут срочно нужна моя помощь. — Боюсь она наврала, — усмехнулась Наташа, — иначе бы ты не пришёл сейчас, а приплёлся бы к двенадцати. — Хорошо, тогда я уйду в свою комнату сейчас, чтобы уже оттуда приплестись к вам к двенадцати. И ушёл, под смешки Наташи с Тони. И под пронзительным взглядом зеленых глаз, от которого по кожу обдавало холодом и по телу бежали мурашки. Вернулся он и правда почти к двенадцати. Если быть точнее - за двадцать минут до полуночи. Зато он успел переодеться в рубашку и брюки, привести в порядок волосы и нанёс на себя духами с ароматом табака и ванили от небезызвестного бренда парфюмерии. Также он привёл в порядок голову. Успокоился и уверенно шагнул в зал. Стол уже был накрыт, наконец в поле зрения появились невероятно красивые Лора и Пеппер. Все остальные не отставали по степени нарядности. Все были одеты как с обложки модного журнала. Ну, за исключением Тора. Но тот тоже был одет роскошно, явно специально захватил праздничный наряд из Асгарда. Или же об этом позаботился Локи. От взгляда на Бога Лжи и Обмана у юноши пересохло во рту. Классический чёрный костюм «тройка» с золотыми пуговицами невероятно ему шёл. На фоне идеальной белоснежной шёлковой рубашки тёмно-зелёный галстук смотрел крайне выигрышно, подчёркивая харизму носителя. Паркер пересёк комнату, лавируя между Мстителями и кивая кому-то невпопад. Он остановился перед Лафеем и замер как олень в свете фар. Тот с любопытством смотрел на юношу. В глазах была добрая лёгкая усмешка. Наконец, Паук выдохнул и произнес: — Можно с тобой поговорить наедине? — Ну и вовремя же ты. Позже никак? Двенадцать стукнет, чокнемся и потом поговорим. — Нет. Потом может быть уже поздно, и я боюсь, что растеряю последние остатки уверенности. – Попытался пошутить Паук Лафейсон удивлённо приподнял бровь, но после того, как убедился, что его не разыгрывают, то просто пожал плечами и пошёл в сторону узкого балкона. Выйдя на улицу, мужчина глубоко вдохнул свежий зимний воздух и, сделав глоток белого вина из своего бока, обернулся на Питера, опираясь спиной на перила. Холодный ветер пытался растрепать его волосы, но, скорее всего с помощью магии и лака для волос, они были практически недвижимыми. — Ну что ж. Говори давай, паучок. Юноша внимательно посмотрел на Локи и поёжился от ещё одного ледяного порыва ветра, обхватив себя руками и посмотрев на город сверху вниз. Отступать было уже некуда, но при этом все слова просто застряли в горле. Бог ждал и внимательно смотрел на друга, который старательно пытался не смотреть на него. А потому юноша сделал глубокий вдох выдох и сделал шаг вперед. Теперь расстояние между ними сократилось до пары сантиметров. Локи вздрогнул, когда руки парня легли на перила по обе стороны от него и он «оказался загнут в ловушку». Питер теперь смотрел в его глаза. Ярко-зелёные, прекрасные глаза, обычно искрящиеся насмешливостью и дерзостью, а теперь удивлённо его рассматривающие. — Ну что? Ты что-нибудь скажешь? — Наконец не выдержал он, заметно начав нервничать. И Питер поцеловал его, поставив на кон всё, включая собственную жизнь. Ведь вебшутеры остались в комнате, летать он не умеет, а при падении с пятьдесят седьмого этажа никто ещё не выживал. Но падение не последовало. Вместо этого он почувствовал, отклик на поцелуй и то, как ледяные руки аккуратно накрыли его ладони, лежащие на перилах Локи усмехнулся, когда Паркер слегка испугано отстранился, не ожидая такой реакции. В мгновение ока теперь Питер оказался зажат между Лафеем и перилами и удивленно хлопал ресницами. — Проясни, пожалуйста, что ты сейчас имел в виду? Что это всё значит? — Спросил мужчина, чуть отступив назад, но не убирая руки от юноши. — Я тебя люблю. То и значит, — фыркнул Паук. Поморщился и сдул с лица кудрявую прядь волос. Лафей замер. До этого ему казалось, что это всё - какая-то не смешная шутка. Что Питер просто проиграл кому-то в карты на желание и всё. Но сейчас он вдруг осознал, что никто не шутит. Юноша ждал его ответа. Локи тихо рассмеялся, уткнувшись лбом в плечо теперь уже явно бывшего друга. — Локи? — Спросил кучерявый парень, обескураженный такой реакцией. Он старался сохранять спокойствие, но Бог слышал, как колотиться о рёбра его сердце и чувствовал, как мелко дрожат его руки. Поэтому ничего не ответил, а просто поднял голову и поцеловал его, сместив ладони с кистей Питера на его талию, подчёркнутую ремнём. И как на зло, именно в этот момент раскрылась дверь балкона. Лафей отстранился от лица Паркера и просто тупо смотрел ему в глаза, которые смотрели ему за спину, читая в них ужасное смущение. При этом руки он не убрал. Наконец, он обернулся и увидел Старка, стоящего на пороге. Он переводил взгляд с Локи на Питера и обратно. — Это... — Начал было юноша, смущенно пытаясь вывернуться из объятий Лафейсона, но Тони его прервал, явно потешаясь над смятением этой странной парочки. — Давайте сначала Новый Год, а потом всё остальное. Пойдёмте уже. Локи пропустил Питера вперёд за Старком и, взяв свой бокал, который он чуть оставил на перилах, пошёл следом. Тридцать первое декабря. Последний день года. В этот день случаются чудеса, сбываются чьи-то мечты, надежды оправдываются, а на устах, словно подснежники, расцветают улыбки...