Шепот улицы

**** Я стоял у стойки администратора, сжимая в руках поводок. За спиной скулили собаки, а где-то в дальнем углу кот яростно царапал стену своего вольера. В воздухе витал запах антисептика и мокрой шерсти. — Так-так... Вальтер Шмидт? —Да. —Вы будете продлевать времяпровождение пса? — спросила женщина за стойкой, устало щурясь в монитор. Я потупился в пол. — Эм... нет, не буду. Женщина подняла на меня оценивающий взгляд. — Вы забираете собаку? — Да. Она кивнула и что-то защелкала на клавиатуре. Приют был лишь временным для Жужи, и я это понимал. В любом случае, хотя бы здесь он был в безопасности какое-то время. Мы вышли из приюта. Я держал Жужу за поводок, тот покорно шел следом, изредка обнюхивая асфальт. Не знаю, о чем именно я думал, когда бежал из дома почти без денег и с разряженным телефоном. Но последнее, чего мне хотелось — это возвращаться назад. Я не мог там больше находиться. Меня душили стены. Мне было нечем дышать. Жизнь по расписанию — идеальная картинка счастья, где я исполнял роль примерного сына. Быть лучшим во всем: в точных науках, в знании языков, в музыке, живописи, истории... Меня тошнит. И как только я пытался хотя бы немного отклониться от поставленных рамок, Фрид отвечал шлепком по лицу и обвинениями в неблагодарности. Я взглянул на Жужу. — Ты ведь тоже перестал быть нужным, как только не оправдал чьих-то ожиданий. Пёс весело вилял хвостом, не понимая ни слова. — Не переживай, — я погладил его по морде. — Теперь у нас есть мы. Засунув руку в карман, я нащупал помятую фотографию. Не знаю, как скоро Яков обнаружит её пропажу, но судя по тому, как он занервничал, когда упала шкатулка с ней, это что-то ценное. Дешёвый памятный сувенир, сделанный в уличной фотобудке. На снимке — Яков и какая-то девушка. — Знакомое лицо... Я улыбнулся. — Яков, выходит, что мы снова встретимся. **** На улице уже было темно. Я шел в сторону многоэтажек — новенький жилой комплекс с яркими фонарями и аккуратными тротуарами. Освещение хоть как-то притупляло чувство, что за мной вот-вот начнется погоня. Я подошел к подъезду и набрал номер квартиры Карла на домофоне. Тишина. Неужели его нет дома? — Вальтер? — сзади раздался знакомый голос. Я резко обернулся. Карл стоял в паре метров от меня, с пакетами в руках, глаза округлились от удивления. — Карл, я как раз к тебе. — О, боги... — он бросил взгляд на мое лицо, и его голос дрогнул. — Что с тобой произошло? Что с твоим лицом? Я хрипло рассмеялся. — Хах... — Так! — он резко махнул рукой, доставая ключи. — Сейчас же ко мне домой! Карл распахнул дверь, и мы поднялись на его этаж. В квартире пахло кофе и старыми книгами. Он бросил пакеты на кухонный стол и тут же повернулся ко мне, скрестив руки. — Вальтер, мальчик мой, скажи только честно. Это Фрид тебя избил? Я промолчал, глядя в пол. — Я так и думал, — он устало потер переносицу. — Да как вообще можно поднять руку на своего ребенка?! Да он псих конченный! Я знал, что все это до добра не доведет! Говорил же, чтоб вы всей семьей пришли ко мне на сеанс, поговорили, разрешили проблемы... — Это бесполезно. — Да как так бесполезно, мальчик мой? Фрид всегда был плохим родителем, но с каждым разом его грани дозволенного стираются все больше и больше! — Карл... Он тяжело вздохнул. — Да, мальчик мой. — Могу я остаться у тебя хотя бы на одну ночь? Я завтра же уйду. — Да что ты такое говоришь? Оставайся сколько захочешь! — Спасибо, — я натянуто улыбнулся. — И еще... Ты можешь не говорить ему, что я у тебя? Карл нахмурился. — В каком смысле? — Я не планирую возвращаться обратно. — Вальтер... — Карл, пожалуйста! Я не могу находиться там! Он тяжело вздохнул, словно взвешивая каждое слово. — Вальтер, мальчик мой, ты мне как сын. Твое присутствие никак не помешает мне. Он закрыл глаза. — Ха... И как давно это произошло? — Три дня назад. — ТРИ ДНЯ НАЗАД?! Он взялся за голову. — Все в порядке, Карл. — О боги, да я вижу. Я усмехнулся. — Карл, у меня к тебе будет еще одна просьба. — Я тебя слушаю. — Ты можешь мне написать, когда к тебе придет Фрид? — Зачем это тебе? — Ничего такого, просто мне нужно знать, когда дома никого не будет. — Ох, ладно-ладно. — Спасибо, Карл... За все. Только прошу не говори ему об этом. Карл вздохнул, провел рукой по лицу, а потом вдруг улыбнулся — той теплой, отеческой улыбкой, которая всегда заставляла меня чувствовать себя в безопасности. — Вальтер, — сказал он мягко, — я сделаю для тебя что угодно. Ты же это знаешь, да? Я кивнул, не в силах выдавить из себя слова. Его взгляд скользнул вниз, к Жуже, который терпеливо сидел у моих ног, настороженно наблюдая за незнакомым человеком. Карл приподнял бровь. — А это, я так понимаю, виновник твоего изгнания из дома? Я потупился. — Да... Извини, пожалуйста, что привел его сюда. Я не знал, куда еще идти. Карл рассмеялся, махнув рукой. — Да вообще не переживай! — Он тут же опустился на корточки, протягивая ладонь к Жуже. — Ну, здравствуй, дружок! А ты кто такой храбрый? Пес сначала настороженно потянулся носом к его пальцам, но уже через секунду радостно завилял хвостом. — Ох, какой хороший мальчик! — Карл засюсюкал, почесывая Жужу за ухом. — Подожди-ка, у меня кое-что для тебя есть! Он поднялся, шагнул к холодильнику и достал оттуда полупустую палку колбасы. Жужа тут же встал, насторожив уши. — Ну что, голодный? — Карл отломил кусочек и протянул собаке. — На, держи! Жужа аккуратно взял угощение, тут же проглотил и тут же уставился на Карла с новым интересом. — Ох, ну ты пройдоха, — засмеялся он, отламывая еще кусок. — Вальтер, да он же просто золото, а не пес! Я смотрел на них и чувствовал, как что-то тяжелое внутри понемногу разжимается. — Спасибо, — тихо сказал я. Карл бросил на меня быстрый взгляд, потом снова улыбнулся — уже без шуток, по-взрослому. — Да ладно тебе. Теперь у тебя есть он, а у него — ты. И у меня... — Он вздохнул. — Ну, в общем, если что — я тут. Жужа в этот момент ткнулся мордой ему в ладонь, выпрашивая еще колбасы. Карл рассмеялся. — Ладно, ладно, на сегодня хватит, а то животик заболит. Я улыбнулся. Впервые за эти дни — по-настоящему. — Карл, я... пойду в душ, хорошо? — сказал я, чувствуя, как усталость наваливается тяжелым грузом. Карл, не отрываясь от Жужи, который теперь блаженно посапывал у него в ногах, лишь махнул рукой: — Да-да, вообще без проблем. Можешь взять пока мои вещи. В шкафу найдешь полотенце и чистую одежду. — Спасибо. Теплая вода стекала по моему телу, смывая с себя весь тот ужас прошедших дней. Я так хотел спать. Закрыв глаза, я наклонил голову под струю воды. Я взглянул на руки. В голове всплыли обрывки этого дня. Яков судорожно хватал разлетевшиеся вещи, его бинты слегка размотались, обнажив бледную кожу ладони с уродливым следом. Что-то в этом зрелище заставило меня внутренне содрогнуться, хотя я не мог понять что именно. Я помню, как раньше лишь мельком замечал, что он никогда не показывал руки, всегда находил способ их прикрыть. Но сегодня, в спешке, его обычная осторожность дала сбой. Этот шрам... он не выглядел таким уж старым. Наконец, переодевшись в заимствованные у Карла вещи, я вышел в гостиную, опустился на диван и оставил телефон на зарядку. Экран ожил, и сразу же замелькали уведомления о пропущенных вызовах. В основном они были от Дорис. Еще несколько — от Вагнера. Я открыл список контактов, машинально надеясь увидеть там хотя бы одну попытку дозвониться от Фрида. Но его имени там не было. Как и всегда. Где-то в глубине души, несмотря на все, я все еще надеялся, что между нами что-то изменится. Чтобы отогнать мысли, я снова достал ту фотографию — с Яковом. Мое внимание приковала девушка рядом. Ее лицо казалось до боли знакомым. Я зашел в соцсети, нашел страницу своего старого приятеля, Тома, и начал листать его ленту. На одной из фотографий он стоял в белом халате рядом с той самой девушкой. Они оба смеялись, вокруг — лабораторные колбы. Подпись: "Готовим яд для тараканов в общаге". Типичный юмор Тома. Девушка была отмечена. Я кликнул на ее профиль. Значит, ее зовут Грета. Я пролистал всю ее страницу до самого основания, но ни одного упоминания о Якове. Ни намека, что они знакомы. Да и аккаунту не было и полугода. Так чего же он так трясся за этой шкатулкой? Усталость накрыла с новой силой. Я выключил телефон, потушил свет и закрыл глаза. Где-то рядом поскрипывал диван — это Жужа устроился у моих ног. — Спокойной ночи, — пробормотал я — то ли псу, то ли самому себе. И провалился в сон.