Докажи свою любовь

У Кайзера вся новогодняя неделя распланирована до мельчайших подробностей. От близких друзей до компаний, с которыми он едва знаком. Все мечтают заполучить Михаэля, все хотят отметить праздник со столь харизматичным, красивым, умным человеком. Все желают заполучить его внимание, все. И блондина это, кажется, вполне устраивает. Он привык к этому. Но почему-то парень каждый раз забывает о том, что у него под боком находится человек, который из-за этого слишком сильно мучается. Сердце трещит, ломается, расходится по швам. Несс просто не может не ревновать. Ему кажется, что по сравнению со всеми остальными он - пылинка, затерявшаяся на общем фоне. Хочется, чтобы они с Михаэлем были лишь друг у друга. Неужели ему этого недостаточно? Неужели Несс настолько... Скучный? Некрасивый? Должно же быть хоть какое-то объяснение тому, что Кайзер ставит в приоритет времяпровождение с кем-то другим. Он падает головой на стол, прикрывая глаза. Хочется выбить из себя все эти угнетающие мысли, Алексис уже не может их терпеть. Если бы в нем была хоть капелька хладнокровности, все было бы гораздо легче. Да и Михаэлю не пришлось бы наблюдать за страданиями юноши. Каждый раз он оправдывался тем, что у него болит голова или просто нет настроения. Несс не хотел давить на блондина и заставлять его беспокоиться о своих идиотских и бессмысленных чувствах, но с каждым разом всё становилось только хуже. Алексис искренне дожидается момента, когда Кайзер всё-таки объявит об их расставании. Словно так будет легче. Словно ожидания оправдаются. Парень переводит взгляд на бутылку вина, которую они планировали выпить в какой-то момент, но, почему-то, до этого так и не дошло. Когда Михаэль покинет квартиру, как раз объявиться подходящее для алкоголя время... Вместе с этими мыслями из душа как раз выходит блондин. Несс не желает поднимать глаза и вновь рассматривать розу на теле возлюбленного. Он слишком тяжело на нее реагирует, слишком сильно пьянеет от восхищения. – Алексис? Ты в порядке? Только не говори, что приболел или что-то вроде того. Я тебе не поверю, – парень слышит чужие шаги, и спустя несколько секунд чувствует на макушке нежные поглаживания. Нет, нет, Кайзер, не делай этого. Не привязывай к себе ещё крепче. – Просто не выспался. Скоро пойду в кровать, наверное, – юноша порывается встать, но его продолжают крепко удерживать на месте. Страх пронзает грудь, заставляя не сопротивляться, – Что-то не так? – Это я у тебя должен спросить. Всю неделю ходишь с подавленным настроением, а для меня придумываешь какие-то отговорки. Думаешь, я все это время тебе верил? – Несс нервно закусывает губу, – Я лишь ждал момента, когда ты, наконец-то, расскажешь все сам. Но, как оказалось, это все не имеет смысла. – Михаэль, мне надо... – он дёргается, пытаясь покинуть комнату, но его тут же усаживают обратно на стул. – Алексис, – блондин произносит его имя с такой строгостью, что внутри все невольно закручивается в испуганный комок. – Все в порядке, честно, – голос дрожит, из-за чего сказанные слова звучат ещё более неуверенно. В ответ Кайзер молчит. Молчит, создавая в воздухе огромное напряжение. И только спустя минуту он наклоняется, прислоняясь губами к уху Несса. – Если ты не признаешься сейчас, значит исповедь придется толкать либо стоя на коленях, либо лежа на кровати с привязанными руками. Неужели тебя так сильно этого хочется? Хотя, признаюсь честно, я бы тоже был не против, – раздается глубокий шепот, с каждым предложением вызывая на лице Алексиса все больше краски. Михаэль хватает его за подбородок, большим пальцем поглаживая пухлые губы, – Ну так что? Я верно понимаю, что мне сегодня придется изменить планы на вечер? – Н-нет, подожди, не надо ничего изменять! – Ты всё-таки решил воспользоваться простым путем? Ну-ну, – в помещении вновь возникает тишина. Конечно же, Несс не собирается изливать душу. Он просто надеется на то, что Кайзер решил пошутить, и уже совсем скоро он отправится по своим делам, – Я жду. – Что? – Я жду начала твоего монолога. – Какого ещё монолога? – сзади слышится смешок, после чего Михаэль делает два шага вперёд и садится напротив. Отлично, теперь они смотрят друг другу в глаза. – Не строй из себя дурачка. Ты в любом случае не убежишь от меня, – ухмылка Кайзера расцветает ещё сильнее, а голубые глаза почему-то темнееют, – Алексис, не нужно смотреть на меня таким жалким взглядом, я все равно от тебя не отстану, – юноша чувствует, как под столом к его бедру тянется чужая нога. В ту же секунду он сильно вздрагивает. – Прекрати. – Не хочу, – он явно издевается. Боже, за что ему эти мучения? – Михаэль, мне кажется тебе уже пора собираться на... – парень резко встает, не давая закончить фразу. И пока Несс пытается понять, что происходит, блондин обхватывает его за спину и колени, после чего аккуратно поднимает, – Эй, с-стой, что ты делаешь!? – паникует юноша, совершая попытки выбраться из сильных рук. – Я выполняю свое обещание, – Кайзер совершает несколько поворотов и заходит в спальню. Теперь Алексис по-настоящему напуган. Когда его безжалостно кидают на постель, он тут же с нее сползает, надеясь на удачный побег. Но в борьбе с Михаэлем ему не выиграть никогда - блондин тут же хватает его за запястья, подтягивая к изголовью кровати. – Так, где там мой ремень... – Зачем он тебе? – обеспокоенно спрашивает юноша, в ответ получая лишь очередную не-обещающую-ничего-хорошего улыбку. – Извини, не подумал об этом, наручники не заказал. Придется так, – блондин всё-таки достает откуда-то желаемый предмет морального и физического насилия над Нессом. Он обхватывает им тонкие руки отчаянно вырывающегося Алексиса и затягивает как можно сильнее. Ну все. Теперь только молитвы помогут. – Н-нет, Миха, я готов все... – Поздно, – отныне возражения не принимаются. Секунда - и Кайзер затыкает парня поцелуем, вызывая у того порывистый стон. А Михаэля это, кажется, только больше заводит. Через пару минут он дает Лекси отдышаться, спускаясь губами все ниже и ниже. На груди остаются мокрые красные следы, которые позже будут просто запрещать думать о какой-либо ревности. Несс продолжает всхлипывать и скулить, в то время как блондин спускает с него длинные шорты и боксеры, обнажая нижнюю часть тела. Михаэль обхватывает пальцами чужой член, делая несколько плавных движений. – А что это мы глазки закрываем? Неужели спрятаться хотим? Ну уж нет, Алексис, я жду твои оправдания, – юноша захлёбывается в собственном смущении и ему явно не до осмысленного диалога с Кайзером. Но тот продолжает смотреть на него, по всей видимости, не собираясь продолжать начатое без выполнения личной просьбы. – Т-ты серьезно? – с трудом говорит парень. – Абсолютно, – Несс смотрит на него глазами маленького котенка, оставленного в одиночестве под дождем. Но на блондина такие манипуляции не действуют. Лекси с грустью вздыхает, понимая, что придется играть по правилам Михаэля. – Блять. Просто ты... Ты в последнее время так часто уезжал к каким-то своим друзьям. И... Ну... – он поджимает губы. – И-и-и? – Мне показалось, что я тебя больше не привлекаю. Нет, я понимаю, это нормально, что тебя стали интересовать другие, всё-таки наши вкусы меняются... Просто я придурок, который выдумывает всякое, вот... Но тебя это не должно волновать! Говорят же, что ревность - это из-за неуверенности в себе, поэтому эта проблема меня одного и касается. Вот, – если бы руки Несса были бы свободны, он бы обязательно сейчас переломал себе все пальцы от волнения. Это определенно конец. Сейчас Михаэль кинет на него осуждающий взгляд, после чего оставит в тяжёлом одиночестве. Зачем, зачем он рассказал, идиот, идиот, идиот... – Алексис, – кажется, сердце стучит особенно быстро. Кайзер снова к нему наклоняется, пальцами смахивая с глаз юноши челку. И он видит эту до ужаса нежную улыбку, – Ты серьезно считаешь, что когда я нахожусь с кем-то другим, я не думаю о тебе? Я каждый раз с кем-то веселюсь, не спорю, но в моей голове всегда находится лишь один человек, с которым я чувствую себя поистине счастливым. И этот человек - ты. Миллионы часов, проведенных со всеми моими друзьями и знакомыми, не стоят даже минуты, в течение которой я нахожусь рядом с тобой. Если бы ты мне раньше сказал, я бы реже ходил на все эти идиотские тусовки. Я даже подумать не мог о том, насколько сильно тебя это ранит, – Несс не верит, что это реальность. Он точно сейчас не спит? Боже, это и правда слова Кайзера. Это было сказано настолько мягко и ласково, настолько красиво, что Алексис был готов заплакать. Ему стало до ужаса стыдно за все свои мысли, направленные в неправильное русло. И неужели было достаточно просто... Поделиться своими переживаниями? Ого, – Я тебя люблю. Очень сильно. Не смей больше думать, что есть человек, который для меня важнее, чем ты, – Несс всхлипывает, но теперь уже из-за других чувств. – Если бы у меня были свободны руки, я бы тебя очень-очень крепко обнял, – блондин ухмыльнулся. – Я могу это сделать вместо тебя, не волнуйся, – Кайзер впился в чужие губы, крепко обхватывая руками подтянутое тело. Полностью насытившись нежностями, они наконец отлипли друг от друга, желая приступить к более страстному этапу. Михаэль стянул с себя единственный атрибут одежды, представший в виде трусов, после чего потянулся к ногам, без какого-либо стеснения их раздвигая. Алексис рвано выдохнул, когда почувствовал внутри два пальца. Но поцелуи блондина в районе бедер перетягивали на себя все внимание, заполняя тело одним лишь удовольствием. Когда третий палец стал свободно входить, Несс стал жалобно просить перейти к делу. Кайзер, естественно, сопротивляться не стал, поэтому в следующий момент он уже медленно входил в парня, упиваясь его сладким голосом. Резкие толчки заставляли Алексиса ощущать себя слишком хорошо, слишком волшебно. И как же, блять, был прекрасен вид Михаэля. Эта мокрая челка, едва заметный румянец, его голая грудь... Только от этой картины уже хотелось кончить. Задержав руку на шее Несса, блондин начал вбиваться ещё сильнее и быстрее. Тихие стоны чуть ли не переходили в крики, а кровать уже была под риском своего конца. Но, к счастью или к сожалению, их общее возбуждение уже подходило к пику, заставляя сделать последние движения. Почти одновременно излившись, Кайзер кое-как развязал ремень и тут же упал на простыни, прижимая Алексиса к себе. – Обожаю тебя. – Правда? – Клянусь. Это самые честные слова, которые я когда-либо произносил.