Слышать

— А-Су, нам надо поговорить… — генерал Мингуан постучал в комнату сына — Можно я зайду? Он подождал пару минут, прежде чем войти. Мальчик сидел за столом, что-то записывая в блокноте, он даже не двинулся, чтобы посмотреть на отца. — А-Су… Скоро ко мне приедет Ши Уду. Я же рассказывал тебе про него? Мальчик неопределённо кивнул. — Понимаешь, он… Я люблю его и хочу с ним жить. — он поджал губы, ожидая реакции. Мальчик молчал… А-Су молчал с тех пор, как он развёлся с Сюань Цзи. Пэй Мин не знал, почему сын так привязался к ней, но это было очевидно с первых дней их знакомства. Пэй Су называл её мамой… Даже его отцом мальчик не звал. До сих пор. В груди от этого сильно свербило и кололо. Но, он пихал это куда подальше. Ему было важнее, чтобы сын был счастлив. Этот мальчик итак сильно страдал. Его родители были алкоголиками и большая часть его жизни прошла в бродяжнечестве и бедности. Пэй Мина терзало чувство вины, зато что забрал его слишком поздно… И за то, что забрал у него Сюань Цзи к которой мальчик был привязан. — Мне очень важно твоё мнение. Если ты не… Рука осторожно легла на плечо Пэй Мина, он поднял глаза и увидел лишь улыбку, слабую, но… Искреннию. — Спасибо. — он обнял сына. Способность этого мальчика так просто успокоить его и вселить надежду в его чёрствое сердце, поражала Мингуана. Он мог играть теми струнами души, о которых Пэй Мин даже не подозревал. За те шесть лет, что мальчик прожил у него, он стал для него ближе любого живого существа на свете. Он любил этого ребёнка и знал, что сможет свернуть горы ради его благополучия. У него будет семья. Самая настоящая. Любящая.

***

Пэй Мин нервно мерил коридор из стороны в сторону, кусая губу и пытаясь завязать галстук непослушными пальцами. Он был одет в красивую белую рубаху и дорогие брюки. Слишком красиво и вычурно. Генерал Мингуан не любил этот афициоз. Он обычно ему был и не нужен. Обычно ему хватало милых глазок и сладких речей, чтобы любая оказалась в его постели. Но, сейчас речь шла о нём. Мужчины, ради которого он бросил всех и был готов бросить к его ногам, которые не побрезговал бы даже облизать — целый мир. И, чтобы снять с него хотя-бы рабочий пиджак — нужно было это всё надеть. — Уже шесть часов. — он нервно выдохнул. Братья Ши придут с минуты на минуту, а он до сих пор возиться с этим галстуком и… Выглядит, откровенно грустно, как пугало. Пэй Су подошёл к отцу тихо, со спины. От него как всегда веяло странным спокойствием, он взял галстук из рук отца, осторожно завязывая. У него это получилось ловко и с первого раза. Сам подросток был одет, словно сошёл с какой-то иконы. Идеально и… Искусственно правильно. В общем, он был одет так, как должен был. Так было всегда. Любой его жест, любое его действие — попытка оправдать ожидания Пэй Мина. Это понимали они оба и, последнему от этого становилось тошно. В дверь позвонили и, Пэй Су открыл дверь. — Здравствуй А-Уду. — Мингуан улыбнулся возлюбленному, потом слабо кивнул Ши Цинсюаню — Привет, ветерок. Юноша слабо улыбнулся своему детскому прозвищу, на нём сегодня было зелёное ханьфу, его волосы украшали белые ленты, точно такие же были и у его старшего брата. Это было тем единственным, что Ши Уду согласился поменять в своей внешности перед визитом к парню. — Приветствую. — сказал он коротко и поклонился. Пэй Су ответил слабым поклоном. Ши Цинсюань посмотрел на него заинтересованно. — Привет, А-Су. Я Цинсюань. Мы… Мы похоже теперь братья. — выпалил он. А-Су слабо кивнул, но предпочёл спрятаться за спиной Пэй Мина. — Не обижайся только. А-Су немой. Ему трудно выразить свою радость от знакомства. Пэй Су улыбнулся ветерку, сильнее цепляясь за одежду отца. — А, ой… В любом случае, я рад знакомству. — Ши Цинсюань улыбнулся. — А-Су, покажешь гостю свою комнату? — спросил Пэй Мин, намекая на то, что ему требуется личный разговор с Ши Уду. Мальчик оцепился от отца, кивая. — Замечательно. Как только дверь в комнате сына закрылась, он тяжело выдохнул. — Как думаешь, они подружатся? — Думаю, у твоего сына нет выбора. Мой брат способен найти общий язык даже с любым мертвяком. — Прекрати так называть того славного мальчика. — Мне не нравится этот славный мальчик. — угрюмо сказал Самодур. — В любом случае, это выбор твоего брата и ты ничего не сможешь сделать. — Посмотрим, как через годик другой заговоришь ты. Ши Уду пихнул парня под рёбра, за что получил ответный пинок под дых. Такое оскорбление он потерпеть не мог, поэтому Пэй Мин был вероломно прижат к стене. Чужой язык требовательно скользнул по губам, а через секунду уже скользил по его рту. Привычный запах морской соли витал в воздухе. Стало спокойнее. Он положил руки на пиджак Ши Уду, но они были тут же жестоко отброшены, а в наказание за такую дерзость, губы Самодура впились в его шею, заставляя венку под ними пульсировать с бешеной скоростью. С губ Пэй Мина сорвался тихий стон и, он был благодарен шумоизоляции, которую установил в прошлом году. Этот позор никто не услышит.

***

Пэй Су протянул Ши Цинсюаню беруши. — А… Зачем? — спросил парень, на что получил слишком многозначный усталый взгляд — Думаешь они?.. Ши Цинсюань покраснел до кончиков ушей. Беруши сжали в его руках, потом ему лёгким взмахом указали на постель, предложив расположиться там. Ветерок принял его, сев на идеально заправленную кровать. — У тебя тут… Красиво?.. — сказал он тихо и немного робко. Впервые, беседуя с человеком, он не знал, что ему сказать. Если по одежде и поведению Хэ Сюаня при первой встрече он мог примерно представить, чем увлекается и как живёт человек, а соответственно, подобрать список интересных ему тем в голове, то глядя на Пэй Су он видел лишь глянцевую обложку, вычищенную до идеала и выставленную на показ. Слишком-слишком. Он был обезличен, да к тому же сам не шёл на контакт. Пэй Су даже не ответил ему. Так что сейчас, глядя на парня, который сидел напротив него, Ши Цинсюань понимал лишь одно — это будет сложно.